змеиная доля.

      Гробовую тишину воцарившуюся в Большом Зале прерывали лишь возбуждённые перешёптывания учеников. Никто не мог поверить, что прямой потомок Салазара и член семьи Блэков, да ещё и Мраксов мог попасть не на Слизерин. Сама Каролина испуганно озиралась по сторонам, искренне не понимая происходящего.       — Это какая-то ошибка... Такого просто не может быть! — Девушка звучала очень тихо, будто из последних сил сдерживала себя, чтобы не расплакаться. В попытках успокоиться, она нервно заламывала руки и без конца теребила подол своей юбки.       — Нет! Никакой ошибки тут нет, — Раздался скрипучий голос Волшебной Шляпы. — Я точно знаю кто на какой факультет должен отправиться! И я вижу в тебе безграничную храбрость. Твоё место — на Гриффиндоре.       — Должно быть, Вы всё же ошиблись. Я ведь пра-пра-внучка Салазара Слизерина.. — Судорожно продолжала отстаивать своё Блэк.       — Распределительная Шляпа всегда знает, о чём говорит. Оплошности точно быть не может, — Грозно подхватила Минерва. — Не задерживайте очередь, мисс Блэк! У нас остались ещё ученики, которые не прошли распределение. Ступайте за стол своего факультета.       Брюнетка послушно сняла Шляпу, и опустив голову, угрюмо зашагала к столу Гриффиндора. Среди полнейшей тиши по всему залу громким эхом отдавались её неторопливые шаги. Она медленно, и так же не поднимая головы, опустилась на первое попавшееся свободное место. Так она и провела всю оставшуюся Церемонию Распределения — бездвижно и безмолвно, полностью погружённая в свои мысли. Всё это время Ади продолжал глядеть на сестру сочувственным взглядом. Однако, как бы ему не хотелось помочь ей и поддержать её, сделать этого он никак, увы, не мог... По крайней мере сейчас. На самом деле, самый большой его страх заключался в том, что теперь, при таком раскладе, вся семья могла бы отвернуться от бедной Каролины.. Что же касается Доминик, она избегала любой возможности даже смотреть в сторону подруги.       Когда распределение закончилось, и директор произнёс свою торжественную речь, на столах появились разнообразные деликатесы: поросёнок с яблоками, индейка с хрустящей золотой корочкой, тарталетки с начинками из курицы или красной рыбы со всевозможными овощами. Были даже десерты: тыквенный пирог, цветные маффины, кокосовый пудинг, яблоки в тягучей карамели и много чего ещё. Все студенты с большим аппетитом принялись за этот великолепный ужин. Абсолютно все, но не Каролина… Она даже не притронулась к еде. Девушке сейчас было совершенно не до банкета.       По окончанию праздничного застолья, ученики должны были разойтись по комнатам своих факультетов, но Ади ненадолго задержался, чтобы поговорить с сестрой.       — Каролина?.. — Как только слова слетели с его губ, она подняла на него жалостливый взор карих глаз, полный горечи. — Как ты? Всё... в порядке? — Чуть стушевавшись, продолжил юноша.       — Нет, Ади, не в порядке.. — Блэк правда пыталась держаться, чтобы не разрыдаться прямо на месте, но видимо даже самые титанические её усилия не могли предотвратить этого. По бархатной бледной щеке скатилась одинокая слезинка, которую она быстро смахнула.       — Послушай, всё это очень..       — Паршиво? Скверно? Хреново? Да, я знаю. — Не успел юноша договорить, как Каролина бесцеремонно его перебила.       — Я не совсем это имел в виду... — Брюнет вдруг замялся, не зная как подступиться. Когда она уже собиралась было уходить, он наконец смог собраться с духом и продолжил: — Я знаю, ты боишься Доны, — Сестра обернулась и посмотрела на него долгим немигающим взглядом, будто задумалась о его словах. — И я не виню тебя ни в чём. Мы оба знаем, что мама может сотворить, когда эта новость дойдёт до неё...       — Явно ничего хорошего, — Поджав губы, согласилась девушка.       — Да.. Но ты должна помнить, что даже когда она явится сюда, я буду с тобой, рядом. Я не позволю тебе пережить это в одиночестве, Ло.       Впервые за долгое время он назвал её так, как называл в детстве, когда они ещё были совсем детьми. Это тронуло сердце Блэк, заставив слёзы наворачиваться против воли. Но это были вовсе не слёзы боли или горести, нет, совсем наоборот — это были слёзы радости, истинного счастья. Мысль о том, что она никогда не останется одна в этом страшном огромном мире грела её сердце. Она знала наверняка — Ади не оставит её бороться с невзгодами в одиночку: он поможет, он будет её поддержкой и опорой, даже если все остальные отвернутся. Лишь на него она могла полагаться без опасений. Темноволосая лучезарно улыбнулась, её раскрасневшееся от плача лицо внезапно озарилось светом. В порыве чувств она поспешила обнять брата. И эти объятия были самыми чувственными и тёплыми из всех, что они когда-либо делили.       — Спасибо тебе, Ади, — Через некоторое время отстранившись, робко прошептала Каролина.       — Только не бойся больше. Ни я, ни Регулус не допустим, чтобы она причинила тебе вред. — Произнёс Ади со слабой улыбкой. К слову, на то, чтобы переживать за сестру у него действительно были причины. Дона — крайне жестокая и деспотичная волшебница. Даже по отношению к своим детям.. За это многие сравнивают её с самим Дьяволом.       — Знаю... И я очень благодарна вам за это.       — Всё будет хорошо. Не переживай, сестрёнка, — Лучистая улыбка Блэка действительно оказывала успокаивающий эффект. Когда он говорил эти слова, и так улыбался, вера во что-то хорошее в самом деле только укреплялась. Страх тут же куда-то улетучивался, а гнев матери уже не казался таким жутким.       — Тебе, наверное, уже пора идти. Если все гриффиндорцы уйдут, ты не сможешь самостоятельно найти Башню Гриффиндора. — Когда атмосфера грусти и тоски наконец полностью испарилась, заговорил юноша.       — Ты прав. Но я бы хотела ещё поговорить с Доминик, прежде чем уйду. — Кареглазая начала оглядываться по сторонам в поисках подруги.       — Похоже она уже ушла с другими ребятами со Слизерина. — Заключил Блэк, как только стало ясно, что Доминик нет в Большом Зале.       — Что ж, тогда поговорю с ней завтра. Доброй ночи. Заранее.       — И тебе хорошего сна.       Попрощавшись с братом, девушка отправилась за тремя последними гриффиндорцами, выходившими из зала. Общаться с кем-то сейчас, а тем более заводить новые знакомства ей не хотелось, поэтому она решила не догонять их, а идти следом. Спустя некоторое время троица привела её в Восточную Башню, где и располагалась Гостиная Гриффиндора. Ади рассказывал, что гостиные факультетов скрывались за портретами, и чтобы попасть туда, нужно было произнести пароль. Поэтому Каролина осталась позади и терпеливо ожидала, когда ребята произнесут это самое кодовое слово.       — Мимбулус мимблетония, — В конце концов тихо пробормотал один из них.       