Океан забытой нежности

Голова раскалывается. Тэхен открывает глаза и морщиться от света, что проникает сквозь открытые шторы. Он чувствует тёплые руки, что обвили его талию. Тэхен поднял взгляд. Перед ним лежит Чонгук, что мирно спит. И вроде бы все хорошо, омега чувствует себе в безопасности, но в голове всплывают картины вчерашней ночи, от которых омеге опять становиться не по себе. Тэхен начинает ерзать, чтобы выбраться из хватки Чонгука, но тот сразу же просыпается, только притягивая и прижимая к себе ближе. — Давай полежим ещё, — сказал Чонгук, утыкаясь носом в волосы Тэхена. — Кого…кого ты убил, — еле выговаривая эти слова, прошептал Тэхен. — Только тех, кто заслужил этого и никого больше. — Они не заслужили такой участи. — По-твоему я должен был закрыть глаза на то, что они делали с тобой? Простить и понять? Я не Святой Отец. — Вчера мне было страшно. Кровь…она была повсюду… — Не плачь, — сказал Чонгук, обнимая омегу еще крепче. — Прости, я не должен был приходить домой в таком виде. Я не хотел тебя пугать. Я не причиню тебе вреда. Я не хочу, чтобы ты боялся меня. — Но заставляешь. Альфа тяжело выдохнул. Внутри Чонгука рвётся зверь, что терзает его изнутри за то, что испугал своего котёнка, что заставил его бояться, поселил в его душе страх, оставил огромный тёмный отпечаток в памяти, что вряд ли теперь когда-то исчезнет. — Хочешь, мы сходим сегодня на выставку? — спросил Чонгук, пытаясь отвлечь Тэхена. — Наверное, да…было бы неплохо. — Тогда ты должен еще поспать. Выставка будет вечером, а после нее мы кое-куда съездим. — Как скажешь, — Тэхен не стал ни о чем расспрашивать или возражать. Он решил, что просто спокойно уснёт дальше.

***

Холодно. Очень холодно и сыро. Все небо затянуто серыми тучами. Не было даже маленького просвета, где мог бы протиснуться луч солнца. Дождь мелкими каплями падает на землю. Завывает сильный ветер, кружа за собой осенние листья. Куча людей, которые все одеты в черную одежду, стоят под зонтиками печально склонив голову вниз. Подойдя ближе, он видит две черные могильные плиты. Рядом лежит куча ярко алых роз. ― Так печально…мальчик остался совсем один. Так рано лишиться родителей…― сказала какая-то пожилая дама. ― Ему всего-то 15 лет. ― Согласна с тобой. Правда, по мальчику даже и не скажешь, что он грустит, ― ответила ей рядом стоящая женщина. Он начал вращать головой в попытках найти этого мальчика. Мальчик был одет в черный костюм, аккуратно уложенные волосы все намокли, он стоял спиной, поэтому лица было не видно. ― Эй, ты в порядке? ― тихо спросил Тэхен, боясь испугать мальчика. ― В полном, ― коротко ответил мальчик. ― Тебе, наверное, ужасно больно, ведь ты потерял родителей… ― Не знаю почему, но мне кажется, что я могу вам сказать правду. Мне нисколько не больно, ― мальчик продолжал стоять спиной к Тэхену, смотря на розы, что лежали на земле. ― Что?!..― Тэхен был ошарашен таким ответом. ― Ты же потерял родных, как ты можешь так говорить? ― Они оставили меня. Они не любили меня, так с чего мне любить их? ― Ну они же все равно твои мама и папа. Возможно, у них была причина, чтобы так поступить. ― Ха…какая же? Ты вроде бы взрослый, но мыслишь, как ребенок. Веришь в лучшее, в чудо…― мальчик слегка приподнял голову к небу, капли дождя скатывались по его лицу. ― Ты сильно напоминаешь мне одного человека. Он часто говорит мне, что я ребенок. И мысли у вас схожи. Вроде бы это значит, что он взрослый и опытный, но его слова зачастую могут ранить. Иногда кажется, что в какой-то момент у него просто отключаются какие-либо эмоции. Это пугает. ― Зато он достиг многого. Открыл свою компанию, помогает людям. И он встретил