Вторая страница

— Кухня? - спросила Гермиона, бросив на Тео озадаченный взгляд. Груша хихикнула в ответ и превратилась в зеленую ручку. — Да, я удивлен, что ты уже знаешь об этом, - он сделал паузу, крутя недавно превращённую грушу, и склонил голову набок. — На самом деле, я слышал, что у Поттера есть плащ-невидимка, так что, возможно, мне следовало ожидать, что вы трое нанесете на карту весь замок. Гермиона подумала о карте Мародеров и попыталась скрыть улыбку. Он не ошибся, хотя им действительно нужно было поблагодарить Мародеров. — В любом случае, я не видел, чтобы многие другие ученики использовали её ночью — за исключением одного или двух странных пуффендуйцев, хватающих полуночную выпечку, - размышлял Тео, держа портрет открытым для нее. — Это место должно быть в нашем распоряжении. При этой мысли у нее пересохло в горле. Она переступила порог и вошла в кухню Хогвартса. Прошли годы с тех пор, как она была здесь в последний раз. Ее последний раз был на четвертом курсе в разгар Г.А.В.Н.Э. и во время ее попыток освободить эльфов Хогвартса. Ни один Домашний эльф не хотел свободы или вступить в профсоюз ради зарплаты и праздников. Она съежилась при этом воспоминании. — Ты уверен, что они не против, что мы здесь? - тихо спросила Гермиона, вспоминая ощущение полудюжины маленьких рук Домового эльфа, выталкивающих ее из кухни. — Абсолютно. Рокки предоставил мне полную свободу действий, пока это происходит в нерабочее время. — Рокки? Тео провел ее по лабиринту комнат, с легкостью маневрируя в них. — Шеф-повар. Он старый и немного сварливый, но у него доброе сердце, когда ты узнаешь его поближе. Сначала я подкупил его редкими специями, которые подобрал во время летних каникул, чтобы пользоваться посудой, но в конце концов он подобрел ко мне и даже научил нескольким новым приемам. Я готовлю здесь, может быть, три или четыре раза в месяц для развлечения. Она широко раскрытыми глазами уставилась на аккуратные стопки посуды и столовых приборов рядом с рядами печей: — Вау, я никогда раньше не заходила так далеко. Я и не знала, что Домашние эльфы готовят на плитах и в духовках. — Как ты думаешь, как они это сделали? - спросил он, и в его голосе звучало веселье. — Я не знаю, щелчком пальцев? - она помахала пальцами вокруг. — Магия. Он рассмеялся полным смехом, который заставил ее невольно улыбнуться. — Что? Это не моя вина! Еда просто появляется наверху, а Добби был любителем щелкать пальцами, чтобы доставлять еду. И не заставляй меня упоминать Кикимера. Его смех утих, и он с усмешкой покачал головой: — Ты хочешь сказать, что провела целую кампанию по освобождению Домашних эльфов, но даже не знала, как они работают? Она закрыла лицо руками, чувствуя тепло своих щек под ладонями: — Я не знала, что ты знаешь о ГАВНЭ. — Ты имеешь в виду Г.А.В.Н.Э., - поправил он, нежно беря ее за запястье и опуская ее руки. — То, как домашние эльфы готовят, не так трудоемко, как это может быть для кого-то без магии, но это сложнее, чем просто приготовление. Он исчез в кладовке и вышел с парой помидоров и самыми большими баклажанами, которые Гермиона когда-либо видела. Затем он снял мантию и начал закатывать рукава, обнажая предплечья, и Гермиона забыла слушать, что он говорил. — Что ты делаешь? - пискнула она, ее голос был выше, чем обычно. Со знанием дела он начал чистить и нарезать овощи на ближайшей разделочной доске. — Я думал, это очевидно. Я готовлю тебе ужин. — В этом нет необходимости! Тебе не нужно прилагать столько усилий. Меня вполне устроит просто тостик с сыром. Его взгляд упал на помидоры, и он казался разочарованным: — Я никогда ни для кого не готовил. Утешь меня? Она почувствовала боль в груди при взгляде в его глаза: — Я не