Смех сквозь слезы

Перелет был изматывающим физически, но умиротворяющим морально. Когда близкие защищены, то в бой идешь со спокойным сердцем, зная, что они выживут и будут жить несмотря ни на что. База встретила их вечерней тишиной, отчего внутри у Фран все свернулось в диком приступе страха. Эта тишина давила на нее куда сильнее, чем учитель в первые времена с его кругами Ада. Севэр, напротив, был чересчур расслаблен, что вызывало паранойю у Эллис, которая слышала его разговор с Гаммой насчет сегодняшнего вечера. — Мне это не нравится, — озвучила наконец-то свои мысли вслух Ураган. — Все ноги растут из Вонголы. — То есть, ты считаешь их туловищем? — Ямамото был так же тих и напряжен, идя уже по родным коридорам в мастерскую Шоичи. — Ну, что ты, — Эл закатила глаза. — Я считаю их задницей. А идти по этому адресу никому не хочется, тем более на ночь глядя. Абруа растянул уголки губ в улыбке, а его глаза цвета бренди заискрились. Обогнав Косову, он развернулся к ней лицом и продолжил прогулку вперед спиной. — О-ля-ля, миледи, а у Вас были другие планы на эту ночь? Тендер начала искренне считать, что в их анонимном клубе самоубийц Сев занимает почетное первое место. Кто же будет задевать то, о чем никогда и ни под какими пытками не расколется Эл? С другой стороны, что-то в этом было натянуто реалистичное, будто Облако старается разогнать мысли в разные стороны и не дать возможности достроить логическую цепочку. Косова же, нисколько не смутившись, будничным тоном сообщила: — Есть и весьма грандиозные. Такеши чуть не споткнулся об собственные ноги, а иллюзионистка подумала, что никогда не сможет понять до конца этот непредсказуемый ураган. — И какие же? — не ожидал такого поворота Абруа. — Как какие? — искренне удивилась Косова. — Буду оттирать твою кровь с коврика и труп сжигать за идиотские вопросы. Послышался разочарованный вздох старого интригана, словно он ожидал услышать сенсацию века. — Ты слишком ко мне жестока, моя дорогая Миледи, — такое опечаленное лицо француз еще ни разу не использовал. Тендер уже готова была высказать свои мысли на этот счет, если бы они уже не дошли до Храма современных технологий. Ямамото постучал, и услышал нервное войдите от хозяина помещения, что было не свойственно Ирие. На этот факт оставалось только пожать плечами, если бы не странный отблеск в глазах Урагана. Она все-таки не сбилась с мысли, как надеялся Абруа, а напротив, нашла то, что, возможно, было рано находить. Севэр уловил ниточку этого взгляда, который через миг потух, уступая место таким привычным искрам смеха. Догадалась? Облако лишь тяжело вздохнул. Если это то, что он думает, то ему нужно писать завещание за ложь, а еще нужно позвонить Бьянки, сказать, как он ее любит, и будет любить даже после смерти. Хотя… может Эл помилует и отменит казнь, до рождения его ребенка. Все-таки ему так хочется увидеть свое маленькое чудо, поддержать на руках и поцеловать свою любимую — после этого можно уже и умирать, наверное… Привычный хаос из гаек и болтиков встретил их с распростертыми объятиями, а хозяин всего этого лежал на диване в мягком уголке с тряпкой на лбу. Гамма закидывал разбросанные чертежи в шкаф, стараясь разгрести дорогу друзьям к их гению. — Знаешь, Гамми, — Эллис осмотрела быстро наведенный порядок, — из тебя выйдет отличная домохозяйка! Лайт повернулся к ней и окатил ее очень злым усталым взглядом. — И я тебя люблю, и скучала все эти сутки, — хмыкнула девушка на мысленный посыл в голубые и далекие дали. Ямамото уже приготовился к подколам со стороны Фран, но та проигнорировала традицию и подлетела к Ирие. — Шо-тян, ты как? — голос взволнованно дрожал, а рука дотронулась до лба, отодвигая тряпку в бок. Зеленые глаза покраснели, что было видно, как несколько сосудов лопнуло. Под глазами уже начинали проявляться синяки не столь от недосыпа, сколько от нехватки свежего воздуха, а на губах сияла усталая улыбка. — Не беспокойся, Франи-чан, я немного устал, — в глазах Тумана всколыхнулось недоверие, на что Солнце только вздохнул. Потрепав ее по голове, как маленькую девочку, он заверил ее, что ничего страшного не произошло. — Так, быстро все расселись! — приказной тон от хрупкой и самой младшей среди них выглядел не столь устрашающе, сколь забавным. Однако никто спорить не стал. Севэр занял свое любимое кресло, как и Гроза, а Такеши присел на второй диван. Фран сидела около лежащего Шоичи и не думала оттуда уходить, а Косова присела на подлокотник кресла, где сидел Гамма. — Не поверила, — страдальчески подвел итог рыжеволосый. — Ни единому слову, — подтвердила иллюзионистка. — Ты - никудышный лгун. — И все же, что случилось, пока нас не было? — Ямамото решил отвести еще один удар со стороны Тендер, за что техник