СИСТЕМЕ наперекор II. Мы летим в Хогвартс!

      Черные силуэты, возникшие неизвестно откуда, обступили группу Поттера слева и справа, отрезав все пути к бегству; глаза блестели сквозь прорези капюшонов, с десяток палочек с горящими кончиками были направлены прямо им в сердце. Джинни ахнула от ужаса.       — Дай его мне, Поттер, — с расстановкой повторил голос, и его обладатель, Люциус Малфой, протянул к Гарри руку ладонью вверх.       — НАС они пока не заметили, — прошептала Луна мне на ухо. Её правая рука обнимала меня, а левая держала за правую руку Асоку. Благо той без разницы с какой руки колдовать.       — Одновременно десяток я не запинаю, — пожаловалась Асока. — Даже клонов, а тут волшебники...       Так десяток и не требовалось, Пожиратели разделились на два отряда, в одном 4 в другом 6. И шестерых клонов (с бластерами на изготовку) Тано, как я помню, таки запинала. С другой стороны, возможно, дело было в том, что бластеры были настроены на оглушение, но и тогда — шальное попадание — и Тано выбыла из боя потому что её оглушили...       — Попробуй поразить их проклятьем Боуда... — вспомнил я.       — Чем?       — В газете было... Тот самый Боуд попытался взять пророчество не о себе и в результате поселился в Мунго в палату для психов. — О том, что он был под империусом говорить не обязательно, хотя шут его знает, может приголубило как раз взаимодействием империуса и пророчества-не-о-нём. В любом случае, получить тяжёлым хрустальным или стеклянным шариком по башке — приятного мало. А если вдруг возьмут в руки — может и тем проклятием приголубит...       — И где я возьму столько неподходящих пророчеств?       — Это Зал Пророчеств, — ответила Луна. — Так что в твоём распоряжении целые стеллажи...       Поттер тем временем, методом обратного допроса (проклюнулся таки слизеринец?) тоже выяснил, что же держит в руке. И что именно за этим пророчеством уже год как охотится Тёмный лорд. Не совсем оружие, в привычном понимании этого слова, само по себе оно никого не убьёт, но информация, владеющий которой владеет миром...       — Если ты отдашь мне пророчество, никто не пострадает, — холодно сказал Малфой.       Теперь настала очередь Гарри ответить смехом.       — Ну да, конечно! — сказал он. — Я дам вам это... пророчество, да? И вы спокойно отпустите нас всех по домам — так, что ли?       Не успел он договорить, как Пожирательница смерти взвизгнула:       — Акцио, проро...       Гарри среагировал как раз вовремя — он крикнул «Протего!» прежде, чем она успела произнести заклинание до конца, и, хотя шарик едва не спрыгнул с его ладони, сумел удержать его.       — А он у нас шустрый, этот малютка Поттер, — сказала она. Ее безумные глаза блестели в прорезях капюшона. — Ну что ж, ладно — тогда...       — ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! — рявкнул на нее Люциус Малфой. — Если ты его разобьешь...       Женщина шагнула вперед, отделившись от своих собратьев, и стащила с головы капюшон. Азкабан иссушил лицо Беллатрисы Лестрейндж — оно стало худым и похожим на череп, но глаза ее сверкали лихорадочным, фанатическим блеском.       Типа, живыми и на свободу отпускать никого не собирались, раз уж Беллатриса сняла маску. При нормальном допросе любого отпущенного выяснится, что Малфой был в одной компании с осуждённой Лестрейндж, следовательно все его уверения о службе Тёмному Лорду под империусом кната ломаного не стоят. А значит можно самого Малфоя засадить в Азкабан, за укрывательство, а мэнор штурмовать драконами... Хотя, я похоже, слишком хорошего мнения о судебной системе магической Британии...       — Значит, будем сопротивляться? — спросила она. Ее грудь быстро поднималась и опускалась. — Прекрасно. Возьмите самую младшую, — приказала она Пожирателям смерти, которые стояли рядом. — Пусть посмотрит, как мы пытаем девчонку. Я сама этим займусь.       Гарри заметил, как его друзья теснее обступили Джинни. Он шагнул вбок, встав прямо перед ней и прижав пророчество к груди.       — Только попробуйте напасть на любого из нас, и оно разобьется, — сказал он Беллатрисе. — Не думаю, что ваш хозяин будет доволен, если вы вернетесь к нему с пустыми руками. Или я не прав?       Не прав как раз Поттер: если пророчество разобьётся — его услышат все, кто находится рядом. А у Поттера пропадёт последняя защита. После чего компанию детишек можно глушить чем угодно, в том числе площадным (если такие чары существуют) и забирать в тот же Малфой-мэнор для развлечений, допросов или в качестве заложников.       Другое дело, что Поттер не знал как пользоваться пророчеством, что намекает на то, насколько хороша Трелони как преподаватель. Даже Луна не знала как следует обращаться с пророчествами, хотя это — едва ли не первое, чему следует обучить будущих пророков...       Беллатриса не двинулась с места; не сводя с него глаз, она облизнула кончиком языка тонкие губы.       — Ну, — сказал Гарри, — так что же это за пророчество, объясните!       — Что за пророчество? — повторила Беллатриса, и ухмылка сползла с ее лица. — Ты шутишь, Гарри Поттер.       — Вовсе нет, — сказал Гарри. Его взгляд перескакивал с одного Пожирателя смерти на другого. — Зачем оно понадобилось Волан-де-Морту?       Несколько Пожирателей смерти испустили тихое шипение. Шипение повторила Асока: информацию он, блин, проверяет!       — Ты осмеливаешься называть его имя? — прошептала Беллатриса.       Ой бли-ин... Я-то думал, они от тупости Поттера вздыхают, а они на имя Неназываемого так реагируют...       — А что? — отозвался Гарри. Он еще крепче сжал в руке стеклянный шарик, предвидя новую попытку отобрать его колдовством. — Да, мне совсем нетрудно называть его Волан...       — Замолчи! — взвизгнула Беллатриса. — Как ты смеешь произносить его имя своим нечестивым ртом, как смеешь ты осквернять его своим гадким языком полукровки, как...       Угу, то есть с Пожирателями имя Волан-де-Морта тоже можно использовать в качестве тактической паузы!? Что-то напрашиваются какие-то неприятные аналогии с СИСТЕМОЙ. Главное, не перепутать...

