***
Лиза прекратила лить слёзы с глаз лишь тогда, когда у неё их вовсе не осталось, и когда от этого уже изрядно заболели и распухли глаза. Джинн была очень обеспокоена состоянием ведьмы, ей было больно на неё смотреть, а услышав о ситуации с Мартой она и сама укрылась печалью. Однако бывший рыцарь сохранила свои рыцарские черты и попыталась вызволить свою любовь из оков. – Лиза, милая моя, послушай... Я понимаю, что тебе сейчас очень больно и скорбно на душе, но тебе нужно взять себя в руки, хорошо? Не думаю, что твоя сестра одобрила бы эти страдания... Гуннхильдр обняла сатанистку, а та, в свою очередь, крепко обняла её в ответ, не прекращая всхлипывать.***
Днём девушки стояли перед уже знакомым и родным особняком. Ведьма применила результаты своих работ со всего того времени, что они находились в доме Старшей, и ныне покойной, Минчи. Вскоре труды оккультистки окупились, особняк действительно стал скрытен от человечких глаз и сатанистки смогли спокойно скрыться в своей обители. Родные стены, размытые картины, пыль. Но наконец всё вернулось на круги своя и теперь их ждёт долгая и счастливая совместная жизнь. Однако...***
Начало декабря, утро, солнце едва успело встать, а Лиза и Джинн уже подскочили с постели из-за плача. Детского плача. В недоумении девушки вышли из спальни, а в коридоре, в плетёной корзинке, плакала 6-месячная девочка. Копия Лизы, но с абсолютно светлыми волосами. Блондинка. Подарок свыше? Кто знает, но отвергнуть это дитя девушки не решились, а имя малышке дали - Нелли, что значило "светлая". – И пусть она никогда никогда не погаснет... – Тихо попросила Лиза, глядя вверх, надеясь, что её услышат.