был ему благодарен. — Как мы все поняли из пересказа Сева, то сегодня, — он посмотрел на часы, висящие на стене, — через несколько часов у нас встреча с Вонголой на территории Дино. — Это точно была твоя идея, — Ураган положила голову на плечо Гамме. — С чего ты взяла? — сказал тот, смирившись с ролью подушки. — Только ты знаешь, что я не пролью кровь этой чертовой твари на такой изумительный мраморный пол, — все недоуменно на нее посмотрели. — Что? Вы не видели, какая там неповторимая мозаика? Это же будет просто кощунством! — Как меня сжечь, так в любое время суток, — обидчиво потянул Абруа. — Сев, для тебя в любое время дня и ночи, даже коврика не жалко. «Ну, спасибо! — фыркнул про себя Облако, заранее отметая вариант с помилованием, когда встретился с ней взглядом. — Как бы нам с парнями до этой встречи дожить». То, что она не пожалеет ни его, ни Лайта — это сто процентов. За Шоичи заступится Фран или на худой конец расправится с ним гуманней, чем Шляпник. Ямамото она не тронет — как бы она не язвила, но рука на невиновного у Косовой не поднимется. Да и когда на тебя смотрят таким теплым взглядом, то сразу отпадает желание делать гадости, хотя когда это ее останавливало… — Я был на переговорах с ними, — по паузе было видно, что блондин подбирает нейтральные слова вместо своих любимых ругательств и тонких литературных выражений. — Встреча прошла с натягом без особых приключений, не считая разъяренного Десятого. — Кто бы сомневался, — пробубнил Такеши, представляя перекошенное лицо Сальвадора. Тсуна молодец, что отправила на переговоры свою правую руку. Трудно представить, как ему удалось сохранить обстановку холодной ярости, не переходя границ с членовредительством — это Эстенцио умел и частенько практиковал еще при нем, думая, что его никто не видит. Видимо, из его бубнежа все сделали правильные и молчаливые выводы. — Там не будет всех, лишь старый состав, — окрестил бывших Хранителей Лайт. — Жаль, — Ураган погладила его по голове, — отпадает вариант с балконом, — она сильно дернула Гамму на себя, что тот развернулся к ней лицом. Увидев холодные искры ярости, блондин обреченно подумал, что по Эллис плачет фильм ужасов. — Готовься, чертов предатель, — тихо, почти шепотом сказала она, отчего Гроза чуть дернулся. — Сомневаюсь, что они не приедут в полном составе, — внесла свою лепту в разговор Фран. — Эстенцио точно заявится. — Согласен, — кивнул Абруа. — Его вряд ли остановит то, что ты как-то сгруппировал людей и не включил в этот список его. — Также там будет и Вария, — подал голос Ирие. — Я был на переговорах с Занзасом, и они прошли… довольно мирно, не считая полетевшего стакана, когда я открыл дверь. Эл немного оттаяла, и начала задавать странные, с точки зрения парней, вопросы: — И как он отреагировал, что мы будем сотрудничать? — глаза снова светились лукавством и смехом. — Расскажи все в деталях! — Семпай, неужели Вы все-таки переквалифицировались? Тендер тоже особо не понимала такого резкого оживления подруги, но внутренний голос был уверен, что это как-то связанно с сумасшедшим планом Косовой. — Ну, что ты! Я все так же предпочитаю блондинов! Шоичи, не отвлекайся! — Э-э-э, ладно… — Солнце заметил, что у Урагана резко повысилось любопытство. — Я рассказал ему весь план, как его составил Гамма. Он спокойно выслушал, согласился, что это вполне разумно и … — парень немного замялся. — Спросил, какая роль у Тсуны. Я ответил, что мы не хотели бы сталкивать ее и Вонголу, а Занзас хмыкнул, накинул пиджак и поехал вместе со мной к нам. Удивление заполнило все вокруг. Эллис светилась ярче лампочки. — Что ж, а теперь мы можем перейти к гвоздю нашей программы, — брюнетка встала со своего места. — Мы разделились след… — было начал Лайт. — Нет, не об этом, чертов эгоист, — голос Косовой был ледяным, отчего Фран нервно сглотнула. Она видела ее такой лишь раз, когда она узнала о Солдере. Алиса Косова была не просто рассержена, она была в ярости, граничащей с бешенством. От такой Алисы хотелось сбежать. Не от Эл, а именно от Алисы, словно разноязычное имя разделяло ее на двух совершенно разных людей. — Эл, ты чего… — Такеши будто тонкими полосками царапали ее слова. Он выпустил немного пламени, чтобы немного успокоить ее, непонятно отчего. — И не пытайся, не сработает, — она зло прищурилась, но взглянув на Дождя, чуть смягчилась, когда увидела его растерянный взгляд. — Молчим, заговорщики? Абруа простонал про себя. И в кого она такая уродилась догадливая и яростная? Несмотря на угрожающую атмосферу, француз был уверен, что она быстро успокоится, как в прочем и всегда, когда поймет их. Или разнесет мастерскую. «Середины не дано», — философски подметил мужчина. — Я думала, что мы с тобой все выяснили еще на том