closed spaces

Скинув кроссовки, Бруно медленно садится на корточки, рядом с футоном, на котором сейчас лежит бессознательное тело Камило. Его лицо в опасной близости с оголенной кожей ноги мальчика, он без зазрения совести вдыхает её запах. Конечно же она пахнет потом, летней пылью, которая просто не может не оседать на всем подряд, и чем-то необъяснимым, наверное, это естественный аромат, черт, парень пахнет просто превосходно. Мужчине приходится сжать себя сквозь плотную джинсу, ему было откровенно тяжело сдерживаться столько времени, казалось, что от малейшего контакта он просто взорвётся, распадётся на ебаные атомы. Не смотря на страх и внутреннее напряжение он все же решается прикоснуться губами к ноге мальчика, оставляя почти невесомый поцелуй на бедре, чуть выше колена. Светлые, едва различимые волоски щекотят сухие, изгрызенные губы. Брюнет пугливо поднимает тёмные глаза на лицо ребёнка, оно совершенно спокойно, если эту эмоцию можно назвать таковой, скорее он полностью в отключке, одному богу известно, где сейчас блуждает его сознание. Старший удовлетворенно вздыхает, понимая, что получил своего рода карт-бланш, он снова припадает губами к нежной, смуглой коже, усыпанной веснушками, теперь оставляя более смелый, влажный поцелуй. Эпидермис имеет привычный солоновато-сладкий привкус, но возможно Бруно в детском саду обожал рис с сухофруктами, а возможно подросток увлек его настолько, что даже вкус его пота не кажется таким уж отвратительным, даже наоборот, он кажется невероятно приятным. Мужчина с упоением проводит по бедру подростка шершавым языком, оставляя размашистый, влажный след, который в ту же секунду покрывается мурашками от холода. Правая рука сжимает член, в то время как левая, получив полную свободу, постепенно ползёт по внутренней стороне ноги мальчика чуть выше, под шорты, они достаточно свободны для того, чтобы вместить в себя ещё одну конечность и брюнет с радостью воспользуется этим. Кожа под шортами чуть горячей и покрыта лёгкой испариной, вероятно это связано с тем, что организм Камило пытается избавиться от последствий интоксикации. Медленно подбираясь к паху подростка, Бруно задумывается над тем, как далеко он может зайти, его жизнь давным давно пошла как по пизде ладошкой, так что мешает ему шагнуть в эту лужу дерьма ещё глубже? Что не даёт ему утонуть? Он зависим от мальчика, с которым толком не знаком, он влюблен в его хрупкость и беззащитность, ему нравится ощущать полную власть над чужой жизнью и телом. Кто нахуй дал ему это право? Неужели все это произошло с ним из-за отсутствия отцовской любви и гиперопекающей матери? Неужели отсутствие всего пары деталек в жизни способно так искалечить, превратить в никчемное животное, вынужденное влачить жалкое существование из-за страха перед смертью? Из размышлений его вырывает тихий стон, доносящийся справа. Либо Камило снится дурное сновидение, либо он даже сквозь сон чувствует боль от неудобного положения своего тела. - Тихо, котёнок, все хорошо, спи.. - брюнет прошептал первые слова, которые пришли в его голову, так его успокаивала Пепа каждый раз, когда он не мог уснуть, боясь грозы. На удивление это успокоило и подростка. Каким же нежным он был, его можно было сравнить с цветком пиона, прекрасной шелковой рубашкой или хрустальным шаром, как у тех шарлатанок, строящих из себя настоящих провидиц. И это было правдой, Бруно действовительно будто бы находил в его изумрудных глазах себя, находил ответы на все волнующие вопросы. Эти глаза заколдовывали, хотелось спросить у их обладателя, какой умник додумался поместить в каждый из них по маленькому малахитовому осколку. Мужчина нуждался в том, чтобы подобно старому, облезлому ворону выклевать, выцарапать эти осколки ножом, ключами, без разницы, он хотел поместить на их место пустоту и отчаяние, частичку собственной души, как небольшое напоминание о себе. Между тем рука поднималась все выше по вспотевшему бедру, не получая никакого сопротивления, в тайне нуждаясь в том, чтобы быть застатой, но этого не происходило. Старшему хотелось посмотреть на реакцию ребёнка, когда он узнает о том, что этот мерзкий, грязный человек посмел домогаться до него. Камило всегда выглядел таким дерзким и самолюбивым, он действительно не терпел к себе плохого отношения, как-то раз он даже подрался с кем-то из сверстников на одном из концертов, правда суть конфликта так и не выяснилась, что с них взять, подростки... Поцелуи становились все смелее с каждой секундой, иногда переходя грань, они были похожи скорее на грубые, действительно болезненные укусы, заставляющие младшего хмурить пушистые бровки. Боже, кто-нибудь, остановите это. Бруно уже почти нащупал край боксеров парня, с каждым новым движением температура в комнате, по ощущениям, поднималась ровно на один градус, испещренный неглубокими морщинками лоб покрылся испариной, сердце грозилось выскочить из грудной клетки, обтянутой кожей прямо поверх костей. Внезапно раздался телефонный звонок. Звук был безумно резким, сбивающим с толку. Он не был похож на гудок брюнета. Мужчина торопливо, насколько это было возможно, вытащил руку из шорт парня и ощупал свои карманы. Все правильно, его телефон не издал ни звука. Ну конечно, звонили Камило. Желудок мужчины подскочил в самую глотку, перекрывая доступ к кислороду, в секунду пот на его теле из возбуждено-горячего превратился в ледяной, это ощущалось как прыжок в сугроб после бани. Подросток простонал и отвернулся к стене, теперь показывая Бруно свою отсутствующую задницу. В любое другое время он бы мог ей всерьёз заинтересоваться, но только не сейчас, в данный момент брюнет мечтал оказаться в могиле, как никогда раньше. Он заметил в заднем кармане парня горящий дисплей и аккуратно вытащил его, молясь всем богам, кто ещё не отвернулся от него, о том, чтобы и это действие младший проигнорировал. Так оно и было. Трясущимися руками мужчина открыл крышку мобильника и вытащил батарею. Агрегат тут же потух и замолчал, впервые за все это время брюнет смог вдохнуть. Звонила мать мальчика. Бруно не знает к сожалению или к счастью он не разглядел её фото. Он бы не хотел, чтобы её осуждающее лицо являлось к нему в самых страшных снах. Старший поставил крышку на место, другой рукой засовывая батарею в карман, к ключу от двери, и аккуратно положил телефон на кофейный столик, стоящий рядом. Возбуждение сняло как рукой. Чтож, возможно оно и к лучшему, он не был пойман, а значит не сделал ничего противозаконного. Ключ и батарея у него, Камило просто не сможет уйти, не поговорив с ним. Так что сейчас мужчина направляется к себе в комнату чтобы немного отдохнуть, день был слишком насыщенным. Шутка, конечно же он опять будет заниматься самобичеванием. Как можно не принижать себя, когда чтобы пройти из комнаты в комнату тебе приходится перелопатить ногами кучу грязной одежды и различного мусора, когда ты не работаешь официально и все деньги тратишь на новые игры или оплату счетов, когда единственные дорогие вещи в твоей жизни это компьютер и пьяный ребёнок, которого ты насильно привёл к себе домой? Вообще-то он сам виноват в этом... Но знаете, что действительно забавно? Я сказал все правильно, Камило был для него вещью.