Маска Кицунэ

Прислушавшись к просьбе психолога, Хюррем во всех подробностях описала обстоятельства встречи со своим любовником. Знакомство произошло случайно. В тот день рыжеволосая поехала в торговый центр, дабы закупиться новой косметикой, а за одно и парой бесполезных безделушек. Девушка жила далеко от центра, потому добираться пришлось на автобусе. На обратном пути начался сильный ливень. Стоя на остановке и трясясь от холода, Хюррем уже была готова рухнуть прямо на мокрый асфальт, но, машаллах! Одна из проезжавших машин вдруг притормозила. Узерли понимала, что подсаживаться к незнакомцу не совсем безопасно, но ей уже было всё равно. К тому же автомобиль, марку которого девушка не вспомнила, выглядел слишком дорого, чтобы его владелец оказался маньяком. Хюррем не прогадала. Машиной управлял крайне приятный мужчина с белоснежной улыбкой. С первого взгляда девушка почувствовала симпатию. На протяжении всей поездки молодые люди весело общались, шутили, делились забавными историями из жизни, а под конец обменялись номерами телефонов. Тут-то всё и закрутилось. Постоянные встречи, невинные прикосновения, дорогие подарки – всё это заставляло Хюррем чувствовать себя принцессой, попавшей в волшебную сказку, в которой он был её принцем на белом коне. Однако, не всякая сказка имеет счастливый финал. Оказалось, что вместо златогривого жеребца в довесок к принцу прилагается его жена и маленький ребёнок. Конечно, Хюррем пришла в ужас, когда узнала об этом спустя две недели отношений, но деваться уже было некуда. Как бы Узерли не хотела, попрощаться с мужчиной было ей не под силу, ведь она успела влюбиться. - Теперь вы понимаете? – рыжеволосая становилась всё эмоциональнее. – Нет, не думайте про него плохо! Он, правда, очень хороший, но… его жена… Я запуталась и не знаю, как поступить. На протяжении всего рассказа Махидевран активно слушала, периодически давая ответную реакцию в виде кивков, но не перебивая. Брюнетка уже разложила в голове детали истории своей клиентки и даже практически перестала её осуждать. Однако, что-то всё же продолжало её смущать, в особенности – взгляд. Вот уже пятнадцать минут глаза Хюррем вели себя не совсем адекватно. Рыжеволосая делилась важной для своего сердца историей. Она должна была целиком и полностью погрузиться в себя, но это было не так, ведь глаза её не переставая бегали по кабинету и как будто дожидались случая, дабы лишний раз упасть на Эргенч. Махидевран знала этот взгляд. Он часто возникает, когда рядом находятся две красивые женщины, и именуется – оценивающий. Факт того, что Хюррем пытается оценить внешний вид брюнетки, безумно напрягал, но нужно было сохранять хладнокровность. Дабы немного отвлечься и даже… защититься? Махидевран принялась оценивать клиентку в ответ. Знания психологии позволили сложить общее представление о личности Узерли. «Одета ярко и дорого, но безвкусно. Вероятнее всего, деньги у неё от любовника, потому не умеет ими пользоваться. Ногти. Длинные, а поверх красный лак. О чём это может говорить? Точно! Истеричка. А истеричность свойственна холерикам, значит – лидер? Говорит медленно и чётко, но громко и эмоционально. Да уж, эта девушка явно жаждет власти. Она знает чего хочет и не боится получить это. Ради собственных прихотей готова по головам пойти… Хах, и это она говорит про чувство вины? Сомневаюсь. Что-то тут явно не так…» - А как бы вы поступили на моём месте? - Я? – внезапный вопрос вернул Махидевран на землю. – Ох, нет, я не могу давать подобные советы. Я могу лишь направить, но конечное решение остаётся за вами. - Да, это понятно, - отмахнулась Узерли. – И всё же? Мне просто любопытно. Обещаю, что не стану воспринимать ответ слишком серьёзно. Брюнетка задумалась. А вот и правда… как бы она поступила? Как вообще она поступает, когда дело касается романтических отношений? Вдруг Махидевран улыбнулась. Ей не пришлось искать нужные слова, ведь они сами её нашли. - Знаете, мы живём в мире, в котором между мозгом и сердцем обычно приходится выбирать мозг, - Хюррем заинтересованно наклонилась. На сей раз взгляд был внимателен просто до неприличия. – но, зная себя, я бы всё равно выбрала сердце. Обе особы очаровательно улыбнулись. Это был странный момент. До того странный, что Эргенч показалось, будто она встречала рыжеволосую прежде. - Сердце… - повторила Хюррем. – А ведь я ошибалась на ваш счёт. - В смысле? – Махидевран нахмурилась. Она окончательно позабыла о сдержанности. - Поймите правильно. Когда я вошла в кабинет, мне показалось, что мы с вами как левая и правая палочки twix. В смысле… «совсем разные». - И это нормально, - поспешила брюнетка. – люди всегда отличаются друг от друга, это к слову об индивидуальности. - Да, но, - Хюррем до сих пор боялась быть неправильно понятой. – теперь я вижу, что у нас намного больше общего, чем кажется на первый взгляд. Махидевран почувствовала, как её рот слегка приоткрылся: «Всё-таки очень странная девушка». - Всё возможно. – Эргенч старалась ответить максимально расслаблено, но голос её слегка дрогнул. – Хорошо, продолжим консультацию. Дамы побеседовали ещё некоторое время. Сильнее углубившись в представленную проблему, они пришли к общему выводу, что одной встречей не обойтись. Через неделю предстояла повторная консультация.

