Закат с ароматом вишни

Карие глаза покосились на всплывающее сообщение, что высветилось на телефоне рядом с водителем. Антон пытался сглотнуть так сильно застрявший ком в горле, ведь неизвестная дорога уже действительно пугала. Решиться спросить куда они едут, Шаст тоже не решался. Он ведь должен доверять Боссу. Это ведь единственный кто помог ему в трудную минуту. Единственный, кто не кинул его. Единственный, кто сейчас рядом в такой сложной ситуации. Антон должен доверять. Ведь так?.. За размышлениями подростка, чёрное авто уже успело завернуть за высокое здание, открывая вид на довольно странную улицу для центра города. Здесь было тихо. В прямом смысле тихо. Не было этого привычного шума машин и гула людей. Только изредка встречался кто-то из прохожих, а от машин и вовсе след простыл. «Мне уже писать завещание?» — мысленно сам себя спросил Шастун, вылезая из своих мыслей и по лучше вглядываясь в улицу. — Приехали. Смотри за мной, вылезешь когда я засуну руки в карман. — прозвучал голос из переднего сиденья, пока водитель уже вылезал из машины, захлопывая за собой дверь. Антон повёл бровью, пытаясь проварить происходящее. Зелёные глаза следили за силуэтом мужчины, что подошёл ко входу того самого здания. Подросток напрягся, когда заприметил ещё одну движущуюся фигуру, выходящую из-за угла многоэтажки. Чёрная кофта поверх тёмно-серой футболки и такие же, чёрные джинсы. Впрочем ничего нового. Антон уже успел заметить, что почти все из ребят, которые как-то связаны с торговлей наркотиков, были одеты в тёмную одежду, что было вполне логично, ведь именно она мало привлекала внимания даже обычного прохожего. Тёмный силуэт подошёл к Боссу, получше открывая вид на себя. Антон прищурился, пытаясь понять не показалось ли ему: «Скруджи?» — узнавая лицо того самого силуэта, что вышел из здания мысленно перепроверил себя подросток. Шастун только успел заметить как Босс, пожал руку Выграновского и перекинулся с ним несколькими словами, после чего руки темноволосого опустились в карманы брюк. Антон быстро открыл дверь автомобиля, выходя из машины, и так же быстро захлопывая её. Длинные ноги сразу построили маршрут к двум фигурам рядом с многоэтажкой. В голове путались сотню мыслей, что смешались между собой, поэтому Антон старался просто сконцентрировать взгляд на нужных людях и не залезать снова в свою голову, дабы не копаться во всём том дерьме, что давно мучает его. Шастун только уже подходя к двум мужчинам успел заметить как Босс качнул головой в его сторону, и как таким же быстрым шагом, как подросток шёл сюда, удалился от них к своей машине. Антон подошёл к Эду, смотря непонимающим ничего взглядом. Тот лишь кивнул за угол здания, из-за которого он вышел. Подросток, поняв намёк, кивнул в ответ и пошёл вперёд. Скруджи оглянулся по сторонам, следуя за светловолосым парнем. — Можешь хоть ты объяснить мне, что происходит? Почему мы в центре? — уже не выдерживая напряжения и накопившихся вопросов, спросил Шастун, дождавшись пока они останутся наедине. — И тебе привет. — усмехнулся Выграновский. — Муравей, мы закладчики. У нас заказчики по всему городу, а в центре особенно много всегда покупателей, так скажем. А как ты вообще это себе представлял? Антон задумался. А действительно, что необычного в том, что они здесь, зная их цель? Вот именно: ни-че-го. «Молодец, сам себя накрутил, сам по переживал, сам опозорился. Ничего нового, Шаст» — пронеслось в голове подростка. — Да ладно тебе, не нервничай, это на самом деле самая офигенная работа, тем более если ходить с кем-то. Чисто поговорили, по раскладывали всё, прогулялись и разошлись, всё. — вильнув пакетиком в сторону Антона, демонстрируя судя по всему, тот самый товар, достаточно весело отозвался Эд. — Всё. Идём, не теряем время, ещё наговоримся, у нас впереди долгий маршрут. Скруджи подошёл почти вплотную к Антону, хватая того под руку и выводя его на свет из-за другого угла этой самой  многоэтажки. — Ты кстати, почему так и не перезвонил? ***       — Слушай, Серёж.. — не отвлекаясь от монитора компьютера, протянул Арсений. — Когда мы гуляли и я тебя об этом спросил, ты перевёл тему, я не хотел тебя доставать, поэтому забил тогда. — Но сейчас хочешь позаебывать? — перебивая друга, задал вопрос Серега, прекрасно зная ответ на него. — Да, хочу. —  отозвался Арс, замявшись. — Что у вас со Светой? — решая долго не тянуть, поставил риторический вопрос Попов, наконец отвлекаясь