Океан забытой нежности

На работе Чонгук старался закончить все как можно быстрее, чтобы поехать домой. Теперь у него есть то, ради чего стоит возвращаться каждый день домой. Там ждет его котенок, его сокровище и ничье больше. Сегодня очень важный день, ведь Чонгук устроил для своего любимого выставку. Тэхен мечтал об этом давно. Картин у него собралось много, так как он только и делал, что рисовал, ведь Чонгук не разрешал ему выходить из дома куда-либо. Частенько Тэхену все же хотелось выбраться куда-нибудь, но это удавалось лишь по выходным и только с Чонгуком. С Чимином они все так же продолжали тесно общаться, но только по телефону. Омега зашел в свою гардеробную, ту самую, которую Чонгук обещал полностью заполнить его любимой одеждой. И он это сделал. Тэхен долго не думал, надел зеленый свитер с бежевыми брюками и сделал легкий макияж, уложив волосы. В машине его уже ждал Чонгук. Тэхен быстро уселся на переднее сидение. ― Ну что, готов? ― поинтересовался альфа. ― Да, но немного страшно…ты отвезешь меня, а потом поедешь на работу? ― Конечно, нет. Как я могу пропустить выставку своего любимого котенка? ― Чонгук наклонился в сторону Тэхена и дотянулся рукой до ремня, пристегивая его и попутно чмокнув в губы. — Это было бы грубо с моей стороны бросить тебя там одного. Тем более там будут репортеры, ― говорил Чонгук, выруливая на дорогу. ― Они будут задавать кучу вопросов, а ты не привык к такому вниманию. ― Переживаешь, что не справлюсь? Я уже не маленький. ― Тебе еще даже нет 18, так что ты маленький. — Значит, когда мне исполниться 18 лет, то я буду взрослым? И ты будешь так считать? ― Нет, для меня ты всегда останешься маленьким. Мы приехали, пора выходить. Тэхен неуверенными шагами и с замершим от волнения сердцем вышел из машины и направился в здание, в котором была устроена выставка. Чонгук не торопил, шел рядом и держал за руку. Тэхен был в шоке зайдя в помещение. Здесь было просто неимоверное количество людей. От детей, которые пришли с родителями, до стареньких альф и омег. Все ходили от картины к картине, останавливаясь и подолгу рассматривая их. К ним сразу же подлетели репортеры и журналисты, как и говорил Чонгук. Если вдруг Тэхен не знал, что ответить, то альфа отвечал за него, мило улыбаясь и обнимая Тэхена за талию, прижимая ближе к себе. Дав всем интервью и сфотографировавшись почти со всеми, кто пришел на выставку, Чонгук решил прогуляться с Тэхеном и тоже посмотреть его картины, Тэхен тщательно прятал их от альфы. Было довольно много пейзажей или натюрмортов, что Тэхен выстраивал из вещей, которые нашел в доме Чонгука. Так же он увидел пару картин, на которых был нарисован он сам. Альфа помнит, как Тэхен фотографировал его, когда он говорил по телефону, смотря в окно, за которым шел дождь. Как он сидел в саду с ноутбуком, греясь на солнце. Так же, как Тэхен проник в его кабинет, когда тот работал и тоже сделал фотки. Чонгук заметил, как тот сфотографировал его, но виду не подал. — Все это время ты фотографировал меня, чтобы нарисовать? ― поинтересовался Чонгук, обнимая Тэхена со спины и кладя свою голову ему на плечо. ― Сначала я делал это просто так, чтобы запечатлеть моменты из нашей жизни. Но потом решил, что было бы интересно нарисовать тебя. Тебе нравится? ― Очень, ― Чонгук поцеловал Тэхена в шею и хотел продолжить наслаждаться моментом, но его прервали. ― Чон Чонгук, прошу прощение, что прерываю, но я бы хотел пообщаться с братом. Мы уже давно не виделись с ним, ― сказал Джун, разводя руки в сторону. Тэхен