Вторая страница

Три года спустя Гермиона провела рукой по лицу и зевнула, используя бедро, чтобы закрыть входную дверь в свой дом. Ее темп замедлился, и она сняла туфли, прежде чем ненадолго наклонилась, чтобы потереть пятки своих ноющих ног. Самый восхитительный запах доносился до прихожей, дразнящие ароматы корицы и сахара. Как будто ее ноги двигались сами по себе, Гермиона последовала за ним на кухню. — Как всегда, ты безошибочно рассчитала время, любовь моя, - голова Тео высунулась из-за духовки, и он поставил сверху противень со свежеиспеченными булочками с корицей, чтобы они остыли. — Боже мой, пахнет потрясающе! - заявила она, с глухим стуком роняя портфель на пол рядом с собой. — Я приготовил твою любимую выпечку. Подумал, что после долгой ночи на работе ты заслужила вкусный завтрак. Она быстро поцеловала его в губы и посмотрела на золотисто-коричневую выпечку. — После долгой ночи, которую я провела, клянусь богом, я могла бы съесть весь этот противень. Он фыркнул и бросил прихватку на столешницу: — Ну, я приготовил полдюжины, так что ты можешь есть сколько душе угодно. Бросив взгляд вниз, она сказала: — Наверное, мне сначала следует переодеться в домашнюю одежду. — Почему бы нам не заняться многозадачностью? - его губы приподнялись, и он обнял ее. — Я знаю свою ведьму, и она любит эффективность. — Меня можно было бы убедить. О чём ты думаешь? С лукавой улыбкой Тео наклонился к ней и обмакнул палец в миску с глазурью, которая была отложена для булочек с корицей. Он поднес палец к ее губам, и она инстинктивно приоткрыла их, обводя его языком. Она застонала, когда сахар растаял у нее на языке, а подушечка его пальца скользнула по нижней части ее губы. Его глаза потемнели от голода, и его рука обхватила ее подбородок, приподнимая его, чтобы встретить его губы. — Ты сладкая на вкус, - пробормотал он, наслаждаясь поцелуем. Она прислонилась к столешнице позади себя, и он раздвинул ее бедра коленом. Его пальцы быстро справились с пуговицами на ее блузке, пока она не соскользнула с ее плеча. Гермиона сжала и скрутила ткань его рубашки в своих руках. Холод на ее обнаженной коже был быстро устранен его губами, которые нежно посасывали ее горло, спускаясь к ключице и выпуклости грудей. Она выгнула спину и еще больше обнажила шею. — Это для меня? - спросил он низким и хриплым голосом. Звук прошелся прямо у нее между ног. Он подцепил пальцем переднюю застежку ее лифчика и на мгновение полюбовался им, прежде чем освободить ее грудь от ограничений. Когда его руки обхватили ее грудь, она не могла не выгнуться навстречу его прикосновению: его мягкие кончики пальцев скользнули по ее соскам, перекатывая их и дразня до ноющих вершин. Он давно научился соблазнять ее до полного подчинения, просто используя свои пальцы и язык. Ее пальцы пробежали по его теперь растрепанным волосам, нежно потянув за темные пряди. — Кто-то теряет терпение? - он усмехнулся ей на ухо, его теплое дыхание щекотало ей шею. Она поняла, что начала раскачиваться на его колене, задирая юбку все выше и выше с каждым нуждающимся движением. Его толстая длина прижималась к ее бедру, обнажая его желание обладать ею. Завтрак был давно забыт. Сильные руки Тео подняли ее, и она обхватила ногами его талию. Он, не теряя времени, понес ее через зал. Они прошли мимо своего рояля, похожего на тот, на котором Тео играл для Гермионы на их втором свидании в недавно отремонтированной Выручай-комнате; на пианино стояла ваза, полная полевых цветов в стазисе, которые они сорвали вместе на третьем. Вдоль стен стояли книжные шкафы, в которых была выставлена их коллекция. Между книгами были разбросаны стопки любовных писем, которые они передавали друг другу в последние месяцы учебы в Хогвартсе. Он легко передвигался по их дому, все время не сводя с нее глаз. К тому времени, когда ее ноги приземлились на деревянный пол, ей захотелось сорвать с него всю одежду. Он поставил ее перед массивным зеркалом, которым удивил ее, когда они только переехали. Это была его любимая вещь в доме. Кончиками пальцев он заставил ее повернуться лицом к зеркалу. В какой-то момент во время их путешествия ее блузка и лифчик полностью упали на пол, брошенные в холле. Она осмотрела себя в тусклом освещении: ее губы распухли от его поцелуев, щеки порозовели, волосы растрепались и выбились из прически. — Я выгляжу... — Идеально, - закончил он за нее. Он раздвинул ее колени сзади и просунул руку под пояс ее юбки. Часть ее желала, чтобы она отказалась от трусиков, несмотря на то, насколько неудобно это было бы для работы. Она отложила эту идею на потом, на другой день, уверенная, что его реакция того стоит. — Я скучал по тебе, - прошептал он ей на ухо. — Был один в нашей большой кровати, думал о тебе всю ночь. — Да? - выдохнула она, откидывая голову назад на его грудь и наблюдая за собой в зеркале. — О чем ты думал? Два пальца