Не смей!

      — Разве вы не знаете, что он тоже полукровка? — дерзко спросил Гарри. У Гермионы, стоящей рядом, вырвался тихий стон. — Ваш Волан-де-Морт? Да, его мать была ведуньей, зато отец — маглом! Или он наврал вам, что он чистокровный волшебник?       — ОСТОЛБЕ...       — НЕТ!       Из палочки Беллатрисы Лестрейндж вырвался красный луч, но Малфой отклонил его, и заклятие угодило в полку слева от Гарри. Несколько стеклянных шариков разбилось.       Две фигуры, перламутрово-белые, как привидения, и текучие, как дым, поднялись из осколков стекла на полу и разом заговорили. Их голоса смешались друг с другом, и за криками Малфоя и Беллатрисы можно было различить лишь обрывки их речей.       — Когда наступит солнцестояние, придет новый... — сказала фигура старика с бородой.       Белла — дура. Своими руками показала Поттеру как использовать пророчество... Ну, как минимум один и вариантов. Или даже два...       — Не нападай! Мы должны получить пророчество!       — Он осмелился... как он смеет... — невпопад выкрикивала Беллатриса. — Паршивец... грязный полукровка...       — ПОДОЖДИ, КОГДА ПРОРОЧЕСТВО БУДЕТ У НАС! — взревел Малфой.       — И никто не придет после... — сказала фигура молодой женщины.       И обе фигуры, вырвавшиеся из разбитых шариков, растаяли в воздухе. От них и от их прежних убежищ не осталось ничего, кроме осколков стекла на полу.       — Вы еще не объяснили мне, что особенного в этом пророчестве, которое я, по-вашему, должен вам отдать, — сказал он, как-то странно переминаясь с ноги на ногу.       — Не вздумай шутить с нами, Поттер, — сказал Малфой.       — Никаких шуток, — ответил Гарри       — Разве Дамблдор никогда не говорил тебе, что причина, по которой ты носишь шрам, спрятана в недрах Отдела тайн? — усмехнулся Малфой.       Асока в это время молча раздавала указания. Ткнула пальцем в меня — затем указала на спину одного из пожирателей, потом в Луну — второго, и щёлкнув по щеке себя, будто выпить хочет, сразу вилкой на тех, что между ними. Я кивнул, соглашаясь с планом нападения, и махнул рукой в сторону, противоположную пожирателям: после снятия этих четверых нам лучше разорвать дистанцию.       — Я... что? — вырвалось у Гарри. На мгновение он даже позабыл о своем плане. — При чем тут мой шрам?       — Так ты ничего не знаешь? — сказал Малфой со злобным восторгом.       Пожиратели смерти засмеялись опять.       — Значит, Дамблдор никогда не говорил тебе? — повторил Малфой. — Что ж, это объясняет, почему ты не пришел раньше, Гарри Поттер, — Темный Лорд удивлялся, отчего ты не прибежал со всех ног, как только он показал тебе во сне место, где спрятана эта причина. Ему казалось, что естественное любопытство заставит тебя явиться сюда, чтобы узнать все в точности...       — Ах, вот как? — спросил Гарри. — Стало быть, он хотел, чтобы я пришел сюда и взял эту штуку? Зачем?       — Зачем? — В голосе Малфоя прозвучало недоверчивое изумление. — Да затем, Поттер, что взять пророчество из Отдела тайн могут только те, о ком в нем говорится. Темный Лорд выяснил это, когда посылал других выкрасть его, а у них ничего не получалось.       То есть Люцик ещё и подсказал Поттеру как можно вывести из строя пожирателей на весьма долгий срок, используя эти самые пророчества? То что Поттер в каноне этим не воспользовался... Ну ладно, спишем на схватку: адреналин, думает спинной мозг, а за размышления, у тех кто умеет, отвечает головной...       — Но зачем он хотел выкрасть пророчество обо мне?       — О вас обоих, Поттер, о вас обоих... Ты никогда не задавал себе вопроса, почему Темный Лорд пытался убить тебя, когда ты был еще ребенком?       Гарри уставился в прорези капюшона, за которыми блестели серые глаза Малфоя.       — Значит, здесь уже давно хранилось чье-то пророчество о Волан-де-Морте и обо мне? — спокойно спросил он, глядя на Люциуса Малфоя и крепко сжимая в руке теплый стеклянный шарик. — И Волан-де-Морт заманил меня сюда, чтобы я взял его и отдал ему? Но почему он не мог прийти за ним сам?       — Сам? — пронзительно воскликнула Беллатриса под хриплый смех черных магов. — Ты предлагаешь Темному Лорду явиться в Министерство, где так любезно игнорируют его возвращение? Предлагаешь ему отдать себя в руки мракоборцев, которые пока что убивают время на моего драгоценного кузена?       Да, затевать операцию с призрачными шансами на успех, привлекать днсяток меченых пожирателей — это, разумеется, куда более умный план.       — Ага, так он заставляет вас делать за него грязную работу! — сказал Гарри. — Сначала он посылал сюда Стерджиса... потом Боуда...       — Очень хорошо, Поттер, очень... — медленно протянул Малфой. — Но Темный Лорд знает, что ты не ду...       — ДАВАЙ! — завопил Гарри.       Пять разных голосов позади него воскликнули: «РЕДУКТО!» Пять заклятий вылетели из палочек в пяти разных направлениях, и полки соседнего стеллажа, в который они угодили, разлетелись на куски; сотня стеклянных шариков взорвалась одновременно, и все огромное сооружение пошатнулось, а воздух сразу наполнился множеством молочно-белых фигур, и их голоса — эхо бог весть какого далекого прошлого — смешались со звоном бьющегося стекла и ломающегося дерева, когда щепки вместе с осколками дождем посыпались на пол...       Моё редукто полетело ножку стеллажа, рядом с «назначенным» мне пожирателем — по стеллажу не промажу, Луна тоже предпочла отстреляться по стеллажу, но сделала это невербально, а Асока даже не пыталась кричать заклинания, она использовала Силу, подхватив ею два особенно крупных шарика с пророчествами и разогнала их так, что думаю, не важно из чего эти шарики сделаны: не проломила висок, так свернула шею...       — Бежим! — крикнул Гарри. Он схватил Гермиону за мантию и потащил вперед, прикрываясь другой рукой от града обломков и осколков, которые сыпались сверху.       Мы начали организованное отступление, в сторону, противоположную той, куда убегал Поттер. Потому что прорываться сквозь шестерых пожирателей, — идея так себе.       Оказывается, не совсем. Каким-то образом мимо пожирателей прорвались Рон и Джинни. Более того, Рон не заметил и нас, протолкавшись, словно в толпе незнакомцев. Джинни заметила:       — Там ещё четверо! Бежим!       В смысле ещё четверо? Луна с Асокой что, кого-то не заметили? Или не посчитали?       Луна, бежавшая впереди, свернула в сторону, по проходу между стеллажами, остальные помчались за ней.       Блондинка у каждого прохода меняла направление, грамотно, кстати: бежавшие за нами Пожиратели в неё нормально прицелиться не могли. А в тех, кто шёл следом...       Я как-то неожиданно оказался предпоследним; Асока, перехватив обе палочки обратным хватом, отбивала заклятия даже не щитами, а самими палочками... джедай!       Внезапно коридор кончился. Не в смысле «мы упёрлись в тупик», а кончились стены потолок и, внезапно, пол. Мы парили в полной темноте... а рядом парили не менее удивлённые противники в масках.       Так, кому тут Луна залепила в лицо Плутоном?       