Глава 3
18 февраля 2024 г., 14:20
Крис проснулась ещё до того, как первые лучи солнца коснулись окон. Информация, полученная от Иисуса прошлой ночью, жгла изнутри, не давая покоя. Девушка бросила измученный взгляд на потрёпанную карту, лежащую на тумбочке возле кровати, где Форрест и Алекс всё ещё спали, по привычке сражаясь во сне за одеяло. Схватив пожелтевший лист бумаги, она выскользнула из комнаты и спустилась на первый этаж. Каждый скрип половиц отдавался в утренней безмолвии.
Рик и его люди отправлялись в Хиллтоп на рассвете. Крис намеревалась пойти с ними — ей нужно было своими ушами услышать всё, что поселенцы знают о Спасителях. Но во время собрания лидер Александрии чётко дал понять: они останутся помогать общине. Это решение царапало душу. Спасители убили их подругу, и жажда мести пульсировала в каждом из них.
Петли натужно завыли, когда она вышла на веранду. В лучах восходящего солнца Александрия казалась до боли мирной. Аккуратные дома, залитые тёплым светом, тихие ухоженные улочки — всё здесь создавало иллюзию безопасности, которой так отчаянно хотелось верить. В такие моменты накатывало желание почувствовать что-то настолько простое и человечное, как счастье. Но в этом новом мире, захлебнувшемся в крови и страхе, оно стало непозволительной роскошью.
Крис опустила взгляд на карту. Красным карандашом была отмечена предполагаемая база Спасителей — всего лишь догадки, но это всё, что у них было.
— Крис, — окликнул её незнакомый голос. — Я Кэрол. Мы ещё не встречались, — женщина с глубокими морщинами на лице мягко улыбнулась, приближаясь.
— Нет, но я про вас слышала. Форрест говорил, что ваше печенье настолько вкусное, что сводит с ума, — отозвалась Крис, щурясь от яркого солнца.
— Рада это слышать, — Кэрол остановилась у веранды. — Рик просил найти вам работу.
Крис молча кивнула, бросая карту на скамью. Горько было осознавать, что Граймс утратил к ним доверие после того, как узнал истинную причину их появления в Александрии. Но выбора не было. Она не возражала против честного труда — отработать еду, которой их обеспечили александрийцы, заслужить их уважение. В этом мире лишние союзники с оружейным складом никогда не помешают.
— Для начала давайте проверим, есть ли у вас вообще озимые, — Крис перевела взгляд на грузного парня, который говорил и двигался, словно робот, постоянно выстраивая сложные логические цепочки и сыпля научными терминами. — А то будет обидно, если всё вымерзнет с первым снегом.
— Рожь, пшеница, овёс, ячмень, полба… — начал перечислять тот, прижав руки к телу.
— Ячмень и овёс голозерновые? — Крис впилась в него взглядом.
Кэрол и подумать не могла, что новенькая так быстро перехватит инициативу в вопросах посева. Крис явно разбиралась в этом лучше начитанного Юджина, который только и делал, что цитировал книги по домоводству. Девушка быстро собрала нужное количество людей, завлекая их рассказами о будущем урожае, который мог спасти их всех следующей зимой.
К полудню на открытой поляне стало невыносимо жарко. Люди продолжали перекапывать землю, изредка прерываясь на глоток воды. Крис безжалостно гоняла Форреста и Карла с мешками зерна, пока Алекс занималась ревизией на складе, мысленно подсчитывая, на сколько им хватит боеприпасов.
Алекс перебирала оружие, пытаясь отвлечься от бесконечного потока слов Оливии. Та не умолкала ни на минуту.
— Знаешь, до всего этого я заведовала рестораном, — Оливия задумчиво перебирала патроны. — Вечно крутилась как белка в колесе, старалась угодить каждому. Была работником месяца, шла на повышение… — она замолчала на секунду. — Иногда думаю, как сложилась бы жизнь, не случись всё это. А ты кем была?
Алекс едва слушала. Её внимание привлекло несоответствие в журнале учёта — Глок 17 числился на складе, но найти его она не могла. Засунув руку в щель между полом и полкой, она ещё раз проверила все возможные места.
— Слушай, тут по списку должен быть Глок, но его нигде нет, — Алекс выпрямилась, стряхивая пыль с рук. — Кто-то мог взять без записи?
