Вы ж сами не без греха

Слава как обычно собирался в школу. Все бы ничего, вот только сегодня его самый нелюбимый урок. Ещё в 9 классе им дали право выбора: уйти в гуманитарный класс или пойти в физмат. Слава долго не мог определиться, что для него ближе, но решение все же пало в гуманитарную степь. Пожалел ли он об этом? Ещё как. Поначалу расклад был идеальный, большая часть учителей остались те же, предметы интересные и цепляют. Слава даже начал составлять список универов, куда он хочет поступить после одиннадцатого. Идеальный расклад? Ха, не тут то было. Наконец, очередь дошла до урока зарубежной истории. Первые два месяца этот предмет просто напросто отсутствовал, ведь предыдущий учитель был вынужден уйти в отставку, а знающих квалифицированных педагогов по специальности «Зарубежная история» не так много. Слава верил, искренне надеялся на то, что молодой преподаватель сможет раскрыть эту тему интересно, подать информацию современным и понятным языком. Ох, как Слава ошибался. В первый же день Мирон Янович показал, что у него есть яйца на 99% состоящие из Вольфрама*. Уже к концу первого занятия все ученики сидели смирно, никто не осмеливался и звука произнести, ведь за лишний шум Мирон Янович ставил двойки. Так, в первый день, 8 из 20 человек получили своих «заслуженных» лебедей. Слава был в их числе. Также среди его требований были: перманентное домашнее задание (сочинение от двух до четырёх страниц по изученной теме, прочтение параграфа и презентация небольшого текста), идеальное соблюдение школьной формы (в учебном заведении Славы всегда были регламентированы жесткие требования по внешнему виду, хотя особо никто не придирался, до этого дня) и безупречная дисциплина (сюда входит уважительное отношение, соблюдение субординации, тишина на уроке и следование чёткому плану, который Мирон Янович готовил индивидуально к каждому уроку). После первого занятия все вышли с ахуевшими лицами и принялись обсуждать прошедший урок. Слава обматерил Мирона Яновича, за что получил приказ посетить директора, ведь учитель услышал все то, что говорил Слава. С тех пор жизнь Славы пошла под откос, по крайней мере учебная. Постоянные двойки за «не то» домашнее задание, «неправильно» выполненную контрольную работу и «ужасную» дисциплину. Стоит ли говорить о том, что Слава сидел тише воды и ниже травы? 10 класс парню кое-как удалось закончить с 3 по предмету Мирона Яновича. Это при том, что остальные оценки были отличными, а отвоевать четверку по зарубежной истории не мог даже директор. У Славы был жесткий синдром «Отличника», поэтому из-за тройки в году и постоянного давления со стороны Мирона Яновича у парня начали развиваться стрессы. Со временем, Слава, конечно, смирился со своей участью, но в моменты очередной несправедливости в нем каждый раз что-то сжималось и умирало.