Пожиратели, однако, пришли в себя:       — Поттера здесь нет, так что этих — можно в расход!       Идиот! Сам себя приговорил! Не сказал бы что собирается нас убивать — мы не стали бы использовать летальные методы... наверное... вот сильно калечащие...       Вижу зелёные лучики авад и красные... фиг знает, остолбенеев или круциатусов...       Так, Плутоном в лицо кому-то залепила Луна...       — Акцио Нептун!       Посылая модель ледяного гиганта в физиономию пожирателя покричавшего:       — Авада ке...       На чём ему в рот влетел Нептун, дальше он что-то булькал, похоже воды в этом Нептуне было заметно больше чем в настоящем... запах аммиака? Блин! Нептун же ЛЕДЯНОЙ гигант, следовательно состоит из льдов — в том числе и аммиачного... Или это Пожиратель так... от страха?       Ещё один пожиратель проплыл мимо в расслабленной позе; рядом, выпущенная из руки, плыла его палочка... А из шеи торчал шакрам... Э-э-э... Зена-то тут откуда взялась? Присмотрелся: это не шакрам. Кто-то запустил на его манер кольца, снятые с Сатурна. Непривычно даже: желтоватый Сатурн — и без колец...       Бросил окаменяющее проклятие в последнего увязавшегося за нами Пожирателя. От моего он увернулся, а вот Джинни — попала, причём, судя по тому как он вытянулся — петрификусом.       — Сглаз не работает! — пожаловалась рыжая, проплывая мимо, словно дело происходило в воде. — Почему-то...       — Сюда! — услышал я крик Луны. — Выход здесь!       Так, это нам что, нырять под плоскость эклиптики? К Южному кресту?.. в Центавра бы не врезаться...       — Рон! Плыви сюда! — Крикнула Джинни. — Ро-он!       — И кто из вас за кем присматривает? — пошутил я. Мимо проплывала Асока, вращаясь вдоль продольной оси.       — Лучше я за Роном, чем он за мной, — фыркнула девочка.       Наконец-то мы оказались в коридоре, коротком, кстати.       — Что с Пожирателями? — уточнила Джинни. Рон хоть и доплыл к нам, выглядел каким-то слегка неадекватным. — И где остальные?       — Одному я залепила в лицо Плутоном... — ответила Луна.       — Угу, второму я Нептуном... — кивнул я.       — Третий — мой, — хищно оскалилась тогрута. — Кольцами Сатурна.       — И четвёртого я приголубила петрификусом, — подвела итог Джинни. — Те, кто гнались за нами...       — ...Нейтрализованы, — подсказал я.       — Угу, судя по тому, куда он дрейфовал... — прикинула Асока.       Вспомнил — дрейфовал он куда-то в сторону Солнца... по сильно вытянутой кометной орбите... может быть даже скребущей...       — А и фиг с ним! Пришли убивать — и огребли.       Мы прошли по короткому коридору — Джинни придерживала Рона, которому похоже так понравилось летать, что он рвался в ту комнату с планетами. Открываем дверь — та круглая комната.       — И куда дальше? — спросил я.       — Выход — там, — ткнула в одну из дверей Асока.       — Но Гарри... — начала Джинни.       — А Гарри — там, — отозвалась тогрута, тыкая в другую.       — Хм? — Джинни хмыкнула, отвесила очередную оплеуху Рону, чтобы хоть ненадолго привести того в себя... и тут «другая» дверь открылась и на нас налетели Поттер, Грейнджер и Невилл. Все трое с безумными глазами, словно за ними сама Беллатриса гналась... хотя, она за ними, в общем-то и гналась...       Едва за Невиллом захлопнулась дверь, как комната начала вращаться. Вроде бы уже пора останавливаться, но моторчик выл всё сильнее, и так нёсшиеся по кругу лампы вращались всё быстрее...       — Что-то пошло не так? — спросил я, даже не знаю, «в пространство» или у СИСТЕМЫ. — И нас утащит назад, в будущее?