Только эта фраза сорвалась с его губ, Полная Дама в розовом шёлковом платье, изображённая на картине пропала, а само полотно распахнулось словно двери, впуская подростков в комнату, скрывавшуюся за ним. Пока проход вновь не закрылся, они прошли в гостиную. Блэк бесшумно проскользнула за ними. Теперь перед ней открылся изумительный вид на круглое и уютное помещение. В глазах тут же зарябило из-за обилия красно-золотых тонов, в которых оно было оформлено. Главным предметом интерьера здесь являлся громадный камин, встроенный в стену. Вокруг него расположилось множество мягких кресел ярко-алого цвета и несколько столиков из красного дерева (должно быть, эти столики предназначались для того, чтобы ученикам было удобнее выполнять домашние задания). На одной из стен висел стенд, где обычно вывешивались объявления о различных событиях как факультетского, так и общешкольного масштаба. На нём так же можно было найти информацию о расписаниях занятий факультативов и клубов, возвещения о продаже или потере предметов и о наборе в команду по квиддичу. Конечно же в комнатке присутствовали и окна, из которых был виден прекрасный пейзаж на озеро и окрестности школы.       — Эй, ты ведь новенькая? Каролина Блэк, верно? — От разглядывания новой локации шатенку отвлёк чей-то звенящий голос. Как оказалось, принадлежал он коренастому мальчугану с огненно-рыжей шевелюрой. Сначала она было подумала, что это тот самый парень с крысой, который только утром встретился ей на вокзале Кинг-Кросс, однако, приглядевшись, девушка поняла, что это не он.       — Да, верно.. А кто спрашивает? — По всей видимости, планам несчастной гриффиндорки: спокойно и без лишней болтовни уйти спать, не было суждено сбыться..       — Ах, да! — Рыжеволосый нелепо хлопнул себя ладошкой по лбу, что вызвало у Каролины лёгкую, однако всё такую же вымученную улыбку. — Меня зовут Фред Уизли.       — Что ж, Фред... Рада знакомству, — Сказано это было скорее лишь ради приличия, ведь нежелание девушки общаться с кем-либо в данный момент всё ещё являлось действительным.       — Так значит, сама Мракс теперь учится со мной на одном факультете? — Хоть Фред и говорил это вовсе не из плохих побуждений, ей показалось, что его слова имеют в себе ноту издёвки.       — Вообще-то моя фамилия — Блэк, и мы, кажется, это уже выяснили.       — Похоже змейка выпустила клыки, — Всё так же весело подметил новый знакомый. Его непосредственность очень разозлила Блэк, но юноша похоже совсем не замечал этого. — Надеюсь, она не ядовитая?       — О, ещё как ядовитая! — Возмущённо прошипела кареглазая, после чего твёрдой походкой направилась куда-нибудь лишь бы скрыться от этого острословного шутника и его дурацких комментариев.       Вопреки её ожиданиям, Уизли не стал вести преследование. Убедившись в этом окончательно только когда тот скрылся из виду, она наконец смогла спокойно выдохнуть. Однако облегчение длилось недолго.. Пока Каролина шла, всё время оглядываясь назад, не заметила как врезалась в кого-то. Она обернулась и уже хотела было бросить колкую фразочку этому "валуну", но, увидев, кто это был — в изумлении ахнула.       — Что ещё за.. — Так и не закончив мысль, темноволосая помотала головой и несколько раз протёрла глаза в попытках понять действительно ли то, что сейчас перед ней. И только убедившись в правдивости происходящего, она снова заговорила. — Мне кажется, я ясно дала понять, что не желаю продолжать разговор. Так что оставь уже меня в покое, Фред!       — Да, извини, — Скупо бросил Фред в ответ на её гневную реплику.       Девушка двинулась дальше, нарочно задев его за плечо, когда проходила мимо. Но не успела она пройти и пары метров, как рыжий снова оказался перед ней! Ещё и стоял с такой ехидной улыбочкой, что невольно появлялось желание хорошенько ударить его и стереть эту ухмылку.       — Я же сказала, Фред!       Он не ответил ничего, а только продолжал таинственно улыбаться. Шатенка уже собиралась развернуться, чтобы уйти в другую сторону, но замерла в оцепенении, увидев перед собой второго "Фреда"... Совсем не ожидающая подобного поворота, Блэк вскрикнула. Фреды, что стояли по обе стороны от неё, разразились громким смехом.       — Фред, Джордж! — Вдруг раздался откуда-то позади женский голос. — Что ж вам не имётся то? Хватит уже путать новеньких! Им итак столько всего запомнить предстоит, так вы ещё своими розыгрышами голову забиваете. — Растерянная Каролина обернулась и увидела ту, кому он принадлежал.       Это была невысокая девушка довольно приятной внешности. Блондинистое каре очень шло чертам её лица и придавало лёгкости всему её виду. Дугообразные брови, маленький и аккуратный лисий носик, тонкие губы изогнутые в полуулыбке — на первый взгляд выглядела она дружелюбно и мило. Однако не судить же человека по обложке, верно?       — Ну Дарс.. Вечно ты портишь всё веселье, — Разочарованно протянул один из пареньков.       — Так это близнецы... — Догадалась Блэк.       — Верно, змейка, — Подмигнув, согласился тот, что находился теперь справа от неё.       — Фред..       — Нет уж, дамочка! Я Джордж, а это, — Он жестом указал на второго близнеца. — Фред.       — Перестаньте уже сбивать с толку бедную девочку. — Вновь вступилась незнакомка.       Парни наконец послушались её и кажется собрались уходить. Однако не успела Каролина сделать и шага, как один из них — тот, что представился Джорджем — вернулся.       — О, и кстати, это я Фред. Ещё увидимся, змейка! — Фред многозначительно подмигнул ей и, задорно рассмеявшись, побежал догонять брата.       — Вот же неугомонные шимпанзе, — Как только они совсем скрылись из виду, пробурчала блондинка себе под нос. Наивно полагая, что девушка не услышала этого, она обернулась к ней и с дружелюбной улыбкой протянула руку. — Меня зовут Дарси Фолл. А ты, я так понимаю, отпрыск Блэков?       — Верно. Моё имя — Каролина, — Высоко задрав подбородок, как наказывала мама, сдержанно ответила темноволосая и приняла рукопожатие.       — Рада знакомству, Каролина, — Дарси с каким-то сомнением покосилась на неё, но скоро одёрнула себя и снова заговорила: — Это, конечно, не совсем моё дело, но могу я спросить? Как вообще могло так произойти, что тебя определили на Гриффиндор? Мне казалось, что дочь Доны Мракс должна была пойти на Слизерин, не иначе.       — Мерлин, и почему все только об этом и спрашивают?! — Эти глупые вопросы, которые сегодня каждый считал должным задать, наконец довели девушку до точки кипения. Злость переполняла её настолько, что скрипела челюсть. — И я никому ничего не должна!       — Эй-эй, давай без психов. Не нервничай, — Фолл сделала шаг назад, чтобы не нарушать личного пространства собеседницы. — Можешь не говорить если не хочешь. Только успокойся, ладно? — Как только приятельница более менее утихомирилась, она продолжила говорить: — Слушай, ты наверное ещё плохо ориентируешься здесь, в Хогвартсе. Я могла бы провести тебе экскурсию.       — Думаю, лучше эту затею оставить на завтра. Я очень вымоталась за сегодняшний день, — Блэк показательно зевнула.       — О, конечно... Тогда сегодня обойдёмся тем, что я покажу тебе спальню для девочек. — Новая знакомая удовлетворённо улыбнулась. Похоже, ей нравилось чувствовать себя полезной.       Однако, не все могли разделить её радость.. Каролина медленно выдохнула. Хоть в глубине души, ей искренне не хотелось проводить время в чьей-либо компании сейчас, она согласно кивнула. Но лишь потому, что у неё просто не осталось сил на отказ, из которого определённо точно последует и спор (судя по возбуждённому виду Дарси, этого было не избежать). И так, мысленно проклиная себя, шатенка неохотно плелась за гриффиндоркой, которая уже во всю рассказывала ей о своей школьной жизни.