***

«Эх, опять пиздовать на учебку», — подумал с грустью Слава. Когда твоя главная страсть исчезает, (а в случае Славы учеба — самое интересное для подростка занятие) особых поводов для радости в жизни нет. -Привет, любимая! — Слава поздоровался с эффектной брюнеткой по имени Саша и приятно чмокнул ее в губы. — Готова писать тест по зарубежке? Мирка* обещала дать 100 вопросов. -Знаешь, я особо не парюсь. На три точно напишу, а там будь, что будет. Скатывать смысла нет, это сразу два и пожизненное клеймо от Мирки. А ты, Слав, готов? Слава недолго подумал и дал положительный ответ. Ещё какое-то время ребята мило беседовали и направились в класс к Мирону Федорову. Саша была прекрасной: умная, образованная, начитанная и с вечным смеющимся лицом, которое так и говорило: «Любой пиздец можно исправить, просто нужно приложить чуть усилий». Слава знал Сашу ещё с детства. Их родители плотно общались ещё до рождения ребят. Они спланировали рождение своих детей настолько точно, что разница между днями рождения всего две недели. Ну а далее по классике: «Вместе растём, вместе живем, вместе умрем». И влажные мечты мамочек могли бы стать реальностью, если бы не одно «но». Слава был геем. Саша становилась идеальной маскировкой до тех пор, пока у неё не появлялся очередной парень. Девушка была единственным человеком, который постоянно поддерживал и оберегал Славу. Она понимала его на 100% и готова была помочь и защитить в любой нужный момент. А трюк с ориентацией был как раз на руку Славе: девушка есть, значит не гей, значит норм пацан, с которым можно тусить. Именно из такой логики исходил юноша. Что уж говорить, если все его ближайшее окружение — это жесткие традиционалисты-гомофобы? Итак, картина личной жизни Славы: днём он порядочный натурал-сердцеед, а ночью дрочащий на жёсткое гей-порно голубок (так чаще всего называли гомосексуалистов его друзья). -Привет, Слав, волнуешься? , — с каким-то беспокойством в глазах задал вопрос Андрей, ближайший друг Славы. Парень был счастлив, что его лучшим другом стал именно он, ведь Андрей единственный, кто более менее по-человечески относился к «не таким, как все». -Да, все окей. Я готовился! -Слав, ты всегда готов, но Мирон Янович явно считает иначе. Слава закатил глаза, но ничего не ответил. Сегодня он был более, чем уверен в себе. Весь учебник, куча доп материала были зазубрены донельзя, что придавало парню уверенности. Наверно, он ни к чему так в своей жизни не готовился, как к этой четвертной работе. Сегодня у Славы должно все получиться, он в этом не сомневался. Нужно отдать должное, сам предмет «зарубежная история» был весьма интересным занятием. Подготовка хоть и была трудоемкой, но никак не скучной. Слава только успел разложить все учебные атрибуты на стол, как прозвучал звонок на урок. Игра началась. Тест оказался на удивление лёгкий для Славы. Он даже немного пожалел потраченного времени на подготовку и изучение доп материала. Все было строго по учебнику + небольшое сочинение в конце по Людовику XVI. Мирон Янович проверял контрольные прям на уроке, и это было одновременно самое сладкое и самое гадкое время. После проверочных учитель всегда устраивал просмотр интересной документалки, но в тот же момент все неустанно ожидают оценок. Вроде проскакивает что-то светлое. Ан нет, нужно и этот момент захуярить к чертям. Слава не сомневался в себе и спокойно начал просмотр очередного фильма про одного из французских королей. За пять минут до конца урока Мирон Янович начал объявлять оценки. -Хромова, пять! Лысенко, четыре! Замай, четыре! Светло, пять! Карелин, три! Слава выпал. Охуел и не выхуел обратно. Андрей смотрел на друга с тревогой, ведь у того были стеклянные глаза. Создавалось чувство, что он прямо сейчас рухнет со стула из-за какого-нибудь приступа. Вот он, этот момент. Слава дошёл до ручки. Не произнося ни слова, Карелин наспех засовывает все вещи в рюкзак, встаёт и уходит из класса. Так просто. Одноклассники охренели от такого выпада Славы, но те, кто в курсе его ситуации, вполне поняли его поступок. Слава не мог. Он не знал, что делать. Ярость окутала его сознание. Он начал выполнять какие-то дыхательные техники, о которых он читал в книге, но это дерьмо не помогало. Слава просто сел на пол, накрыл голову руками и заплакал. Вся ярость мгновенно переросла в разочарование и обиду: чем, чем он такое заслужил? Обматюкал один раз препода, попался и все? Теперь ни то, что красный аттестат не получить, даже в нормальный вуз не возьмут. Слава не мог понять, как, как один преподаватель может рушить всю его жизнь? Через минут 5 в туалет зашёл Андрей. -Слав, тебя просит Мирон Янович. —Зачем? — Нужно подойти, он зовёт, не заставляй его ждать. Слава немного прихуел от того, почему вместо поддержки он получает откровенный харчок в лицо от друга. Ему сейчас явно не до его «любимого» учителя. Но Слава пошёл. У него уже нет сил думать и анализировать. Сейчас он плывет по течению, не замечая никого вокруг и прячет лицо, дабы никто не заметил его красных от слез глаз. -Карелин? Очень хорошо, заходите! Объясните, пожалуйста, Ваш поступок. Почему Вы покинули урок раньше времени? Мне снова отправить Вас к директору? -Делайте, что хотите. — шмыгая носом, произносит Слава. -Карелин, Вам сколько лет? Возьмите себя в руки! Никак не отреагировав на это замечание, Слава произнёс: «Я могу идти?» Учитель молча кивнул и Слава вышел. Как же ему было паршиво. Да, можно было поспорить, узнать критерии оценивания. Ведь должна же быть причина, по которой Славу так несправедливо оценили. Но он не мог, у него уже просто не было сил противостоять тирану. Он молча собрался и пошёл на второй урок. Три из четырёх уроков позади, а на Славе все ещё нет лица от слова совсем. Как только он переступает порог класса, на него налетает Саша. -Слушай, Слав, есть разговор. -Говори. -В общем, во-первых, хочу извиниться, что сообщаю о таком в тяжелый день, но оттягивать смысла нет. — Девушка замялась. -Договаривай, Саш, я слушаю. — С грустью произнёс Слава. Казалось, что может сделать этот день ещё хуже? -Короче, у меня появился парень и нам нужно расстаться. — Девушка выпалила эти слова на одном дыхании. Ее щеки были красные от смущения, а взгляд виноватым. Слава резко открыл глаза. Кажется, он снова хочет плакать. И не то, чтобы его это сильно расстроило, но в сложившихся условиях это была целая пачка соли, высыпания на рану. Ничего не сказав, Слава просто ушёл в туалет. Плакать не плакал, но просто сидел и пытался разными способами поддержать себя. Было дикое желание послать все нахуй и свалить из школы, но любимый предмет четвёртым уроком задвинул эту мыслю подальше. К Славе постучали, и он был вынужден освободить кабинку. Встав у окна, он начал думать: о жизни, о себе и о том, что он делает не так. Снова в туалет кто-то зашёл. Слава очень удивился, ведь перед ним был Мирон Янович. У преподавателей свой туалет и первая мысль, которая проскочила у парня, была: «Какого хуя?». Учитель посмотрел на Славу беспокойным мечущимся взглядом и сказал: «Карелин, все кабинки заняты?». Слава утвердительно кивнул, после чего и до этого странный взгляд преподавателя стал ещё более безумным. Далее Мирон Янович произнёс фразу себе под нос: «Ладно, выбора нет», — и начал справлять нужду в писсуар прям перед Славой. Карелин немного офигел от такого, но куда более интересно было то, из чего сейчас лилась мощная желтоватая струя. Член преподавателя был в татуировках: весь прибор по спирали обволакивала железная проволока, а поперёк шло до боли заезженное выражение «never mind». Преподаватель заметил разглядывающий взгляд ученика, но ничего не сказал. После опустошения, Мирон мигом натянул штаны и чуть ли не выбежал из туалета. Слава охренел от такого. Сейчас в нем боролись два чувства: «Как я ненавижу Мирона Яновича, вот бы он сдох» и «Какой же у него красивый и интересный член». Слава решил отогнать обе мысли и пойти на урок. Последнее занятие прошло неплохо, что слегка подняло настроение Славе. Вот он уже идёт домой вместе с Андреем, размышляя над тем, что лучше всего снимет с него накопившееся напряжение. Было принято обоюдное решение попить пивка и порубиться в приставку у Андрея дома.

