Судьба была настырной

Возвращаться домой с вечерней подработки Гарри приходилось всё на том же злосчастном транспорте, в котором ему несколько дней назад довелось встретиться с тем блондином. Всю учебную неделю Поттер молился всем известным ему богам, и они смиловались над бедным парнем — больше юноша не видел незнакомца. Должно быть, тот и вправду случайно оказался именно в этом автобусе. Если это не так, то внезапную пропажу, как и внезапное появление таинственного спасителя, никак по-другому объяснить Гарри не мог. Уставший Поттер неспешно плёлся к автобусной остановке, надеясь, что в транспорте останется хотя бы одно свободное для него место и, желательно, где-нибудь в одиноком уголке: в данный момент парень был против любой компании, он даже отказался от пятничного ужина в честь окончания учебной недели, практически регулярно проводимого семьёй Уизли. Семейство тепло относилось к Гарри, и он, честно, был им благодарен, но иногда и от такого тепла нужен отдых. Неделя выдалась тяжёлая, как, впрочем, всегда. Поттер уже не мог точно вспомнить, когда в последний раз нормально отдыхал. Даже на каникулах после первого курса ему пришлось работать, и не на одной работе. Ну а как иначе? Гостить у Уизли или Гермионы он мог некоторое время, но не всё же лето, поэтому было необходимо зарабатывать средства на элементарную аренду комнаты и еду. Увы, частенько случалось, что большего на долю Гарри не выпадало. Самое необходимое — кров и еда. Автобус оповестил о своём прибытии резким, чуть оглушающим и выводящим из мрачных размышлений звуком, заставившим парня вздрогнуть и приготовиться искать деньги на оплату проезда. Зарывшись в злосчастный рюкзак, в котором сейчас Поттер мог найти всё что угодно, но только не нужные ему деньги, он шепотом выругался и пытался высмотреть в автобусе кондуктора: если днём случалось, что в автобусе его могло не оказаться, то ближе к вечеру такой удачи парень мог и не поймать. Как и ожидалось, судьба не оказалась благосклонной к юноше — у входа стояла русоволосая женщина лет пятидесяти и с грозным видом оглядывала каждого подошедшего. Боясь, что следующего автобуса он не дождётся, а идти пешком ему придётся добрых часа два в лучшем случае, — с его-то уровнем усталости — Гарри насобирал с карманов потёртых джинс мелочи, но не был уверен, что её хватит. С опасливым видом Поттер приближался к мечущей одним только взглядом молнии женщине, пытаясь контролировать свою нервозность, которая только насмехалась над парнем и безжалостно возрастала: ему стало жарко в его лёгкой ветровке, нуждавшейся кое-где в подшивке, а если быть честным, то в месте на помойке; пальцы бесконечно тряслись и грозили в один момент вывалить всю оставшуюся мелочь прямо на кондуктора. Вот, очередь дошла и до Гарри, и он весьма робко вытянул вперёд свою правую ладонь, будто готовился к тому, что женщина её как минимум оттяпает. Парень пытался придать себе спокойствия, и ему даже казалось, что у него получается. Однако вид всё более недовольного кондуктора заставил Поттера засомневаться: женщина с явным трудом пересчитывала монеты и, насколько Гарри мог слышать, заветных 50 пенсов, которыми можно оплатить один проезд, ему не достаёт. — Молодой человек, у Вас не хватает, — голос кондуктора с бейджиком «Долорес Амбридж», указывающий на имя женщины, не сулил ничего хорошего. — Добавьте двенадцать пенсов или идите восвояси и не задерживайте очередь! Гарри замялся, но всё-таки смог вытянуть из себя виноватым голосом жалкое: — Извините, но у меня больше нет денег. Не могли бы Вы… Она быстро сориентировалась и пошла ва-банк. Казалось, только и ждала этой возможности — Нет, не могла бы. Правила обязательны для всех и должны исполняться. Ни о каких исключениях и речи быть не может, — с некой гордостью и скоростью, будто наизусть заученную речь, произнесла Джулия, вершившая, как наверняка она сама думала и всем своим видом демонстрировала, «правосудие». Уставший Поттер не хотел сдаваться, однако последние клочки надежды ускользали от него, как и последние деньги: зарплата будет только в воскресенье, ему нужно жить завтрашний день вообще без них. Поправив очки, свисавшие набок, он чуть мягче сказал: — Пожалуйста… я обещаю, что… — Не нужно ничего обещать. На этот раз его, наверное, ещё более нелепую попытку попасть в автобус, не доплачивая, прервал