Глава 27. Чёрная метка.
20 июня 2025 г., 07:00
После окончания матча болельщики долго не могли угомониться. Разумеется, начались пьянки. Ирландцы пили на радостях, а болгары с горя. Шуму и от тех и от других по отдельности то много, а если учесть что наша палатка ещё и стояла неподалёку от своеобразной границы между теми, кто болел за Ирландию и теми кто болел за Болгарию... в общем, мистер Лавгуд отправился то ли разнимать драки, то ли присоединиться к одной из сторон... а то и к обеим сразу, думаю, Ксенофилиусу и это под силу.
А мы... оставались в палатке. Асока пару раз разворачивала пьяных, пытавшихся зайти в палатку: её способности ментальной магии, влияние Силой в этом мире ослаблены, но размягчённые алкоголем мозги не оказывали сопротивления.
Внезапно что-то изменилось. Казалось, сама магия послала сигнал. Мы, повинуясь интуиции, вскочили с постелей...
И через мгновение в крышу палатки ударило какое-то зажигательное заклятие. Одна из опор палатки рухнула, ударив Луну.
— Быстро на выход! — подхватил падающую блондинку, даже не дав ей полностью упасть.
Асока подхватила Луну с другой стороны, но перед тем как двинуться из палатки, замерла на считанные секунды, в свободную руку прилетело пять волшебных палочек.
Мы вывалились из палатки, а через, кажется, пару секунд, палатка провалилась сама в себя, а затем взорвалась, разбрасывая во все стороны горящую утварь.
Толпа... или скорее, организованная колонна в масках и балахонах уже удалялась, круша всё на своём пути дальше. Над ними висели беспомощные маглы.
— Держи палочки! — привёл меня в себя голос Асоки. Она протянула мою и палочку Луны рукоятками вперёд.
Я кивнул, принимая обе. Палочки слушались нас всех, мы проверяли, словно деревяшки понимали, что их владельцев связывают очень прочные узы. Мне почти всё равно, колдовать своей палочкой, палочкой Луны или палочкой Асоки. Луна палочками Асоки (обеими) тоже спокойно колдовала, а Асоке моя палочка подходила, а Полумны — только простые заклинания.
Асока куда-то исчезла, а я потащил Луну подальше от полыхающих палаток. Горела не только наша, но и те, что загорелись от неё или были подожжены теми, из колонны. Мешающие палочки спрятал в карман.
Какой-то чувак, из-за расстояния я не смог разглядеть кто именно, поднял палочку в небо и крикнул гнусавым голосом:
— Да будет черепушка!
Из палочки вылетел зеленоватый луч, в считанные секунды достигший подсвеченных заревом пожара облаков. Луч словно взорвался, превратившись в огромный тускло-зелёный череп с высунутым очень длинным языком. Я знаю, что это Тёмная метка, значит наколдовал её, согласно канону, Барти Крауч-младший. впрочем, нас с Луной, он, вероятно, не видел.
Вдали слышались хлопки трансгрессии, мелькали вспышки заклинаний. Кажется, это министерские во главе с мистером Краучем-старшим поймали кого-то не того, и не поймали виновника.
Я усадил Луну на давно — ещё до беспорядков — упавшее дерево. Похлопал по щекам.
— Ой, — Луна пришла в себя. — Димо-он, а когда вас стало двое?
— Я один, — на всякий случай огляделся. Никаких незапланированных копий вокруг не наблюдалось. — Ты в порядке?
— Немного тошнит... но, кажется не из-за беременности...
— КАКОЙ беременности!?
— Хороший вопрос... так, обними меня, согрей... и можно без волшебства!
Подстелил мантию, усадил Луну на колени, обнял, чтобы было теплее, и закутал в две мантии сразу. Навёл дополнительно обогревающие чары на себя: они будут греть меня, а я Луну.
В таком виде нас и нашли. Асока и встревоженный мистер Лавгуд.
— Палатка и всё, что в ней было — сгорело, — отрапортовала Асока. — Мы едва успели выбраться.
— Палочки тоже? — потерянным голосом произнёс Ксенофилиус.
— Палочки у меня, — успокоила Асока. — В том числе и Ваша.
— На самом деле, это палочка Пандоры. Она слушалась меня так же как моя собственная...