от экрана и поворачиваясь к Серёже, который сидел справа от него на диване. Матвиенко перевёл взгляд на окно из которого стали виднеться небольшие лучи солнца, которые красили всё поблизости себя нежно-жёлтым оттенком. Солнце не грело, лишь играло в небе с серыми облаками, которые всеми силами пытались закрыть его от холодного Санкт-Петербурга. Именно так можно было охарактеризовать этот город одним словом, если полагаться на погоду последних дней. Серёжа накрыл лицо ладонями, потирая при этом глаза, то-ли от усталости, то-ли от неприятной темы разговора для него. Не то чтобы он что-то скрывал когда-то от Арсения или не хотел именно ему об этом говорить, нет. Дело не в этом. Об этом просто не хотелось даже думать и вспоминать, не говоря уже о том, чтобы как-то обсуждать это с кем-то. Но хуй что ты скроешь от этого пристального взгляда голубых глаз, обладателем которых являлся твой лучший друг. — Мы расстались. Ты это хотел услышать? — пробубнил Сергей сквозь ладони, после убирая их от лица, одаривая сидящего напротив презрительным взглядом. Голубые глаза в буквальном смысле почернели, не отводя взгляда от друга, пока выражение лица оставалось каменным. Может он и не проявлял никаких эмоций на лице, но человека всегда выдает его взгляд, и Попов не исключение. Поэтому, Серёге с которым он общается уже больше 10-ти лет было не сложно определить, что скрывалось за уже посиневшими омутами. Арс поднялся с кресла, пересаживаясь на диван к другу: — Почему ты раньше мне не рассказал? И мне пришлось выдавливать из тебя это? Мы бы поговорили, а ты только загоняешь себя моими проблемами, не давая ментального спокойствия себе. — сглотнув ком в горле, что образовался на середине речи, быстро проговорил Арсений, пытаясь коснуться плеча сидящего напротив, но тот лишь увернулся, поднимаясь с дивана. — Не философствуй. — недовольно оглянулся Сергей, отвечая на предыдущий вопрос: — Поэтому, видимо, и не говорил. Я не хотел и не хочу об этом говорить, а если бы сказал тебе ты бы не оставил это без внимания и обсуждения. — насупив брови и подходя к окну со сложенными на друг друга руками ответил Матвиенко, засматриваясь всё больше на вид из окна. — Да, не оставил бы. — так же резко поднявшись с дивана протараторил Попов, подходя к другу. — Слушай.. Прости, но я не могу не спросить. Какая причина расставания? Серёжа перевёл взгляд на Арсения, стоящего рядом. И снова он смотрел так пристально, что пробегали мурашки, особенно сейчас. Попов нахмурил брови, несильно прищурив глаза, боясь услышать то, что он и так уже давно понял. — Она мне изменила. — только и сказал Матвиенко, обратно возвращая взгляд на другие многоэтажки за окном и людей во дворе. Дети бесились на площадке, играя то-ли в догонялки, то-ли ещё в какую-то незамысловатую игру, смеясь и не обращая внимания на других. Подростки проходили мимо, держа в руках колонку и пару пачек чипсов с какими-то напитками. Из динамиков, похоже, достаточно громко играла очередная песня, которой не сильно восхищались бабушки на скамейке, постоянно перешёптываясь между собой и презрительно смотря на компанию. Неподалёку от двора проходили парень с девушкой, держась за руку. Серёжа оставил свой взгляд на них, сглотнув ком в горле. Арсений так же повернулся к окну, прикрывая глаза и глотая по больше свежего воздуха. Он знал, что услышит это, когда спросит. И он боялся, что услышит это. Но другой причины для расставания этой пары, как он думал, не было. Попов знал как сильно Серёжа любил эту девушку и как она раньше любила его. Попов был свидетелем этой прекрасной любви длинной в 2 года. Действительно прекрасной, по началу. Классические романы, книги и сериалы, где описаны самые тёплые и любящие отношения - это было именно оно. Но как там говорят? Любовь живёт три года? Или даже два. Ведь Арсений никогда и ни за что не забудет как три месяца назад ему позвонил его друг, еле произнося два слова: «Она изменила», от туманящего разум алкоголя и громкой музыки в клубе, где следом через пол часа, рядом с ним уже сидел и сам Попов. Всё могло закончится и на этом, но этот «долбоеб с хвостиком», как в то время называл его Попов, простил Свету, ссылаясь на то, что девушка ему сказала как напилась в тот вечер измены и не понимала, что творит. Арсений бы никогда не назвал Серёжу наивным или доверчивым, но он и вправду, поверил этой сказке своей возлюбленной, так и не закончив отношения с ней, которые