«Надежда в спасении»

1.

СОБЫТИЯ НЕСКОЛЬКИМИ ДНЯМИ РАНЕЕ. «Жизнь человека наполнена чередой событий, которые трудно предсказать.»

***

      Дождь. Погода явно не благоволила людям. На счету вторая дождливая неделя в городе B. Осенняя пора всё-таки.       Городской воздух пропитался сыростью. Лужи, в которых изредка виднелись бензиновые разводы, заполонили дороги, а и без того серый и душный город наполнили не менее серые и душные люди.       Обходя, можно сказать, обскакивая лужи, по тротуару, вымощенному плиткой, шёл парень. С первого взгляда трудно было назвать его возраст. Спроси пожилых — скажут, что тот ещё молод, а спроси у подрастающего поколения — ответят, что парень выглядит старше своих лет. На самом деле ему семнадцать. Хотя усталый взгляд, бледнота лица, коротко подстриженные волосы смольного цвета и худоба прибавляли тому примерно три года каторжной жизни.       В правой руке, меж большого и указательного пальцев тлела сигарета, испуская едковатый дымок с врезающимся в нос запахом. Где-то в кармане брюк лежала уже смятая упаковка. На такие случаи у юноши в рюкзаке была припасена мятая, но вполне пригожая сигарета. Вдруг понадобиться?       И зачем он вообще курит?       Оправданием было: «Оно просто приносит мне удовольствие...»,— хотя парень также считал это бессмысленным действием. Пустой тратой денежных средств, времени и непосредственным вредом здоровью, но это всего лишь мысли, которые не влияли на его склонность к курению.       Парень всё шел и шёл, оставляя позади себя метры пройденного тротуара. На пути он видел мало людей, рабочий день всё-таки...       А куда, собственно, направляется юноша? У него не было особой цели. Парень имел свойственную ему привычку, просто блуждать по городским улочкам. Кажется, юноша знает город B во всех его мельчайших деталях: о всех закоулках, о всех его тайнах. Вот, наглядный тому пример, сейчас он вдруг остановился у входа на кладбище. Так резко, что сзади привязавшаяся за ним чёрная кошка ткнулась мордой в его ногу. Усталый взгляд карих глаз приковала кирпичная арка, в свои дни она явно выглядела лучше, чем сейчас. Ноги сами привели к этому месту. Старая привычка. Раньше он бывал здесь чаще.       — Давно я здесь не был. — последовало заключение парня. Он глядел на кирпичную арку и вспоминались ему дни, когда он приходил сюда, чтобы насладиться тишиной, выкурить одну или две сигареты, а после, с чувством выполненного долга, возвращался домой.       Воздух здесь был ещё тяжелее, чем на живых улицах города. Заросшие травой могилы, ещё неопавшие густые кроны деревьев и множество других сорняков — всё источало запах растительности и духоту. Кажется, давно здесь никого не было по делу. В этом месте похоронены все, от военных до простых жителей города В, живших здесь около семидесяти лет назад.       Медленные тяжёлый шаги были еле слышны из-за бьющего в землю дождя. Парень не торопился. Да и смысл бежать куда-то? Всё равно не спрятаться от конца своих дней. Подобные мысли нагоняли юношу часто, особенно в таких местах.       Шаг за шагом по сырой земле, оставляя позади себя следы, юноша шёл, рассматривая могильные плиты. Его губы едва содрогались в произношении чужих имён и фамилий совершенно беззвучно. Взгляд юрко перепрыгивал с дат рождения на даты смерти. Кому-то было сорок, а кому-то семьдесят, но все в итоге оказались здесь, под землей, на совершенно неухоженном кладбище. Если бы мёртвые знали где покояться их дела, то были бы возмущены таким отношением к их ликам. Хотя юноше не было до этого дела. Он не придавал особого значения чувствам мёртвых.       