сразу же бросился в объятия. ― Я так скучал, Джууун, ― омега крепко обнимал брата. Он и вправду очень соскучился по нему, они не виделись целых два месяца. А для Тэхена это очень много, что он даже пустил слезу. ― Эй, ну ты чего. Я тоже скучал по тебе, но не надо плакать, ― Джун был немого в растерянности. ― Как ты можешь заставлять плакать родного брата? ― поинтересовался высокий и широкоплечий омега с темными волосами. Он подошел к Джуну, беря того под руку. Чонгук не стал мешкать, а притянул Тэхен к себе, приобняв за плечи и дав омеге платок. — Это не я! Точнее, как бы я виноват, но как бы нет. Я не… — Я все прекрасно видел, Джун. Перестань нервничать. — Извините, господин Чон, — произнес неожиданно подошедший к парочкам омега. — Не могли бы вы пройти со мной. — Хиро, что-то срочное? — обратился Чонгук, не переставая отпускать Тэхена. — Ты его знаешь? Кто это? — Это просто мой помощник, котенок. Не волнуйся, — он легонько щелкнул Тэхена по носу. ― Что-то случилось? — Один альфа хочет купить одну из картин, которая представлена на выставке. — Смотри, ты даже уже заработал на своей первой выставке, — обратился Чонгук к Тэхену. — Пойдем к покупателю. Хиро, аккуратно сними эту картину и приведи покупателя в комнату на втором этаже. Чонгук и Тэхен попрощались с Джуном и Джином, а после направились наверх. По пути они еще сфотографировались с парой посетителей и лишь после достигли нужной комнаты. Чонгук открыл дверь пропуская Тэхена вперёд. Омега зашел внутрь и как только увидел, что этот альфа находиться в комнате, сразу же начал кланяться в знак уважения и хотел поздороваться, но Чонгук резким движение одернул его, встал спереди Тэхена. Омега опешил от такого, но аккуратно выдвинулся из-за спины Чонгука, пытаясь понять, что вызвало у него такую реакцию. — Что ты здесь делаешь? — грубо поинтересовался Чонгук. — Разве так приветствуют своих родных? — произнес низенький альфа лет 60. — Я не считаю тебя своим родным человеком. И тем более, если я тебе не рад, разве я должен надевать фальшивую улыбку? — Я хочу купить у вас эту картину, — альфа совершенно не обратил внимание на слова Чонгука, лишь кивнул в сторону картины, лежавшей на столе. Несмотря на нервное „Выйди из комнаты” со стороны Чонгука, Тэхен подошел к столу и взглянул что же выбрал этот загадочный альфа. Он ожидал увидеть любую другую картину, нарисованную им, но не эту. На столе лежала та самая картина, на которой Тэхен рисовал светлую комнату, но в какой-то момент на ней появились черные пятна с двумя отпечатками окровавленных рук. — Почему…вы выбрали именно эту картину? — уточнил Тэхен, поворачиваясь к покупателю и лишь сейчас замечая, что у него такой же цвет глаз, как и у Чонгука. Да и характер немного схож. Если это близкий человек Чонгука, то кто он ему? Отец? — Знаете, мне показалось, что эта картина самая эмоциональная. Вы не подумайте, что другие картины плохи. Они превосходны, у вас явный талант. Просто… в нее вложено сколько чувств и каких-то внутренних переживаний. Не расскажете, что подтолкнуло вас на это? Художник рисует картины лишь тогда, когда переживает сильные эмоции, когда к нему приходит вдохновение и желание творить искусство. — Тэхен. Прекрати это. Просто выйди. — Чонгук уже еле сдерживал порыв гнева. — Мне просто так захотелось, — слегка оробев, произнес Тэхен, вспоминая ту ночь. Он старался не обращать внимание на Чонгука, слишком любопытный. — Правда? Что же такого произошло в вашей жизни? Альфа спрашивал ровно и спокойно. Тэхен смотрел прямо в