Оливия нахмурилась, уперев руки в бока:
— Чёртов Спенсер. Только он мог стащить мои ключи.
— Где он живёт? — В голосе Алекс появились стальные нотки.
— Да брось, — девушка махнула рукой. — Вот вернётся Рик…
— Я сама разберусь, — отрезала Алекс. Каждый ствол на счету, особенно сейчас.
— За углом, большой белый дом, — сдалась Оливия.
Выйдя на улицу, Алекс невольно замедлила шаг. Честно говоря, поиски пистолета были лишь предлогом, чтобы вырваться из душного склада и бесконечного потока воспоминаний Оливии о прошлой жизни. Проходя мимо открытого участка, она заметила Форреста — тот стоял, опираясь на лопату, явно пытаясь перевести дух. Рядом маячила фигура Крис, отчитывающей парня за медлительность.
Дом Спенсера выделялся среди остальных — слишком большой, слишком роскошный для этого мира. После нескольких ударов в дверь на пороге показалась взлохмаченная голова хозяина.
— Чего надо? — Он щурился со сна, приоткрывая дверь шире.
— Спенсер, верно? — Дождавшись кивка, Алекс продолжила. — Ты недавно что-то брал со склада?
— Например? — Его деланное удивление выглядело жалко.
— Например, Глок 17, — Алекс скрестила руки на груди, внимательно следя за его реакцией.
Спенсер поколебался, нервно приглаживая волосы, потом кивнул и скрылся в глубине дома. Алекс переступила порог, оставив дверь открытой — в этом мире закрытые двери часто становились смертельной ловушкой.
— Да, он у меня, — Спенсер протянул пистолет, неестественно улыбаясь. — Слушай… можно на «ты»?
— Можно, — Алекс проверила предохранитель и сунула оружие за пояс.
— Не хочешь прогуляться? — В его голосе появились заискивающие нотки. — А то я никак не могу заставить себя выйти из дома.
— Конечно, — сухо ответила Алекс. — Нам на складе помощь не помешает.
День тянулся медленно. Девушка краем глаза следила за Спенсером, чьи неуклюжие попытки флирта вызывали смесь раздражения и настороженности. Внешне он был привлекателен, но было в нём что-то скользкое, ненадёжное — как гнилая доска, что может подвести в самый неподходящий момент.
Появление Рика с трейлером, набитым припасами, стало желанным перерывом. Все включились в разгрузку — банки, консервы, овощи потоком потекли на склад. Вскоре подошла и Крис, вытирая руки от земли.
— Откуда всё это? — Спросила она, переводя взгляд с Рика на Мэгги.
Алекс, согнувшись под тяжестью ящика с консервами, медленно двигалась к складу. Иисус подбежал к ней, перехватывая груз и указывая на более лёгкие коробки. Форрест похлопал блондинку по спине и увязался за мужчиной, что-то возбуждённо рассказывая.
— Договорились с Грегори, главным в Хиллтопе, — ответил Рик, наблюдая за разгрузкой.
— И в чём суть договора? — В голосе Крис звучало напряжение.
— Придётся повоевать, — просто ответил Рик, и в воздухе повисла тяжёлая тишина.
Эти слова изменили всё. Теперь каждый ящик с провизией, каждая банка консервов имели свою цену — цену в крови, которую им предстояло пролить.
