The smell of burnt tires and coffee

—Ты ведь зависим от меня, не так ли?— Губы разомкнулись в белой ухмылке, а глаза сверкнули во тьме, отражая лунный свет, проникающий из окна. Послышался звонкий и довольно болезненный звук. Рука, облаченная в белый шелк кожи, проскользила по щеке напротив. Пощёчина. Пострадавший в один миг прижал руку к, медленно краснеющей, щеке. Глаза на миг округлились, а рот приоткрылся в лёгком непонимании. Но увидев довольный прищур на лице черноволосого, ухмыльнулся, сузив глаза, довольно мурлыкнув. —Еще слово и я прикажу страже казнить тебя сию секунду. —Голос Криса был сладкий, словно мед, но слова, казалось ранили бы. Однако оба знают, что это лишь наигранная язвительность и она не имеет ничего общего с серьезным настроем. —Тогда не смею больше задерживать Вас, Ваше Величество.—Кейн, раззадоренный действиями и лёгкой, наглой и такой манящей улыбкой, пробежался влажными губами от шеи, по подбородку к скуле и чуть прикусил щеку, выдыхая горячий воздух. Руки Криса сразу же обвили шею беловласого. Страсть накрыла с головой обоих. Никто не знал о том, что два врага, два правителя огромных стран делают в этой, отделанной серебром и алмазами, спальне, с шелковыми простынями и подушками. Никто, кроме яркой луны, что умалчивала обо всем, укутывая во мрак и сон все царство, давая молодым людям быть вместе.