По новым правилам

      Беседа с Алленом, так звали последнего приглашенного на вечернее собрание человека, была отличной от всех тех, что происходили со мной ранее этим утром. Не смогу подобрать иного слова как «обнадеживающая», только так её можно охарактеризовать. Быть может, парень ещё полностью не протрезвел или просто не осознаёт масштабы произошедшего, но его оптимизму можно только позавидовать. А его «что-нибудь придумаем» воодушевляет на дальнейший поиск выхода из сложившейся ситуации. Таким оптимизмом я обладал, но лишь в обычной жизни без подобных потрясений.       Ситуация у нас статичная, нет никакого прогресса, чего-то, что помогло бы нам отсюда выбраться. Алиса продолжает читать, но, если быть честным, я уже не надеюсь найти в книге какой-то ответ. Я обошёл и позвал всех. Вернее, я надеюсь, что всех. Да, комнат тут двенадцать, и именно двенадцать человек я уже тут встретил, но всё ведь может быть иначе. В библиотеке утром мы заметили отличную от всех книгу, может и тут в подвале есть комната номер тринадцать? Конечно, я сейчас искать потайной подвал не буду — не хочу, не найду, потрачу время. Чем мне заняться, чтобы продвинуть поиски? Завидую, если быть честным, Алисе. В отличие от меня она занята делом, пусть я и не уверен, что это принесет результат, но, прежде чем отчаяться, нужно попробовать всё.       Я начал поиск своего занятия с комнаты Алисы. Тихо приоткрыв дверь, я наблюдаю за происходящим. Алиса читает, кажется, где-то в середине книги. Что-то она быстро с ней справляется. Увлекательный сюжет? Желание побыстрее разобраться в произошедшем? Закрываю дверь и ухожу, решаю не мешать девушке читать и сосредотачиваться на сюжете романа.       Свою вольготную прогулку по особняку в поиске дела продолжаю лестницей, я аккуратно спускаюсь по этой лестнице. С ней нужно будет что-то решить, потому что ненароком какая-нибудь половица может проломиться под человеческим весом и нам всем это будет не на пользую. Попадаю в гостиную. Там, как и прежде, сидели девушки, к ним присоединилась Хелен. Невольно становлюсь свидетелем организации сегодняшнего «праздника». Есть ли чему радоваться в нашем заточении? Тем не менее, Хелен искренне хочет поднять нам настроение, я ценю её стремление. Чего скрывать? Я и сам хочу поскорее откинуть эти мысли, расслабиться, но моё напряжение не уходит с момента пробуждения. Скрываюсь на кухню, застаю там Аерна, который моет посуду после завтрака, и Рембрандта, вытирающего стол. Завожу с ними диалог, разговариваем о сегодняшних событиях. Никого нового ребята не видели, поэтому можно откинуть теории о тринадцатом человеке. Говорили мы и о доме, и о грядущей встрече, но вскоре ребята закончили уборку и покинули меня.       Я снова один, не знаю, чем себя занять, как направить свои действия в полезное русло. Сажусь за кухонный стол и погружаюсь в размышления. Вернее, смотрю в одну точку. Мысли уже просто не приходят в голову, всё о происходящем я обдумал за всё утро. Я в углу, я без каких-то вариантов, без свежих мыслей о происходящем. Моё смотрение прерывает появившаяся фигура в дверях, которая словно вода из оазиса заставила позабыть о заботах. Это снова Всеволод, будь он проклят!       — Вновь приветствую тебя, Бенджамин. Не ожидал встретить тебя тут, думал ты до сих пор ходишь по комнатам, пытаясь затащить всех сегодня вечером в гостиную, — начинает говорить со мной Всеволод.       — Как неожиданно слышать, что ты умеешь думать. Можешь отметить у себя в календарике сегодняшний день в красный кружочек, — отвечаю ему без явного желания с ним разговаривать.       — Только не говори, что ты на меня обиделся после того, что произошло утром. Признайся, тебе же самому весело было. К тому же, я пришёл сюда с другой целью.       — Ладно, — соглашаюсь на его, как мне кажется, рациональные выводы, и становлюсь лояльнее к диалогу со Всеволодом, — А пришёл-то зачем?       — Например, поговорить. Вообще, я просто ходил тут, изучал дом, неосознанно сюда пришёл. Составишь мне компанию?       Я кивнул, а Всеволод сел напротив меня, устремив свой взгляд на меня.       — Ты не дурак, я это точно знаю. Ты должен меня понять. Бенджамин, скажи мне пожалуйста, тебе не кажется всё это странным? Это сплошное безумие! Когда мы вернёмся обратно?       — Да, — вздыхаю на реплику своего товарища по несчастью, — Я и сам не могу найти ответов на этот вопрос. Всеволод, что же будет, если нас отсюда не спасут?       — Поверь, — начинает убеждать меня парень, — мы тут не задержимся на большой срок. Только если не начнём на заднем дворе выращивать картофель. Но это больше не про нас, это сюжет фильма «Марсианин». Думаю, нас тут будут держать какой-то круглый срок. Неделю? Месяц? Страшно предполагать, но может и год. Прожить тут двенадцать месяцев не даст, наверно, уже наша нервная система. Вот в таком случае придётся искать другой выход, — звучит логично, но в большей степени это повторение мыслей, посещавших всё это утро мой мозг.       — Может ли тут вообще быть этот другой выход? Что, если нам отсюда не выбраться никаким образом? — задаю те вопросы, которые в большей степени тревожили меня всё это утро.       — Не попробуешь — не узнаешь. Что пробовать? Я и сам не представляю, нет просто ни малейшего понимания происходящего, — говорит мой собеседник.       — Ты прав. Я не знаю, у меня нет вариантов, — чувствую себя неприятно. Я умалчиваю про книгу, хотя сейчас тот самый момент, когда я должен её упомянуть в качестве варианта нашего спасения. Я спасаю свою совесть данным Алисе обещанием: я должен убедиться, что девушка не против, прежде чем раскрою подробности наших поисков. С другой стороны, Всеволод, сидевший передо мной, так настраивал на диалог, что я просто не мог ему отказать. И все же я промолчал, по другой причине. Я просто уже потерял веру в то, что это какая-то важная вещь. Да, я себя много раз уверял, что она лучше, чем ничего, но всё идёт к тому, что это обыкновенная художественная литература. Никаких зацепок, нет смысла. — Я поэтому и решил всех созвать. Может быть, кто-то что-то знает или помнит.       — Я обошёл весь дом, тут ничего привлекающего внимание нет, всё обыкновенно, — подводит итог своего личного поиска Всеволод, — Будто бы и вправду нас обязывают только ждать. Но я предлагаю искать, смотреть внимательнее, а ещё приглядеться ко всем остальным. Я согласен с твоим мнением. Вполне возможно, что среди нас тут кто-то, знающий больше, чем мы. Если мы сюда попали неведомым образом, это только развязывает руки всяким нехорошим людям на испытания над нами. Согласись, Бенджамин, с нами могут просто играть, обводить за нос, притворяться такими же ёжиками в тумане, как и мы.       — Ёжики в тумане? — удивляюсь я сравнению.       — Да, это мультфильм такой. Что ты думаешь о моих догадках? — Спрашивает Всеволод меня.       — Ты прав, у нас остаётся только такой выбор. Надеюсь, нас это куда-то приведёт. Но давай хоть немного отвлечёмся. Я понимаю, у нас сложная ситуация, но поверь, я всё утро мучаюсь с её решением и от этого мне только тяжелее. Есть варианты? — предлагаю Всеволоду самое простое решение — абстрагироваться и прокрастинировать. Лучшее сочетание в любой жизненной ситуации. Пока вам не напомнят ваши горящие проекты о себе.       — Пошли ко мне. Вариантов нет, но что-нибудь точно найдётся, — парень поворачивается и уходит в свою комнату, я следую за ним.       