***
— Матерь божья! Это невозможно отстирать, — Николь зажала руками нос, сдерживая рвотные позывы. Она уже полчаса тёрла простынь о стиральную доску и даже три раза меняла воду, обильно посыпая порошком, но ничего не помогало избавиться от запаха и огромного коричневого пятна. Бет наблюдала за страданиями подруги с коридора, она буквально не могла находиться в провонявшем чём-то отвратительным помещении. Как только милая старушка развязала пакет, и запах дошёл до носа Бет, девушка ретировалась из комнаты, боясь, что утренняя еда выйдет наружу. — Ну бабулечка, ну почему ты пришла именно к нам? Почему не в другую прачечную? — Причитала Бет, старательно вымахивая полотенцем вонь из маленькой комнатушки. — Эта маньячка решила нас убить раньше времени. Господи, да чего она такого нажралась перед сном? Я всегда знала, что старики воняют, но никогда не думала, что так… — Николь закатила глаза и вылила воду из тазика в раковину, тут же наливая чистую. — Нет. Я больше не могу… — Девушка снимает перчатки, бросает их на пол и выходит в коридор. — Давай купим новую, а эту выбросим к чёртовой матери. — У тебя есть лишние баллы? — Темнокожая сложила руки на груди и вскинула брови вверх, как бы намекая, что подобная выходка может лишить их еды на неделю. — Ну, Ниган здорово заплатил, — Николь сложила руки на груди, нервно вдыхая свежий воздух. — Ладно, я пойду куплю, — Бет быстро скрылась, не давая Николь ни секунды на раздумья и снова оставляя наедине с этим ужасным запахом. В последние дни работы увеличилось. Огромная гора вещей в углу прачечной возросла раза в три. Выходные им не были положены. Николь устала от этого скучного места. Настолько, что в голове появлялись навязчивые мысли принять предложение Нигана. В то же время на неё начали влиять ещё и уговоры Эйдана с Бет, которые второй день подряд твердили, что стоит согласиться. План не отсвечивать в любом случае был провален, ведь Ниган уже положил на неё глаз. Это она поняла, когда босс, проходя через толпу своих подданных, что тут же преклонили перед ним колено, поздоровался именно с ней. Мысли о том, чтобы согласиться глушили голоса внутренней тревоги, что с каждым днём всё громче кричали — «беги». Все Спасители были под строгим надзором большого папочки, так что, даже будучи солдатом с возможностью выйти за двери Святилища, она не сможет сбежать. Пропажу обнаружат моментально и на поиски отправят с десяток вооружённых Спасителей, что её тут же прикончат. А такой расклад событий её не устраивает. — Отвратительно! Чем так воняет? — Эйдан закрыл нос руками, осторожно заглядывая за открытую нараспашку дверь. — Сюда кто-то натащил трупов ходячих? Что происходит? — Парень широко раскрытыми глазами уставился на Николь. — Не советую тебе брать рассолы у той бабульки с рынка. Не хочу потом и твои простыни обосранные стирать, — спустившись по стене и присев на корточки, Николь закурила. — Жёстко, — пробормотал Эйдан и тяжело вздохнул. — Надеюсь, этот запах можно смыть, иначе я не переживу эту ночь, — произнесла Николь и уставилась на солдата. — Чё пришёл? По делу? Или так, поглумиться? — Она поморщилась от неприятного запаха и подскочила, оттаскивая парня чуть дальше от прачечной. — Тут скорее посочувствовать надо, — Эйдан заметно стушевался. — Да я так, пришёл проверить, что всё нормально. — Что-то случилось? — Проницательно вопросила Николь. — Один рабочий сегодня сбежал, прихватив с собой больную сестру. Пару Спасителей отправили на поиски, но видимо они уже далеко ушли, — парень растерянно почесал затылок. — А я-то здесь каким боком? — Девушка напряжённо вскинула плечи, а голос у неё стал на несколько октав выше. — Да я с первого дня видел, как ты ныкаешь вещи везде, где не попадя, — возмущённо всплеснул руками солдат. — Проверил как-то, а там нож, консервы, одежда, что я тебе приносил. Не дебил, сразу понял, в чём дело, — Эйдан обернулся, проверяя, что их никто не подслушивает. — Я знаю, что тебе тут не нравится, но будь осторожна, если поймают… Я тебя защитить не смогу. За время, проведённое здесь, Николь заметила, что парень