***

      Узнав, что Каролине было суждено отправиться на Гриффиндор, Доминик приняла решение не позорить свою честь, водясь с жалким гриффиндорским отребьем. А чтобы избежать тяжёлого разговора, она поспешила как можно скорее покинуть Большой Зал. И вот, когда девушка почти добралась до заветного выхода, чей-то сиплый голос окликнул её сзади.       — Доминик Сайкс?       — Чёрт.. — Прежде чем обернуться и с фальшивой улыбкой встретить нежеланного собеседника, прошипела она себе под нос. Когда же Сайкс увидела, кто перед ней, то буквально онемела от удивления. Красивый статный юноша с тёмными вьющимися волосами, густыми бровями и пробирающе-чёрными глазами смотрел на неё. Его черты лица были по-аристократичному совершенны — бледны, тонки и изящны. — Теодор Нотт?       — Какая встреча! — Воскликнул парень и раскинул руки для приветственных объятий, в которые Дом нырнула не раздумывая. — Давно не виделись.       — Да, с тех пор, как твоя мать обвинила меня в краже её гранатового колье, которое она сама забыла в ванной.       — Ты всё ещё сердишься? — В ответ слизеринка только поджала губы и отстранилась от него. — Не злись на неё. Она ко всем моим друзьям относится с подозрением после того случая с Норой.       — Уж молодец Хейл, додумалась же воровать у Ноттов. — Девушка немного смягчилась. Всё-таки, понять мать Тео действительно было можно — каждый оказавшийся на её месте навряд ли бы доверял малознакомым гостям после того, как одна из закадычных подружек сына своровала фамильный перстень её семьи.       — Ну, раз уж ты теперь учишься в Хогвартсе, это хороший шанс вернуть былое общение. — Теодор как-то загадочно улыбнулся. Явный намёк на что-то непристойное читался в его хитром манящем взгляде.       — Ещё посмотрим, — Доминик, свойственно себе, расплылась в соблазнительной улыбке. — А для начала, может быть хоть проводишь до гостиной Слизерина?       — Приму за честь, — Брюнет согнул руку так, чтобы подруга могла взять его под локоть, и они уже вдвоём направились в сторону гостиной, попутно ведя лёгкую светскую беседу.

***

      Длинные тёмные коридоры и многоступенчатые лестницы, кажущиеся бесконечными, вскоре привели их в подземелья замка. Сначала темноволосая пришла в недоумение и напряглась, заметив, что Нотт завёл её в какой-то тупиковый коридор. Подозрения закрались в голову, появилось чувство, что сейчас может произойти что-то плохое... Однако, когда он подошёл к стене и произнёс некую фразу — то-ли "чистокровка", то-ли "чистая кровь" — открылся проход, ведущий в мрачное помещение, которое, судя по всему, и являлось гостиной Слизерина. Теперь она могла вздохнуть с облегчением.       Эта гостиная, в отличие от гриффиндорской, выглядела крайне неуютно, даже несмотря на наличие каминов. Низкие потолки и тусклое болотное освещение, ужасающие картины, изображавшие подвиги знаменитых слизеринцев средневековья (например, со сценой убийства единорога). По периметру комнаты были расставлены старинные буфеты из тёмного дерева, наполненные антиквариатными книгами о самых тёмных и хитрых заклинаниях. Но не только негатив преобладает здесь. Хорошее есть всегда и во всём — даже в слизеринцах. Помещение находилось под Чёрным озером, и из его окон порой можно было заметить удивительных морских существ, обитающих там, а плеск воды помогал расслабиться и насладиться покоем.       Посреди комнаты, на небольших диванчиках обитых темно-зелёной тканью и окантованных золотом, расположилась необычная и крайне странная компания, состоящая из четырех парней и одной девушки. Как только Тео и Дом вошли в гостиную, тут же завладели их вниманием.       — Тео, кого это ты привёл? Твоя очередная подстилка? — Раздался сиплый мужской голос. Как оказалось, принадлежал он юноше — платиновому блондину. Тонкие черты лица и нахмуренные брови заставляли сжаться, почувствовать всю его властность. Его глаза дымчато-серого цвета поблескивали словно это был вовсе не человек, а опасный хищник. Под его беспристрастным взглядом даже Сайкс чувствовала себя беспомощным котёнком.       