откажусь от домашней еды. Я просто не хотела, чтобы ты старался изо всех сил ради меня. — Приготовление пищи - это труд любви. Я не возражаю, - тихо сказал он, отрезая закругленные концы баклажана. Ее пульс участился: — Я впечатлена тем, что ты умеешь готовить. Я бы подумала, что для этого у тебя есть домашние эльфы. Нож сверкнул, когда скользнул по баклажану, создавая ровные пластины. Она не могла не смотреть на его предплечья, пока он работал. Впечатляло, что он разбирался в кухне, но еще больше впечатляло то, что он ни разу не использовал магию. — У меня действительно были домашние эльфы, но мой отец запретил им готовить фирменные блюда моей мамы после ее смерти. Когда был маленьким, я часами сидел с ней на кухне, просто наблюдая, как она работает. Я нашел ее рецепты летом нашего третьего курса и начал практиковаться дома, - он грустно улыбнулся ей. — Они заставляют меня чувствовать себя ближе к ней. — Я думаю, это прекрасно, Тео. Уверена, она гордилась бы тобой, - сказала она, веря каждому слову. Ее внутренний список Тео Нотта с каждой минутой становился все длиннее и длиннее. Он был забавным, добрым и таким же книжным червем. Он был вегетарианцем, шеф-поваром-самоучкой и даже подружился с кошкой. Возможно, зелье Фернсби оказалось не таким уж плохим, как думала Гермиона. — А как насчет тебя? - спросил он, сосредоточенно нахмурив брови и продолжая нарезать. — Ты готовишь? Она весело рассмеялась, вспомнив гримасы на лицах Гарри и Рональда при каждом приеме пищи на бегу. — Я сжигаю завтрак, если это ответ на твой вопрос. В прошлом году Гарри, Рональд и я питались грибами и овощами, которые я пытался приготовить. Они были одновременно сырыми и подгоревшими. Тео, казалось, ничуть не смутился и сунул ей в руки контейнер с оливковым маслом: — А как насчет помощи в приготовлении? Никакого пламени не требуется. Повертев бутылку в руках, она уставилась на прозрачную желто-зеленую жидкость: — Если бы у меня была моя палочка, я могла бы использовать заклинание, чтобы применить его правильно. Он пробормотал что-то себе под нос и достал противень из нижнего шкафа. — О, Грейнджер, - упрекнул он дразнящим тоном. — Есть определенная интимность в том, чтобы работать своими руками и создавать еду с нуля. Можно мне? У нее перехватило дыхание, когда она кивнула, и он шагнул ей за спину. Он помог ей налить масло на свежеразрезанные баклажаны и приправить их солью и перцем. Их руки соприкоснулись, когда они собрали кусочки и положили их на противень. Она едва могла обращать внимание на то, что они делали - ее разум затуманился от его близости. Они поместили противень в ближайшую духовку и начали готовить соус с помидорами и чесноком. После того, как все закипело, он взял маленькую ложку и осторожно подул на нее, прежде чем предложить ей. — Ммм, боже мой, - простонала она, наслаждаясь вкусом. Еще один приступ голода пронзил ее. — Это на вкус как рай! Его щеки вспыхнули от восторга, и он вернулся к помешиванию. Двадцать минут спустя Гермиона сидела на столешнице, ожидая, когда противень достанут из духовки. Она была приятно удивлена, узнав, что у них был общий любимый предмет - арифмантика, и несколько любимых книг. Трудно было поверить, что все эти годы он просто проскальзывал мимо нее на заднем плане. — Я все еще впечатлен тем, что тебе не пришлось смотреть рецепт! Сколько раз ты готовил это блюдо? Он склонил голову набок, обдумывая ее вопрос: — Наверное, несколько десятков раз за всю мою жизнь. Это не сложный рецепт. Мне нравится пробовать соус, пока он варится на медленном огне, чтобы убедиться, что вкус сбалансирован, и тогда все знают, что ты измеряешь количество сыра своим сердцем. — Конечно, - поддразнивающе согласилась она. — Мне