Синтез

Всю ночь Дурин не сводил глаз с работающего Альбедо. Он никак не мог забыть про события вечера этого дня. Закрывая глаза он видел одну и ту же картину, слышал один и тот же голос. .. - Обещал выполнять всё, - недовольно пробормотал он себе под нос, - Я пойду, пройдусь, - уже более громко известил он Альбедо и ушёл. Дурин шёл по укрытой снегом тропе, прокручивая в мыслях то, что произошло. Для него это был первый опыт и подобного он ранее не испытывал. "Тебе повезло, что я неравнодушен к тебе, иначе бы я уже давно отрезал твой язык, которым ты приказал мне сделать это!", - злился он в своих мыслях. Дурин, который совсем недавно хотел умереть, сейчас отчаянно цеплялся за эту жизнь, ведь он больше не одинок. Теперь у Дурина есть брат. С того момента как они стали жить вместе Дурин придерживался обещания: беспрекословно следовать указам брата. Иначе это могло бы привести их к разоблачению другими людьми. Когда кто-то приходил, Дурин прятался в пещере, либо заменял Альбедо по просьбе самого брата. Дома он занимался хозяйством, помогая алхимику не только в быту, но и в работе. Частенько Альбедо ставил эксперименты над своим братом, отчего Дурин постоянно находился в состоянии подавленности и апатии. Однако это не мешало ему радоваться каждому дню, проведенному вместе с Альбедо. Дурин искренне верил, что теперь он сможет жить как все обычные люди. Людей клон встречал часто, пока прятался в горах. Одинокие путешественники, за которыми пристально наблюдал Дурин, часто оставались на ночлег в одних и тех же местах, питались похожей едой. Дурин считал, что вся жизнь людей состоит исключительно из походов по горам, сну и питанию. Именно из-за этого ведение домохозяйства и постоянные эксперименты казались Дурину чем-то необычным и особенным. - Да какого вообще хрена я переживаю из-за этого самовлюбленного эгоиста! - отчаянно вскрикнул Дурин. Его эхо разлетелось по всей округе, поднимаясь высоко по горе. Он пнул лежавший под ногами камень и двинулся дальше в непроглядную темень. Его бирюзовые глаза были наполнены отчаянием и болью. Соленые капли бестактно и горячо скатывались по щекам, оставляя за собой лишь леденящий след слезливого пепелища. Тело не хотело слушаться, но желание идти вперед словно толкало Дурина в спину. Нелепо шагая по неровным тропам, постоянно спотыкаясь, копия все же умудрился заблудиться. В какой-то момент он просто споткнулся и неуклюже повалился на сухой куст. Наконец, придя в себя и осмотрев округу, он громко рассмеялся. - Я тебя ненавижу! - Истерично заливался он, - Слышишь меня? Эй, Альбедо! Гори в аду, сукин ты сын! - кричал Дурин, не переставая смеяться. - Не-на-ви-жу! - он уронил голову на куст, в котором сидел и замолчал. Глаза снова затянула мокрая пелена и свет звезд начал сливаться воедино. В голове со скоростью ветра, словно бурей, проносились мысли. Он думал о светлых волнистых волосах, о бирюзовых глазах. О руках, которые раньше всегда скрывали перчатки. Тонкие аккуратные длинные пальцы, каждое движение которых словно колышущиеся на ветру травинки. Дурин закрыл глаза и начал вспоминать то, что произошло. От мыслей, что Альбедо касается его своей нежной тонкой рукой по всему телу пронеслась дрожь. Перед глазами мелькали картинки: Казуха, лежащий без сознания, Альбедо, который аккуратно сжимал его член. Сам того не заметив, Дурин взялся рукой за свой член и начал его сжимать, потихоньку перебирая своими пальцами. Он вспоминал как алхимик приказным тоном позвал его, как он начал растягивать его. Дыхание Дурина участилось, как и движения руки. "- Какой же ты жалкий.... "- раздался голос над ухом Дурина. - Кто здесь? - копия остановился и огляделся, вокруг не было никого, - Кажется у меня галлюцинации. Дурин кинул свой взгляд на руку, которой сжимал член. В тот момент рука выглядела так, словно это Альбедо стоит позади него и помогает ему кончить. Он продолжил двигать рукой, пока его ладонь не заполнилась вязким белым семенем. - Прости, братик, - грустно прошептал Дурин. Посидев ещё около двадцати минут в кусте он встал, отряхнулся и направился в сторону лагеря. - И где ты шатался? - раздраженно спросил Альбедо. Все уже давно спали, только алхимик как всегда копошился в своих чертежах и говорил с Дурином, не отрываясь от работы. - Мне надо было обдумать произошедшее. - И что, ты теперь будешь каждый раз обдумывать, если вдруг подобное повторится? - разозлился брат. - Захочу и буду! - обиделся Дурин и ушёл в комнату испытаний наводить порядок.