***

По пути домой Махидевран удерживала мысль о необходимости заехать в продуктовый магазин. Она была неопытным водителем, потому из-за чрезмерной сосредоточенности часто пропускала поворот. А тут ещё новый повод для рефлексии нарисовался. Эта девушка… она не показалась брюнетке первой красавицей (хотя и была весьма привлекательна), да и одевалась, мягко говоря, так себе, однако Махидевран не сомневалась, что её окружают поклонники, уж слишком она была харизматична. Есть такой особый типаж людей, умеющих зацепить мимикой, жестами или интонацией. Хюррем определённо относилась к таким людям. Остановившись на светофоре, Эргенч невольно повернула на себя зеркало заднего вида. Она всегда считалась обладательницей неземной красоты. Большие ясные как небосвод серо-голубые глаза, густые брови, аккуратный нос, умеренно пухлые губы – женщине были дарованы идеальные черты лица. Но что же с ней стало? Теперь, смотря в зеркало, она видела лишь измученный ежедневной суетой взгляд и предпосылки скорых морщин. Может ли она излучать ту же притягательную энергетику, что исходит от её открытой прямолинейной клиентки? Способна ли она ещё привлекать даже собственного мужа… Эти вопросы не на шутку встревожили душу Махидевран. Ей нужно было успокоить себя, убедиться, что она понапрасну накрутила проблему. Было принято решение после продуктового заехать в ещё один магазин. -Чёрт! Дурацкий поворот. Опять проехала…