не разрешают мыть посуду, - объяснил он, смущенно пожав плечами, складывая использованную посуду в ближайшую раковину. — Приказ Рокки. Он пригрозил лишить меня прав на кухню, если я это сделаю. — Рокки звучит зловеще, - её ноги лениво раскачивались взад и вперед, пока она наблюдала за работой Тео. Он провел рукой по волосам, и на его щеке появилась ямочка: — Так и есть. Спасибо, что пошла со мной на кухню. Было приятно побыть в компании, пока я готовлю. — В любое время. Из-за тебя приготовление пищи кажется почти сносным, - съязвила она, спрыгивая со своего места. Сработал таймер, и он воспользовался парой прихваток, чтобы вынуть баклажаны с пармезаном из духовки. — Каким бы живописным ни было подземелье, я думаю, что предпочел бы подышать свежим воздухом. Как ты думаешь? - он спросил. — Я думаю, это звучит идеально, - ответила она, глядя на него сквозь ресницы. — Есть что-нибудь на примете? — Я думаю, что у меня есть как раз то место. Позже они набили одну корзину для пикника, стали подниматься по лестнице, скрытой за гобеленом в задней комнате кухни. — Я никогда не видела этой лестницы! - воскликнула она в изумлении. — А я-то думала, что мы нашли все тайные ходы Хогвартса. Тео слегка выпятил грудь. — Я нашел её на пятом курсе, когда прятался от пары старших слизеринцев, которые пришли, чтобы совершить набег на кухню за дополнительным десертом. Подожди, пока не увидишь, к чему она приведет, - он остановился перед деревянным дверным проемом и посмотрел на нее с нетерпеливой улыбкой. — Готова? Она кивнула, и дверь распахнулась, открывая огороженную часть территории. Трава все еще была идеально ухожена, поддерживаемая чарами, как и весь остальной Хогвартс. Полевые цветы всех цветов обрамляли стены, а над ними сияло ночное небо. Огни с краев замка освещали их вид. — Знаю, - пробормотал он, проследив за ее взглядом. — Это была чистая удача, что Кэрроу не проводили много времени на кухнях. Так много скрытых путей было перекрыто, но этот был безопасным. Они думали, что домашние эльфы нечисты и не посмеют запятнать себя посещением "помещений для прислуги". Если бы она знала об этом месте много лет назад, то проводила бы здесь каждую свободную минуту: — Это прекрасно, - прошептала она с благоговением. — Я провел здесь большую часть шестого и седьмого курса, - добавил он, как будто мог прочитать ее мысли. — Это было убежище в особенно мрачное время моей жизни. Они устроились в центре небольшой поляны, используя покрывало, которое Тео прихватил вместе с корзинкой для пикника. Он быстро раздал им ужин, пока она терпеливо ждала. Когда Гермиона откусила свой первый кусочек еды, она издала еще один непроизвольный стон. — Теодор. Тео. Я не знаю, как ты это делаешь, но у тебя есть дар. Он прикрывал рот рукой, когда смеялся: — Дар? — Дар, - повторила она с энтузиазмом, размахивая вилкой, как волшебной палочкой. — Ты Пикассо, а этот баклажан - твоя Герника. — Возможно, однажды я смогу создать что-то достойное сравнения с Рембрандтом, - поддразнил он. Ответ Гермионы о том, что Рембрандт предназначен для претенциозных придурков, был поглощен очередной порцией еды. Вдалеке послышался тихий раскат грома. — Знаешь, мы ходим в одни и те же классы уже семь лет, и я не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь разговаривала с тобой до сегодняшнего дня, - задумчиво сказала она, тыкая в слой сыра вилкой. — Однажды ты мне одолжила свою Чудовищную Книгу о чудищах на третьем курсе, - поправил ее Тео и откусил еще кусочек. — Моя убежала от меня во время урока, когда я не обращал внимания. Думаю, сейчас она живет дикой жизнью в Запретном лесу. Надеюсь, иногда вспоминает обо мне. Она фыркнула: — Ты бы удивился, узнав, что сбежало в