Теплота её души...

***

      — То есть ты не Сенджу? — непонимающе спросил Изуна.       — То и зна… — но девушке так и не удалось закончить фразу из-за кашля. Прикрыв рот, Минори закашлялась еще сильнее, а когда приступ прошёл, она увидела кровавые следы у себя на руке.       — Что случилось?! — паникуя, спросил парень.       — Ничего, всё нормально, — ответила дама, пряча руку за спиной.       — Ладно, но как же… Все ведь говорили, что ты из Сенджу, да и выглядишь ты как будто… — не смог договорить парниша, смотря на её пастельно-зелёные волосы. — У Сенджу ведь не бывает волос такого цвета!       — Ну вот, дошло наконец?! — со злостью переспросила Нори. — Я вот не понимаю одного, как так вышло, что вы с Сенджу враждуете с давних времён, а распознать, кто из какого клана, не можете?! — дополнила юная особа.       — Я… Прости… — опустив голову, проговорил Учиха.       Минори хотела ответить на это «прости» колкостью, но её прервал ещё один внезапный приступ кашля.       «Опять с кровью. Чёрт! Неужели мне повредили лёгкие?!» — вновь прикрывшись, думала девушка.       — Я не знаю, что ещё сказать. Прости, ты нас спасла, а мы так отнеслись к тебе. Хотя у нас в клане не особо принято благодарить женщин, так что надеюсь, что мы не в обиде! — улыбаясь, проговорил младший сын главы клана.       — Да как ты смеешь?! Вы! Вы ворвались ко мне домой! Я потратила на вас свою чакру и сейчас ко мне такое отношение?! А знаешь, я ошиблась. Я думала, что ты не такой, как все Учихи, но нет. Вы все одинаковые… — тихо, но яростно проговорила Нори.       На глаза против воли хозяйки начали наворачиваться слёзы. Изуна молчал, лишь с жалостью смотря на девушку.       «Нет! Не нужна мне ваша жалость!» — кричала в мыслях юная особа, но в реальности лишь сказала:       — Веди меня, куда должен…       Ещё одна минута молчания и Учиха-младший поднялся, беря Минори под локоть, уводя её из этого места. При ходьбе раны, которые и до этого ныли, начали болеть с новой силой. А девушка всё не могла остановить слёз.       «Чёрт! Не плачь! Да почему ты такая слабачка?!» — беспомощно укоряла сама на себя Нори. И именно от этой беспомощности хотелось закричать, забиться в угол и разрыдаться в голос. Но сейчас, когда её в буквальном смысле волочет за собой Изуна, ей оставалось лишь молча глотать слёзы и кровь, которая вновь начала течь из носа.       Спустя 15 минут, которые, к слову, для девушки будто были вечностью... Да, такой ужасной вечностью со множеством страшных взглядов, взглядов, которые пропитаны чёрной ненавистью и презрением. Конечно, пока её сопровождал младший сын главы клана, никто не посмел даже сказать ничего в их сторону. Видимо, боялись его или тут было что-то другое?       Остановились они возле какого-то здания, оно было довольно большим и в традиционном стиле. Зайдя внутрь, они остановились. В коридоре этого здания, как уже поняла Минори, которое было больницей, было очень много людей. Нет, не просто людей, они все были травмированы! Некоторые из них буквально лежали в луже из собственной крови.       «Но зачем я здесь?» — подумала девушка с пастельно-зелеными волосами. И, словно читая её мысли, Изуна ответил:       — Если ты не слышала тогда в кабинете, то ты будешь лечить наших людей прямо сейчас.       Да уж, его голос стал намного холоднее и был чем-то похож на голос его отца.       — Но как я буду лечить, если… — ей так и не дала закончить фразу подошедшая женщина.       — Изуна-сан. Зачем Вы привели сюда мерзкую Сенджу? Неужто нам нужно будет её лечить, у нас и так мало…       — Нет. Она будет помогать Вам с лечением наших шиноби. Так распорядился глава клана, — перебивая медсестру, проговорил младший сын Таджимы.       — Она? — с непониманием спросила ирьёнин.       — Да, потому следите за ней. Если что, охрана прибудет через несколько минут, но Вы также смотрите за ней внимательно. Не хватало, чтобы она кого-то убила, — сказал Изуна, уходя.       Первое время медсестра стояла молча, а потом больно схватила Минори за плечо и прошипела:       — Шевелись, если не хочешь сдохнуть.       — Но я не могу, у меня нет ни сил, ни чакры, я не…       — Делай, что говорят! Всем плевать, что там у тебя. Если бы не приказ, я бы тебя уже давно прирезала, — продолжала говорить женщина, заталкивая Нори в какую-то комнату. Видимо, эта самая комната служила кабинетом для осмотра. Краем глаза юная особа увидела несколько шиноби за окном.       «А вот, кажется, и слежка…», — думала девушка. Но из размышлений её вывел крик медсестры:       — Заходите!       Через несколько секунд в кабинет зашёл мужчина с травмированной рукой.       — А что это? Сенджу? Что оно тут забыло? — с оскалом спросил тот.       — По приказу Таджимы-сама она будет лечить наших, — хмыкнув, ответила женщина.       — Ха! Ну давай, лечи меня, — от взгляда этого Учихи по спине Нори пробежал холодок. Она и так прикладывала много усилий, чтобы находиться в сознании, а тут лечить кого-то. Да и медик из неё плоховатый.       Почему? Да потому, что Нори не особо училась этому и знала лишь некоторые основы.       Как же она спасла Мадару? Для самой девушки это оставалось загадкой. Она просто разбирается в лекарственных травах, причём она не знает всех. Лишь некоторые. А настойки готовила по бабушкиным рецептам, и то не всегда выходило. Да, безусловно, она прекрасно владела шосеном, но больше ничего особо и не умела. Даже тот самый контроль чакры был на довольно низком уровне. Тогда, когда она проснулась утром, была уверенна, что старший Учиха погибнет.       Видимо, произошло чудо…       — Чего встала, как истукан?! Лечи давай! — прокричала медсестра, давая юной особе звонкую пощечину.       — Так ей и надо! — всё ещё с ухмылкой проговорил раненый. — Ну так что, ты начнешь наконец или мне тебя убить? — добавил шиноби, видя, что подросток боится.       — Да что ты! Я бы и сама её прикончила, если бы не приказ, а потому не выйдет, — разочарованно ответила женщина, пихая Минори к уже лежачему мужчине. — А ты, дрянь, делай свое дело!       Вздохнув, девушка сдержала очередной приступ кашля. И, собирая все свои силы, активировала технику.       Светло-зелёный цвет моментально засветился возле раны лежачего. Начав вливать крупицы своей чакры, тем самым залечивая ожоги на руке мужчины, у Нори потемнело в глазах, но она знала, что, если остановиться, будет только хуже. И всё же силы иссякли слишком быстро, потому юная особа остановила технику и, хрипя, сказала:       — Всё, дальше нельзя лечить, пусть само заживает, так будет лучше. И да, нужно перевязать ожог.       — Тц, — вновь шикнув, женщина достала бинты и стала перематывать рану, которая выглядела намного лучше.       — Ох, спасибо, мне и вправду стало легче! Позвольте пожать Вам руку в знак моей благодарности! — улыбнувшись, сказал тот.       Удивившись, Минори протянула руку мужчине, и, как только он начал её пожимать, как вдруг на всю комнату был слышен хруст костей и сдавленный хрип девушки.       — До свидания! — со всё той же раздражённой улыбкой сказал Учиха, покидая кабинет.       «Да они все психи!» — подумала юная особа, смотря на уже опухшую руку. Только что ей, чёрт возьми, сломали руку…