Маска Кицунэ

Хатидже коротала вечера в отдельной квартире многоэтажного дома. На самом деле это жильё принадлежало её матери, однако, когда Сулейман вывел свой доход на весьма солидный уровень, он смог порадовать Айше и подарить ей на юбилей загородный дом, о котором та всегда мечтала. Вскоре за этим событием последовал развод Хатидже с Ибрагимом, и вот уже около года девушка жила здесь. После новоселья Хатидже первым делом принялась менять интерьер. Возможно, висящие на стенах картины, обшитые шёлком подушки, золотые элементы декора и религиозная атрибутика Айше выглядели серьёзно и дорого, но все эти вещи явно были взяты из прошлого, а то и позапрошлого века, потому девушке не пришлось колебаться, сдирая раздражающие обои. Потребовалось полгода, чтобы привести квартиру в пристойный вид, но результат того стоил. Отдавая предпочтение классическому минимализму, Хатидже не стала прятать стены за цветной бумагой, а покрыла их плотным слоем белой краски. Мебель выбиралась крайне тщательно. Целый месяц ушёл на поиски идеального журнального столика, стоящего теперь на ковре из искусственного белого меха рядом с таким же белым псевдо-кожаным диваном. Хозяйка квартиры оказалась ярым борцом за сохранение природы. После того как окна «украсили» полупрозрачные белые шторы, Хатидже поняла, что переборщила, и жилище уж слишком напоминает психбольницу. Тогда на стенах снова появились картины, однако теперь они содержали изображения различных геометрических фигур. Оставленные от матери вазы постепенно заполнились тюльпанами и веточками сакуры. Также девушка буквально не могла находиться дома, если расставленные на столах и подоконниках блюдца не были заполнены леденцами и экзотическими фруктами. И всё-таки самой любимой часть дома для девушки стал балкон. Именно там по утрам распивался зелёный чай, а чуть позже проходили занятия йогой и медитации. По вечерам Хатидже любила расположиться на шезлонге и, оставив мирские тревоги, созерцать свежесть и очарование природы, пусть даже в полном одиночестве. Хотя… нет, одиночество всё же скрашивал Хомяк. Проголодавшись, он выскакивал на балкон, надеясь разжалобить хозяйку протяжным мяуканьем. И да – Хомяк был котом. Персидского аристократа Хатидже завела ещё будучи в браке. Поначалу котёнок показался ей резвым воплощением любопытства и очарования, однако возраст никого не щадит. Уже в пять месяцев питомец перестал интересоваться чем-либо кроме содержания своей миски. Ибрагим постоянно возмущался: «Этот хомяк съедает больше, чем мы вдвоём!» Так кличка и прижилась. Хомяк проводил с хозяйкой и этот вечер. Сидя на шезлонге, Хатидже смиренно вышивала при лунном свете, настраиваясь на продолжительный здоровый сон, пока питомец грел её хрупкие колени. Вдруг раздался звонок в дверь. Удивлённая девушка встала и настороженно прошла в коридор: «Гости? Да, ещё в такой час?» Открыв дверь, Хатидже вздрогнула. На пороге стояла бледная как смерть Махидевран, одного взгляда на которую хватило, чтобы сделать вывод о её, мягко говоря, не лучшем состоянии. Опомнившись, хозяйка квартиры притянула к себе подругу и заключила её к крепкие объятия. - Хатидже, - дрожащим голосом произнесла женщина. - Родная моя, - Хатидже чуть отстранилась от брюнетки, дабы взглянуть ей в глаза. Белки покраснели. – что с тобой? Наконец взгляд девушки упал на руку Эргенч, в которой та всё это время держала бутылку красного полусухого вина. - А я вот, - Махидевран виновато подняла бутылку. – купила. Не знаю зачем… Может, чтобы не пропадало… Составишь компанию? Хатидже не была фанатам алкоголя, однако предложение подруги пришлось ей по душе. Да, и потом, могла ли она отказать, видя как Махидевран огорчена? В одном из кухонных ящиков дамы нашли упаковку сырного попкорна и приготовили его в микроволновке. После они включили какую-то глупую комедию на Netflix и, приглушив свет, расположились на диване в гостиной. Держа в руках наполненные алой жидкостью бокалы, дамы долго не решались