Стальная мечта

— Робо-Иисусе, Чад, куда ты успел вляпаться? – воскликнула Узи. Но тот лишь поднял свой пустой взгляд на недовольную работягу, медленно, не поворачиваясь, отошел к двери, прислонился к ней и сполз вниз, оставляя на двери царапины от крыльев и маслянные подтеки. Тот обхватил коленки руками и сверлил взглядом Узи, не издавая ни единого звука. Эн тоже отвлекся, и, увидев растерянный взгляд Чада, подошел к нему. Демонтажник сел на корточки и положил тому руку на плечо, при этом внимательно смотря ему в глаза. — Хей, Чад, что произошло? – спокойно, почти шепотом, спросил тот. Но работяга продолжал сверлить взглядом Узи, скрестившую руки на груди и с недовольством смотрящую на него. Наконец, после нескольких секунд бездействия, Чад медленно перевел взгляд на Эна, и, подняв перед собой две руки, стал загибать пальцы на них по очереди. Наконец, он поднял все свои восемь пальцев вверх, а потом показал еще один, и перевел все такой же испуганный взгляд на Узи. — Девять... – Пересчитал Эн. – Девять чего? – спросил демонтажник, и посмотрел на Узи. Но та лишь молча смотрела на Чада, ожидая, что тот скажет дальше. Снова пару секунд спустя он зашевелился и указал на Эна, чуть ли не тыкнув ему в дисплей пальцем. Демонтажник от этого убрал голову немного назад, внимательно смотря на кончик пальца Чада. Выражение лица Узи сразу же поменялось - недовольство сменилось удивлением, из-за которого она даже убрала руки с груди. Ее взгляд тут же заметался - она смотрела то на Эна, то на Чада, словно хотела что-то сказать, но никак не могла этого сделать. — Подожди, то есть... – Узи, закрыв глаза, выдохнула. – Ты хочешь сказать, что там..– Она указала на дверь. – Девять демонтажников? – договорила та. Чад снова посмотрел своим взглядом, полным страха, на Узи, и еле заметно кивнул. — А, так вот почему все те капсулы были пустые... – Шепотом сказала работяга, и отвернулась. В этот момент дисплей Чада замигал, и тот сразу же свалился на пол. Узи, услышав грохот, сразу повернулась, и, увидев ошарашенный взгляд Эна, сказала: — Не бойся, обычная перегрузка системы. Через пару минут должен прийти в себя – махнула рукой та. Эн остался около Чада и периодически, тихонько тыкал его кончиком пальца, дабы тот побыстрее включился. — И что теперь делать? Их будить? – Узи ходила по капсуле, нервно оглядывая спящую троицу. Эн лишь кивнул, и, как ни в чем не бывало, продолжил свое незатейливое и беззаботное занятие. Узи подошла к Тэду, и, разбудив его, сразу же отправила за крыльями и рельсотроном. Они, к счастью для него, лежали в соседней комнате, и поэтому он без лишних вопросов отправился за ними. — Ви, просыпайся давай быстрее – Узи тихо тронула ту за плечо, и Ви сразу же проснулась, кинув на работягу недовольный взгляд. — Я час назад легла только, а от меня снова чё-то требуют – тихонько выругалась та, и сразу же встала. – Что опять нужно сделать? – со злобой в голосе спросила Ви. — Иди Джей разбуди, только тихо – сказала шепотом Узи, и, развернувшись к Эну, подошла к нему, тоже сев на корточки. — Объясни вкратце им, что произошло – Узи осторожно тронула того за плечо. – Я с Чадом пока разберусь. Эн молча кивнул, встал, и, собрав всех троих, начал тем шепотом объяснять, что произошло. В это время Узи приводила работягу в чувства. Как раз в этот момент снаружи по капсуле начало что-то сильно стучать – грохот был такой же сильный, как тогда, когда Чад со всей скорости влетел в корабль. — Раз, два, три... – Тэд отвлекся, и стал загибать пальцы, считая число громких ударов о корпус корабля. Все тут же посмотрели на потолок и затихли. – ... Семь, восемь, девять. – Стук закончился, и стал слышен противный скрежет о металл снаружи. В этот момент Чад пришёл в себя, и стал непонимающим взглядом смотреть на работягу, которая сидела прямо перед ним. Все пятеро одновременно посмотрели на Узи, ожидая, что она скажет. Но, приведя Чада в чувства, та лишь