его глаза. Внутри что-то непонятное и неизвестное заставляло довериться ему и ответить на вопрос. Рассказать всю правду той ночи. — Мне было страшно, очень страшно…повсюду кровь и холод. Вернулся домой с кровью на руках. Он убил. Убил их из-за меня. Тэхен начал вспоминать все свои эмоции, что чувствовал в ту кошмарную ночь. Такое ощущение, что он под гипнозом, который заставляет его снова окунуться в воспоминания и рассказать их этому альфе. В какой-то момент у него возникло ощущение, что все органы внутри него, как будто сжимаются. Если честно, то ощущение не из приятных. Дыхание участилось, а ноги подкосились. Воздуха категорически перестало хватать. Он хотел схватиться за спинку стула, но не успел. — Тэхен! — Чонгук придержал Тэхена, заключая в объятия и прижимая к себе. — Прекрати, Чон Лин! — прикрикнул Чонгук, оборачиваясь на альфу. — Прости. Я не хотел ему навредить, у меня даже нету в мыслях причинять ему боль. Просто, обычно омеги выдерживают такой напор. Я использовал доминантность даже меньше, чем в половину силы… Вижу, он дорог тебе. — Да, дорог. И что ты мне сделаешь? — продолжал огрызаться Чонгук, усаживая Тэхена на диван. — Я пойду по головам за него, и даже ты не станешь мне преградой. Но прошу, не становись ею, — Чонгук встал прямо перед альфой. — Я никогда не стану твоей преградой, Чонгук. Я - не они. Я всегда буду твоей опорой и поддержкой. Буду на твоей стороне, какой бы ни был твой выбор. — Я знаю, дедушка. Чонгук обнял Лина крепко и искренне с радостью. Наверное, даже не с радость, а с огромной признательностью. — Дедушка? — тихо спросил Тэхен, когда пришел в себя. — Ох, прости меня. Из-за меня тебе пришлось немного неприятно, — альфа уселся напротив дивана в кресло. — Меня зовут Чон Ли. Я являюсь дедушкой Чонгука, а также тем, кто воспитывал его с 15 лет. — Что?.. Подождите, кажется это…я просто… — Что-то случилось? До сих пор больно? — поинтересовался Чонгук, садясь рядом с омегой, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Нет, все хорошо. Просто это так тяжело укладывается в голове. Да и еще и тот сон… — Что за сон, милый? — поинтересовался Лин. — Только попробуй опять использовать доминантность, — Чонгук слегка угрожающе посмотрел на Лина. — Успокойся, — омега положил свою руку на руку Чонгука. — Не надо ссориться. — Не волнуйся, Тэхен. Я привык к такому. Я жил с ним, еще когда он толком ходить не умел. — В общем… мне приснился сон, что я оказался на кладбище. Там было много людей, они все стояли у двух могильных плит. Кажется, похороны были буквально 10 мин назад. Какие-то две женщины сказали про мальчика, что остался совсем один в 15 лет. Я повернул голову в сторону и увидел его. Идеально уложенные черный волосы, медленно намокали под каплями дождя, черный костюм. Я подошёл к нему и заговорил. Он лишь сказал, что ни капли не жалеет о том, что потерял родителей. Это так странно… он был похож на тебя, — Тэхен посмотрел на Чонгука, чьи глаза были слегка в шоке. — Я сказал ему об этом. И он рассказал все то, чего ты добился в жизни. И про то, что тебе повезло, что ты встретил меня. А когда он повернулся ко мне лицом, он засмеялся, его смех был наполнен болью. А глаза горели янтарем, а точнее они вообще не горели, они были почти бесцветными. Как будто олицетворяли душу этого мальчика, — омега закончил рассказ, слегка поежившись. — Чонгук…— начал Лин, но был прерван. — Не надо дедушка. — Ты должен ему рассказать. — Не должен! — Должен! Если ты выбрал его как своего партнера, то ты должен рассказать о