продлились ещё тех самых три месяца с натяжкой, что сопровождались постоянными ссорами и скандалами. — Ты чего задумался? — карие глаза изучающе посмотрели на друга, но тот ничего не ответив продолжил всматриваться в вид за окном. — Да Арс, я не люблю её больше, чего ты так загоняешься, ещё больше меня причём. — усмехнулся Матвиенко, отходя от панорамного стекла. — Ты серьёзно? — синие глаза пробежались по спине друга, недоверчиво изгибая бровь. — Да. Я не вру. Мне кажется, я переставал уже давно ощущать рядом с ней те эмоции, что испытывал раньше. И это даже не после первой измены. Она просто переставала мне быть интересна. Я по долгу больше не хотел её видеть, она была мне не интересна, а со временем и вовсе стала чужой. Причину я до сих пор не знаю, по которой мои чувства перегорели. Я оставался с ней в отношениях потому, что подсознательно внушал себе любовь к ней, ведь блять, я раньше действительно так сильно любил Свету. — Серёжа тяжело вздохнул, пытаясь перевести дух то-ли, от тяжёлых слов, то-ли от длинной речи. — А знаешь как я узнал о второй измене? Через её лучшего друга. Представляешь? Он позвонил мне встретиться, я тогда был пиздец как удивлён, ведь я знал, что они хорошие друзья, но сами с ним мы никогда не общались, а тут встреча. Встреча, на которой он мне и сказал, что больше не может держать это в тайне от меня, ведь он то понимает как это хуево, но ему это доверили как секрет. Секрет, который он больше не в силах был хранить больше трёх месяцев. Он поссорился с ней, как раз из-за этой причины, сказав что не хочет общаться с таким человеком. Он не понимал её поступков, как и я. — Матвиенко сел на кресло рядом со столом, откидываясь на спинку стула. — То есть, она так и продолжала регулярно спать с кем-то другим после первой измены? — синие глаза вновь почернели. — Да. Но узнав это я не был ни расстроен, ни разбит, ни подавлен. К тому времени мне уже было всё равно на неё и её жизнь, я уже даже и хотел в скором времени сам сообщить о том, что хочу расстаться. Вот, со временем, даже действительно ясная причина нарисовалась. После кафе я вернулся домой, где она была, нечего не объяснив я сказал что нам нужно расстаться и чтобы сегодня она уже съехала из моей квартиры. — Она к своим родителям поехала? — перебивая друга, задал вопрос Арсений, садясь на диван. — А хуй его знает. Мы так и не говорили, после тех моих слов. Я не объяснил причину, а она и не спрашивала, ведь по мне и так можно было понять, что я всё знаю. К тому же, думаю она догадывалась, что после той ссоры со своим лучшим другом он всё расскажет мне. В тот же вечер она уехала, может и к родителям, может и к тем парням с которыми спала. — покачиваясь на кресле, размышлял Серега. — Да мне как-то похуй, где она и с кем. Главное, что больше не в моей жизни. Как же я жалею, что не расстался с ней ещё после первой измены, тогда, три месяца назад. Сколько же раз ты мне говорил, что мне надо заканчивать эти отношения. А я просто пытался любить её, пока она трахалась со всеми подряд, делая из меня дурака. — на вздохе послышалось от Матвиенка. — Ты разве не увидел за эти три месяца чего-то подозрительного в его поведении? — Арсений изогнул левую бровь. — Я не интересовался её жизнью, мы с ней не говорили. Просто существовали в одной квартире. — Сергей потёр переносицу. — Так когда вы расстались? — Чуть больше двух недель назад, не помню точно. Как раз тогда, когда я тебе звонил и говорил, что могу приехать, ведь ты ещё и ныл, что работы много. А я понимал, что меня это отвлечёт, да и тебе польза от меня будет. — усмехнулся «хвостатый». Арсений улыбнувшись в ответ, опустил взгляд в пол, пытаясь хоть немного проварить всё услышанное. Озвучивая после минутной паузы мысли в своей голове, что проносились ранее: — Помнишь выражение «Любовь живёт три года»? Серёжа полностью развернулся к другу, переставая покачиваться и лишь заинтересованно кивнул в знак соглашения: — Помню. И думаю, это правда. — осваиваясь на личный опыт, добавил Серега. Арсений, поднялся с дивана, покидая кабинет. Серёжа лишь успел ещё раз пронести в голове всё сказанное в этом помещении за последние 15 минут, когда поворачиваясь к дверям заметил своего голубоглазого друга с двумя бокалами и бутылкой явно дорогого виски в руках. Матвиенко улыбнулся, своим мыслям на то, что Арсений знает лучше его самого, что ему надо. — Выпьем? — донеслось из уст брюнета, с легкой ухмылкой.