Тебя ещё в прошлое недостаточно утащили!

      Двери и светильники резко остановились. Настолько резко, что несколько светильников не успели вовремя затормозить, налетели на тех, что затормозили вовремя, и теперь расползались по местам. Джинни посмотрела на Асоку:       — Куда теперь?       — Эта скорость слишком велика даже для моей реакции джедая...       — То есть ты просто видела как вращалась комната и запомнила какая дверь куда ведёт!? — удивилась Гермиона.       — Да и нет: двери-то похожие. Но моей интуиции требуется время, чтобы сообразить...       Но сообразить нам не дали: открылись одновременно две двери, за одной был Малфой, за другой — Беллатриса. Тут же сверкнули вспышки проклятий: остолбеней Малфоя попал в дверь, даже не знаю, остолбенела она или нет, круциатус Беллатрисы заставил факел сменить цвет с синего на красный, оглушалка Поттера ушла в коридор над плечом Малфоя, а отталкивающие чары Асоки оттолкнули Беллатрису за дверь.       — Коллопортус! — сообразила Гермиона, запечатать дверь.       — Сюда! — Поттер уже открыл какую-то дверь. — Остолбеней! — снова промахнулся мимо Малфоя, тот поставил щит.       — Надо было наоборот, — поправил я Поттера. — Сначала остолбенять, потом указывать куда...       — Времени не было...       — Зато сейчас предостаточно... — да, мы снова оказались в Лаборатории Времени. Удачно, кстати...       — Надо перекрыть все двери! — сообразила Гермиона. — Коллопортус!       — Коллопортус!       — Коллопортус!       — Коллопортус.       Блин, это точно лаборатория времени в Отделе тайн или Мир Дверей!?

Менделеев, не отвлекайся!

      Ну только тебя мне тут и не хватало!

Не хватало!

Теперь я тут!

А значит

здесь всё,

что только можно пожелать!

