Все ради "Зайчика"

— Когда ты… — Начал я с нетерпением. Но нас сразу же перебили. — Антон! — Позвал знакомый голос, и в следующий миг в кабинет вошла Полина. Ее лицо выражало негодование. — Как ты мог снова увязятся в драку? Знаешь, как я испугалась! — П-полина?! Она подошла ко мне так близко, что я начал краснеть. А когда она дотронулась до моего лица в попытках рассмотреть мои раны, то от шока приоткрыл рот. Ее руки были такие нежные и мягкие, словно перышко, а ее хмурое лицо было искренним и милым. Однозначно, её будущему парню повезет. Вот бы это был я. — Тили-тили-тесто! Жених и невеста! По полю валялись и… — Блядь, да заткнись ты, Бяша! — злился Ромка. Я вспомнил, что помимо нас двоих здесь находятся другие люди, а в особенности Рома. Он был не доволен ситуацией, потому что Морозова проявляла интерес только ко мне. Уж как бы еще одной драки не приключилось. Нужно было что-то поскорее решать и как-то отогнать Полину от себя. — Со мной все в порядке. — Да с ним все в порядке, — повторил за мной Рома, но намного грубее. — Ты лучше смотри, Полин, какую я крутую рану получил. — Он подошел к ней и показал свою руку, но она не отреагировало на это положительно. — Рома, это совсем не круто, — сказала она, покидая процедурный кабинет. — Ха-а, на! — проблеял Бяша. — А Ромку-то отшили! — Да завали ты свое ебало! А то сейчас вообще без зубов останешься! В след за ней Пятифан тоже покинул помещение. Но перед этим он успел одарить меня взглядом человека, который готов убить прямо сейчас. Чувствую, что простыми извинениями я не отделаюсь. — И что же тут за сбор одноклассников? — В дверях вместе с Ромой и Полиной показалась медсестра. Наверное, она перехватила их по пути, когда возвращалась. — Вы все решили его поддержать? Какие же вы молодцы! — Она подошла к своему столу и начала там копаться. — Ну, раз уж вы все здесь, то почему бы не сделать Манту. Уже обед, а вы как раз остались у меня. Последние. — Манту? — Нил вопросительно посмотрел на Эндрю, но тот лишь пожал плечами. — Вы что, никогда не делали Манту? — удивилась Полина. Испугавшись, что она может что-то заподозрить, я резко соскочил с кровати. Но сразу понял, что не нужно было делать это резко, так как все тело снова пронзила острая боль. — Они делали… — простонал я, упираясь руками в колени, словно я какой-то старый дед. И все из-за этого переполошились. — Петров, тебе нужно лежать! — приказала медсестра. — Чтобы я не видела, как ты встаешь, пока я не разрешу. Понял? — Понял, — ответил я, ложась обратно в кровать. — И так! Кто первый? Все молчали как партизаны. Никто явно не хотел этого делать, а Нил и Эндрю вообще не представляли, что это. — Не бойтесь! Это ведь не больно. За это я вам дам конфетку. Они у меня там на столе лежат. — Тогда я первая пойду. — Полина уверенно зашагала в соседний медицинский кабинет, а следом за ней пошла сама медсестра. И когда мы остались без лишних ушей, Эндрю, глядя прямо на меня, задал интересующий его вопрос. — И что за Манту? — Это что-то вроде проверки на туберкулезную инфекцию. — Уверенно ответил я. — Ага! И делают это все под кожу! — Внезапно Бяша с тревогой стал ходить из угла в угол в попытках успокоиться. — Ненавижу! — Что это с ним? — спросил я, усаживаясь повыше к спинке. — Неужели… — Ага, он боится. — Рома подошел к своему другу и остановил его, хватая за плечо. Я думал, что он будет его утешать, но, как оказалось, нет. — Все равно от этого не убежать, — сказал Рома. — Так что будь мужиком и сделай это. Посмотрев на Нила с Эндрю, я заметил их тревогу. Походу мы их чертовски напугали. Я хотел развеять их страхи, но Эндрю оказался впереди меня на шаг. — Я не буду этого делать, — сказал он, как отрезал. — Это ведь связано с иглами и уколами, а я с этим не работаю. — Зря ты так, — сказал Рома, обращаясь к нему. — Тебе придется это сделать, как бы ты не ссыковал. — Я сказал, что не собираюсь этого делать. Развернувшись, он пошел к двери. В этот момент она распахнулась, и в ней показалась довольная медсестра. — К вам тут пришел милицейский. Он хочет с вами со всеми о чем-то поговорить. Проходите, — простым жестом она пригласила его к нам. — А пока вы разговариваете, кто пойдет следующий? — Давай, Бяша! Даю шанс отстреляться, — подталкивал Ромка на страшное дело, и Бяша нехотя