нарушить тишину. Хатидже сдалась первая. - Так. Хватит, немедленно расскажи мне, что произошло. – обычно мягкая девушка умела показать характер, когда это по-настоящему требовалось. - Сулейман… - начала Махидевран, но тут же прикусила язык. Внутренний блок был слишком силён. Заложенные с детства установки отчаянно отговаривали делиться своим горем. - Вы поссорились? Он что-то тебе сделал? – в ответ последовал сдержанный кивок. - Он… он толкнул меня, - глаза Хатидже округлились. Она была поражена, а спустя секунду разгневана. Взгляд мельком падал на телефон. Девушка собиралась позвонить брату и высказать всё, что о нём думает. Махидевран это поняла. – подожди… Дело не только в этом. – женщина собиралась с силами. Она до сих пор думала, что совершает ужасное преступление и даже ощущала себя предательницей, но обида на мужа оказалась сильнее. – Кажется, Сулейман мне изменяет. Женщина позабыла о гнетущей стыдливости и рассказала подруге буквально обо всём: начиная злосчастным сообщением и заканчивая подробностями интимной жизни за крайние месяцы. Говоря о последнем, стыдиться не пришлось, ибо поведать было нечего. Но повествование всё же было наполнено эмоциями и продолжалось довольно долго. Настолько долго, что красное вино закончилось, и Хатидже пришлось принести подаренную кем-то сто лет назад бутылку виски. Несколько раз у девушки звонил телефон. Не трудно было догадаться, что это её брат разыскивал жену. Махидевран звонко восклицала: «Не бери трубку!» Хатидже и не собиралась, ибо под конец рассказа обе дамы были уже порядком пьяны. - А потом вы удивляетесь, что я разочаровалась в мужчинах, - язык девушки слегка заплетался. – вот! Каков! Родной братец… - Да, пошли они… - после этих слов Эргенч вздрогнула. На сей раз телефон зазвонил у неё. – Твоя сестра, - констатировала женщина, взглянув на экран. – что ей понадобилось? - Возьмёшь? - Уже. Да-а? - Махидевран, у тебя совсем крыша съехала? – Шах явно злилась. Похоже, несколько минут назад её нагло разбудили. - Кто это? – хмельная голова Махидевран не выбрала лучшее время для приколов. - Вот вообще не смешно! Сулейман мне весь телефон оборвал, тебя ищет. Где ты, чёрт возьми?! - На этой… как её? А! На лесбийской вечеринке. Присоединишься? - Понятно, передай Хатидже трубку… Сестра долго отнекивалась, но в конце концов взяла телефон. - Да? Кто это? - Ещё одна,… - даже через сотовую связь можно было увидеть закатанные глаза Шах. – Что с Махидевран? Вы у тебя дома? - Как я могу докладывать своё местоположение? А вдруг вы коллектор. Знаете, у меня сто-о-олько кредитов... - Приеду через полчаса – головы поотрываю. - Спасибо, но мы не нуждается в ваших услугах. Всего доброго! Стоило Хатидже отклонить звонок, как по дому разнёсся звонкий дружеский смех. От былой печали не осталось и следа. - Так она приняла моё приглашение? – поинтересовалась Эргенч. - Лучше бы не принимала. Она же в самом деле приедет,… - только теперь девушка опомнилась. – мамочки, что же тогда с нами будет? Махидевран скептически посмотрела на подругу. Даже в таком состоянии у неё сохранилась привычка включать психолога. - Ты слишком боишься свою сестру. - Так и есть, - Хатидже даже не пыталась оправдаться. – мама постоянно была занята, и можно сказать, что именно Шах меня вырастила, хотя и была старше всего на три года. - Поэтому она для тебя авторитет? - Наверное. – девушка пожала плечами. – Знаешь, а ведь раньше она была не такая. В детстве мы проводили вместе дни напролёт. Всё время играли. Шах любила изобретать различные безумные идеи. Однажды мы ездили к бабушке, и ей захотелось поиграть в охотников на приведения… в общем, на чердак нас больше не впускали. - Да ну? - Махидевран была не в силах сдержать смех. – Это точно про нашу Шах? - Сама удивляюсь, - Хатидже показалась мечтательной. Она задумалась о чём-то, что вскоре заставило её усмехнуться. – Теперь она упрекает меня за нетрадиционную ориентацию, хотя когда-то… Говорю по секрету! Она же