Достаточно большой промежуток времени мы провели в комнате Всеволода. Он сел на стул, мне разрешил разместиться на его кровати. И как же я завидую этому черту, ведь даже кровать у него мягче моей! Мы искали разные варианты нашего времяпровождения, Всеволод перевернул комнату вверх дном, обыскал все свои вещи, но ничего стоящего не нашел. Решили поиграть в самую простую игру, возможную даже в таких ограниченных условиях — Города.       — Бостон, — в очередной раз передаю эстафету своему сопернику. Я потерял ориентацию во времени и не понимаю сколько сижу у него, сколько мы играем. Знаю только, что прошло времени достаточно.       — Нью-Йорк, — возвращается мне город, начинающийся на букву «Н».       — Кируна, — отправляю обратно Всеволоду город.       — А… — Задумался парень, — Чёрт! Ну и зачем мы в начале все города на А назвали?       — То есть, ты сдаёшься? — спрашиваю я.       — Ни в коем случае. Я — прекрасный, а прекрасные не сдаются! — Лучше бы сдался, ей богу. Ему самому не надоело просто сидеть называть города?       Внезапно в комнату заходит Рембрандт. А он что тут забыл? Насколько мне известно, со Всеволодом они подружились еще утром, даже разговаривали обо мне. Интересно, что сейчас он пришел обсудить.       — О, Бенджамин, здравствуй. Всеволод, ты не видел в этом доме хоть один нормальный графин, чёрт возьми. Наливать воду из пятилитровых бутылок сразу в кружку — так себе удобство, а из ассортимента тут только чайник под мои нужды, — делится проблемой парень.       — Рембрандт, видел сегодня утром один. Там есть возле кухни дверь. Как бы объяснить… Темная такая, старая. Вот за ней там будет что-то вроде мини-склада, кладовой с кухонными приборами, посудой и прочим. Вот там он был, помнится, слева от входа. Раз уж туда идешь, то мы пойдём с тобой, — объясняет Всеволод, где можно найти графин. Минуточку… А нам-то зачем туда идти?       — О, если не разберусь, то заодно мне покажешь. Пошли.       Мы втроём спустились вниз, на кухню. Рембрандт достал и без помощи Всеволода графин, налил туда воды, немного набрал себе в кружку и ушёл. Мы снова остались вдвоём.       — И что же, Всеволод, ты меня сюда притащил?       — Я хочу сделать шашлыки. На улице тут тепло, у нас есть мясо, маринад, тимьян, розмарин, в общем всё, чтобы классно провести время сегодня вечером, тем более если у нас будет вечеринка, — делится своей идеей Всеволод.       — Опять эти сложные русские слова, — закатываю глаза, — Только вот давай сразу оговоримся, я в этих ваших русских народных блюдах полный ноль, будешь делать всё сам.       — Договорились, но, если нужна будет помощь, я тебе всё очень подробно объясню, никуда не денешься от помощи, — зафиксировал Всеволод моё рабское положение на ближайшее время.       Мясо мы замариновали быстро и без приключений, в этом доме, хотя и похожим на давно не тронутое здание, было всё необходимое. А потом Всеволод потащил меня на задний двор. Ещё раз оглядываю особняк. Какой же он всё-таки огромный! Два этажа, огромное количество комнат. Всё ещё непривычно тут находиться, непонятно, как тебя сюда забросило — оттого и одиноко. Всеволод воюет с грилем, я смотрю на него. Он ставит эту доисторическую технику из тридцатых годов и боком, и прямо, но всё ничего не получается.       — Что ты вообще делаешь с ним? Зачем его вращать? Это же гриль, он должен работать, просто потому что гриль! — возмущаюсь я.       — Смотри, вот тут, как я понимаю, должны быть угли. Угли есть, проблема не в этом. Если говорить проще, то тут огонь продувает со всех сторон и как минимум в самом начале, пока оно не разгорится нормально, придётся танцевать с бубном около этого гриля. Потанцуем, деваться некуда. У тебя, к слову, нет занятия никакого сейчас, — подмечает Всеволод, — поэтому можешь пойти и всех собирать. Еда скоро будет готова, вечереет. Да, и ещё, ты же помнишь про свою судьбинушку?       — Ты про что ещё говоришь такое? — меня напрягли неоднозначные и странные фразы Всеволода.       — А, то есть уже забыл? Я тебе напомню, но не сейчас, мой хороший. Поторопись, а то мясо будет холодным, — заявил Всеволод. Опять крутит меня вокруг чего-то бессмысленного. Не понимаю я чертей из его головы, какие танцы они там танцуют, когда придумывают его поступки.       Я покинул Всеволода, пошел ко входу. Какая же тут всё-таки тёплая погода. И это в марте, и это недалеко от Европы, если не в ней. Как будто в сказке, как будто во сне. Как же хорошо проводить время на природе в такой комфортной обстановке. Как мы со Всеволодом разбирались с грилем или как гуляли утром по саду с Алисой. К слову, в последний раз я к ней заходил еще днём, до того, как встретил Всеволода. Стоит зайти к ней. Прохожу мимо гостиной, компания там уже внушительная, звать мне, видимо, не придётся. Алисы там нет, поэтому своё направление я не меняю, иду дальше. По пути лишь замечаю, что Хелен действительно постаралась, на стенах висят какие-то гирлянды, в зале появились стулья и кресла, чтобы уместиться могли все. Поднимаюсь по лестнице, подхожу к двери, стучусь, девушка мне открывает.       Удивлённо смотрю на подругу. Алиса не теряла времени зря и готовилась к предстоящему «собранию жильцов нашего общежития». Она надела вечернее черное платье в белый горошек, собрала волосы в конский хвост, накрасилась. Какая же Алиса всё-таки красивая девушка.       — О, Бенджамин, привет. А я тебя как раз ждала уже. Заходил Аерн минут десять назад, звал меня спуститься. Я почти готова, можешь присесть подождать или к себе сходить, — говорит мне Алиса.       — Да, хорошо, я сейчас приду. Ты, кстати, выглядишь невероятно, — делаю комплимент и ухожу к себе. В ответ слышу слова благодарности.       В своей комнате я ищу что-то приличное для такого рода мероприятия в чемодане. Чемодане, который до сих пор не разобрал. Боже, как же легче девушкам в такой ситуации: платье подойдет в любой жизненной ситуации.       Рубашка? Наверно слишком официально. Майка? Слишком по-домашнему. Свитер? Слишком тепло. Футболка? Лучший вариант из имеющихся, но абсолютно меркнущий даже на фоне одного лишь платья Алисы. Ладно, живем по таким законам, плана Б у меня нет, магазина одежды тут нет, сшить я не смогу, как бы ни хотелось. Почему меня так волнует то, как я буду выглядеть? Нижнюю часть моего образа выбираю с бóльшим уклоном в равнодушие. Пусть будет то, что будет. Я же не по подиуму собираюсь ходить. Есть ли вообще хоть какой-то разумный смысл в том, что я оденусь сейчас как с обложки журнала?       Возвращаюсь к Алисе, которая уже меня ждёт, вместе мы выходим из комнаты, спускаемся вниз, где нас ждут все, кроме Всеволода. Неужели у меня получилось уговорить прийти каждого? Даже те, кто, казалось, не придёт, тоже пришли. Здороваюсь со всеми, присаживаюсь на свободное место, объявляю, что, как только будет готово мясо, придёт последний человек и мы сможем всё детально обсудить. Всеволод себя не заставил ждать, и уже вскоре каждый из нас имел несколько кусочков мяса в тарелке. Масего предусмотрительно сделала салаты, которые идеально дополняли мясо.       — Что же, дамы и господа, — я решил, как организатор, первым нарушить тишину, когда все были готовы меня слушать, — Мы с вами, как вы могли понять, оказались тут не по своей воле. Неизвестно как, неизвестно насколько. Возможно, кто-то из вас помнит что-то?       На мой вопрос никто не отвечает, все переглядываются. Ожидаемо. Однако инициативу в диалоге перехватывает Всеволод:       — Тогда, раз мы все в одной лодке, предлагаю просто хорошо провести этот вечер, чтобы сблизиться. Жить-то нам тут ещё достаточно долго придётся.       