согласился. — Мужик, — сказал он, хлопая по его спине. Хоть Рома так и говорил, ему самому было страшно. Это можно было заметить по его почти незаметному дрожанию рук. Вот тебе и ничего не боится. Кто ж знал, что всего лишь простого укола. — Здравствуйте, ребятки! — поздоровавшись, лейтенант Тихонов снял с себя фуражку. Это означало лишь то, что он готовился к серьезному разговору. — Так как вы еще дети и сегодняшний случай нанес большой ущерб школе, я договорился с директором о том, что вы будете отрабатывать, что натворили. — Но не мы первые начали! Это все эти психанутые уроды! — возмущался Рома. Тогда милицейский с презрением посмотрел на него. — Поосторожнее со словами! — сказала Тихонов, намекая на то, что рядом стоит тот, кто может за такие слова наказать. — А ты ведь Рома Пятифан. Прославленный хулиган школы. В свои 12 уже имеешь несколько приводов в милицию за кражи и вандализм. — И что из этого? — Он перекрестил руки на груди. — Я своих братанов никогда не бросаю. Поэтому извините за то, что пришлось надрать всем задницы. — Ох, Ромка, язык твой — враг твой. До добра не доведет… — Милицейский отрицательно помотал головой. — Что ж, тогда тебе будет двойная работа. У Ромы округлились глаза. — Это еще за что? — Сам знаешь. — На полном серьезе ответил Тихонов. Пока милицейский объяснял нам нашу отработку. Все, кроме Эндрю, сделали Манту и даже Нил. Он попытался с ним договориться, но тот ни в какую ничего не желал слышать. Но, как и сказал Рома, бежать ему было некуда. Чтобы выйти из кабинета, нужно пройти через кабинет медсестры, где она как раз и поджидала со своими уколами. Его отчаянные попытки сбежать оказались провальными. По просьбе медсестры его поймал лейтенант Тихонов. Нил пытался остановить их, он все время твердил оставить его в покое. Но его никто не стал слушать. Я не понимал, что уж тут такого. Всего лишь один укол, который можно перетерпеть. Но дальше становилось только хуже. Нил просился, чтобы ему поставили еще Манту за Эндрю, дабы тому этого не делали. Но и здесь его попытки оказались неудачные. Закрыв на замок процедурный кабинет, где находились Рома, Бяша, Нил и я. Медсестра и лейтенант принялись за работу делать укол Эндрю. Эта ситуация была на столько грандиозная, что все от нее были потрясены. Нил в отчаянье бился в дверь и кричал, чтобы ее открыли, даже пытался выбить её. Но Бяша и Рома во время его оттащили. Мы все пытались успокоить Нила. Говорили, что это не смертельно и с Эндрю будет все хорошо. Но как его не слушали, так и он нас. С той же стороны были слышны матерные слова Эндрю. Он бросал их на всех, кто над ним измывался. Эта ситуация была очень странной. Никто ее не понимал, даже я. Но чего тут такого. Ну, укол, и что? Можно же немного потерпеть. Зачем делать из мухи слона? В конце концов все разрешилось, и Эндрю отпустили с ваткой на руке. Милицейский ушел, а вот медсестра осталась. Она все успокаивала Эндрю, говоря, что это было вообще не больно. Ведь делала она все правильно и аккуратно. И разрешение у нее было от его же родителей. Но, казалось бы, какие могут быть у них родители? Они же из другого мира. Послав ее на три веселые буквы, он ушел вместе с Нилом. В конечном счете медсестра разозлилась и выгнала всех из кабинета, оставив меня одного отдыхать. Завернувшись в одеяло, я долго думал над произошедшем и пока думал, не заметил, как уснул. Проснулся я уже от чьего-то пронзительного крика. Подскочив с кровати, я взглянул в окно. За ним была полная темень. Лишь одна очень яркая луна освещала комнату. Взглянув на настольные часы, я увидел не такое уж и позднее время. 4 часа. Но странно, что никого кроме меня в кабинете не было. И даже в соседнем. От ужасного крика мне стало не по себе. Но насколько не было бы мне страшно, я должен был найти пацанов. Сейчас они должны были быть на отработке. Задача заключалась в том, что бы убраться в каждом классе, за что их потом должны будут простить. На самом деле это было все не правильно, потому что именно я виновник всего. Отдуваются они именно за меня. Покинув мед. кабинет, я вышел в коридор. Оказалось, что вся школа была обесточена, нигде не горел свет, ни в одном классе. Было страшновато идти одному, но, к счастью, мое предчувствие меня не подвело. Поднявшись на третий этаж, я увидел Рому. Он стоял напротив