скользнули под ее промокшие трусики и прошлись по ее сердцевине. Как раз в тот момент, когда она собиралась запротестовать, они начали кружить по ее набухшему клитору. — Думал о том, как прекрасно ты выглядишь, когда кончаешь, - прошептал он, глядя на нее сквозь отражение. Его глаза скользнули по изгибам ее тела и остановились, чтобы оценить ее обнаженную грудь. Его толстые пальцы растягивали ее стенки с каждым толчком, в то время как его большой палец продолжал атаковать ее клитор. Ее ноги начали дрожать, когда нить внутри нее напряглась, угрожая порваться. — Тео, - прошептала она его имя, молча умоляя его продолжать. — Гермиона, открой глаза, - приказал он мягким тоном. Она не заметила, что закрыла их. Как только она встретила его пристальный взгляд в зеркале, она почувствовала, что раскаляется добела от такой силы, что у нее подогнулись колени. Как только она начала спускаться с этой высоты, его рука обернулась, чтобы поймать ее. Она наблюдала, как ее собственные глаза расширились от шока, когда он сдвинул ее трусики в сторону и заполнил ее одним толчком. Они ахнули в унисон, когда она потянулась, чтобы приспособиться к его длине. Она едва могла сохранять равновесие, пока двигалась вперед и назад, насаживаясь на него. У нее было мало времени, чтобы прийти в себя, и она почувствовала себя почти в бреду от второго оргазма, нарастающего прямо поверх первого. Она сжималась вокруг его члена снова и снова, пока он шептал ей похвалу на ухо. Это было завораживающее зрелище. В зеркале ее груди колыхались при каждом движении его бедер. Ее юбка была собрана вокруг талии и отодвинута в сторону, чтобы лучше видеть. Большие руки Тео помогли ей выдержать вес. Его пальцы впились в мягкий изгиб ее бедер, и ее губы приоткрылись в беззвучном вздохе. Его глаза впитывали ее, как человек, умирающий от жажды. Чувствуя, что она близка, он обратил особое внимание на ее комок нервов, доведя ее до края. Она даже не могла обращать внимания на грязные вещи, которые он шептал ей на ухо. Она просто стремилась к своему освобождению, отчаянно желая кончить. Ее кульминация застала ее врасплох, чуть не выбив из нее дух. Ее влагалище волнами сжималось вокруг него, и все ее тело дрожало от огромной силы. Бедра Тео дернулись раз, другой, и он застонал в ее волосы, ослабляя хватку на ее бедрах. Им потребовалось мгновение, чтобы перевести дыхание, и они просто уставились друг на друга через зеркало, улыбаясь самим себе. Он выдернул руку и игриво шлепнул ее по заднице, в то время как она, смеясь, поспешила отойти. — Если ты дашь мне двадцать минут, мы сможем выйти на бис, - пошутил он. Гермиона достала шелковую ночную рубашку с подходящими брюками из ближайшего гардероба и переоделась в нее, пока Тео поправлял свою одежду позади нее. Ее взгляд упал на стопку красных конвертов на столе в холле. Она вышла и взяла её, пролистывая конверты. — Мы не забыли пригласить профессора Фернсби? - спросила она, продолжая просматривать имена на приглашениях. — Конечно, я пригласил, - ответил Тео, целуя ее в плечо, прежде чем обнять ее сзади. —Я бы не забыл пригласить человека, который нас свел. Я бы сказал, что она заслужила свое место на свадьбе. Маленький комок серо-белого меха выглядывал из-под ближайшего стула, едва видимый из-под стола. — Доброе утро, Пикси. Крошечная кошка, о которой шла речь, мяукнула и потянулась, моргая светло-зелеными глазами на Гермиону. — Иди найди своего брата и скажи ему, что пришло время поесть. Пикси зевнула и спрыгнула со стула, прежде чем скрыться вниз по лестнице в поисках Косолапого. — Кстати, не позволяй Джинни услышать, что ты приписываешь профессору Фернсби заслугу за то, что она нас свела. Джин все еще настаивает, что это все ее рук дело. Тео фыркнул: — Конечно. Помнишь, когда я сделал тебе предложение? Вместо поздравлений она сказала "не за что". — Я все еще говорю, что это Пикси сыграла роль свахи, - поддразнила Гермиона. — Или, может быть, этот пармезан на баклажанах. — Это определенно был размер моего баклажана. — Кстати, о еде. Нам, наверное, стоит пойти и взять булочки с корицей, пока Пикси и Косолапый не съели их все, - сказала она, только наполовину шутя. У их кошек действительно была тяга к сладостям. — Если бы они это сделали, ты всегда могла бы приготовить нам вкусную кашу, - поддразнил он. — Я бы даже съел её, если бы она подгорел. Она показала ему язык и скорчила гримасу: — Ты такой веселый. — Я в некотором роде забавный. Гермиона приподнялась на цыпочки и поцеловала его один раз в губы: — Ты очень забавный. В конце концов, для Гермионы не имело значения, кто взял на себя ответственность за их знакомство. Она была просто благодарна Вселенной за то, что она дала ей лучшего партнера, о котором она могла мечтать, — и его библиотеку. Она переплела свои пальцы с его и потащила его на кухню, готовая позавтракать со своей маленькой семьей.