и научила меня целоваться. Эргенч действительно старалась удержать лицо, но это было просто невозможно. Стоило представить эту картину, как смех сам выскакивал изо рта. - Из…из-вини. - Консультации у тебя также проходят? - Не совсем. – Вспомнив о работе, женщина успокоилась. – Вообще такое часто встречается среди сестёр погодок. Просто в вашем случае… Прости, но это сенсация! - Теперь ты будешь шантажировать Шах? - Нет, я пока не хочу в тюрьму. – Махидевран резко переменилась в лице. Даже богу было неведомо, о чём она задумалась. – А вот мне стало интересно, как это целоваться с женщиной? Есть отличия от поцелуя с мужчиной? - На самом деле есть, - заинтересованная новой темой Хатидже несколько придвинулась. – но они скорее не физические, разумеется, если не учитывать отсутствие усов, они больше эмоциональные. То есть… когда целуешь женщину, ощущаешь себя совершенно по-другому. Более… наполненной что ли? - Интересно. - Как будто поцелуй – это уже не прелюдия к сексу. Это отдельный акт обмена чувствами. В нём всё! И любовь, и дружба, и поддержка, и словно… слова: «Ты важна для меня». - Звучит как обратный сексизм. - Я не говорю, что мужчины не умеют любить. Но их любовь… какая-то другая. Не такая, которая нужна именно мне. Махидевран сделалась серьёзной. Какая-то новая совершенно безумная задумка овладевала ею. Эта самая задумка относилась к числу тех, которые никогда не приходят на трезвую голову. Женщине хотелось смеяться над самой собой. - Хатидже? – наконец произнесла она. - М? - А ты очень пьяная? - Полагаю, - девушка взглянула на полу опустошённую бутылку виски. – очень. - Давай поцелуемся? - Чего?... – у Хатидже отвисла челюсть. Да, и Махидевран сама себе удивлялась. - Нет-нет! Не в этом смысле. Я мужчин люблю, - уж в этом Эргенч была убеждена. – ну вроде как… по-дружески? Ради интереса. Хатидже совершенно растерялась. Теперь она стеснялась сталкиваться глазами с брюнеткой. Не то чтобы она была против подобной шалости, однако Махидевран… зачем ей это понадобилось? Девушка упорно молчала, сосредоточившись на собственных небольших слегка потрескавшихся от сухости губах. В конце концов она тихо кивнула и даже слегка потянулась к подруге, но тут же отстранилась. - Не могу, - Махидевран обиженно закатила глаза, как бы спрашивая: «От чего ты такая зануда?» Хатидже тут же расшифровала этот жест. – тебе не понять, ты же гетеросексуальна. - И что с того? - А я – нет, понимаешь? Меня привлекают женщины… в сексуальном плане. Поцеловать подругу для меня значило бы нарушить что-то вроде… «священного» табу. Ведь, ты же не станешь по-дружески целовать Сюмбюля в засос? - Убедила… - на миг Махидевран стало неловко. Она уже понимала, что будет стыдиться этого разговора, когда протрезвеет, но не теперь. Теперь же в её глазах вновь запылали огоньки. – А может тебя привлекают только официантки? Кстати, как там Гюльфем? - Ой, знаешь что! – Хатидже оживилась и, позабыв обо всём на свете, потянулась к телефону. – я нашла её инстаграм. Пролистывая профиль женщины, о ней можно было разузнать немного новой информации. У неё было как минимум два кота, что моментально позволило Хатидже мыслить: «Мы обе кошатницы. Значит – точно сойдёмся!» Большие компании она не любила, предпочитала книги и даже завела для них отдельное актуальное. Хорошо готовила и содержала дом в порядке. Имелось и фото дома снаружи, увидев которое Махидевран приблизила изображение. - Зелёная долина?... - Ты знаешь где это?! – Хатидже чуть не подпрыгнула от удивления. - В двух кварталах от нашего особняка. Мы проходим там каждый раз по дороге на пляж. - Махидевран, - девушка покончила с виски, что означало она готова плясать с белками. – а ведь я купила ей блузку. - Оу-у, - на брюнетку алкоголь влиял ещё более особым образом: вся педантичность и правильность в миг куда-то исчезали. – так не будем ждать до утра. И долбанутая парочка пустилась на поиски приключений, даже не вспомнив о спешащей к ним разгневанной Шах.