уже не кто иной, как… тот самый блондин! Если бы кто сейчас сфотографировал Гарри, то его физиономию с уверенностью бы сравнили с рыбой: глаза того были открыты, а в рот грозилась залететь муха. До слабо работающего и нагруженного мозга парня пока не дошло, что этот, уже не простой, проходимец пытается сделать, потому он предпочёл молчать. А тот, в свою очередь, добавил, строго глядя на не менее шокированную внезапным вторжением в «осуществление правосудия» Амбридж: — Я добавлю необходимое количество пенсов на проезд, можно прекращать этот спектакль, иначе я расплачусь, — вопреки своим словам лицо сероглазого юноши оставалось бесстрастным, будто бы это не он сейчас предлагает помощь Поттеру, которого видит второй раз в своей жизни. И, пока ни кондуктор, ни сам пассажир, якобы задерживающий очередь, состоявшую из целых нуля человек, не успели опомниться, вложил в ладонь женщины монету в один фунт и с важным видом прошествовал к своему месту. Водитель, наверное, тоже уставший от этого цирка, гаркнул что-то про то, что сейчас закроет дверь и отвернулся к лобовому стеклу. Слова водителя помогли Поттеру опомниться и быстро забежать в автобус, обходя все ещё приходящую в себя Амбридж. Поймав взглядом фигуру во всё том же чёрном пальто, Гарри решительно двинулся вперёд. — Э… я не смогу пока что вернуть эти деньги, — на эти слова блондин многозначительно вскинул светлую бровь и оторвал взгляд от уличных пейзажей ночного пригорода Лондона. Гарри замялся, не зная, что ещё сказать. — Ты можешь пока что поблагодарить меня, если уж снизойдёшь до такого, — немного саркастически ответил блондин, всё также глядя на стушевавшегося парня в очках. — Эм… спасибо, — немного тихо выдавил из себя Гарри, опомнившись. — В первый раз, напомню, когда ты уцепился за моё пальто, дабы спастись от весьма непрезентабельного падения, можно было бы сказать то же самое. Банальная вежливость называется, — по тону его голоса было трудно сказать, что он хочет этим добиться и какое у него настроение, да и лицо не выражало практически ничего. Одно по нему было понятно: он тоже чертовски устал. Но, тем не менее, помог, не остался равнодушно стоять в стороне, а вложил эти треклятые недостающие деньги. Гарри, удерживая растущее внутри недовольство тем фактом, что этот белобрысый выскочка уже второй раз спасает его зад, слегка рвано выдохнул: — И за это тоже спасибо. Теперь всё? — отвязавшись от обмена любезностями, Поттер перешёл к тому, что интересовало исключительно его. — Как я могу вернуть тебе деньги? Ты положил больше чем нужно. Сам не понимая зачем, но Гарри решил озвучить своё последнее замечание, причём не сильно благодарным голосом, а с долей какого-то упрёка. Однако блондин не спешил отвечать на вопрос, полностью игнорируя вторую половину слов Поттера. Уголок его губ приподнялся в ухмылке, а глаза как-то торжествующе заблестели. — Нет, не всё. Придётся ещё благодарить, — на этих словах Гарри немного выпал из реальности, размышляя, не послышалось ли ему. Ему что, выказывать теперь благодарность до конца поездки? Или дольше? Если быть объективным, то да, ему помогли. Но если рассматривать больше одного варианта, то этого могли и не делать. Помощь была оказана по собственному желанию или, скорее, прихоти. Так для чего всё это? Поттер искренне не понимал, как ему реагировать и что говорить, поэтому озвучил свои мысли. — Мне теперь тебя до скончания веков благодарить? Уж извини, но у меня есть дела поважнее. А деньги я потом отдам. Обязательно, — нахмурившись, отрезал Гарри. Раздражительность парня вышла на новый уровень, грозясь испортить настроение ещё и блондину напротив, если тот не прекратит так себя вести. Он откровенно потешается над Поттером! Ему что, делать нечего? На эту пылкую речь незнакомец ещё больше ухмыльнулся, продолжая выводить Поттера из себя. Кажется, Гарри не подвело его чутьё, и блондин действительно если не опасен, то крайне неприятен. И с каждой секундой проведённой рядом он в этом убеждался. — Благодарить за первое и второе спасение уже не нужно, — самолюбиво протянул сероглазый парень. — Благодарить следует за это. Незнакомец вытащил из кармана пальто потерянные наушники Поттера, и если кто-то скажет Гарри, что удивляться больше, чем сейчас, невозможно, то он, пожалуй, не согласится. Запуская мыслительный процесс, на который