лес за новой жизнью. — Говоришь по собственному опыту? Гермиона поставила свою теперь уже пустую тарелку обратно в плетеную корзину рядом с его тарелкой. — Да. Гарри и Рональд потеряли заколдованную машину в лесу много лет назад. Возможно, он заключил союз с вашей книгой. — Не думаю, что кентавры будут рады, если они вторгнутся на их землю. — Может начаться война, - добавила она, глядя вдаль. — Теперь я вижу их стратегию атаки. Машина ослепляла кентавров своими фарами, в то время как Чудовищная Книга о чудищах подкрадывалась сзади! — Думаю, это моя новая любимая теория — книга о военачальнике, правящем землей. — Ужасно самонадеянно с твоей стороны, что победителем из них двоих станет не машина, - съязвила она. — Эта машина уже сражалась с Гремучей Ивой раньше. Она испытана в бою. Он осмотрел ее на мгновение, прежде чем разразиться смехом: — Как ты можешь быть такой милой? Раздался еще один раскатистый раскат грома, ближе, чем предыдущий. Ее язык заплетался, и она почти забыла, как произносить слова. Часть ее задавалась вопросом, не ослышалась ли она его. Он обхватил колени руками и уставился в небо. — Прошу прощения за отсутствие обзора. Обычно я могу видеть звезды отсюда. Сегодня немного облачно, но я могу привести тебя в другой вечер и показать несколько созвездий, которые мы не изучали в астрономии. То есть, если ты этого захочешь. — Я — да, - она запнулась на своих словах, совершенно ошеломленная собственной реакцией. — Я бы очень этого хотела. Одинокая теплая капля дождя упала ей на щеку, скользнула вниз, прежде чем упасть на землю. Его голова чуть склонилась влево, и его пристальный взгляд сосредоточился на ней. Когда он наклонился ближе, ей показалось, что ее сердце вот-вот выскочит из груди. Уголки его губ изогнулись вверх, и он смахнул вторую подушечкой большого пальца. Дрожь пробежала по ее спине. Прежде чем она успела моргнуть, он взял ее за руку и потянул, чтобы она встала. Вместе они побежали в укрытие под ближайшим деревом, в то время как брызги превратились в ливень. — Я надеюсь, ты закончила есть! - крикнул Тео сквозь шум дождя, бьющего по листьям над ними. Гермиона оглянулась и увидела, что их корзина наполняется водой. Дождь скапливался в траве и свободно стекал по естественному склону земли. — Когда ты в последний раз играл под дождем? - спросила она его с огоньком в глазах. Его брови сошлись вместе, и он переступил с ноги на ногу, обдумывая ее вопрос: — Я не думаю, что когда-либо делал это. Я хотел этого, когда был ребенком, но это считалось неприличным. Она приняла решение за долю секунды и взяла его за руку. Его глаза расширились, и она сделала один шаг назад, а затем еще один, и еще, увлекая его за собой. — Что ты делаешь? Теплые капли начали падать на них, впитываясь в одежду. Она отпустила его руку и подняла обе руки вверх, подняв голову к небу. — Раньше я любила бегать под дождем и прыгать по лужам. Не знаю, когда я потеряла эту часть себя. Вес воды натягивал ее одежду, но она не возражала. Она заметила ближайшую лужу и побежала к ней, прыгнув в нее обеими ногами. Вода брызнула вокруг нее, и она прыгнула еще раз. Она закрыла глаза, запрокинув голову вверх, наслаждаясь ощущением свободы. Вода ударила ее по бедру, и она открыла глаза, поймав взглядом Тео, прыгающего в довольно глубокую лужу воды. Его глаза сверкали, сияя беззаботным мальчишеством, которого она никогда раньше в нем не видела. — Думаю, ты что-о уступила, - сказал он. Его челка прилипла ко лбу, растрепанная и промокшая. — Мы так много упустили. Думаю, что мы должны снова найти эту часть самих себя. Так они и сделали. Она потеряла счет времени, пока они возвращали себе утраченную молодость. Они кружили кругами, пока у них не