***

Махидевран всегда отлично водила машину, исключением было когда она садилась за руль в нетрезвом виде, то есть этот единственный раз. Два вывалившихся из авто стройный качающихся тела совершенно не волновал факт того, что минуту назад они чуть не разбились. Вся улица могла слышать беззаботный смех. - Махидевран, у тебя на бампере царапина. – Хатидже рассмеялась ещё громче. - Пф-ф, твой брат купит мне новую. Хотя… пусть лучше покупает тачки своей Александре. – взгляд брюнетки упал на небольшой белый домик с синей крышей. – О, мы даже не заблудились! И впрямь. Перед парочкой предстало именно то строение, которое ещё недавно мелькало на фотографиях. Окружённый невысоким заборчиком сад буквально пел хвальбы трудолюбию свой хозяйки. Розовые кусты скрывали своё благородство за наступившей темнотой, однако сомнений в их красоте и ухоженности быть не могло. Слегка онемевшие пальцы Хатидже сжимали тщательно отобранную в бутике белую блузку, от чего та совершенно измялась, но девушка этого даже не заметила. - И почему нас не встречают? – прозвучала искренняя претензия. - Действительно, - поддержала Махидевран, взглянув на время. 01:17. – она там заснула что ли? - Сейчас разберёмся. – девушка достала телефон и с пафосным видом начальницы принялась тыкать по клавишам. Пару раз она промахнулась и дозвонилась до совершенно посторонних людей, но в итоге нужный номер был набран. Послышалась вежливая запись автоответчика. – И как это понимать? - Должно быть отключает на ночь. Я тоже хотела так… - брюнетка не успела договорить, как её перебил внезапный крик. - Гюльфе-ем! – это было настолько громко, что соседи вполне могли вызвать полицию. Но Хатидже это не волновало, она совершенно забылась, ведь к спиртному была не приучена. Оно дало эффект подобный тому, если бы напоили семилетнего ребёнка, который теперь бегает по улицам и выманивает приятельницу на прогулку. – Гюльфе-ем! В одной из комнат загорелся свет. На миг подруги смогли разглядеть в окне очертания сонного лица. Но это был лишь короткий миг, поле которого лицо пропало: хозяйка дома направилась к выходу. Хатидже сразу это поняла и дабы показаться «ещё любезнее» быстро нащупала в темноте несколько цветов и одним движением сорвала их. Дверь открылась и на улицу вышла женщина в тапочках и махровом халате, запа́х которого она тревожно поправляла. Перед выходом она боролась с идеей прихватить перцовый баллончик. Гюльфем не сразу признала постоянных посетительниц кофейни, но, когда это произошло, на место опасения пришло в начале спокойствие, а затем и возмущение. - Ой, здравствуйте! – при виде любимой Хатидже растаяла, а её и без того розовые щёчки стали совсем красными. К девушке вновь вернулась былая робость. Она даже ненадолго протрезвела. – А я вот, - бледная рука протянула измятую блузку. – возвращаю испорченное. - Девушка, у вас не все дома? – Гюльфем задала вполне логичный вопрос, но блузку всё-таки приняла. - Извините, что мы без приглашения, - при слове «мы» внимание было обращено на Махидевран, которая беззаботно махала ручкой из-за спины подруги. – но зато я вам ещё вот… подарить хочу. – Хатидже протянула в конец шокированной женщине цветы. Гюльфем невольно пробежалась глазами по саду. - С моей… моей клумбы? - Правда?... – лицо девушки смешно скривилось. – Ну-у… зато они точно придутся вам по душе. Владелица дома шутку не оценила. Её ранее приятное сердцу лицо теперь показалось Хатидже мрачным и суровым. Возможно, она мозгла бы накричать на нарушительниц покоя или вызвать полицию. Видит бог, ей этого очень хотелось. Но, тяжело вздохнув, Гюльфем лишь строго произнесла: - Пожалуйста, покиньте мой участок. Хатидже стояла ошеломлённая. Она видела, как за хозяйкой дома захлопнулась входная дверь, и даже вздрогнула от звука хлопка. От чего-то всё вокруг казалось ей ненастоящим. Будь она в другом состоянии, давно принялась бы заниматься самобичеванием. Но колдовское веселье затуманивало разум. Плюс ко всему рядом была Махидевран, которая подскочила к подруге и начала щекотать её по рёбрам. - Зато будет, что детям рассказывать. – подбадривала брюнетка. - Считаешь, неплохое начало отношений? - Ну-у… нестандартное. – женщина не хотела снова печалиться. Эта была единственная ночь, в которую она могла побыть