парень всё ещё способен, Гарри неотрывно смотрел на блондина, который также не спускал с него глаз, выжидая какой-либо реакции, и думал для чего он делает всё это. Зачем? Но произнёс слова прямо противоположные мыслям, слова, которые пришли к нему на ум мгновенно, и Гарри даже не потрудился подумать, стоит их произносить или нет. — Откуда у тебя мои наушники? Ты что, украл их, так ещё и просишь благодарить за это? Что ты вообще от меня хочешь?! — взорвался Поттер, прекращая любой контроль за эмоциями, поэтому их спектр, отражающийся сейчас на лице Гарри, был довольно разнообразен: непонимание, гнев и даже немного страха, прикрытого сердито нахмуренными бровями и защищающимся оскалом. Сердце совершило кульбит, а лицо парня в очках покраснело до ушей от злости. Сдерживать порыв её выпустить, а заодно приукрасить аристократичное лицо белобрысого вора, становилось с каждым моментом всё труднее. Дабы избежать этого инцидента, который вполне вероятно мог произойти, Гарри сделал шаг назад, но это больше было похоже на то, будто бы он отпрыгнул от резко выбежавшего на пути хищника. Сжав до боли кулаки и сцепив зубы так, что на челюсти выступили желваки, он прорычал: — Отвечай сейчас же. Блондин совершенно не знал, что ему делать — тот был просто шокирован таким поворотом событий: он возвращает потерянную вещь, а в ответ слышит вот «это». Сейчас, впервые после начала их второй и случайной встречи, эмоции на его лице заиграли ярче — светлые брови были высоко вскинуты в удивлении, а нижняя губа чуть опущена. Но удивление было каким-то… добрым, что ли. Парень в чёрном пальто совершенно не был разозлён такой несправедливостью, отнюдь. Уголки его губ с каждой секундой ползли всё выше и, кажется, даже грудь пару раз качнулась от смешка. Вот уж чего он точно не ожидал, так это обвинений в свою сторону, да ещё каких! — его назвали вором. Ситуация по праву могла назваться абсурдной, да она и была таковой. Но вкупе с этим ещё и до жути комичной. Сероглазый фыркнул, не в силах сдержать ещё одного смешка, а Гарри, с обречённым видом глядя на какого-то сумасшедшего незнакомца, который заплатил за него, спёр его наушники и требует за их возвращение, наверное, почестей и кучу благодарственных писем, не был уверен в том, что сам он в здравом уме. В конце концов, он лишь, чуть понизив тон голоса, произнёс: — Чего ты ржёшь? Может, скорую вызвать? — Поттер оглянулся, будто бы в поисках помощи, которая в очередной раз ему не помешала, — конечно, Гарри ведь не может без проблем — и понял, что в такой час он её не получит: автобус практически пуст, а кондуктор с водителем чхать на них хотели. Это можно было понять и с самого начала, — упрекнул себя Поттер за наивность. Подуспокоившийся блондин, едва заметно покрасневший, начал объяснять причину своего небольшого выпада, всё ещё улыбаясь и с какими-то искрами в глазах просверливая Гарри взглядом, под которым Поттер вновь почувствовал себя неуютно. — Ты — самое нелепое и веселое, что случалось со мной в последнее время, — не очень-то похоже на объяснение ситуации, но Гарри решил промолчать и не комментировать эти слова, ожидая продолжения. И он дождётся — ехать им ещё минут десять, не меньше. Блондин продолжил: — Ты сам выронил эти наушники, когда в прошлый раз выбежал из автобуса сверкая пятками, — он хмыкнул. — А я подобрал их, уверенный, что мы ещё раз встретимся в этом автобуса и — о чудо! — это свершилось. Гарри, с трудом пытаясь успокоить сердце, бешено бьющееся в груди, недовольно поинтересовался: — С какой стати мне тебе верить? — сложив руки на груди и с видом «тут диктую условия я, и вопросы, кстати говоря, тоже» расслабил левую ногу. — Хотя бы с той, что мне и даром не сдались твои наушники, пережившие революцию, — выкинул блондин безразличным голосом. — Ну и, плюс ко всему, у меня есть свои. В доказательство своим словам он вытащил из кармана тёмного пальто противоположно белые по цвету наушники: чистые, сверкающие, будто только купленные — ну точно мажор какой-то! Сероглазый юноша повертел ими перед Гарри, словно это могло помочь ему мыслить скорее и понять, что в краже он не замешан, и убрал наушники обратно в карман. Поттер нехотя расслабился и даже подумал о том, чтобы протянуть вперёд руку, дабы забрать свою вещь, как тут автобус резко повернул вправо, и Гарри, от неожиданности не устоявший