медленно поднялась, достала свой излюбленный клинок, который теперь был у нее на импровизированном поясе, и, неторопливо проведя по его лезвию пальцем, усмехнулась. — Что ж, я думала, что в ближайшем времени мне придется пролить немало крови... – Та снова оглядела свой клинок, разглядывая блики от света лампочки на нем. – Но, видимо, перед этим мне придется пролить немало масла. – Узи замолчала, и посмотрела на закрытую дверь. Ее раздавшийся после этого громкий смех был настолько безумным и внезапным, что даже демонтажники снаружи на пару секунд перестали усердно скрестись в капсулу, а ее дисплей немного проглючил. В то же мгновение, не переставая улыбаться своей странной и несколько пугающей улыбкой, Узи схватила рельсотрон, и с легкостью выбила дверь с ноги, из-за чего та с громким хлопком упала в снег. — А. Точняк. Дверь. Надо ее как-нибудь починить, забыла немного – перестав на пару секунд улыбаться и серьезно посмотрев на слетевшую дверь, она вновь подняла свой взгляд, и, увидев по очереди спускавшихся демонтажников, снова подняла рельсотрон, и, запустив перезарядку, закинула его за спину. Узи вновь выхватила клинок из пояса и ринулась в бой. Ее товарищи стояли в капсуле, с удивлением глядя в кромешную тьму, среди которой то и дело мелькали белые снежинки, на пару секунд появляясь в тусклом и мигающем свете лампочки из капсулы, а затем исчезали так же стремительно, как и появлялись. — Ээ.. типа... в бой? – сказала Ви, и, вытащив острые лезвия, рванула за Узи, исчезнув в кучке желтых крестов, которые мелькали неподалёку. Все остальные, не мешкая, понеслись за ней – в самое пекло бойни. Непроглядная темнота то и дело озарялась ярким светом вспышек от выстрелов, и характерный громкий хлопок то и дело содрогал тишину, которая годами, нерушимая, стояла во дворе этого здания. Среди многочисленных дисплеев то и дело проносились то лезвия, то выстрелы, от которых дроны с трудом уворачивались. В воздухе ежесекундно стоял жуткий, противный скрежет, отчего начинало казаться, что этот неприятный звук тут всегда был, есть и будет. Спустя несколько минут этого адского месива уже никто не различал, кто есть кто, ведь все были запачканы маслом и сильно взъерошены. Узи сцепилась в очередной схватке с одним из демонтажников, а остальные двое лежали рядом в отключке, в которую она же их и отправила. На ее удивление, этот дрон довольно хорошо уворачивался от редких выстрелов рельсотрона и частых, быстрых ударов клинком. — Черт тебя побери, когда уже все твои шестеренки – процедила Узи сквозь зубы, отчаянно пытаясь выбраться из его крепкой хватки – ... расплавятся, а, чертов агрессивный кусок железа? – закончила та, все так же стараясь не упасть в снег на спину. — Обычно не эти мысли посещают работяг перед смертью – спокойно ответил тот, и вновь увернулся от внезапного удара клинком. И вся эта бойня шла бы в своем обычном темпе, если бы не одно но. Сквозь весь этот шум борьбы, в паре метров от отчаянно борящихся демонтажника и работяги, послышался голос, который не принадлежал ни кому-то из напавших демонтажников, ни кому-то из шестерки Узи. — Может быть, ты ищешь меня, а не их, серийный номер Кей? – громко спросил неизвестный дрон, шагнув вперед и остановившись в паре метров от них. Демонтажник, упорно борящийся с Узи, быстро перехватил ее руки, и остановился. — Откуда ты знаешь мое имя? – Кей, не поворачиваясь, спросил у неизвестного дрона, глядя перед собой, словно это говорил совсем не тот, кто стоял позади него, а он сам, внимательно глядя в зеркало. В это время Узи пыталась высвободить свои руки из его крепкой хватки, но, к сожалению, у нее ничего не получалось. — На желтой повязке прочитал – спокойно, с каплей сарказма ответил тот. Узи стало очень интересно, кто же этот дрон, и, немного наклонившись вбок, в темноте разглядела знакомый силуэт работяги. — Серьёзно, пап, что ты тут делаешь, да еще и с рельсотроном по моим чертежам? – как