Пока Теодор думал, что ответить на такую дерзость, а двое толстяков, сидящих по краям дивана, мерзко гоготали и поощряли этим острослова, девушка сама вступилась за себя.       — Тебе лучше держать язык за зубами. Так хоть фешенебельней кажешься.       — О, так у неё оказывается есть и коготки! — Воскликнул мулат, что расположился с левой стороны от светловолосого. Этот фигуристый, высокий, всегда кокетливо улыбающийся парнишка сразу завоёвывал симпатию и предрасположенность всякого, кто с ним встретится. В его раскосых тёмно-карих, будто кофейная гуща, глазах читалась доброжелательность и... что-то ещё.. В них виднелась едва заметная искорка похоти и разврата. Но такой незаметной она была лишь на первый взгляд.. — Знаешь, Драко, а кошечка то права. Молчание действительно тебе больше к лицу. — В ответ он получил тяжёлый взгляд серых глаз, смотрящий на него исподлобья и явно не сулящий ничего хорошего. Однако, это вовсе не смутило юношу — он безмятежно продолжал свои заигрывания с Доминик. — Слушай, а она ничего. У Нотта похоже всё-таки есть вкус. Меня зовут Блейз. Забини. — Не успела слизеринка и ответить на его вопросительный взгляд и представиться, как её бесцеремонно перебили.       — Забини, оставь-ка свои феромоны на потом. Сам знаешь, Тео не займёт её надолго. Скоро поймёт, что и эта не заменит ему ту детскую подружку, и у вас будет мно-о-о-о-го времени на ваши брачные игры. — Увидев явное неравнодушие темнокожего к новенькой, ехидно подметила курносая девушка невысокого роста, что сидела с правой стороны от Драко и очень уж навязчиво прижималась к его плечу. Её грубоватое лицо невероятно напоминало собой мопса, а болотно-зелёного цвета глаза были похожи на топкую трясину. Бледная кожа и тщательно уложенные чернявые волосы, которые доходили лишь до подбородка, говорили о её несомненной принадлежности к обществу аристократичному.       — Вообще-то, она и есть та самая подруга моего детства, о которой я вам рассказывал. И попрошу вас — а в частности тебя, Пэнс — не распространять о ней подобные гадости. — Как только в разговор наконец решился вступить Тео, слизеринцы тут же сконфуженно умолкли, а Блейз и вовсе разочарованно прошептал: "вот чёрт.." — Что ж, спасибо за понимание. А теперь, если вы не против, мы оставим вас. У нас с Доминик есть дела поинтереснее. — Не дожидаясь какого-либо ответа или реакции от подруги, он решительно взял её за руку и повёл за собой к одной из винтовых лестниц, которые, как рассказали Сайкс, вели в спальни. Остановившись, брюнет выпустил её из своей отчаянной хватки, и отправил прибрать багаж в комнату, тогда как сам остался ждать на нижних ступеньках.       Когда Дом преодолела большинство лестничных ступеней и была уже на полпути к девичьей спальне, до её ушей долетели обрывки фраз той самой компании, при том их содержание оказалось далеко не самым приличным для любого общества.       —...да он сегодня же её и трахнет...       — Согласен, Тео точно не пройдёт мимо такой юбки, кем бы она ему не приходилась.       — Уверен в этом?       — Готов поспорить.       Неподдельная злоба охватила девушку. Их колкие словечки и насмешки в её адрес, этот совершенно абсурдный спор, а главное, красноречивое молчание друга — всё это вызывало омерзение. Губы невольно сжались в тонкую нить, сердце начало отбивать чечётку, желваки заходили на её лице. Она остановилась, неторопливо обернулась в сторону Теодора, выдержанно ожидающего внизу. Вместе с праведным гневом её гложили сомнения. Неужели Тео, её Тео, мог совершить такое? Неужто у него хватит совести так поступить с ней? Нет, этого просто не могло быть. И всё же, перестраховаться никогда не мешало.       — Знаешь, я сегодня слишком устала для таких мероприятий. Да и чувствую себя как-то паршиво — ужасно кружится голова, и похоже в глазах начинает темнеть. — Разбираться во всей ситуации в ночное время суток она, честно говоря, желанием не горела, посему натянула фальшивую извиняющуся улыбку, стараясь скрыть истинные чувства, которые с каждой секундой лишь сильнее разгорались в её душе. И как же в этот момент Сайкс благодарила жизнь за то, что та подарила ей такой чудесный талант, как актёрское мастерство и умение правдоподобно лгать!       — Очень жаль... — С грустью в бархатном голосе протянул Тео. Кажется, эта новость действительно расстроила его. — Может выпьешь сладкого чаю с корицей, и всё пройдёт? Я надеялся, мы сможем провести время вместе и восполнить то, что упустили. — Он с надеждой в глазах посмотрел на неё в ожидании ответа. Похоже, парнишка был серьёзен в своих намерениях и отступать просто так не собирался.       — На это у нас будет ещё уйма времени. А сейчас извини, но я иду спать. — Несмотря на все уловки этого змея-искусителя, темноволосая оставалась непреклонна. Она уже твёрдо решила как ей поступать, и с уверенностью продолжала стоять на своём.       — Тогда до завтра?.. — Грязные планы коварного слизеринца потерпели крах, и ему не оставалось ничего, корме как подчиниться железной воле дамы. Это не могло не радовать Доминик.       — До завтра.       Теперь, предотвратив возможную катастрофу для своей репутации, девушка со спокойной душой отправилась в спальную комнату. Завтра предстоял сложный первый учебный день, поэтому ей следовало хорошенько выспаться и набраться сил и энергии, чтобы показать себя в полной красе.

***

      Новый день встретил англичан аномальным теплом. Великобритания никогда ещё не запечатлевала настолько солнечного дня. В такую, на редкость, отличную погоду самым верным способом времяпрепровождения была бы прогулка, однако студенты Хогвартса были лишены подобных радостей — почти всё их свободное время занимала учёба. И сейчас, когда за окнами во всю светило солнце, они томились в душных классах, мысленно мечтая о том, как вечером, после занятий, будут прогуливаться по берегу Чёрного озера и наслаждаться последними по-летнему тёплыми деньками перед тем, как настанут холода.       Каролина скучающе водила пером по пергаменту, пока монотонный голос профессора Бинса повествовал о гобблинских восстаниях. Под её рукой на бумаге тут же образовывались незамысловатые рисунки, орнаменты и узоры. По правде говоря, почти все ученики считали уроки истории магии скучными и неинтересными, поэтому занимались всем, чем только можно, но только не слушали преподавателя. Действительно заинтересована в предмете была, разве что, Гермиона Грейнджер — главная заучка Гриффиндора. Она с запредельной внимательностью слушала профессора и шикала на всех, кто смел отвлекать её.       Во время завтрака Блэк пыталась поговорить с Доминик насчёт произошедшего вчера на церемонии Распределения, но ей так и не удалось выловить девчонку. Надеясь встретиться с подругой в перерыве между уроками, она уже составляла в голове предстоящий диалог со всеми вариантами его исхода. Однако, мысли её вскоре были безжалостно прерваны появлением Минервы Макгонагалл.       — Профессор Бинс? Приношу свои извинения, что так бестактно прерываю учебный процесс, но это действительно важно. Мисс Блэк, профессор Дамблдор поручил мне проводить вас в его кабинет. — Сообщила она.       Услышав своё имя, девушка почувствовала, как напряжение мурашками прошлось по коже. Сердцебиение участилось, вспотели ладони. Появилось ощущение, будто в кабинете директора произойдёт что-то очень и очень плохое. Дрожащая, словно в лихорадке, она медденно поднялась со своего места и неторопливым шагом подошла к Макгонагалл. Та жестом указала ей выйти в коридор, и обменявшись с профессором истории магии ещё парой слов, вышла вслед за ученицей.       — Следуйте за мной. — Сухо скомандовала женщина, после чего быстро зашагала по протяжным коридорам. Гриффиндорке не оставалось ничего, кроме как послушно следовать за ней.       