***

Утром Альбедо рассказал Казухе где можно найти астролога у которого находилось сердце Скарамуччи. Но строго на строго запретил ходить куда-либо ближайшие три дня, чтобы организм восстановился после экспериментов.

***

Вечером Дурин снова ушел. Очередные мысли о брате вновь довели его до слез. Он хотел признаться в своих чувствах, но безумно боялся этого. Его пугало, что алхимик откажет ему и в лучшем случае убьет, а в худшем, ему придется всю жизнь жить с этим. Нет в мире сильнее боли, чем боль от неразделенных чувств. Даже такому, как Дурин, это было известно. Но не Альбедо - брату были чужды любые мирские чувства. Он не испытывал радости или боли, всегда был строг и серьёзен. Ему не требовался сон, впрочем как и Дурину, однако общая усталость у копии всё же откуда-то бралась. - Я обязательно поговорю с ним завтра, - шёпотом произнес Дурин и стыдливо опустил руку в свои шорты. На следующий день всё повторилось...

***

- Я пошёл, пройдусь, - крикнул уходящий Дурин. В этот раз Альбедо решил повернуться, чтобы устроить взбучку копии, но тот уже ушёл из лагеря.

***

- Сегодня я точно поговорю с ним, как вернусь, - озвучивал Дурин, продолжая двигать рукой, сжимая член. - Конечно поговоришь, - послышался голос из-за спины. Дурин резко остановился и бросил взгляд назад. Сзади стоял Альбедо. - П..прости, - заикаясь ответил Дерин, - я..я всё объясню, - он резко подскочил и оделся. - Уж потрудись объяснить мне как так вышло, что этот бывший самурай так сильно запал тебе в душу, что ради него ты плюёшь на все свои обязанности, - злился алхимик. - Всё не так, ты всё не так понял!, - Дурин попытался сдержать крик, но это получалось с трудом. - Не смей повышать на меня голос. Ещё раз повторяю вопрос: что такого в этом Казухе, что ты решил наплевать в том числе и на свои клятвы-обещания? - Не в нём... - Дурин едва слышно прошептал, опустив голову. - Не лги! - Альбедо злобно вскрикнул оголив свой меч. - Мне не нравится Казуха! Я в нем вижу исключительно твою лабораторную мышку, не более того. - Тогда почему же ты так яростного дрочишь последние несколько дней? - продолжал Альбедо, наведя меч на отступавшего назад Дурина. - Из-за те..., - нога Дурина едва не соскользнула с обрыва вниз, что вынудило его остановиться и замолчать. - Продолжай, - приказал алхимик, аккуратно уперев острие ножа в горло копии. - Из-за тебя! - Дурин нервно сглотнул скопившуюся слюну и повторил, - Из-за тебя, я пропадал из-за тебя, делал это из-за тебя. Глаза Дурина наполнились слезами. Альбедо сделал шаг назад и опустил свой меч. Копия опустился на колени и посмотрел в пол: - Прости, просто в моей жизни есть лишь ты. Ты тот лучик надежды, ради которого я готов встречать рассвет. А когда это всё произошло несколько дней назад, то я понял, что ты мне не только брат, ты гораздо больше. - Что за ересь ты несёшь, откуда у тебя умение чувствовать? - звонко рассмеялся Альбедо. - Потому что меня создали таким! Я не виноват в том, что не могу контролировать свои чувства! - закричал Дурин сквозь слезы. - Ещё раз увижу, что дрочишь на меня, сломаю руку, - произнес алхимик сквозь зубы и, убрав меч, ушёл в сторону лагеря.