заднем дворе, — Косова в упор смотрела на Лайта, но тот не чувствовал ни грамма вины. — Довожу до вашего сведенья, что мы — семья, если до кого-то еще не дошло. И защищать того, кто нам дорог, мы будем вместе. Но вижу, что сейчас у нас новые правила — каждый своей кучкой. Раз так желает наша правая рука, то флаг в руки, весло в задницу, — она говорила слишком безразлично и спокойно. — Но, от тебя я такого не ожидала, Севэр Абруа. Она точно в ярости. Только когда она злилась, Эл называла кого-то из них полным именем. — Раз вы такие самонадеянные и жадные, то можете не рассказывать и дальше действовать за нашими спинами. Но, если Тсуна пострадает из-за ваших недомолвок, то я не буду смотреть, кого убиваю. Надеюсь, все всё уяснили? Она простая девушка. Ничем ни примечательная, но все прекрасно знали, что она уничтожит любого, кто покусится на ее семью. Она считала их семьей, и их молчание и недомолвки разрушают то безоговорочное доверие, разрушают семью… — Я не знаю, может мне показалось, но я заметила нечто странное на собрании, — голос Тендер предательски дрогнул, когда холодные сапфировые глаза посмотрели на нее. — А сейчас я почти уверена, что сделала правильные выводы, — она перевела дыхание. Иллюзионистка понимала, что этот ультиматум был далеко не беспочвенный — натянутый грунтовый воздух осадком оседал в легких, не давая нормально дышать. Иногда она забывала, что Эл умеет наводить не только страх, но и отвечать за свои слова. — Фальшь исходила из стороны Хранителей Десятого, но волны были настолько скрыты, что я еле их уловила, будто их блокируют. Это точно не учитель — его пламя я хорошо изучила. Значит, он не ошибся, когда попросил Ирие проследить за утечкой в Вонголе. Но эта деталь меняла дело почти кардинально — предатель в ближнем окружении королей мафии. Ситуация явно осложняется и тут ему с Севэром одним не справится. А если бы Фран пропустила бы эту деталь? Или попросту о ней забыла? Возможно, они бы пошли точно по ложному следу или их бы загнали в ловушку. — Я попрошу одну заразу проверить эту теорию, — немного, но Эл успокоилась, хотя жгучее чувство обиды до сих пор не прошло. — Пока нет доказательств, мы не можем говорить точно. Фран, присматривайся к Хранителям Десятого поколения, возможно, тебе еще раз удастся словить эту эмоциональную волну. — Ты плетешь заговор прямо перед нами? — Гроза поражался ее нелогичности. — Ну, что ты. Я лишь показываю, какие вы оба самонадеянные кретины. — О-ля-ля, а почему же нас двое? — их же вроде как трое, а тут только они вдвоем козлы отпущения. — Потому что Шоичи рассказал Фран, что пытается взломать базу Вонголы, когда мы мило болтали с твоей женой. Двое молодых мужчин косо посмотрели на лежащего парня. — Что? Я не думал, что это секрет для всех, кроме Тсуны, — пожал тот плечами. — Фран будет наблюдать за ними, Шоичи со Спанером будут искать любую утечку, а мы с тобой, Такеши, будем отвлекать внимание на себя и всячески пакостить Вонголе. А, если кое-кто раскается, то будет принимать в этом самое активное участие. Нашего параноика оставим переговорщиком и помощником Тсу. — Ты нами командуешь? — восхитился такой наглости Абруа. Все-таки немного успокоилась. — А что остается, — хмыкнула Ураган, почти придя в себя, — меня не колышет ваше мнение и прочая ерунда из серии «меньше знаешь — крепче спишь». Вместе, значит, вместе. Нет, то дверь там, — она неопределенно махнула рукой. — И еще, я все прекрасно помню, и эту безрассудную подставу я буду помнить долго и со вкусом. Обстановка сменилась на ту, которая казалось уже покинула их несколько дней назад. В воздухе просачивается то самое тепло, совсем крошечные его кусочки, но более сильные, чем когда бы то ни было. — Тебя все устраивает? — хоть и успокоилась, но ее глаза сдали ее с головой. Иногда Лайт понимал, почему у Вонголы всегда Хранители Урагана были в должности правой руки — они могли, как уничтожить, так и сплотить, не смотря на свое отношение к этим людям или их личного мнения. Ему еще учиться и учиться давать такие редкие, но точные пинки, как Эллис. Но ведь во время беды Ураган всегда приходит на помощь Грозе. Честность — это все, что от него просят. Глупо защищать их от правды, когда недосказанность убивает сильнее и медленнее самого искусного яда. — Я надеялся, что расскажу об этом тогда, когда все это будет позади, — он и сейчас на это надеется, там, глубоко в душе, что все обойдется. — Ты говорил, что принцесса в опасности, — припомнил Облако. Гамма никогда не говорит то, в чем он не уверен и то, что он не проверил. — И что это такая за новость, что Эл вас всех тут чуть не убила? — Ямамото беспечно улыбнулся, но потом его улыбка резко слетела с губ. — У Юни было видение, что Тсуна скоро умрет…