Почти всю дорогу они шли в тишине, пока Каролина наконец не решилась спросить причину того, почему её так нескромно и без предупреждения забрали с урока.       — Профессор Макгонагалл, могу я узнать, почему профессор Дамблдор хочет меня видеть?       Не прерывая ритмичного и необычайно скорого для своих лет шага, Минерва лишь скупо бросила в ответ:       — Обо всём узнаете непосредственно у самого профессора Дамблдора. А пока, мисс Блэк, попрошу вас не задавать лишних вопросов.       Увидев, что профессор несильно расположена к разговорам, Блэк решила не испытывать судьбу, а смиренно выполнять данные ей указания. Она молча шагала за Макгонагалл, отчаянно пытаясь не потерять шуструю старушонку из виду, до тех пор, пока в поле зрения наконец не материализовался директорский кабинет. За дверью скрывалась просторная круглая комната со множеством окон, по стенам которой были развешены многочисленные портреты бывших директоров и директрис школы, а за спиной Альбуса, сидящего за письменным столом и перебирающего какие-то несомненно ценные пергаменты, красовался самый здоровый портрет, на котором был изображен статный пожилой мужчина, его предшественник. Кабинет был заполнен разнообразными столиками с кручеными ножками, на которых умещались хрупкие серебряные приборы; одни постоянно трещали и звякали, другие пыхтели и выпускали струйки дыма. Здесь также нашли себе приют магические фолианты и рукописи, составившие личную библиотеку профессора Дамблдора. На одной из книжных полок, под самым потолком, сопела огненной раскраски изящная птица, феникс. По всей видимости, это был питомец профессора Дамблдора. Только шатенка переступила порог, директор тут же отвлёкся от дела и переключил своё внимание на гостью. Несмотря на всю величавость, коей обладал Альбус Дамблдор, возраст всё же давал о себе знать — чтобы разглядеть студентку ему приходилось щуриться и каждую секунду поправлять очки. Минерва Макгонагалл, вероятно, посчитала, что свои обязанности она выполнила, а потому сочла нужным немедленно удалиться, оставив их наедине. Каролина, находясь здесь, чувствовала некоторую неловкость — не так уж часто ей приходилось бывать в директорском кабинете за всё время обучения в Шармбаттоне, да и за счёт вчерашнего происшествия подобная перспектива явно не сулила ничего хорошего. Смятённая, она так и застыла в дверном проёме, не решаясь зайти внутрь.       — Каролина? Проходи, не стесняйся. — Заметив растерянность девушки, так по-доброму произнёс профессор, желая расположить её к себе и предстоящему разговору.       — Вы меня хотели видеть. Что-то произошло? Это из-за вчерашнего инцидента?       Не дожидаясь ответа, Блэк поспешила выполнить указание Дамблдора, и суетливо зашагала ближе к старику. И лишь оказавшись на расстоянии двух шагов от директорского стола, она заметила, что в помещении они не одни — на таком же как и у самого директора кресле, так напоминавшем трон, прямо напротив Альбуса вальяжно расположилась ещё одна женская фигура. Тонкие длинные дамские пальчики, укрытые чёрной кожаной перчаткой, нетерпеливо постукивали по ручке сиденья. Ноги барышни, обутые в такие же чёрные как и перчатки кожаные длинные сапоги, были скрещены, что явно выдавало плохое расположение духа. Лица её гриффиндорка разглядеть не могла, но что это?... В воздухе заиграли знакомые нотки кардамона, приправленные бергамотом и... лилией. Такими духами пользовался только один человек из окружения Каролины. Сперва, едва появившись в этой комнате, она не была уверена до конца; ей казалось, что больное воображение, так впечатлённое вчерашним, играло с ней, призывая подобные обонятельные галлюцинации. Однако теперь, поводов для сомнений остаться больше не могло — она точно знала, кто скрывался за спинкой мебели.       — Дона...       Едкий смешок, режущий слух будто раскат грома, пронёсся по кабинету. Посетительница обернулась. Догадка ученицы подтвердилась, дыхание спёрло. В выразительных чертах её лица она с ужасом узнала мать.