тебя. ― Не думаю, что моя встреча с ним, это его огромное достижение. Мы познакомились не в самой приятной обстановке и…стой, ― Тэхен резко повернул голову в сторону мальчика, уставившись в его затылок. ― Откуда ты его знаешь? ― Мне кажется, что для него встреча с тобой, это самое важное достижение, ― мальчик развернулся к Тэхену, заглядывая в его глаза. ― Поверь мне, я-то уж точно знаю. У Тэхена остановилось сердце. Перед ним стояла маленькая копия Чонгука. Среди мрачного кладбища, его глаза не были яркого янтарного цвета. Они были какие-то тусклые, печальные, в них была боль. ― Я надеюсь, что ты счастлив со мной, Тэхен, ― мальчик натянуто улыбнулся, а после послышался его истерический смех. Он был дьявольским и разносился по всему кладбищу. С голых деревьев с оглушающими криками взлетели вороны. Раздался гром, сверкнула молния… Тэхен быстро принял сидящее положение, глубоко вдыхая кислород. Сердце бешено колотилось, сбитое дыхание и пот, что скатывается каплями со лба. В комнате было достаточно мрачно, так как небо заволокли тучи, на улице шел дождь. Он повернул голову в сторону и не увидел Чонгука. Тэхен подскочил с кровати и побежал на первый этаж. В гостиной и кабинете альфы не было, как оказалось, он был на кухне. ― Я как раз собирался идти тебя будить, ― сказал Чонгук, разворачиваясь к Тэхену. ― Что случилось? Ты испугался грозы? ― Никогда не боялся грозы, но теперь боюсь, ― Тэхен подлетел к Чонгуку, крепко обнимая его. ― Я люблю тебя, Чонгук. ― Я тоже тебя люблю, но с чего такой резкий приступ любви? ― альфа обнял одной рукой Тэхена за талию, а второй стал поглаживать по волосам. ― Просто хотел сказать, что люблю тебя. И я безумно счастлив с тобой. Мне не нужен никто кроме тебя рядом со мной, мне не нужен никакой другой альфа. ― Я удивлен, что ты вообще думал о ком-то другом, кроме меня, ― Чонгук подхватил Тэхена и посадил на столешницу. Омега обнял его за шею. ― И я тоже безумно счастлив с тобой. ― Мне безумно страшно, Чонгук, ― Тэхен приблизился очень близко к Чонгуку. Каждое слово он говорил в сантиметрах от губ альфы. ― Чего ты боишься? Я сделаю для тебя все, чтобы ты не боялся, ― Чонгук опалял жарким дыханием губы Тэхена. ― Грозы. Мне ужасно страшно, я весь трясусь от страха. Прошу помоги мне. Успокой меня, ― Тэхен начал нервно перебирать черные пряди Чонгука. ― И что же мне сделать? ― Поцелуй меня, ― слова Тэхена прозвучали как приказ. И Чонгук не в праве ослушаться. ― Как пожелаешь, котенок. Чонгук припал к губам Тэхена. Он начал медленно сминать губы омеги. Он то целовал его, то слегка прикусывал их. Тэхен отвечал на поцелуй, стараясь повторять за Чонгуком. Руки Чонгука медленно начали скользить по коленкам омеги вверх, снимая футболку и ведя пальцами по каждому ребру, пересчитывая их. Тэхен лишь поддался под ласки, прижимаясь ближе. Чонгук специально задел сосок, на что получил желанную реакцию. Тэхен негромко простонал, открыв рот, а Чонгук сразу же ворвался внутрь, переплетая их языки. Он вылизывал рот Тэхена, наслаждаясь каждым загнанным выдохом омеги. Поцелуй получился страстный и пошлый. Чонгук отстранился. Омега тяжело дышал и смотрел слегка затуманенным взглядом. С уголка губ до подбородка тянулась тонкая слюнка, торс был полностью оголен, возможно для кого-то это показалось бы неприятным, но для Чонгука, это был самый прекрасный вид. ― Только не говори, что мы остановимся на этом. ― Мы остановимся на этом, мы зашли слишком далеко. — Вот именно, мы зашли слишком далеко, чтобы останавливаться. Если ты боишься, что я подам на тебя после этого в суд и тебя посадят за совращение несовершеннолетних, то не бойся. Я не собираюсь этого