своей жизни. Да она в прошлом, но после всего, что происходило с этим бедным дитя, он должен знать правду. Это картина, — Лин смотрел прямо в глаза Чонгуку. — Она же была испорчена из-за тебя, да? Кто еще может прийти домой посреди ночи с кровью на руках? Убить любого, кто тронет то, что принадлежит ему? Я уверен, что в большинстве случаев, ты заставляешь его бояться тебя. Ты не умеешь сдерживать свою агрессию, а должен. Должен научиться доверять, хотя бы ему. Расскажи ты ему правду о прошлом, он хотя бы знал, почему ты такой. Почему такой строгий, вечно холодный и беспощадный. Хотя внутри, я знаю, поверь. Внутри ты не такой. — Можешь забрать эту картину даром за такую прекрасную речь. Мы уходим, — Чонгук встал с дивана, хватая Тэхен за руку и потянув за собой к выходу к машине. Чон Лин понимал, что в данной ситуации он ничем не сможет помочь Тэхену. Он лишь решил для себя, что раздобудет номер Тэхена и обязательно свяжется с ним и конечно же заплатит за картину. — Чонгук, подожди…— Тэхен попытался высвободить руку из хватки, когда они уже заходили в дом. — Давай ты успокоишься, и мы спокойно поговорим. — Я спокоен! — Нет, не спокоен! И вообще, отпусти меня. Я тебе не вещь и не игрушка, чтобы ты постоянно решал за меня, что мне делать, а что нет. И прекрати просто брать и таскать меня туда-сюда, когда я этого не хочу! Чонгук рывком припечатал Тэхена к стенке в коридоре, что тот слегка ударился об нее головой. Одной рукой Чонгук сжал талию Тэхена, а второй слегка сжал волосы на затылке. Он поцеловал его. Грубо и властно. Омега стал отпихивать его, но это были довольно жалкие попытки. — Не беси меня! — прикрикнул Чонгук, вжимая Тэхена ещё сильнее в стену. — Если хочешь, чтобы я тебя не бесил, расстанься со мной! — на глазах навернулись слезы. С каждым словом голос становился все тише, а всхлипы громче. — Если я тебя так раздражаю, зачем продолжаешь со мной встречаться? Я правда не понимаю. А еще больше я не понимаю, почему ты такой. Как бы сильно тебе это ни нравилось, но Чон Лин прав…прав во всем, что сказал тебе. Если бы ты хоть раз рассказал о своем детстве, о своих мыслях. Ты знаешь обо мне все, в то время как я о тебе толком ничего не знаю… Чонгука как будто чем-то ударили по голове, заставляя вернуться в реальность. Опять сорвался, опять не сдержался, навредил самому ценному в своем жизни. Чонгук отшатнулся от Тэхена назад. — Тэхен, я…— Чонгук хотел протянуть руку к Тэхену, чтобы вытереть его слезы, но был остановлен. — Не трогай меня…прошу, — Тэхен стал вытирать слезы руками, смотря на Чонгука. — Хоть раз…Хоть раз послушай меня. — Котенок…— голос Чонгука дрогнул. Впервые Тэхен слышал такой голос Чонгука. Сломанный, полный страха и мольбы. Мольбы о том, чтобы не отталкивал от себя, а разрешил обнять и не отпускать никогда. Впервые видел, как по лицу Чонгука скатилась слеза. Слеза боли. Впервые увидел, как Чонгук беспомощно упал перед ним на колени, прося прощения. — Прости…я не хотел. Я не могу контролировать это. Только не бросай меня. Я правда люблю тебя, никогда бы не причинил тебе вред. Я монстр… еще тогда в машине после клуба, ты просто должен был выйти из моей машины и ничего бы этого не было. Ты жил бы счастливо и без меня. А я… я бы уже никогда не смог перестать думать о тебе. — Чонгук…— Тэхен, что стоял все это время в шоке, стал пытаться поднять Чонгука, но безуспешно— Нет, ты не монстр…ты… — Нет. Я им являюсь. Как и свой отец, ужасным и мерзким альфой. Каждый раз его голос раздается эхом в моей голове. Он будет