* * *
После жуткого случая на Чемпионате Мира по квиддичу мы вернулись домой в «Ладью». Разумеется, мистер Лавгуд собирался подать иск за свою сгоревшую палатку. Причина была, впрочем, не материальная: палатку можно было купить новую, но старая палатка — память мистера Лавгуда о жене. Луна сказала, что была зачата именно в этой палатке. Дома Лавгуды работали над статьями для «Придиры», а мы с Асокой сортировали ту часть хлама, выброшенного из сгоревших платок, которую нам позволили унести министерские чиновники. Надо было выяснить, что из этого принадлежит Лавгудам, и кому — остальное, чтобы если получится — поменяться обратно. День покупок к школе. Мистер Лавгуд сказал, что мы таки должны появиться на Косой аллее. Кому должны — не сказал. Ну, надо так надо. Докупили нужного, встретили миссис Уизли, которая деловито торговалась с мадам Малкин. Сначала мне показалось странным, чего это матриарх Уизли забыла у мадам Малкин, вроде одевались в сэконд хэнде, кстати, потому и привыкла торговаться, и не заметила, что у мадам Малкин цену никто сбивать и не пытался: не принято... Впрочем, фраза: «Но это же для Гарри Поттера!» — расставила всё по местам. Миссис Уизли действительно не привыкла покупать у мадам Малкин, и привычно пыталась торговаться, покупая одежду для Поттера. Так, парадная мантия, под цвет глаз... — Димон! Пошли выбирать платья! — Че... чего!? — Пошли выбирать платья! Если будешь вести себя хорошо — то для нас с Асокой. А если вести себя будешь плохо — то и для тебя! Миссис Уизли скидку так и не получила, мадам Малкин даже предложила переслать заказ совой, чтобы Поттер сам оплатил всё. Странная логика, но миссис Уизли согласилась. Видимо, Поттер не должен знать, сколько это стоило... — Здравствуйте, готовитесь к школе? — Да. — Сейчас с вас снимут мерки... — Мадам Малкин, кажется, использовала нас исключительно как предлог чтобы ускорить общение с миссис Уизли. — Да, а ещё мы хотели бы заказать бальные платья... — Бальные... а да, Святочный бал! — Стоп, Святочный бал? — вскинулся я. — а разве... — блин, это у Поттера он на четвёртом курсе, и он сейчас БУДЕТ на четвёртом курсе! — Да, нам ПОНАДОБЯТСЯ бальные платья, — уверенно сказала Луна. — Замечательно! Тогда... Это кошмар! Может и не для любого парня, но выбор платьев девочками... девушками... женщинами... а может и бабушками это многочасовой кошмар. Какое счастье, что мы с мистером Лавгудом смогли незаметно улизнуть во «Флориш и Блоттс». Где и закупились учебниками для всех троих. Потом зашли в кафе Фортескью и съели по мороженному. А когда вернулись к мадам Малкин, девчонки даже не заметили нашего отсутствия. По итогам... скажем так, то, что мы планировали растянуть на три года, закончилось прямо сейчас, но идти в банк после завершения покупок — плохой тон. Поэтому мистер Лавгуд пообещал выдать карманные деньги перед самым отъездом, когда сам заглянет в банк. Платьев Луны и Асоки я перед балом так и не увидел. И Луна сказала, что не увижу. Но это не самое страшное. Самое страшное они приготовили мне, и, разумеется, припасли напоследок. Луна заявила, что мне тоже нужен костюм для Святочного бала. И на возражения, что на бал пускают только четверокурсников и старше, Луна сказала, что для меня сделают исключение. — Скорее, правило, — поправила Асока. — Ну так, нет правил без исключений. А некоторые недалёкие люди говорят, что исключения подтверждают правило... — Врут, конечно, — вздохнул я, понимая, что и примерять костюм меня заставят, и чем дольше я буду спорить, тем дольше мы не вернёмся в Ладью. Дальнейший диалог... или, скорее, триалог, учитывая количество участниц, у меня в голове слился в белый шум, из которого я выцепил только то, что мой костюм должен гармонировать и с платьем Луны и с платьем Асоки. Ну, если уж поставили перед собой такую цель... моё дело кивать и соглашаться, всё равно я в этом ничего не понимаю. Получилось так, что мои деньги, взятые из банковского сейфа год назад с расчётом на три года, тоже закончились, более того, пришлось доставать монетную заначку СИСТЕМЫ. Я сначала сомневался, не удивится ли мадам Малкин, увидев странные монеты, не похожие на галлеоны. Но СИСТЕМА предусмотрительно выдала диалоговое окно, сколько я хочу обменять и на какую валюту. В результате я получил галлеоны с сиклями, сделав вид, что достаю их из внутреннего кармана мантии. — Димон? — удивилась Асока. — Дома, — оборвал я её. — Ладно, дома так дома... Оказалось, что Луна и Асока решили немного подшутить надо мной, специально выбрав более дорогие материалы, чтобы устроить ещё одну примерку. В «Ладье» пришлось признаться, что я поменял на галлеоны монеты СИСТЕМЫ. Курс там не сказать, чтобы совсем грабительский, но и не самый выгодный. Разница покупки и продажи была примерно четырёхкратной. Ну то есть продаю за полцены, а покупаю за двойную.