***

Дурин сидел на краю обрыва и рыдал, словно дитя. В тот самый миг для него умер весь мир. По телу распространялась невыносимая боль, которая исходила из грудной клетки и подкатывала к горлу. Сводило зубы, а слезы было невозможно контролировать. Он поднял голову вверх, но не смог увидеть звезды. Вокруг было темно и пусто, ни души рядом. Чувства поглощали его, засасывая в бездну отчаяния. Он пытался вдохнуть побольше воздуха, чтобы успокоиться, но грудная клетка словно сжалась в нераспутываемый ком. В голове повторялся один и тот же диалог. "Несёшь ересь..." - доносилось в голове Дурина. Он не мог поверить, что тот, кто был для него лучиком надежды среди этой непроглядной тьмы, оставил его одного. Ему безумно сильно хотелось просто откинуться назад, чтобы тело перевесило в сторону обрыва и он сорвался вниз. Тогда всё могло бы закончиться в несколько секунд, но страх больше никогда не увидеть Альбедо не давал Дурину совершить подобную глупость. Да и сами мысли о самоубийстве напоминали ему как его спас брат. Наконец Дурин смог жадно заглотить воздух и остановить свою истерику. Внутри было пусто и больно, словно его сердце вырвали и не вернули обратно. В тот момент вместе с сердцем Дурина пропала частичка его самого - его личности, его чувств. Но от всего происходящего ему хотелось быть рядом с братом ещё сильнее. Хотелось стать для него лучше, чем он был ранее. Дурину было плевать на оскорбления и унижения алхимика, ведь это делал любимый. И всё, что он желал - это жить одним Альбедо. "Так, успокоились, выдохнули и надо вернуться", - мысленно произнес Дурин. Он встал и, сделав несколько шагов вперёд, уткнулся в тот куст, около которого его нашёл Альбедо. "В любом случае он ушёл и точно не узнает, а мне надо успокоиться, нельзя показывать слезы при гостях, которые и так много знают" - Дурин грустно вздохнул и потянулся рукой к шортам, запустив её внутрь них. - Я долго... - было непонятно от чего Альбедо опешил: от наглости Дурина или от увиденного. Он яростно подошёл к копии и со всей силы пнул его по руке. Дурин испуганно обернулся, резко убрав руку. - Я что, не ясно выразился? - Альбедо схватил Дурина за руку, которая только что была внутри шорт. От неожиданности член копии только стал твёрже и стыдливо выпирал сквозь шорты. - Да ты издеваешься! - рассвирепел алхимик. Внезапно раздался хруст, а затем протяжный крик - это кричал Дурин от боли. - Заткнись, иначе вместо пальца это будет рука, как я и обещал, - Альбедо дал Дурину закусить зубами свою перчатку, - Господи, я сломал тебе палец, а твой член всё еще стоит. Снова по округе разнесся крик, которому предшествовал хруст второго пальца. - Какой же ты жалкий, я не хочу тебя знать! Мне стыдно, что ты мой брат, - ругался на свою копию Альбедо. - Прости.... - сквозь слезы бормотал Дурин, - Прости, пожалуйста... - Я надеюсь я тебе доступно объяснил ,что тебя ждёт, а теперь пошёл в лагерь и не дай Архонт кто-то узнает об этом инциденте. Скажешь, что упал и случайно сломал. Не переживай, ты сможешь и дальше мне помогать, я сломал тебе не самые нужные два пальца. Но если ты хоть на шаг отойдешь из лагеря без меня, то это будет последний шаг, который ты сделаешь. Пошли, - Альбедо помог Дурину подняться. - Хорошо брат, - отрешённым расстроенным голосом повторял Дурин всю дорогу.

***

В лагере мирно сопел Скарамучча, которого заботливо приобнимал Казуха. Костёр всё ещё горел, а на столе стоял еле тёплый чай. - Попей чаю и иди делать свои дела, мне больше некогда тратить на тебя свое драгоценное время, - Альбедо подтолкнул копию в направлении стола и ушёл работать. Дурин взглянул уставшими глазами на стол и вылил весь чай, после чего отправился наводить порядок.