за неё переживает и всеми силами старается уберечь от неприятностей. Ей его опека не нужна, но сказать ему об этом она не решалась, боясь обидеть. Не о ней он должен заботиться, о себе. Эйдан напоминал ей Форреста, каким тот был три года назад. В нем сохранилась та невинно-детская наивность, что-то, схожее с добротой, которую многие потеряли, пытаясь выжить в новом мире. Николь беспокоилась, что это его однажды сломает. В свои девятнадцать Эйдан не был готов к окружающей жестокости. — Я тебя очень прошу, будь осторожна. — Парень осторожно коснулся плеча Николь, даря ей ласковую улыбку и попрощавшись, скрылся за поворотом длинного коридора. Оставшиеся часы рабочего дня девушки вычищали прачечную, а после поужинали остатками еды, которую им любезно принесла соседка по этажу, узнав о трагедии, приключившейся с Николь, и помылись под горячим душем, растирая до красноты кожу затвердевшей мочалкой в попытках избавиться от запаха. — Я видела у тебя на спине татуировку, — прищурившись заметила Бет. — Почему клоун? Николь сидела на своей койке, пытаясь руками подсушить волосы, чтобы не намочить подушку, но после вопроса Бет, которая красовалась у зеркала, задумалась, еле заметно улыбнувшись. — Знаешь фильм «Клоун Шейкс»? — Нет, а о чём он? — Бет присела на табуретку напротив зеркала и принялась расчёсывать непослушные кудри. — О потерявшемся клоуне, который не знал ничего, кроме боли, которая пожирала его изнутри, и, чтобы избавиться от этого, он неутомимо пил. Пытался найти успокоение в стакане крепкого бурбона. И вот однажды у него появляются друзья, такие же безбожные неудачники-клоуны. Они ему помогают выкарабкаться. Дают повод для жизни, — Николь надела растянутую футболку, которую ей принёс Эйдан, и залезла под одеяло. — Фильм классный, вот и набила этого клоуна. — Никогда не любила клоунов, — Бет выключает свет и плюхается на койку так, что та начинает громко скрипеть. — Но клоуны вроде тебя терпимы. Сладких снов, детка. Около часа Николь ворочалась в тщетных попытках уснуть. Уже вторую ночь ей не удаётся и глаза сомкнуть. В голове было множество мыслей, что бесконечным потоком заполняли сознание. Она всё вспоминала друзей, нескончаемые леса, наполненные множеством звуков. Шум деревьев всегда её успокаивал, позволяя освободиться от накопившихся переживаний, а бутылка хорошего бурбона вовсе помогала забыться. Николь скучала. И оттого ей было тяжелей сдерживать желание свободы, что толкало её к сиюсекундному побегу. Николь тихонько спускает ноги с кровати и на цыпочках выходит из комнаты, прихватив пачку сигарет. Оглядываясь по сторонам и отмечая спящих патрульных, девушка спускается на первый этаж и выходит на улицу через один из чёрных выходов. Садится на холодные ступеньки небольшого крыльца и дрожащей рукой закуривает сигарету. Прохладный осенний ветерок приятно обдувает лицо и успокаивает бешено колотящееся сердце. Она всматривается в гущу леса за забором и вдыхает отравляющий дым. — И снова ты, — уже знакомый блондин сел рядом. — Не боишься, что когда-нибудь поймают? — Мужчина извлёк из лабиринта глубокого кармана сигарету и закурил. — Не поймают. Пару раз видела, что ваши дебилы не только спят на посту, но и дрочат. Им точно не до меня, — Николь переводит взгляд на ухмыляющееся лицо Дуайта. Они уже не первый раз встречаются на этом месте. Может, девушке это даже нравится, ведь здесь он третий человек, с которым можно просто спокойно потрепаться на разные темы. К тому же Дуайт, в отличии от Бет и Эйдана, не осуждал её мерзкие шутки. — Ну, а ты думала, что они книжки по ночам читают? — На лице мужчины появилась слабая ухмылка. — Ага, бульварные романы, что не дотягивают даже до уровня туалетного чтива, — Девушка прервалась, выдыхая белый дым в воздух и в театральной манере продолжила, — «Их челюсти слились в лихорадочном взаимном перетирании. Слюна и пот. Пот и слюна.» — Девушка игриво поиграла бровями. — Боже, так и представляю эту картину — толстый Джо дрочит на траханья сводных брата и сестры. Ну и мерзость, — Николь скривилась в улыбке. — Так вот, что ты