      Внезапно вроде бы запечатанная дверь распахнулась.       Малфой! Впрочем даже сказать ему я ничего не успел, потому что дверь с треском захлопнулась под взмахом руки Асоки. Послышался звук удара тела о стену и вроде бы затихло.       — Как он вошел!? — воскликнула Гермиона.       — Рон в адекватном-то состоянии колдун не ахти, а уж в этом...       Означенный Рон тем временем смотрел на купол с птичкой. По выражению лица его можно было спутать с Крэббом. Или Гойлом. В смысле, младшими.       — Колло... — начала было Гермиона, но не успела она закончить, как дверь распахнулась и в лабораторию ввалились двое Пожирателей смерти. Испустив ликующий вопль, оба крикнули:       — ИМПЕДИМЕНТА!       Двойное заклятие сшибло с ног и Гарри, и Невилла с Гермионой. Невилл перелетел через стол и исчез из виду; Гермиона врезалась в книжный шкаф, и на нее водопадом хлынули тяжелые тома. Гарри ударился затылком о каменную стену.       — МЫ ЕГО ВЗЯЛИ! — завопил Пожиратель смерти, оказавшийся ближе к Гарри. — ОН В ЛА...       — Силенцио! — воскликнула Гермиона, и черный маг умолк Через дыру в маске было видно, что он все еще шевелит губами, но теперь уже беззвучно. Второй Пожиратель смерти оттолкнул напарника в сторону.       — Петрификус тоталус! — выкрикнул Гарри, увидев поднимающуюся палочку. Пожирателю смерти мгновенно свело руки и ноги; он ничком грохнулся на ковер, твердый как доска, и больше не двигался.       — Отлично, Га...       Но тут Пожиратель смерти, которого Гермиона поразила немотой, внезапно наискось взмахнул палочкой, и что-то похожее на язык пурпурного пламени полоснуло Гермиону по груди.       Гермиона упала, поражённая проклятьем Долохова. В того ударились сразу три наших: моё, Луны и Асоки.       И как это понимать? Гермиона рухнула рядом со мной. В каноне, я помню, с ней было если не всё в порядке, но она во всяком случае, выжила. А тут... Мантия залита кровью, рёбра словно разрублены чем-то, торчат в разные стороны, тело пузырится, какой-то кусок мяса валяется в стороне...       Блин! Это ж её сердце! После такого не выживают! Даже Волдеморде придётся проводить ритуал воскрешения и пользоваться крестражами! Но ведь в каноне такого не было! Грейнджер ещё за крестражами бегать, обучать своих недалёких друзей защитной магии...

Внимание! Доступна опция СИСТЕМЫ

Вы можете воскресить Гермиону Грейнджер или оставить всё как есть.

