Целый мир в её глазах

Любовью дорожить умейте,

С годами дорожить вдвойне.

Любовь не вздохи на скамейке

и не прогулки при луне.

Все будет: слякоть и пороша.

Ведь вместе надо жизнь прожить.

Любовь с хорошей песней схожа,

а песню не легко сложить.

«Любовью дорожить умейте»,

Степан Щипачёв

      — Ты точно готов? — поинтересовалась Петра, когда они с Леви уже стояли под дверями её квартирки.       — А ты? — фыркнул Леви. — Твой отец тебя вообще-то вынудил делать это. Могла бы и остаться дома у меня. Я и сам без каких-либо трудностей поговорил бы с твоей матерью о нашем браке.       — Я стучу? — робко спросила Петра, пропустив мимо ушей его слова.       — Стучи.       Конечно, Леви мог бы и не идти к её отцу, но поговорить по-мужски и просто-напросто защитить любимую ему хотелось невыносимо. Эрвин, до этого ясно намекнувший в телефонном разговоре, что есть реальный шанс получить отказ на просьбу о руке и сердце Петры, имел для этого вывода основания. Но Смит, женившийся почти двадцать лет назад на его сестре, не мог понять, какую ярость у него вызывают отношения возлюбленной с отцом. Кровь закипала при одной мысли, что этот человек мог вынудить эту нежную девочку резать руки. Она, конечно, не понимает всей сути её поступка. Причиняя боль себе, она причиняет её и самому Леви. Здесь потребуется очень тонкая психологическая работа. Надо нанять ей хорошего врача…       Петра вздохнула и постучала. В квартире послышался шум.       — Здравствуйте, — сказала худенькая женщина, похожая на Петру, выходя из дверей. Её рыжие, почти медные, с проседью волосы были собраны в хвост, одета она была в домашее платье. — Вы Леви, верно? Проходите. Её отец тоже дома. — И она гостеприимно повела рукой вглубь комнаты.       Леви разулся и целенаправленно потащил девушку в указанном направлении. Войдя, он огляделся. В просторной комнате стояло несколько шкафов с книгами, на полках, прибитых к стенам, были фотоснимки с совсем маленькой Петрой. В кресле под окном устроился мужчина средних лет, читавший газету.       — Здравствуйте, мистер Аккерман. Полагаю, Вы пришли просить руки моей дочери? — спросил мистер Рал, откладывая газету в сторону.       Леви и Петра сели на диван напротив него. Она опустила взгляд на свои колени, он же глядел внимательно и настороженно. Леви медленно кивнул.       — На сколько лет вы старше её?       Леви нахмурился.       — Важно то, люблю я её или нет. А также думаю ли я о её чувствах. Если вы ничего не замечали, то…       — Леви, не надо! — попыталась остановить его Петра, мгновенно поняв, о чём он хочет рассказать.       — …ваша дочь пыталась резать себе вены, лишь бы вы дали согласие на наш брак.       — Петра! — только и смог вскрикнуть мистер Рал, бросаясь к дочери. Её мать, застывшая в дверях прижала руку к сердцу. — Петра, я этого не стою! Ничего этого не стоит!       И спустя несколько месяцев, на свадьбе Леви и Петры, мистер Рал думал об этих словах и о том, каким был идиотом, не позволяя дочери самой ковать свою судьбу.