распахнутого настежь окна и в ужасе смотрел на восходящую луну. Таким испуганным я видел его впервые. Никакие Манту даже с этим не сравняться. — Рома? Услышав свое имя, он посмотрел на меня такими глазами, что хотелось забрать его под свое крыло и утешить. Он стоял в полном оцепенении. Его рот был открыт, но слова оттуда не выходили. Что-то произошло, и очень страшное, что заставило Рому застыть от страха. — Что с тобой? И где все остальные? Выставив перед собой руку, Рома стал показывать в открытое окно. — О-он… о-он… — заикался Пятифан. — Кто он? — не понимал я. — Где ребята? Подойдя к нему поближе, я посмотрел в это окно. Но ничего необычного там не увидел. Простой школьный двор, обычный зимний вечер и с очень даже хорошо освещаемой луной. Что же тут могло произойти? — О-она! Его забрал! Забрала! — Рома кричал в полный голос. Он хватался за голову, словно псих, растворяясь в собственном же ужасе. — Забрала! Забрала! Забрала! — Кто забрал? — Я пытался достучаться до него, но толку от этого было мало. Решившись на серьезный шаг, я с размаху влепил ему достойную пощечину. К моему счастью, он пришел в себя, но его глаза были до сих пор в ужасе от того, что увидели. — Огромная Сова! Она утащила Бяшу! — Сова?.. — Я задумался. Ведь этого не может быть! Они были очень даже приветливы вчера ночью, и украсть кого-то они явно не могли. — Ты меня слышишь?! — Рома начал трясти меня за плечи. — Я не вру! Ей-богу клянусь, эта была огромная Сова! Вдруг где-то на лестнице послышался вой. Вой устрашающего Волка. Меня пробрало до костей, и я начал дрожать, хотя до сих пор не верил, что это могли быть те звери. С этого момента мне стало совсем не до шуток. Рычание все приближалось, как и топот когтистых лап. — Что за чертовщина здесь творится?! — паниковал Рома. Времени на раздумья у нас на это не было, поэтому схвати его за руку. Мы побежали дальше по коридору. Спустившись на второй этаж, где находились лаборатории школы, к примеру, класс химии, физики, биологии, нам посчастливилось забежать в класс труда. Недолго думая, мы спрятались в одном из шкафов, где хранились сделанные для школы костюмы. Мы оба стояли затаив дыхание, прислушивались к каждому звуку, к каждому шороху, что бы, если что были готовы бежать дальше. Внезапно на этаже появились звуки. Кто-то быстро бежал и приближался к нашему классу. Как оказалось, мы с Ромой до сих пор держались за руки, но так было даже спокойнее. Звуки были уже около двери, и тогда Рома сжал мою руку еще сильнее. Я понимал его, ведь мне тоже было страшно. Хоть мы и прятались в довольно тесном шкафу. Волк мог нас учуять. Повезло, что между дверцами была щель, через которую можно увидеть половину кабинета. Поэтому, когда дверь отварилась, мы увидели, как в класс вошли Нил и Эндрю. От бега они ничуть не запыхались, но за счет яркого света было очень хорошо видно испуганный взгляд Нила. Я хотел к ним выйти, но Рома, дернув за руку, почему-то меня остановил. Я взглянул на него, но он лишь показал знак молчания. Может, он хотел их послушать. — Что это было?! — Джостен ходил от парты к парте, пытаясь успокоиться и прийти в себя. Но выходило у него это довольно плохо. — Что это за медведь?! Почему он в школе?! — Нил. — звал Эндрю. Но тот его не слышал. — Здесь творится что-то ужасное и мне это не нравиться! — четко бормотал парень. — Я хочу домой! Обратно к ребятам! — Нил! — повторил Эндрю, но уже своим приказным тоном. Но Джостен снова не слушал. Тогда он подошел к нему, взял его за обе щеки и моментально заставил замолкнуть. Одним лишь поцелуем. Стоп!.. П-поцелуем? Ч-что?! Я был просто в шоке от увиденного. Я думал, что мои глаза меня подводят, но, смотря на застывшего от удивления Ромку, это было вовсе не так. Их поцелуй, длившийся невесть сколько, был самым что ни наесть настоящим. Почувствовав телодвижение Ромы, я понял, что он хочет выйти, но делать этого было никак нельзя. А иначе мы окажемся в не очень хорошем положении. Как и те двоя, что походу наслаждались друг другом. Дернув Рому за руку, чтобы остановить от этой глупой идеи, он резко отцепился от меня. В полутемном шкафу я заметил, как он открыл рот, дабы высказаться, но я снова остановил его, прикрыв рот рукой. — Тихо, — шепнул я ему на ушко, напирая на него. Чтобы уж точно он не смог отсюда выбраться.