закружилась голова так сильно, что они упали на землю, а затем покатились вниз по склону, катясь так быстро, как только могли. Их одежда запачкалась и снова выстиралась под дождем. Они по очереди топали в дождевую воду, которая собиралась на земле под ними, бегали по небольшой площадке и хихикали, как дети. Когда у них наконец закончились силы, они сидели бок о бок на грязной земле, пока буря утихала до легкой мороси. Тео снял свою мантию и предложил ей с нерешительной улыбкой. — Думаю, что для этого немного поздновато, - ответила она со смехом. — Я бы никогда себе не простил, если бы, по крайней мере, не предложил. Тепло расцвело в ее груди от его слов. Она придвинулась ближе и положила голову ему на плечо, надеясь, что он не будет возражать. Он ничего не сказал и вместо этого ослабил руку, помогая ей принять более удобное положение. В одно мгновение ее захлестнули эмоции. Ей стало стыдно за то, как мало она знала о нем. Тео. Тео, который любил читать Хемингуэя на рассвете за чашкой чая и который проводил ночи, любуясь звездами в скрытых садах. Ее список был жалким: в нем было гораздо больше, чем она когда-либо представляла. — Может, нам зайти внутрь? Я бы не хотел, чтобы ты простудилась, - пробормотал он, отвлекая ее от мыслей. Она поспешила сесть обратно и покачала головой. Ее кудри отяжелели от воды и прилипли к коже. — Я пока не хочу заходить внутрь. — Нет? — Нет, - прошептала она с сердцем в горле. — Я боюсь, что если мы войдем внутрь, я могу потерять самообладание. Щеки Тео порозовели от беготни, и он тяжело сглотнул, прежде чем сократить расстояние между ними, наклонившись ближе. — Самообладание? Чтобы сделать что? - его голос был на две октавы ниже, чем за весь вечер. Она вспомнила тот день, когда шляпа определила ее в Гриффиндор, и страх, который она испытывала, что никогда не будет достаточно храброй, чтобы жить в своем новом доме. Адреналин побежал по ее венам. — Думаю, что профессор Фернсби заслуживает большего уважения за свое зелье, - сказала она слегка дрожащим голосом. — Я не могла ошибаться в тебе сильнее. Тео, это ты...что я хочу сказать, так это то, что после сегодняшнего вечера... — ее голос дрогнул, когда его голова опустилась, остановившись на долю секунды, прежде чем его мягкие губы запечатлели на ее губах единственный поцелуй. Дикий шквал бабочек удвоился в ее животе, и она улыбнулась ему в губы, возвращая поцелуй с затаенным нетерпением. — Ну, теперь я тоже не хочу заходить внутрь, - тихо пробормотал он. — Ты бы дал мне второй шанс на первом свидании? — Я бы не хотела ничего большего. Что ты делаешь сегодня вечером? - поддразнила она. Он постучал пальцем по подбородку и притворился, что задумался. — Хм. Я действительно должен объявить амнистию орде мошеннических книг за их военные преступления в одиннадцать, но для тебя я мог бы освободить свое расписание. — Ты несешь чушь! — И очаровательно, - добавил он с усмешкой. — И очаровательно, - согласилась она. — Для меня большая честь, что ты перенес встречу ради меня. Он взял ее руку и поднес к своим губам: — Грейнджер, я думаю, что сделал бы все, что угодно, чтобы провести с тобой больше времени. — Что ты думаешь о том, чтобы найти сменную одежду, и мы могли бы сравнить наши секретные проходы в Хогвартсе? - она впилась зубами в нижнюю губу, ожидая его ответа. — До тех пор, пока мы сможем сделать остановку в Астрономической башне на восход солнца, - на его щеке снова появилась ямочка. — Я могу принести чай. Она посмотрела на него и улыбнулась: — И я приведу Хемингуэя. Один список не мог охватить всего, что она узнала о Тео. На самом деле, она хотела знать достаточно, чтобы написать о нем книгу. По крайней мере, она хотела начать вторую страницу.