ни в чем не бывало, спросила Узи. Услышав это, демонтажник резко посмотрел сначала на работягу, а потом, повернувшись, на Хана. Тот стоял с рельсотроном позади него, и внимательно смотрел тому в дисплей, направив на него свое оружие. — Снова ты!? – воскликнул раздраженный Кей. — Да. На этот раз из отряда пропадешь ты – решительно ответил Хан, перезарядил рельсотрон и снова направил демонтажнику в дисплей. — Чт.. Какого черта тут вообще творится!? – воскликнула Узи. Сейчас для нее было больше вопросов, чем ответов. – Откуда ты его знаешь!? – еще раз воскликнула та. Казалось, что ни тот, ни другой, не замечали полного непонимания и негодования работяги. — ... Узи? – ошарашенно спросил Хан. Тот даже немного опустил рельсотрон и с нескрываемым интересом оглядывал свою взъерошенную в бою дочь. За эти доли секунды промедления очнувшиеся двое демонтажников чуть не опрокинули того навзничь, но тот вовремя успел отшагнуть направить на них рельсотрон, и его желтый луч ярким светом озарил Кея и Узи, снова на время отключив двух восстановившихся дронов. Демонтажник легким, непринужденным движением откинул работягу на пару метров в сторону на снег, и та упала лицом на твердую льдышку, от чего часть дисплея разбилась на маленькие кусочки. На нем тут же высветилась глючащая ошибка, из-за которой Узи ничего не могла разглядеть, не говоря уже о жуткой боли, мешавшей ей соображать. Перед ней лишь мигали желтые огоньки вперемешку с голубыми, которое активно перемещались то в одну, то в другую сторону. Та немного привстала, облокотившись на руки, и, так как ее дисплей стал медленно восстанавливаться, она наконец начала различать, где Хан, а где Кей. Та, немного пошатываясь, встала на ноги, и стала судорожно искать свой рельсотрон среди черно-белого месива из снега и масла. Узи наконец нашла его и хотела уже взять, как вдруг увидела перед собой ужасающую картину - ее отца уже трое демонтажников опрокинули на спину, и тот, со всех сил сопротивляясь, пытался уворачиваться, но у него это плохо получалось. Узи схватила рельсотрон и хотела уже перезарядить, как вдруг остановилась. Ее остановила простая мысль:" А сделал бы он для меня то же самое? " . Этот вопрос очень невовремя начал мучать ее искусственное сознание, не давая ей спокойно перезарядить свое оружие. Ей сразу вспомнился тот случай, в бункере - когда она была в шаге от смерти, а Хан просто закрыл последнюю дверь, даже не пытаясь ее спасти. Вспомнив это, она застыла совсем, и стала смотреть на рельсотрон, погрузившись в свои размышления. Она не хотела терять своего отца, но и не хотела прощать за тот проступок. — Узи, ты.. – хриплым голосом сказал Хан. – ..жива? – через силу улыбнулся тот. Увидев улыбку на его лице, все сомнения сразу отпали. За пару мгновений после этого среди сотен мыслей верной она посчитала лишь одну - сначала убить их троих, и только потом думать о том, что сделал для нее отец. Узи тут же оживилась, и одним резким движением перезарядила рельсотрон. Тот постепенно начал набирать заряд. Работяга подняла взгляд - демонтажники все так же пытались убить Хана, но тот уже не так сильно сопротивлялся, как до этого. Пока ее оружие перезаряжалось, она, закинув его за спину, выхватила из своего пояса клинок и рванула с места, за пару длинных шагов достигнув этой троицы. Они обступили Хана со всех сторон, из-за чего она не могла его разглядеть за их спинами. Узи, подпрыгнув, сразу вонзила одному из них клинок в дисплей, от чего масло тут же потекло сначала по клинку, а потом - по ее руке, и тяжелая туша демонтажника свалилась прямо на нее. С трудом откинув отрубившегося дрона, она снова взяла рельсотрон и точным выстрелом во второго демонтажника снесла ему голову и часть тела. Оставался последний. Работяга, не мешкая, сразу прыгнула на него, и, разбив прикладом его дисплей, вонзила свой клинок в уже упавшее тело отключившегося дрона. Она встала с демонтажника и, вытащив из