делать. ― Поверь, это последнее чего я боюсь. ― Но все же боишься, ― Тэхен ухмыльнулся. ― Ха, возможно, ты прав. Ты уверен, что готов? ― Я уже давно готов Чонгук, но вот ты…как будто нет. ― Мне страшно, что я причиню тебе вред. Ты такой хрупкий, маленький и нежный. ― Не бойся, Чонгук. Я доверяю тебе. ― Безумно счастлив, что ты доверяешь мне, но мне кажется, что еще рано, ― Чонгук нежно огладил щеку Тэхена. ― Пожалуйста, Чонгук. Я вправду больше не могу терпеть. Или может ты просто не хочешь заняться со мной сексом? ― в глазах Тэхена была огромная обида и страх. И, кажется, еще чуть-чуть и Чонгук доведет его до слез. ― По крайней мере не на столешнице, котенок, ― Чонгук подхватил Тэхена, чтобы унести на второй этаж. ― Может быть чуть позже попробуем, если ты так захочешь. И даже думать не смей, что я не хочу тебя, ― Чонгук зашел в спальню, укладывая Тэхена на простыни. Он быстренько избавился от штанов омеги. ― Твое тело просто прекрасно. Я схожу от тебя с ума. И ты даже не представляешь как сильно. ― Сложно представить, что кто-то любит меня таким. ― Таким, это каким? ― Ну…таким не идеальным. ― Для меня ты идеален во всем, Тэхен. А если кто-то так и думает, то он пожалеет, я убью каждого. ― Каждого, кто обидит меня? ― Каждого. ― И никто не уйдет безнаказанно, ― тихо прошептал Тэхен, затаив дыхание и смотря на Чонгука. Его янтарная глаза ярко блестели из-под черных прядей, что упали на лицо. ― Никто, ― Чонгук потянулся к боксерам Тэхена, избавляясь и от них. Омега не ожидал столько быстрых действий, свел ноги вместе, на щеках заиграл румянец. ― Куда же пропал весь твой напор? ―Чонгук усмехнулся такой реакции омеги. ― Тебе нечего меня стесняться, котенок. Чонгук медленно оглаживал ноги Тэхена, чтобы тот расслабился, а затем надавив, развел их в сторону и уселся между. Он продолжал оглаживать ноги, но теперь уже наклонившись и оставляя поцелуи на небольших шрамиках, то прикусывая белоснежную кожу бедер, оставляя небольшие отметины. Тут одна рука уже стала оглаживать член, а вторая сокровенное колечко мышц. ― Просто посмотри, как ты течешь, ― Чонгук поднял руку, что была испачкана в ароматной смазке и слизал каплю, что начала скатываться. Омега тихо простонал, сгорая от стыда. ― Такой милый, когда смущаешься. Чонгук дотянулся до тумбочки, вытащив оттуда презервативы и кинул их на кровать. Вернувшись к Тэхену, он начал медленно вводить в него один палец, второй рукой водя по члену. Омега начал тяжело дышать, привыкая к новым ощущениям. Альфа начал двигать пальцем туда и обратно, не спеша и аккуратно. Привыкнув, Тэхену стало этого мало, и он попросил еще. Чонгук послушно добавил второй палец, но теперь уже ускоряя движения. Омега стонал негромко, но, когда Чонгук попал по простате, тот вскрикнул. Движения Чонгука стали увереннее. ― Ах~ Чонгук, пожалуйста. ― Что же ты хочешь? ― Тебя…мм…я хочу почувствовать тебя в себе, пожалуйста. ― Ох, ну как же я могу отказать тебе, когда ты так просишь. Чонгук и вправду не стал больше мучить Тэхена. Он рад, что ему не придется идти за смазкой, природной и так достаточно. Тэхен даже и не понял, как Чонгук так быстро избавился от ненужных вещей, надел презерватив и склонился над ним. ― Возможно будет чуть-чуть неприятно, котенок. Но это лишь в начале, потом ты будешь умолять меня трахать быстрее. ― Ты слишком много говоришь…папочка Ох…возможно Тэхену не стоило это говорить. По крайней мере не в их первый секс, но как говориться, что сделано, то уже сделано. Чонгук не сдержался, Чонгуку слишком снесло крышу от того, как это было сказано из уст Тэхена. Альфа вошел резко и полностью, но двигаться не стал, ведь в Тэхене было тесно, и