Воскресить: 250 кристаллов

Оставить всё как есть: 0 кристаллов

Оставшееся до принятия решения время: 1 минута

      Последняя строчка мигнула и цифры сменились на 59 секунд, таймером обратного отсчёта. Блин! 250 кристаллов это же целая рука! Или четверть воскрешения в том предбаннике! И — по странному стечению обстоятельств — стоимость покупки питомца... С одной стороны офигенная скидка, с другой — меня просят выбросить кристаллы на ветер: Грейнджер останется здесь, в этом мире... хотя... если она сейчас умрёт, кто будет бегать с Поттером за крестражами? Рон что ли? Предаст моментом. А без друзей Поттер сдохнет даже не дожив до конца лета между шестым и седьмым курсом.       А, пофиг, ремонтируем канон.       Жму на верхнюю строчку.       Сердце, валяющееся отдельно от тела, пропадает. Рёбра встают на место. И Гермиона с криком делает первый вдох. Разодранная мантия, кстати, не починилась, да и кровища не исчезла.       — Менделеев!? — ошарашено смотрит на меня. Наконец, Сообразила прикрыться. — А где мы?       — Министерство Магии, Отдел Тайн, конкретнее — Лаборатория Времени...       — А что вообще происходит?       — Бой с Пожирателями, сейчас передышка...       — А что с Сириусом?       — Ты что, не помнишь ту подставу?       — Я... не помню чтобы мы вообще входили в Министерство, я помню только как мы к нему летим на невидимых... фестралах...       — Если своя смерть считается — ты их тоже увидишь.       — Я... умерла?       — Долохов тебя чем-то проклял, так что рёбра повылазили, — про вырванное заклятием или не заклятием, не знаю, сердце я решил не говорить. — Потом встали на место, потом опять наружу, — изобретаем что-нибудь сравнительно правдоподобное, среднее из того, что читал в одном фанфике и тем, что до сих пор видно в колбе с бессмертной птичкой. — Я и вытащил тебя когда рёбра были целыми...       — Спасибо...       Я знаю, что в моём рассказе не стыковка: будь это настоящий поток времени, джемпер и блузка восстановились бы как и кожа и рёбра, и крови не было бы. Но это хоть какое-то объяснение.       Сидеть тут и ждать, пока нас спасут? Что за глупости. Примерно так и подумал Поттер, или шило в его заднице. Потому что не дождавшись окончания запечатывания дверей, он крикнул:       — За мной! — И немного подёргав свежезаблокированную дверь не придумал ничего лучше чем: — Алохомора!       М-да, мою защиту ОБОЙТИ было довольно сложно, шестикурсники сдавались, семикурсники тратили довольно много времени... а Поттер похоже взломал её на голой силе... такому Нарглу блин, противопоставить нечего... а уж если Поттер со всей своей дури что-то запечатает... С другой стороны, ЕГО коллопортус без труда можно будет взломать именно интеллектуально.       Мы двинулись следом за Поттером. Джинни то и дело отвешивала Рону оплеухи, иногда в качестве направляющего пользовались Невиллом: тот хоть и неуклюж, но тяжелее Шестого Уизля, да и силы у него вполне хватало.       Коридор — снова круглая комната, но Поттер не стал ждать пока она начнёт вращаться. Мы ещё только вошли в комнату, а Поттер уже открывал какую-то дверь на другой стороне...       Так, я читал, что в этой круглой комнате находилась одна дверь, которую никто не мог открыть и за которой находилась неведомая сила... Почему бы не использовать Поттера в качестве супер отмычки? Не смогли взломать интеллектом — задавим голой силой...       Вскрик — мы все рванулись в дверь, помочь Поттеру       И тот же хоровой вскрик: пол под нами внезапно пропал...       Чёртова ступенька! Какая сволочь спроектировала этот зал так, что с порога попадаешь не на лестницу, а в чёртов полуметровый провал!       Ладно хоть упал на что-то мягкое...       — Слезь с меня! — сказало это мягкое голосом Гермионы.       Я вообще-то подумал о Луне или Асоке... ну ладно.       В этом чёртовом Отделе Тайн всё не то что не как у людей. Тут, блин, похоже даже законы нормальной геометрии не работают. Больше похоже на компьютерные игры с несвязными локациями и дверями-телепортами. Я думаю даже, что если держать открытыми правильные двери, можно правильно пущенным заклинанием угодить себе в спину.       Под потолком вспыхнул огонь и в его неровных отсветах мы смогли увидеть куда попали...       Огромное помещение, ряды обычных ступенек, разделяют огромные, как для парт, огромные ступени, каждая по пять нормальных ступенек в высоту и явно больше полуметра в ширину. Всего с десяток таких «больших» ступенек, как в «двухэтажных» лекционных аудиториях университета, где студенты собирались потоками.       На дне ямы возвышалась каменная платформа, а на ней — каменная же арка, покрытая трещинами, такая древняя и ветхая на вид, что непонятно было, как она ещё не рассыпалась в пыль. Проём арки, стоящей на платформе без всяких дополнительных опор, был закрыт изорванным чёрным занавесом; несмотря на полную неподвижность холодного воздуха вокруг, этот занавес еле заметно колыхался, словно до него только что дотронулись.       