него свое оружие, с облегчением выдохнула. Кинув на него взгляд, она плюнула в него и развернулась к отцу, чтобы помочь ему встать. — Нет, нет, нееет.. – тихо прошептала та. Там, где лежал Хан, был лишь черный снег, успыпанный разнообразными шестерёнками, механизмами и схемами, по которым изредка проходил электрический заряд. От его дисплея остались лишь несколько крупных осколков, которые медленно расплавлялись в нанитовой кислоте. На его голове была разбитая каска, полностью залитая маслом, и очки, осколки от стекол которых валялись буквально повсюду. Его корпус был сильно помят, и на нем с трудом можно было узнать темно-синюю куртку, от которой остались лишь клочья, забрызганные маслом. — Неет... – Узи отшагнула назад, и схватилась за голову. — Это... Это неправда.. – прошептала та и ударила себя по дисплею, отправившись на короткую перезагрузку. Она снова открыла глаза, но все оставалось на своих местах - разлитое масло и распотрошенное тело работяги. Узи не могла поверить своим глазам - ее отца убили, и винила в этом работяга только себя. Она сожалела о каждой секунде промедления тогда, когда на него напали демонтажники; о каждой секунде тогда, когда она могла выстрелить по каждому из них и тем самым спасти своего отца, который, казалось, был рад видеть ее всего за несколько минут до своей смерти. Ее руки бессильно опустились. Перед ее глазами то и дело мелькали яркие вспышки от выстрелов. Ее словно вырвало из реальности - пока вокруг нее происходила оживленная бойня, она застыла, и пустым, почти безжизненным взглядом смотрела на ее товарищей, отчаяно борящихся с демонтажниками. Но нет, перед собой она не видела ничего - в сознании всплывали, промелькивали лишь картинки, на которых демонтажники с особой жестокостью разделываются с ее отцом, затмевая собой то, что происходило у нее буквально перед носом. Но вот один из демонтажников в очередной раз восстановился, и, кувырком покатившись по снегу вместе с Узи, опрокинул ее на спину. Она совсем не пыталась сопротивляться, даже уворачиваться от лезвий не пыталась. Работяга опустошенно смотрела на демонтажника, который вот-вот вонзит свое лезвие в ее дисплей, а после - расправится с ней так же, как и с Ханом. И вдруг, откуда ни возьмись, Джей просто снесла собой этого демонтажника, со всей скорости влетев в ничего не подозревающего дрона. Та сразу же поднялась, и стала сдерживать руками демонтажника, рвущегося в бой. "Не время умирать, идиотка" – желтая надпись высветилась на дисплее разъяренной Джей. Эта фраза буквально выдернула Узи из той пучины сожалений и печали, в которой, словно в зыбучих песках, медленно утопала, даже не стараясь высвободиться из них. Пока Джей на миг отвлеклась на Узи, демонтажник одним из лезвий его крыльев отрубил ей руки. Они тут же свалились на Узи, и та, откинув их в сторону, резко встала. Но было вновь поздно – демонтажник успел позвать свою напарницу, и они, крепко связав Джей хвостами, подхватили ее и улетели в неизвестном направлении – из-за сильной метели ничего не было видно, и разглядеть, куда же все таки те полетели, было невозможно. Первое время Узи со всех ног бежала за ними, напрочь позабыв о о своих собственных крыльях, но потом остановилась, не в силах гнаться за ними дальше. — Спасибо – тихо прошептала работяга, стараясь в темноте разглядеть отдаляющуюся точку, словно надеялась на то, что Джей услышит ее. Спустя пару минут после этого Узи уже во всю резала своих врагов, то и дело безжалостно нанося своим острым клинком удары то по одному, то по другому дрону. Из всей шестерки, на ее удивление, остался лишь Чад и она сама, ну а все остальные демонтажники, за исключением двух из них, которые были на этом просторном дворе, были в отключке. Работяга уже с трудом справлялся, и это было очень уж заметно - его движения были вялыми, его реакция была очень плохой, да и промахивался он все чаще и чаще, своими выстрелами снося не убийц, а