Последняя затяжка. Приятный экстаз окотил парня, словно морская волна. Настолько сильный вред лёгким, но насколько он приятен в момент тягостных размышлений. Сигарета оказалась на земле, сначала потушенная дождём, а уже после ботинком парня. Извилистая тропа, по которой шёл юноша запетляла в берёзовые дебри. Без того тёмный небосвод над головой героя закрыли пушистые, точно позолоченные кроны деревьев. Вдали виднелась старая, выложенная красным кирпичом, церковь. На её куполах проглядывались попытки к реставрации, но на них же всё и закончилось.       По округе разнёсся колокольный звон. Стало ясно, началась дневная служба, что означало третий час полудня. Звук колокола было слушать приятнее, чем уже приевшуюся дробь дождя по всему что движется и не движется. Такой чистый и ритмичный звон успокаивал, а вперемешку с дождём дарил умиротворение. Под этот приятный звук парень не заметил, как дошёл до тупика. Прямо перед ним лежало поваленное дерево внушаемых размеров, что перекрывало дорогу к выходу. Юноша вздохнул, а после смирился. Разворачиваться явно не входило в его планы.       В попытке сделать шаг его нога впуталась в выбившийся из-под земли корень дерева. Как бы не стараясь удержаться на ногах, паренёк свалился на землю. Прямо в грязь. Всё случилось так быстро, что тот и не понял, как оказался на земле.       — Да блять, серьёзно? — громкое возмущение прозвучало тогда, когда колокольный звон поспешил стихнуть. И дождь с тем тоже затих. Юноша оперся ладонями на скользкую и местами рыхлую землю. Вся его одежда была запачкана грязью. С чувством недовольства и оскорблённости парень поднялся на ноги.       Он осмотрелся по сторонам, но тут его взгляд привлекла надгробная плита буквально в метре от него. Пустая, без фотографии. Просто отполированный булыжник. Ни даты, ни имени...       Не долго привлекало его подобие плиты. Парня больше волновало то, как он теперь пойдёт домой. Сложилось так, что юноша живёт на другом конце города и добираться в таком виде до дома не хотелось. Юноша вздохнул и постарался убрать некоторые излишки грязи, прицепившиеся к его одежде.       — Надеюсь никто этого не видел. — полушепотом произнёс парень. Отряхнув руки и приведя собственный вид в порядок, тот вздохнул. Ситуация действительно была крайне нелепой...       — Эй, парень! — хрипло, но громко послышалось где-то справа. Юноша вздрогнул и сглотнул, услышав незнакомый голос. Он медленно повернул голову на источник звука. В метрах двух от него стоял мужчина лет пятидесяти. В правой руке пустая бутылка дешёвого алкоголя, мокрые волосы... Внешность не из приятных если быть предельно кратким. (Но и наш герой сейчас приятной внешностью не блистал.)       — Слушай *ик* парень, сигаретки не найдётся? — как-то даже вежливо, но смердя перегаром, спросил неизвестный. Юноша стоял и смотрел на мужчину ещё мгновение, а после, стянув рюкзак с плеча, достал мятую, но в пригожем состоянии сигарету. Понадобилась всё же.       — Возьмите.       — Да ты мой золото-о-ой, выручил то как, — со смешком ответил неизвестный и выхватил сигарету из рук героя, после прибавивши, — тебя как звать то?       Парень помолчал некоторое время, но после ответил:       — Слава.       Ответ был предельно кратким. Взгляд кротко зацепился за могильную плиту. Что-то странное почувствовал юноша, но даже сил об этом размышлять не было. Уже не обращая внимания на грязные штаны, испачканные руки и мокрую одежду в принципе, Слава поспешил по тропинке к выходу.       — Слава-Слава... *ик* Стой, а прикурить-то! — крикнул неизвестный уже удаляющемуся силуэту, а после добавил, — Тьфу на тебя, Слава.       Последние слова обиженного жизнью прозвучали в пустоту. Мужчина, кряхтя, перелез через упавшее дерево и двинулся к церкви в надежде на то, что там ему протянут заветный огонь.       Капли дождя возобновили свою дробь, падая на землю и разбиваясь вдребезги, словно миллион хрустальных ваз. Сырость разъедала воздух. Теперь ни один живой голос не разносился в пределах кладбища... — Слава значит...