***

Мустафа давно вернулся со школы на автобусе, потому наверняка был безумно голодный. Влетев в кухню, Махидевран бросила пакет с продуктами на барную стойку. Ещё один пакет она спрятала под столом и, не тратя время даже на переодевание, схватилась за готовку. Эргенч нельзя было назвать лучшим поваром Турции. За отсутствием свободного времени ей не представилась возможность углубиться в кулинарию, однако некоторые блюда у неё выходили особенно хорошо. Уже через час стол украшали расписанные на заказ блюда, в одном из которых находился любимый Сулейманом искендер-кебаб, а остальные были заполнены закусками в виде мезе, на десерт традиционно шла пахлава. Уставшая, но довольная собой Махидевран приземлилась на стул. Вдруг послышался щелчок серебряного замка, что означало возвращение отца семейства. Когда Сулейман вошёл в кухню, супруга встала из-за стала и упала в его приветственные объятия. - Доброго тебе вечера, - нежно прошептала женщина. – мой руки и садись ужинать. Мустафа доделает уроки и тоже подойдёт. - Ты не поужинаешь с нами? - Я наелась пока готовила, - Эргенч игриво улыбнулась и приблизилась к уху мужчины. – не затягивай с едой и поднимайся в спальню. - А это зачем? - Сюрприз. – только и кинула брюнетка и, наскоро поцеловав супруга, устремилась вверх по лестнице. Оказавшись в комнате, Махидевран прикрыла за собой дверь. Она успела незаметно захватить с собой небольшой пакет, содержимое которого тут же было разложено на кровати. Некоторое время женщина сомневалась, можно ли ей надевать подобное. С некой долей опаски она внимательно разглядывала чёрное кружевное бельё, в комплекте с которым шли капроновые чулки и какие-то непонятные верёвочки. Скинув с себя уличную одежду, Эргенч подошла к зеркалу, которое занимало одну из дверей шкафа и демонстрировало её отражение во весь рост. - Ну что это? Какая-то тощая… и груди совсем нет. – пыталась иронизировать женщина, но опомнившись прекратила ругать себя. Взглянув ещё раз, она увидела аристократично бледную кожу, стройные ровные ноги, очень даже привлекательные подтянутые ягодицы и изящную осиную талию. Улыбнувшись и несколько притупив накопленные годами комплексы, брюнетка поспешила переодеваться. Надо отметить, что переживания Махидевран оказались напрасны. Бельё смотрелось на ней превосходно. Кружева украшали тело, придавая ему особую эстетику. Образ в целом выглядел совершенно не развратно, при том безумно сексуально. Поправив резинку на одном из чулок, женщина переместилась в горизонтальное положение посреди кровати. Разложив руки на подушках, она напоминала величественную госпожу, ждущую своего повелителя, шаги которого уже слышались на лестнице. Вошедший в спальню Сулейман выглядел спокойным и, казалось, что-то выискивал. - Ну и где же сюрприз? – наивно поинтересовался мужчина. - Чего? – Махидевран так и застыла. В тот момент она была способна на любую грубость, настолько этот вопрос вывел её из равновесия. - А-а, понял! – протянул мужчина. – Мне нужно закрыть глаза. – с этими словами Сулейман накрыл веки руками. Окончательно взбешённая Махидевран соскочила с кровати и подлетела к супругу, буквально отдирая его ладони от глаз. - Ты совсем дурак?! – чуть ли не рыдая кричала женщина, вымаливая внимание. – Ты даже не посмотрел на меня. - О, Аллах… - наконец до мужчины начало что-то доходить. – Я посмотрел и, между прочем, даже заметил твоё новое нижнее бельё. - Ну-у… - Эргенч не покидала надежда. - Ну-у? – в мужских глазах мелькнуло разочарование. – Так это и был твой сюрприз? Не говоря больше ни слова, Махидевран направилась к шкафу, и достав оттуда халат, принялась прикрывать оскорблённое тело. - И что ты обижаешься? – продолжал Сулейман. – Можно подумать, я имею что-то против нижнего белья. Покупай его сколько угодно, рас тебе нравится… - не успел супруг закончить, как ему в лицо прилетела пуховая, но довольно плодная подушка. Одеяло отправилось следом. - Рас я не привлекательная женщина, то и кровать моя тоже не привлекательная, - Махидевран даже перестала бояться потревожить Мустафу, настолько ей овладели гнев и обида. – так что ты сможешь обойтись без неё и поспать на диване. Ярость жены невольно передалась мужу. Швырнув одеяло с подушкой прямо на пол, он решил показать, кто в доме хозяин. - Ещё чего удумала! Никуда я не пойду. Если ты забыла, эта кровать больше моя, чем твоя. - Ах, так? – Махидевран вся побагровела. Многое она могла стерпеть, но не попрекание деньгами. – Отлично, - схватив свою подушку женщина гордо направилась к выходу. – как раз хотела отдохнуть от твоего храпа. Спустившись в гостиную, Эргенч уже не сдерживая слёз рухнула на неудобный диван. Эту ночь она проведёт в одиночестве. Впрочем… как и многие предыдущие. Ведь, физическое наличие супруга мало чего давало. Он к ней даже не прикасался… Махидевран чувствовала, как ком подошёл к горлу. Она позволила себе зарыдать в голос, но лишь на несколько секунд, после которых прикрыла рот рукой. Мысль о том, что Мустафа может ещё не спать сдерживала женщину. Вскоре она успокоилась. Эргенч почти заснула, когда лежавший на журнальное столике телефон доложил о приходе сообщения. Оно было от Шах. «Термиты доели деревянный мозг моей сестры, остались одни опилки. Завтра в 16:00 в «Lekker Sümbül».» Отбросив мобильный, женщина уснула с мыслью: «Только этого не хватало…»