по-настоящему свободной. Не психологом, не женой и даже не матерью. Она могла быть по-детски счастливым человеком, не думающем о завтрашнем дне. – Поехали, ещё покатаемся! Парочка запрыгнула в синий Hyundai Tucson и умчалась вдаль, едва не снеся забор. Небо было на удивление чистым, так что ни одна звезда не скрылась за тучами. Пролетая по трасе, подруги ощущали себя единым целым со звёздным небом. Их поездка могла продолжаться до утра, если бы не одно «но»… - О-оу… - с досадой протянула Махидевран. - Что такое? – Хатидже обернулась и через заднее стекло разглядела непонятное красно-синее свечение, сопровождаемое противным звуком серены. - За нами хвост…

***

Много впечатлений было в жизни Эргенч. Кого-кого, а уж эту женщину нельзя было назвать бедной на безумные историй, источником которых в основном служил летний лагерь. Однако, ночь в полицейском участке оказалась чем-то новеньким. Не сказать, что Махидевран горела желанием повторить данный опыт. Хотя… а чего она ожидала? Езда в нетрезвом виде, попытка укрыться от полицейских и вот результат: они с подругой делят холодную скамейку за железными решётками. Хатидже так устала, что заснула в сидячем положении, облокотившись о плечо брюнетки, пока та в свою очередь запрокинула голову и разглядывала разводы на потолке. Увлекательнейшее занятие. Идиллию нарушил дежурный. Громко прокашлявшись, пожилой мужчина вставил ключ в заржавевший железный замок, от чего Хатидже очнулась. Камера была открыта. - Свободны, - прохрипел мужчина, но, уловив недоумевающие взгляды, решил добавить. – за вас внесли залог. После этих слов появился второй человек, увидев которого, Хатидже тут же захотела снова оказаться спрятанной за прочными решётками. - Ого, Шах, и ты здесь! Как неожиданно… - шутка не удалась. Женщина не спала всю ночь, что означало – она вдвойне злее и опаснее, чем обычно. Взгляд подобный взгляду готовившейся к нападению львицы буквально прожигал подруг. – а мы тебя ждали… ждали… - В машину. Обе.

***

Все трое ехали по уже знакомой трассе. На сей раз звонкий смех заменила леденящая тишина. Хатидже боялась, что сестра начнёт её отчитывать, но в глубине души молила об этом. Лишь бы не молчание. Оно страшнее всего. Неожиданно для всех Шах резко вывернула руль, что заставило Хатидже подать дрожащий голос. - Но мой дом в другой стороне. - Знаю. – твёрдо ответила сестра, не изменившись в лице. Создавалось ощущение, что она решила вывезти подруг в лес, чтобы заставить там копать друг другу могилы. – А ты думала, я теперь оставлю вас без присмотра? Вы потеряли всякое доверие… - сейчас Шах казалась разочарованной. У Махидевран проскочил вопрос: «Знает ли женщина о произошедшем между ней и Сулейманом?» От чего-то ей казалось, что ответ утвердительный. И дело даже не в том, что муж позвонил. – Проспитесь у меня, Лютфи всё равно в командировке. - Мы не маленькие! И в твоём контроле не нуждаемся. - Правда? Тогда я верну вас в полицейский участок и заберу залог. Хатидже опустила глаза. Она знала, что не права, но была слишком инфантильна, чтобы взять ответственность. Девушка обиженно скрестила руки на груди и уставилась в окно. Спустя некоторое время Шах начала мельком поглядывать на сестру. Женщину одолело чувство, которое она почти никогда не испытывает. Ей стало жалко Хатидже. - На обиженных воду возят. - Злая ты. – девушка наигранно шмыгнула. - Хатидже, не расстраивайся, - Махидевран решила развеять обстановку. – давай лучше, пока Шах будет спать, что-нибудь смешное у неё на лице нарисуем? - Давай! А потом сфотографируем и в интернет выложим. - О, Аллах, дай мне сил… - буквально взмолилась Шах. – за что эти бестолочи на мою голову? Дамы смеялись. Смех был настолько заразительный, что даже Шах не сдержала скупую улыбку. Что бы она ни говорила, а всё-таки любила этих «бестолочей». Но алкоголь от них решила спрятать. На всякий случай. Махидевран полностью пришла в себя. Хотя, в её памяти ещё не устаканились все моменты. Она лишь обрывками помнила фильм, попкорн, Гюльфем… «Гюльфем! О боже, бедная Хатидже…» Последняя мысль заставила Эргенч залезть в телефон, дабы удостовериться, что ничего «катастрофического» больше не произошло. Но то, что женщина увидела, всё-таки заставило её удивиться: «У вас 3 пропущенных от Мисс Узерли»…