от этого становилось еще хуже. Громкий стон наслаждения, смешанный с нотками боли, заставил его прийти в себя. Он посмотрел на Тэхена, что зажмурил глаза и закусил нижнюю губу до крови. ― Прости, котенок. Прости, ― Чонгук начал успокаивающе целовать лицо Тэхена. Тот постепенно начал расслабляться. ― Не называй меня так, это заводит. ― Я бы сказал, что тебя это так заводит, что у тебя вообще разум отключается, ― подал голос Тэхена, открывая глаза и встречаясь с возбужденным, но в то же время обеспокоенным взглядом. ― Мы можем остановиться, если ты хо… ― Нет! Мы можем только продолжить и точка. ― Как скажешь, ― Чонгук поцеловал Тэхена, поднялся и ухватившись за его талию, начал медленно входить и выходить из омеги. Член Чонгука скользил без проблем из-за большого количества смазки. Сначала он был медленный и входил не полностью, но потом стал толкаться глубже и резче, попадая по простате, что сводило Тэхена с ума. Он стонал громко, хватаясь за простыни и сминая их. Чонгук все же не двигался слишком быстро, сдерживал себя. Он наклонился вперед, встречаясь своими губами с губами Тэхена. Он целовал страстно и властно, проникая языком внутрь. Тэхен таял под таким Чонгуком и бесстыдно стонал в поцелуй. Руки уже не сминали простыни, а расцарапывали слегка загорелую кожу спины Чонгука. Альфа был совершенно не против этого, это давало ему знак, что Тэхену хорошо, что омега доволен. Он оторвался от губ Тэхена, ведь тот начал лепетать про то, что уже близок к разрядке. Чонгук просунул руку между ними, начав дрочить Тэхену, чтобы привести к разрядке. Он знает, что может довести Тэхена до оргазма и без рук, но не в этот раз. Чонгук и сам был близок, так что ускорил толчки. Секунды и они оба с протяжным стоном кончили. Чонгук в презерватив, а Тэхен излился на свой живот, пачкая руку Чонгуку. Омега лежал под альфой, загнано дыша и весь извиваясь от наслаждения наступившего оргазма. Чонгук вышел из Тэхена, снял презерватив, выкинув его сразу в мусорку и пошел за полотенцем. Вытерев Тэхена мокрым полотенцем, он лег рядом с ним, обнимая и накрывая их одеялом. Все на что хватило Тэхена, так это лишь прижаться ближе к родному телу альфы. ― Все в порядке? ― поинтересовался Чонгук. ― Все просто прекрасно, ― Тэхен устало закрыл глаза. ― Почему…ты не поставил мне метку? И только не говори, что еще рано. ― И не буду. Для первого раза с тебя хватит и просто страстного секса. Ставить метку–это не самые приятные ощущения. Не волнуйся, если ты ее так хочешь, то ты ее получишь, но чуть позже, ― Чонгук приблизился к шее Тэхена. ― Знаешь, мои клыки так и чешутся, чтобы пометить тебя. Твой запах…сладковато-терпкий запах черной смородины, он так напоминает мне о моем детстве. У нас был огромный сад, в котором я так любил сидеть целыми днями. Я приходил с самого утра. Свежий утренний запах росы перемешанный со смородиной. Лучи солнца–единственная вещь, что согревала меня. ― Еще никто не описывал мой запах именно так… ― Нам было предначертано встретится, я уверен. Для меня ты просто идеален. ― Для меня ты тоже идеален…в детстве меня нельзя было оторвать от костра. Я игрался с ним, поджигал палочки. Всегда помогал родителям зажигать его. С возрастом мне так полюбился запах паленой древесины, что, когда мы впервые встретились и ты выпустил свои феромоны, мне стало так спокойно. ― Я люблю тебя, Тэхен. И никогда не отпущу. ― И я тебя. Тэхен начал медленно проваливаться в сон. Но в его голове появился новый пунктик о том, что он должен расспросить Чонгука о его детстве. Где его родители, где он рос и черт возьми связан ли этот сон, как-то с его детством? Или это просто богатая фантазия его мозга?