***

Это была суббота, потому важные дела не мешали девичьим посиделкам. Хатидже внимательно слушала активные жалобы Шах на «коллег-идиотов», Махидевтран тоже делала вид, что слушает, на самом же деле была погружена в себя. Возможно, ей и хотелось поделиться с подругами своими переживаниями, касаемо супруга, однако она была твёрдо убеждена, что подобное должно оставаться внутри семьи. - … а я ему и говорю: «Слушай, мальчик, ты свечку не держал. А если и держал, значит это у тебя какие-то нездоровые наклонности». - Так и сказала? – поражалась Хатидже. - Ну да. В общем, она была оправдана. Эргенч улыбалась, но делала это скорее на автомате, нежели в следствии приятных эмоций. Однако, вскоре её лицо озарила первая за день искренняя улыбка. С другого конца кофейни к столу подруг быстрыми шагами, разве что не вприпрыжку, приближался сам владелец заведения, которого легко можно было принять за местного сумасшедшего. Строгим костюмам Сюмбюль предпочитал мужские шорты до колен и пляжные рубашки с различными рисунками. Та, что была надета на нём сейчас изображала ананасы. - Ба-а! – протянул мужчина, приветственно распахивая руки. – Кто такие? Зачем пожаловали? - Сюмбюль! – радостно воскликнули женщины. Все сидящие за столом были знакомы с бывшим одноклассником Махидевран, который в школе был её единственным другом. Сестёр он впервые увидел на свадьбе Эргенчей, моментально покорив их сердца своей открытостью и жизнелюбием. - Мы тут не первый раз торчим, - начала Шах. – больше ничего не скажу, а то Хатидже на меня уже косо смотрит. - Как это не первый раз? – Сюмбюль наиграл обиду. – И даже мне не сказали, негодницы! - Не хотели отвлекать, ты всё-таки Важный человек. - Цыц! Слышать не желаю! – мужчина активно жестикулировал. – Всем напитки за счёт заведения, и без отговорок! – тёмные глаза начали внимательно осматривать каждую присутствующую. – Махидевран, про тебя помню – латте. Шах… Ага! Чёрный чай. И Хатидже… Хатидже… клубничный коктейль? - Почти, - отозвалась девушка. – банановый. - Точно, я знал! С этими словами старый друг умчался в светлое будущее, оставив за спиной три тёплые улыбки. - Ох, уж этот Сюмбюль! – вторила Хатидже. - Мда, хоть какой-то плюс от того, что мы тут время тратим. – ворчала Шах. - Тебя никто не держит… - сестра скрестила руки на груди. На сей раз ей стало не на шутку неприятно. Хоть она и привыкла к манере общения женщины, однако это начинало надоедать. - Да, что ты говоришь? Тебя же всё время нужно контролировать. - Это ещё почему? - А как иначе? Ты же словно ребёнок… Вот! Даже покраснела по-детски. - Ну знаешь ли… Хатидже была не намерена продолжать сидеть рядом с бестактной сестрой. Она резко встала из-за стола, но была слишком увлечена прожиганием Шах взглядом и не заметила проходящую мимо официантку. Столкновение. В один миг содержимое подноса, который несла Гюльфем, оказалось на её белоснежной блузке. - Ох! – от испуга Хатидже чуть не потеряла сознание. – Простите! Мне так жаль… - Ничего страшного… - отвечала женщина, стараясь оттянуть горячую ткань подальше от кожи. - Как это «ничего страшного»? – вмешалась Шах. – Просто кошмар! Я видела эту блузку в бутике «Türkiye'nin elitleri», она очень дорогая… Моя сестра такая растяпа! - Вы зря беспокоитесь. Я застираю и пятно… - Это же кофе, оно не отстирывается… - Шах сделалась серьёзной, она усердно изображала задумчивость. – Полагаю, мы должны возместить вашу потерю. - Правда, не стоит… - Я настаиваю! Сестра купит вам новую блузку, точно такую же. Это меньшее, что мы можем сделать… Не спорьте! Оставьте свои контакты, чтобы мы могли с вами связаться. - Но… я же… - Давайте, - Шах держала в руках мобильник. – не стесняйтесь, я записываю. - Ох… ну ладно. Гюльфем поспешно продиктовала номер своего телефона и продолжила работать. Потрясённая до кончиков волос Хатидже ощутила, как ноги её подкосились. Девушка вновь присела и обратилась к сестре: - Что это сейчас была за сцена? Наблюдавшая за всем Махидевран давно обо всём догадалась и ели сдерживала смех. - Можешь поблагодарить, - Шах гордо продемонстрировала экран, на котором святились записанные цифры. – теперь у тебя есть номер её телефона. - Я уже говорила, что ненавижу тебя? - Я тебя тоже люблю. Последнюю фразу Шах дополнила воздушным поцелуем. А Махидевран подумала: «Вот что значит – родные люди».