на месте, полетел в сторону ещё сильнее чем в первый раз, так что ухватиться за что-то не успел. Благо, этого и не понадобилось, ибо блондин, как оказалось, помимо дорогих наушников и насмешливой физиономии обладал неплохо отточенными рефлексами и в почти последний момент, пока Поттер не успел подмести полы автобуса своими тряпками, схватил того не очень элегантно за ворот куртки, зацепившись ловкими пальцами за вырез на футболке, и потянул дезориентированного Гарри на себя. Это было разумно и единственно верно: в противном случае они рисковали оба повалиться на не самые чистые места и полы и получить травмы. В конечном итоге оба парня оказались на месте блондина: в очередной раз спасший Гарри, парень криво сидел на сиденье, а сам пострадавший совсем не как незнакомец развалился на блондине. Спустя несколько секунд сероглазый парень выдохнул прямо в ухо вечно попадающему в неприятности Поттеру, отчего тот снова подскочил и с ломаной ловкостью отстранился от спасителя, усевшись на соседнее сиденье. Немного трясясь от бурлящего в крови адреналина, Гарри пытался смотреть куда угодно, но точно не на незнакомца, имени которого он до сих пор не знает, а тот уже в который раз выручает его. Каким бы не был противным, а помогает. Поттер чувствовал непонятную смесь чувств: благодарность, страх, некое смущение и остывающую злость на неспособного всё сразу объяснить блондина. Из-за него Гарри в очередной раз облажался, выставляя незнакомого человека вором, так ещё и оказался посмешищем. Повезло, что для одного только него. Хотя вряд ли произошедшее сегодня под конец для можно назвать везением. Часто моргая и дыша, Поттер ждал, когда кто-то из них нарушит воцарившуюся тишину. Как ни странно, никто из редких пассажиров автобуса и голоса не подал при резком повороте, а на то, что случилось после него даже реакции никакой не последовало. Но думать об этом сейчас Гарри желал в последнюю очередь. Он вообще не хотел думать. Абсолютно. Но приходилось. Блондин, поправив волосы, которые оказались в лёгком беспорядке от очередной помощи не умеющему твёрдо стоять на ногах и держаться за поручни парню, и пригладив пальто, сдунул с него несуществующие пылинки, глянул в сторону стушевавшегося Поттера и, закусив губу, произнёс: — Держи, — он разжал кулак, и на ровной чистой ладони его лежали наушники. Гарри покосился на них, а сероглазый парень вздёрнул бровью и поднёс руку ближе в побуждающем жесте взять свою вещь и прекратить ломаться. Не собирается он больше выпрашивать благодарность. Разве что чуть-чуть. Но, глядя на уставшего парня, желание бесить и дразнить его пропало и возникло понимание: сам блондин до жути устал от этой недели. — Бери, — с нажимом сказал блондин. — Не бойся. Гарри, услышав последние слова, вздёрнул голову и почти яростно посмотрел на парня, затем на протянутую руку, после снова на парня и, наконец, резким движением сцапал с его ладони свою вещь, без которой жить не мог и откровенно мучился всю эту неделю, лишённый наслаждения слушать музыку по пути на учёбу или работу. Вместо этого ему приходилось каждый раз высматривать белую макушку в толпе, чтобы не наткнуться на, мягко говоря, нежеланного незнакомца, хотя теперь таковым его называть просто не получится. Гарри не мог понять, что он ощущает по отношению к какому-то богатому белобрысому парню, выручающему его всякий раз и от этого не менее раздражающему. Злость перемешивается с благодарностью, создавая непонятное нечто, объяснение которому Поттер не может найти, да и не хочет. Он очень устал. Как голодный волк. Автобус резко затормозил, объявляя нужную Гарри остановку, и тот, не забыв о вежливости, громко выдавил из себя «спасибо!» и сорвался с места, надеясь на то, чтобы этот треклятый день как можно скорее закончился. Ни о чём больше юноша не мог мечтать. В который раз удивленный скоростью этого невысокого паренька — ну точно тушканчик какой, подумалось ему: мелкий, шустрый, бойкий — блондин проследил за ускользающей фигурой Поттера и проверил, не выронил ли он по пути эти наушники, которые, кажется, послужили ему хорошую службу: общение с Гарри разбавило его серые будни, пусть и намёка на его продолжения не было от слова вообще. Но кто знает, как судьба расставит карты — быть может, они ещё встретятся в этом автобусе, так кстати связывающий их уже не в первый раз.