читаешь по ночам? — Дуайт коротко посмеялся. — Это так стрёмно звучит, что как-то само запомнилось. А ты тоже любишь заниматься непотребностями на дежурстве? — Николь с насмешливой ухмылкой посмотрела на собеседника. — Ты сравниваешь меня с толстым Джо? — Дуайт удивлённо взглянул на собеседницу. — Вы, мужики, все одинаковые, — Николь облокотилась локтями о верхнюю ступеньку, чтобы лучше видеть лицо мужчины. Ей бы стоило опасаться Дуайта, но и он не должен с ней тут сидеть. Спаситель давно выписал бы штраф в несколько десятков баллов, если бы хотел, поэтому Николь не особо переживала. Она решила довериться своему чутью, которое подсказывало, что бояться не стоит. — Что за сигареты? — Спустя минуту молчанья вопросил Дуайт. — Понятия не имею. Обёртка стёрта, названия не видно, — Николь повертела сигареты перед лицом мужчины и положила возле своих голых ног. — Хочешь мои попробовать? — Парень пихает ей в руки помятую красную пачку «Pall Mall». — Охренеть! — Девушка так повысила голос, что Дуайт заткнул её рот ладонью, но та даже сквозь преграду умудрилась проговорить. — Ты где их достал, мародёр? — Недавно была вылазка, и я наткнулся на уцелевшей магазин. Ну, и взял себе парочку, — мужчина почесал неприятно зудящий шрам. — Я клянусь, за одну такую пачку убить готова, — Николь неотрывно смотрела на сигареты в руках Спасителя. — Да что там за пачку, хоть за одну сигаретку, — торговалась она. — Я дам тебе две пачки, но тогда ты мне будешь должна, — Дуайт внимательно разглядывал радостное лицо девчонки. — И что же? — Почти не думала Николь, предвкушая знакомый вкус на губах. — Только без пошлостей, — быстро добавила она. — Имя. — Имя? — Николь нахмурившись уставилась на мужчину. — Хочу узнать твоё имя. Николь не хотела представляться, тем более Спасителю. Имя было бесценно. Оно привязывало к человеку и месту, а она не хотела привязываться. Ни к Святилищу, ни к Бет, ни к Эйдану. Здесь навсегда останется 188-я, а не Николь. — Да ладно тебе. Я уже знаю, что ты из России, знаю, что ты путешествовала с подругами, но я ведь никому не рассказал? Мне просто интересно. Перебираю в голове имена, а всё не то, — Мужчина смотрел в глаза собеседницы и видел в них сомнение. И правда, зачем оно ему надо? Они друг другу никто, и если она не представилась Нигану, то с чего он решил, что представится ему? Ему нравилась эта девчонка. Её детское бунтарство завораживало, а то, как она смело высказывает Нигану всё, что думает, спорит с ним, не боясь наказания, заставляет верить в то, что его босс такой же человек, а не херов бог. Таких безбашенных редко встретишь, и ему хотелось знать что-то, что бы сблизило их. Дуайт вытаскивает из кармана вторую красную пачку и пихает в руку девушке. — Спокойной ночи, — Мужчина встаёт и направляется к выходу. — Николь. Девушка открывает пачку и пытается зажечь зажигалку, но трясущиеся пальцы не слушаются. — Ну, конечно, Николь. Красивое имя. Ей с ним легко. Возможно, именно поэтому она впервые допустила ошибку. Если вдруг они окажутся в беде, то обязательно помогут друг другу. Но если один из них умрёт — не будет ни горя, ни обиды, ни сожаления.***
Рик бросил на стол чистый лист бумаги, его взгляд был тяжёлым, как свинец. — Опиши его, — слова прозвучали как приказ. Эди, недавно прибывший из Хиллтопа, схватил маркер дрожащими пальцами. На бумаге начали появляться неровные линии — схема базы Спасителей, место, где кошмары обретали плоть. — Здание прямоугольное. На крыше антенна, — его голос дрожал, выдавая страх перед теми, кого они собирались атаковать. Деревья обступали Алекс со всех сторон. Она перешагивала через узловатые корни, рука то и дело возвращалась к кобуре, словно в попытке удостовериться — оружие на месте. Винтовка с оптическим прицелом била по голым плечам при каждом шаге, напоминая о том, что пути назад нет. Позади неё, спотыкаясь в темноте, брели отец Габриэль и новичок из Хиллтопа — её «прицеп», как она мысленно их окрестила. Чей-то приглушённый кашель разорвал ночную тишину, и Алекс резко шикнула, призывая к молчанию. Страх. Он пульсировал в