остатки завода. И вот настал момент, когда и его отправили в долгую перезагрузку с восстановлением своих частей. Узи, вырубив последнего демонтажника, оглянулась. Метель уже прекратилась, и небо было уже чистое. На горизонте небо было светло-голубое, и темно-синие, почти черные оттенки постепенно уступали свое место светлым - через пару часов будет рассвет. Узи молча стояла посреди всего места бойни. От белого цвета снега совсем ничего не осталось: кругом было лишь черное масло, и тела временно отключенных дронов, разбросанных повсюду. — ... Чад точно насчитал их девять, а не семь? – Узи огляделась, и, пересчитав всех, спросила сама у себя. Но вдруг в паре шагов от нее, прямо перед ней приземлился демонтажник. К ее удивлению, он спокойно стоял, лишь разглядывая Узи, сложив руки за спиной. Работяга с не меньшим интересом разглядывала того. Его вид казался ей до жути знакомым, но та никак не могла вспомнить, кто же он. — Мы где-то виделись? – нарушила тишину работяга. — Да – кивнул тот. — Но где? – снова спросила Узи. Поняв, что он ничего ей не сделает, она опустила рельсотрон. — Здесь, недалеко от этой капсулы – спокойно отвечал тот, и, не сводя своего взгляда с работяги, кивнул в сторону, противоположную заводу. — Все равно не могу вспомнить, где мы виделись – сказала работяга. — Что ж...– тот взял небольшую паузу. – В таком случае, давай напомню. Демонтажник продолжал все так же стоять, и вовсе не двигался. — И г... – Спустя несколько минут молчания Узи хотела вновь поинтересоваться, кто этот дрон, как вдруг ее пронзила резкая боль в животе. Она была настолько сильной, что работяга с трудом могла дышать. Узи медленно опустила голову вниз. Из нее торчал клинок, испачканный в ее собственном масле, и это же масло медленно, размеренно капало на снег, будто специально, издевательски отсчитывало последние секунды ее жизни. Она почувствовала на своем плече тяжелую руку, которую, очевидно, положил дрон, стоявший сзади, и громко дышащий ей в шею. За то время, пока она смотрела на демонтажника, она совсем забыла про еще одного - он то и стоял позади Узи. Работяга упала на колени и посмотрела на демонтажника, стоявшего прямо перед ней взглядом, полным разочарования. Дышать становилось все трудней и больней, ну а во рту чувствовался сладкий привкус ее же масла, которое стало стекать по ее щекам и шее вниз, образуя на них тоненькую черную дорожку. — Надеюсь, теперь ты вспомнила, кто я – размеренным шагом тот подошел к ней. Его дисплей находился в паре сантиметров от дисплея Узи, а одно из лезвий его крыла было вплотную приближено к ее шее, отчего работяга невольно поднимала голову вверх. Узи наконец вспомнила, кто это - это тот самый демонтажник, которого она попыталась убить, когда в первый раз пришла в эту капсулу, но она отправила его лишь в отключку, и клинок, который сейчас вознили в нее, был тем самым, что она оставила тогда в стене. — Ты не убила меня тогда.. – На его лице появилась легкая ухмылка. – Что ж, ты успеешь еще об этом пожалеть – сказал демонтажник. Узи не выдержала, и из последних сил плюнула тому в дисплей. Тот, спокойно вытерев плевок, отстранился. – Не раз успеешь пожалеть. – Тот широко улыбнулся, и отвернулся к постепенно светлеющему небу. Сразу после этого Узи ударили чем-то тяжелым по голове, и поэтому она упала на снег. Ее дисплей сильно заглючил, и из-за этого перед собой она видела лишь темный силуэт демонтажника, который перед ней ходил из стороны в сторону, все так же сложив руки за спиной. — Кей убил того работягу, которым промыл нам всю систему? – полушепотом спросил демонтажник, перешагнувший через Узи и направившийся ко второму. — Ну, судя по тому, что он валяется вон там – тот показал на место, где лежал Хан. – Он его все таки грохнул. — И слава богу, сразу два дела сделали – спустя пару секунд добавил демонтажник. Дисплей Узи медленно погас, и она ни увидеть, ни услышать что-либо больше не смогла.