***

После всего Славе стало действительно лучше. Он чувствовал легкость, но где-то внутри ещё скреблись кошки. Немного пьяный и шкодный Слава, вернувшись домой, решает вздрочнуть. Слава был неплох в поиске информации, именно поэтому у него во вкладке «Частный доступ» всегда водилось только отменное порево. Разумеется, гомосексуального характера. Добравшись до вкладки, Слава не обнаружил там НИ-ЧЕ-ГО. Ярость и горечь захлестнула его уже 3 раз за этот день. Какого хуя все так? Куда пропало все порно? Кто-то видел и удалил? Было до безумия странно и абсурдно. Алкоголь в крови дал о себе знать и Слава минут через 5 уже приступил к поиску. Бомбило ещё от того, что найти старые вкладки не получается, все будто испарилось. В итоге Слава решил попробовать кое-что новое: дрочка на мужиков онлайн. Он бы с радостью сам подрочил для кого-то, но для такого смелого шага количество алкоголя в крови явно не хватало. Парень не любил русскоговорящих, поэтому нарыл какой-то зарубежный сайт с интернет-шлюхами. Все разговаривали на английском (благо, Слава знал этот язык хорошо) и за донаты вставлялись в себя разные предметы, что-то сосали или же просто жестко дрочили. У Карелина загорелись глаза, когда он увидел мужчину в костюме. Было понятно, что это только начало и через какое-то количество донатов парень начнёт раздеваться. Лица видно не было, а оно и не нужно. Его тело, уверенные движения, прекрасный костюм и возраст (ему было явно за 30, судя по шее и рукам) делали своё дело. Слава начал возбуждаться. У него не было денег на донаты, поэтому он ждал, пока кто-то побогаче задонатит на парня. Судя по чату, парня знают многие, поэтому долго донатов ждать не пришлось. Его движения были плавными, но уверенными. Слава представлял, как стоит перед ним на коленях, а тот, в свою очередь, грубо и одновременно нежно заставляет его взять в рот. Слава не дрочил достаточно долго, к тому же, сегодня у него был тяжёлый день. Все это обуславливает то, что увидев стоячий член в трусах, он сам чуть не кончил. Наконец, наступает момент истины и происходит самый настоящий ПИЗДЕЦ. Слава видит ЕГО член, член своего преподавателя. Его ни с чем нельзя спутать. Какова вероятность встретить человека, с точно такой же татуировкой? Почти нулевая. Слава уже сбился со счету ахуев за этот день. Сейчас для него странно, почему раньше он не заметил сходство, ведь оно было очевидно. Нужно действовать быстро. Слава достал из кармана смартфон, сделал фото и дрожащими пальцами написал в чат: «Увидимся завтра на истории, Мирон Янович».