висках, сжимал горло ледяными пальцами. Ночной лес играл с воображением — каждый шорох казался шагами ходячих, каждый отголосок ветра — шёпотом врага. Но страшнее всего была неизвестность. Спасители… Они встречались с ними всего раз, но и этого хватило, чтобы понять — эти люди способны на настоящие кошмары. Алекс гнала вперёд только боль — глухая, неутихающая боль потери, которую можно было заглушить лишь местью. — Окна есть? — Рик впился взглядом в схему. — Окон не помню. Вход, кажется, только один, — Эди отметил точку на карте дрожащим маркером. Крис сжимала рукоять ножа до побелевших костяшек. Металлический привкус на губах — она прокусила их от напряжения — смешивался с адреналином предстоящей схватки. Месть. Это слово пульсировало в её венах вместо крови. Она хотела, чтобы эти ублюдки познали всё: ужас, отчаяние, выжигающую душу боль — всё, что они заставили пережить её. — Крис? — тихий голос Рика прорезал темноту. Он видел, как горят яростью её глаза даже в кромешной тьме. Она лишь кивнула, бросив короткий взгляд через плечо на Глена и Дэрила, бесшумно скользящих следом, словно призраки. Рёв мотора разорвал ночную тишину. Красные огни заливали периметр базы светом, что больше прятал, нежели показывал. Крики Спасителей смешались с паническим возгласом хиллтопца. Алекс выхватила винтовку, жестом приказав Габриэлю готовить патроны. Стук закрывающейся автомобильной двери прозвучал словно выстрел в гробовой тишине. — Знаешь, сколько их всего? — голос Мэгги был напряжён как струна. — Нет. Хотя я видел их склад. Он не велик, — Эди старался говорить уверенно, но страх просачивался сквозь каждое слово. — Ты был внутри? — Крис впилась взглядом в проявляющийся на бумаге план. — Да. Разгружали машины, — кивнул Эди, и новый лист бумаги лёг перед ним. Металлическая дверь базы открылась с протяжным скрипом. Эди, держа пакет в правой руке, медленно двинулся к входу, словно шёл на эшафот. Его руки были подняты — универсальный жест капитуляции. — Что там? — шёпот Габриэля слился с шелестом листвы. — Пока всё идёт по плану, — Алекс не отрывала глаз от прицела. Двое Спасителей вышли навстречу, их оружие целилось в грудь Эди. Алекс чувствовала, как бьётся сердце — гулко, размеренно, отсчитывая секунды до начала бойни. План был прост и страшен одновременно. Три головы мертвецов, похожих на Грегори, лежали перед ними. Иисус придирчиво осматривал каждую. — Темнота сыграет нам на руку, — произнёс он, но в его голосе сквозило сомнение. Крис не выдержала. Схватив одну из голов, она с силой ударила её о землю, ломая переносицу. — Он сопротивлялся, — процедила она сквозь зубы, демонстрируя результат. Сирена взвыла, как раненый зверь, заполняя здание своим пронзительным криком. Крис вылетела в коридор, где Рик и Мишон уже вели огонь по набегающей толпе Спасителей. Глен дёрнул её за руку: — Нам нужно найти оружейную! Они неслись по коридорам, освещённым тусклым жёлтым светом. Выстрелы, крики, топот ног — всё слилось в какофонию. За открытыми настежь дверями мелькали силуэты спящих Спасителей, которые уже никогда не проснутся. На стенах — фотографии. Страшные свидетельства их жестокости. Размазанные по земле головы, изувеченные тела, кровавое конфетти из плоти и костей. Наконец они достигли оружейной. Дверь содрогалась под градом пуль, щепки летели во все стороны. Когда стрельба стихла, они ответили своим огнём. Тишина, наступившая после, давила на уши сильнее любого взрыва. У порога лежали тела Спасителей. Белый кафель превратился в красное озеро. Крис смотрела на них, и в её голове пульсировала единственная мысль — они заслужили это. За те фотографии, за ту боль, что они причинили другим. Но убийство живых никогда не бывает простым. Иисус появился в коридоре, его взгляд скользнул по телам, по лицам Глена и Крис, всё ещё сжимающих оружие дрожащими руками. — Таков новый мир, — произнёс он, и эти слова прозвучали как приговор. Они ещё не знали, что это было только начало. Что где-то там, на другой базе, их ждало настоящее чудовище по имени Ниган. И эта ночь была лишь только первым актом в трагедии.