Я, Гарри Поттер и Луна подошли поближе. Не знаю чем там руководствовался Поттер и Луна, а я просто пытался послушать, что за музыка раздаётся из арки. Тихая такая, белый шум? Или знакомая мелодия? Похоже, всё-таки знакомая... ещё шаг...       Мелодия явно знакомая, вот только где я её слышал? И тревожная какая-то... ведь слышал же где-то...       — «Тигр», «пантера», «леопард»? Кисы? — Перечисляла Луна. — «Ягодная пантера»... «Гиви-пантера»... «Толстопард»? Это какие-то неправильные кисы!       — Луна, что ты такое говоришь? — возмутила Гермиона.       — А «толстопард» он же... — стала размышлять Луна. — Объевшийся леопард, да?       — Поттер! Стой! — успеваю дёрнуть Избранного за рукав. — Это, — обвожу рукой вокруг, — Зал Смерти. Это, — тыкая пальцем в Арку, — Арка Смерти. Пройдёшь — обратно не вернёшься.       — Откуда ты всё это знаешь? — вскинулся Поттер.       Блин, когда надо доверяет кому попало, а когда не надо — задалбывает ненужными вопросами.       — «Квас», «Холодильник», «Буратино», — продолжала разглядывать что-то Луна. — Наверное эту арку русские строили: у нас он назывался бы Пиноккио.       — Не у вас, а у итальянцев!       — У нас его перевели достаточно буквально, так что англичане деревянного человечка знают как Пиноккио! Так, «Зверобой»... это-ж должно быть травой! «Щука», только почему-то на гусеницах, «Луноход»... А это что за красненькая кнопочка?       — Не трогай! — все эти прозвища я узнал, а единственная в интерфейсе красная кнопочка (которую — по уверениям — разработчиков 5% игроков так и не смогли найти) — «в бой»       Крикнуть успеваю, а остановить Луну — нет.       Оглушительная команда: «в бой» — и рядом с нами раздаются хлопки трансгрессии. В спину упирается палочка какого-то идиота. Чтобы колдануть практически что угодно, палочку нужно перемещать, а пока она упирается в спину маг ничего сколдовать не может.       Малфой (старший, естественно, младший остался в Хогвартсе) появляется запыхавшийся от явно не приличного для целого лорда бега... блин, и всё? Чуток побегал и дыхалка кончилась? Стареет чувак...       Делаю шаг назад. Давящая палочка тоже отходит, ещё шаг, взявший меня в заложники тоже вынужден отступить, и ещё — он падает с высокой ступеньки.       — Поттер! — кричу я. — Шарик! В арку! Иммельман!       Джинни не забыла о чём договаривались с ней на уроках Отряда Дамблдора, выпускает свой фирменный летучемышиный сглаз в пожирателей, держащих её саму и Гермиону. Асока моментально выламывает палочку из рук своего противника. Поттер бросает любимый экспеллиармус, слышатся новые хлопки трансгрессии. Начинается бой Ордена Феникса с пожирателями. Асока в самой гуще. Ей явно не хватает светового меча. Уж с ним она смогла бы в одиночку нашинковать всю группу Пожирателей.       Я вцепился в палочку своего противника. Сам колдовать не могу, но и он тоже. Ну а дальше правило рычага. У меня плечо больше, так то за мной выигрыш в силе. Ну а когда палочка почти выламывается из руки (удержать её под таким углом пожирателю уже нереально), просто и незамысловато материализую в кулаке камень из инвентаря и отовариваю импровизированным кастетом в нос. После чего этого идиота перестаёт интересовать и волшебная палочка и окружающий мир.       А сам идиот служит фиговеньким, но щитом от своих же.       И вдруг высоко над нами распахнулась еще одна дверь, затем другая — и в комнату вбежали еще пять человек Это были Сириус, Люпин, Грозный Глаз, Тонкс и Кингсли.       Малфой обернулся и поднял палочку, но Тонкс уже послала Оглушающее заклятие прямо в него. Гарри не стал дожидаться и смотреть, попадет ли оно в цель; он сразу бросился с платформы вниз, чтобы не мешать. Пожирателей смерти ошеломило внезапное появление членов Ордена, которые, прыгая со ступени на ступень, принялись осыпать их заклятиями. В неразберихе ярких вспышек и падающих тел Гарри заметил отползающего в сторону Невилла. Он увернулся от очередного красного луча и кинулся на пол рядом с ним.       В общем, когда появился Дамблдор, моего идиота уже приласкали... даже не знаю чем. И как оно от всего этого оправится не пофиг. Передёргивает только от того, что не попади вся эта фигня в мой импровизированный шит, она оказалась бы на мне...       Дамби показал, какой он крутой, спеленав почти всех Пожирателей буквально одним движением своей волшебной палочки. Или показал какая крутая у него палочка?       Впрочем, Беллатриса даже при таких потерях продолжила бой. Она смогла оглушить — судя то розовым волосам — Тонкс, затем направила парализующее в Блэка, и смогла сбежать, увернувшись от заклятий самого Дамблдора и Кингсли.