Принцесса и деспот

Ноябрь. Уже как месяц у парней был исполнен план: у Геворга отсудили все, до самой копейки. Жена и дочь свалили в закат. Он остался один, в съёмной однушке, где-то в жопе Подмосковья. Он больше не предоставлял опасности, так как не мог нанимать людей для слежки/похищений/убийств. Поговаривают, что он стал много бухать и частенько просыпаться где-то в подворотнях. Вика стала свободно жить. Жить в доме Азамата, естественно. Но она теперь постоянно видится с семьей, подружками и они часто выбираются в город с парнями, дабы потусить. Кудзаев по-прежнему не чает в Вике души. Хотя нет, с каждым днём он обожает ее все больше. Для него она — спокойствие, нежность, преданность и безусловная любовь. Ну и как бонус: страсть и эйфория в постели. Они счастливы до дрожи в коленях, обнимались до скрежета зубов. Периодически, они замирали, обнимая друг друга и оба не верили, что человек рядом — его. Эти двое наконец узнали, что такое настоящие чувства. Что есть любовь. Взаимная и чистая. Искалеченное сердце Азамата уже давно забыло, что такое боль: Викуля нежными ладошками согрела этот кусок льда, растопила, а потом бережно залатала дыры. И оставила себе. Сердце забрала… Но Аза не был против, ведь в замен он забрал ее сердце. Его не нужно было латать и чинить. Но он все равно спрятал его надёжно. Да так берег, что если хоть что-то доставит беспокойство любимому сердечку, он вмиг превратит это в прах. Чего бы ему это не стоило. Его девочку никому и никогда нельзя было обижать. Но в жизни любой пары наступают чёрные полосы. Хотя, тут скорее легкое небольшое потемнение. Азамат по вечерам был весь в работе. Постоянно на нервах. Он старался не огрызаться на Вику, но времени уделять ей почти перестал. Это продолжалось на протяжении недели. Вика пыталась его растопить. Обнимала, кутала заботой и нежностью. Но пока получала только один ответ: «Малышка, не сейчас» и легкий поцелуй в макушку.

***

Сослан пил чай в гостиной. Вокруг суетилась Вика и никак не могла начать разговор. — Сос… — она наконец решилась. — М? , — он приветливо отозвался. — У Азамата что-то случилось? — Да так, на работе траблы небольшие. Груз потеряли. — Это серьезно? — Потеряем бабки. Не особо много, но неприятно. Он пытается отбить, но не выходит. Вот и на нервах. Не обижайся. И не выноси мозги пока, потерпи, — Сослан всегда иронизировал над отношениями супругов. Не конкретно Азамата и Вики, а в целом. Шутил, что жена всегда пилит, а муж разбрасывает носки и пьет пиво за просмотром футбола. Хотя самому Сослану такое поведение было чуждо. Да и в Вике он ценил то, что она не была той самой пилой. Потому, он был рад за друга. — Я не знаю, что мне делать. Мне нужен твой совет. Только пообещай, что ты никому не расскажешь, — Вика села перед парнем и как-то виновато посмотрела на него. — Ого… ты меня пугаешь. Что стряслось? Сослан отставил кружку и развернулся к девушке. В его взгляде читалось напряжение и обеспокоенность. «Только не говори, что изменила ему. Убью» подумал он про себя. — Сослан… фух… — девушка выдохнула, готовясь к разговору, отвернулась и поставила локти на стол, запустив руки в волосы. Она почти легла на поверхность стола и никак не могла собраться с мыслями. — Вик, я начинаю переживать. — В общем, у Азамата сейчас, как ты говоришь сложные времена. А мне нужно ему кое-что сообщить. У неё навернулись слёзы. — Так. Что требуется от меня? Хочешь чтобы я сообщил? , — ему такой исход был не по душе. Он не хотел быть гонцом с плохой новостью. Его казнят. — Нет. Не в коем случае. Это должна сделать именно я. Я хотела спросить у тебя совета. Может не стоит ему говорить и подождать до хороших времён? — Смотря, что ты хочешь сообщить, Вика. Сослан готовился к худшему. — Я беременна. Сослан выпучил глаза и в изумлении уставился на подругу. — Ты беременна?! , — он переспросил шепотом. Вика кивнула, опустив глаза. — Я… я не понимаю, Вика! Ты не от него беременна? Или что? — Идиот что ли совсем? От Азамата! , — она с укором и обидой посмотрела на парня и встала со стула. — Тогда почему слёзы? Ему надо сказать срочно! Сегодня же! , — Сослан не мог скрыть радость. — Ты думаешь? , — Вика с сомнением в голосе задала вопрос. Сослан подошёл к девушке и крепко обнял. — Глупая. Конечно. Ты знаешь, как он мечтает о малыше? Тем более от тебя. Он тебя любит. Почему ты так переживаешь? Почему плачешь? Солнышко, — он стёр слёзы с ее лица и по доброму рассмеялся. — Я боюсь, что это все не вовремя. Что это расстроит его. — Глу-пос-ти!!! , — Сослан ее будто отчитывал, — Как можно скорее скажи ему! Какой срок? — 8 недель. Второй месяц почти прошёл. — Я счастлив, Вик, — Сослан и правда сиял. Он прижал подружку покрепче. Они простояли в обнимку ещё с некоторое время и, наконец, разошлись. — Скажи ему. Срочно. — Да. Может быть сегодня. Если осмелюсь. Только не говори ему, хорошо? Я хочу сама. — Нет-нет, что ты. Ты сообщишь сама. Эх, хочу видеть его лицо) Сослан мечтательно развалился на диване. — Я тоже. Ребята посмеялись. Вскоре, Азамат вернулся домой.