***

Эргенч не горела желанием возвращаться домой, но выбора у неё всё равно не было. При одной мысли о встрече с грязной посудой и полной неблагодарностью за её помывку, женщину начинало потряхивать. Однако, войдя в дом, она почувствовала какой-то непривычный запах. Такой, как могла чувствовать много лет назад, будучи в гостях у бабушки. Это был запах свежести. Пробежав глазами по комнате, женщина отметила удивительную чистоту – полки буквально блестели. Даже на лепестках комнатных растений не осталось ни грамма пыли. Пройдя в кухню, Махидевран увидела пустую раковину, а на столе её ждала заказанная в ресторане японская еда. Поражённая брюнетка сделала шаг назад и тут же оказалась в объятиях сильных рук, а знакомый мужской голос прошептал на ухо: - Извини, что был невнимателен к тебе. Не скрывая радости, женщина обернулась, обхватив мужа за шею. - Ты просто невыносим, - тонкая рука изучала грубую щетину. – но я люблю тебя. - А сейчас полюбишь ещё больше, - Сулейман подхватил супругу на руки. Она была лёгкая, как пушинка. – я отвёз Мустафу к бабушке, он погостит там пару дней. Мы будем дома совсем одни. - Значит, ужин подождёт? - Я иду в душ, а когда выйду оттуда, хочу видеть тебя в том сногсшибательном белье. - Я буду ждать на верху. – с грацией дикой кошки женщина освободилась от мужских рук, и влюблённые поспешили каждый по своим сторонам. Влетев в спальню, окрылённая Махидевран разве что не плясала от счастья. Она снова чувствовала себя молодой и желанной. Это будет их вечер… их ночь. Напевая незамысловатую мелодию из рекламы дезодоранта, брюнетка успела избавиться от рубашки, как вдруг услышала короткий вибрирующий звук. Это был оставленный на прикроватный тумбочке мобильный Сулеймана. В начале Эргенч хотела проигнорировать услышанное, ведь проверять телефон мужа не входило в её привычки, более того это казалось ей некультурным. Однако, предположение, что сообщение могло быть важным и касаться работы убедило Махидевран подойти. Поколебавшись несколько секунд, она таки взяла мобильник. Предположение развеялось тут же, как женщина прочла имя отправителя. Сообщение было от некой Александры: «Почему ты не приехал? Я соскучилась…» Махидевран и понять ничего не успела. Ей хотелось отбросить мобильник, как нечто жутко ядовитое, но дверь в спальню резко открылась. - Бритву забыл… - увидев состояние жены, Сулейман тут же вспыхнул. – Зачем ты взяла мой телефон?! – мужчина тут же вырвал гаджет из дрожащих рук. - Кто это такая, Сулейман? Александра! Кто это?! – из полуобморочного состояния Махидевран разом перешла в истерику. - Не надо было трогать мой телефон! Ты… вот вообще всё неправильно поняла. - Да? Тогда покажи другие сообщения! Забывшись от ревности, Эргенч начала яростно бросаться на мужа, отчаянно пытаясь отобрать у него мобильник. Мужчина упрямо отворачивался и в один момент, совершив необдуманное движение, случайно толкнул Махидевран. Женщина упала на кровать, сильно ударившись ногой, но это была не главная боль. Куда больнее ранила обида. По лицу Эргенч покатились горячие слёзы. - Махидевран,… я… - Сулейман было потянулся к жене, но она не позволила ему прикоснуться. Вскочив с кровати, женщина направилась к шкафу. - Не смей меня трогать! Наспех накинув спортивную толстовку, брюнетка помчалась вниз по лестнице. Она так торопилась, что даже споткнулась, но сумела устоять на ногах. - Куда ты собралась?! Супруг кричал, пытался остановить жену, но было уже поздно. Она не могла его видеть. В страшной истерике, омывая лицо слезами, Махидевран покинула особняк.