После этих слов Всеволода в комнате погас свет, включились гирлянды, появилась музыка, на столе материализовались бутылки с алкоголем и бокалы. Обстановка стала гораздо расслабленной. Люди разбились на небольшие компании и что-то обсуждали. Я попытался присоединиться к одной из таких компаний, но чья-то рука увела меня на кухню. Поднимаю свой взгляд и вижу лицо этого идиота. Опять Всеволод!       — Что ты от меня хочешь на этот раз-то? Увёл зачем? — спрашиваю парня.       — Оу, ты чего такой злой, расслабься. Я тут вспомнил, не поверишь, совершенно неожиданно, что ты днём мне там требования выдвинул. Помнишь? — Всеволод смотрит прямо на меня, я инстинктивно отхожу назад, но упираюсь в стену. Пытаюсь вспомнить, что же происходило сегодня днём, но день оказался таким насыщенным, что этот пустяковый момент полностью стёрся из моей памяти.       — Нет? — продолжает парень, — Тогда я напомню, не буду тебя терзать. Ты бутылку себе хотел, личную, персональную. Так вот, я своё слово держу. Но просто так тебе её отдать будет не интересно. Начну с того, что ты не говорил какая конкретно бутылка тебе нужна, поэтому я сам решил, что это будет водка. О, ты можешь подумать, что я какой-то зверь, но поверь, там был и более крепкий алкоголь. А во-вторых, ты её должен выпить за сегодняшний вечер, иначе будешь должен мне. Поэтому, так как выбора у тебя нет, можешь взять ей со стола, вот она прямо здесь, на кухне, стоит и ждёт тебя, — Дожили! Что он вообще придумал такое. Зачем он пытается споить? Медленно иду ко столу и беру бутылку, выбора, походу, у меня действительно нет. Замечаю, что она пол-литровая. Ещё одна уступка Всеволода?       — Приму твой вызов, мой дорогой Всеволод, с полной гордостью. Ты не сомневайся, я её выпью. Тебе-то это зачем? — передразниваю своего оппонента.       — Странный вопрос, Бенджамин. Друзья всегда помогают друг другу, ведь так? Я помогаю тебе избавиться от твоего плохого настроения. Ты же весь день только и бьешься над решением проблем, которые появились от нашего здесь появления. А о себе не думаешь. Считай, что мой героический поступок спасает тебя от реабилитации в психиатрическом диспансере, — наверно, Всеволод прав. Мне действительно стоит расслабиться, я зря себя накручивал весь этот день.       Мы со Всеволодом вернулись в гостиную и присели к Алисе и Аерну. Весь вечер мы в этой компании и провели. Сначала просто общались, потом нашлась листы бумаги, к нам присоединились Аллен и Рембрандт, и мы угадывали персонажа, написанного на листочке и приклеенного к нашим лбам. Параллельно с этим всё меньше алкоголя оставалась в бутылке, данной мне Всеволодом. Для меня это была тоже своего рода игра: обойти Всеволода, показать, что он нарвался не на того, что его издевки он может откинуть куда подальше, я не сдамся, как бы он этого ни хотел. Алиса предлагала мне остановиться в какой-то момент, но она опоздала, я вошел во вкус и останавливаться явно уже не хотел. Мне было невероятно хорошо. С дальнейшим течением времени я уходил всё дальше и дальше от реальности, всё меньше осознавал свои поступки. Помню, что мне стало плохо, почти в самом конце. На улице было уже темно, а бутылка была почти пустой. Как же обидно! Мне остаётся совсем чуть-чуть, а мой предел уже достигнут.       После этого я ничего не помню. Проснулся я следующим утром у себя в комнате, голова болела, я безумно пожалел, что не послушал Алису, что не остановился вовремя. Рядом с кроватью стояла кружка с водой. Кто-то позаботился обо мне, для меня это неожиданно. Никаких других изменений в комнате я не обнаружил. Выпил воды, вроде стал себя чувствовать легче. Поднялся и понял, что не так уж и легче. Ладно, потерпим, такова цена за моё вчерашнее бездумное поведение. Решаю направиться к Алисе, возможно она мне приоткроет завесу тайны, и я узнаю, что вчера я мог упустить.