преследовать меня постоянно, ведь я его сын. Я пытался, пытался убить его в себе, закопать у себя глубоко внутри, но каждый раз он овладевает моим разумом. И я не могу себя сдержать. Меня всего разрывает изнутри, я становлюсь холоднее, опаснее чем человек с ружьем…и все кричат „остановись”, но я не могу…мой разум во власти этого голоса внутри меня. Мне страшно…что однажды он совсем захватит мое сознание, и я ничего не смогу с этим сделать. Он убьет всех, даже тех, кто мне дорог. Ты же хочешь знать правду, да? Мой отец доминантный альфа, а мать простая омега, совершенно не любили друг друга. Брак по расчету. Рожден я был лишь потому, что нужен был наследник. И, естественно, меня никто не возлюбил. Мать просто не обращала внимания на собственного сына, а отец лишь воспитывал во мне наследника. Бил, наказывал за каждую ошибку. Перед людьми мы играли роль счастливой семьи. И все нам верили. Когда они узнали, что я…больше предпочитаю омег мужчин, они сильно взбесились. Как наследник крупной компании может быть геем. Позор. После этого моя жизнь стала совсем сущим адом. Отец был ужасным руководителем. Да, его компания была популярна, но какой ценой? Спроси у любого его подчинённого, они его ненавидели. И как-то раз он обманул одну компанию, с которой заключил сделку. Та в ответ так разозлилась, что решила избавиться от него. Поэтому, когда отца и мать, что ехали на какое-то мероприятие, столкнули вниз с обрыва, я был рад. Мне казалось, раз их больше нет, то мне станет легче жить. Но это не так…Новость о том, что умерли Чон, разлетелась по всему миру. На следующий же день приехал дедушка, так как я остался совсем один. Он взял меня под опеку. Я был...сложным ребенком. Он очень долго прибывал в шоке от того, как со мной тут обращались. Я был опустошен, и мне было все равно, что происходит вокруг меня. Я чувствовал себя так, словно нахожусь в состоянии анабиоза, и ничто не могло разбудить меня, мои чувства. С детства я отдавал всего себя работе. Постоянно проводил время в компании. Забыл какого это, когда тебя любят всем сердцем, когда ты нужен кому-то, когда от твоих прикосновений люди начинают светиться, я даже не могу передать словами как это прекрасно. Я не хочу отпускать тебя, не хочу тебя терять, я буду бороться за тебя до последнего вздоха, до последней капли твоей и моей крови. Ты подарил мне новую жизнь. Чонгук был сломлен жизнью с детства, но доломал он себя сам. — Мне жаль, что ты пережил такое, но все же тебе нужно идти дальше и забыть об этом...— Тэхен опустился перед Чонгуком, обнимая его. — Сложно представить, как тебе было тяжело. Я хочу засыпать и просыпаться рядом с тобой, хочу целовать тебя перед сном, обнимать и говорить, как сильно люблю. Я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя. Но только прошу, больше не скрывай от меня ничего. Говори со мной, если тебе плохо или что-то беспокоит. Ты не должен пытаться убить или закопать свою сущность внутри себя. Этим ты делаешь только хуже. Просто прими ее. Это сложно, но ты должен попытаться. — Мне кажется, что я не заслуживаю тебя. Ты слишком прекрасен и идеален. — Ты уже говорил об этом тысячу раз, Гуки… — И повторю еще столько же, котенок, — Чонгук приобнял Тэхена, прижимая ближе. — Прости меня, я буду стараться справиться со своими демонами внутри. — Мы вместе будем стараться, — исправил его Тэхен. Теперь он никогда не оставит Чонгука одного. И даже если он умрет, он пойдет за ним. — Вместе…ради нас. Чем дольше он носил маску, тем больше он забывал, что это была маска…