The abyss

      Хиллтоп встретил их шумом молотилки и запахом свежескошенной травы. Николь остановилась у ворот, крепче прижимая к себе Форреста, который заснул по дороге. Мальчик сопел носом, уткнувшись ей в плечо, и она чувствовала, как дрожат её руки.       Десять лет? Десять лет она не видела этих лиц.       — Мам, мы приехали? — пробормотал Форрест, приоткрывая глаза.       — Да, малыш. Приехали.       Слабо кивнув, он снова заснул. Вздохнув, Николь перехватила сына поудобнее и пошла вперёд.       Первой её заметила Алекс. Она стояла у склада, проверяя списки урожая, когда подняла голову и застыла. Планшет выпал из рук, бумаги разлетелись по ветру.       — Господи боже, — прошептала она, и голос сорвался. — Вероника?       — Привет, Сань, — ответила Николь, пытаясь улыбнуться сквозь подступающие слёзы.       Алекс бросилась к ней, и они обнялись так крепко, словно пытались восполнить все эти потерянные годы. Вцепившись в чужую рубашку, Николь вдыхала знакомый запах — мыло, пшеница, едва уловимый аромат пороха, который никогда не выветривался полностью.       — Я думала… мы думали, ты мертва, — всхлипнула Алекс, отстраняясь и вглядываясь в её лицо. — Столько лет…       — Я тоже так думала иногда, — честно ответила Николь.       Алекс заметила мальчика и замерла.       — Это…?       — Форрест. — Николь поправила сползшую с сына куртку. — В честь…       — Я понимаю. — В голосе Алекс дрожали слёзы. — Он… он похож…       — На отца. Да.       Вопрос повис в воздухе, но Алекс его не задала. Пока не задала.       — Крис здесь?       — На окраине. С Дэрилом. Они… они живут в лесу. — Алекс вытерла глаза. — Нужно её позвать. Господи, она не поверит.       Через полчаса прибыли Крис и Дэрил. Николь узнала их издалека — Крис всё такая же прямая и строгая, с арбалетом за спиной. Только седины в тёмных волосах прибавилось. Дэрил выглядел более диким, чем прежде. Рядом с ними трусила худая рыжая собака.       Крис остановилась в десяти шагах и просто смотрела. В её глазах боролись радость, боль, гнев — целая буря эмоций. Диксон стоял позади, лицо каменное.       — Кристина, — позвала Николь тихо.       — Десять лет, — сказала Крис, и в голосе звучала та же стальная нотка, что и раньше. — Десять лет мы думали, что ты исчезла. Мертва. А ты…       — Я не могла вернуться раньше.       — Не могла или не хотела?       Николь сглотнула. Форрест проснулся и с любопытством разглядывал незнакомых людей.       — Мам, это твои подруги?       Алекс ахнула. Крис сделала шаг вперёд.       — Он говорит по-русски?       — Немного.       — А отец? — Крис смотрела прямо в глаза. — Кто отец?       Николь набрала воздуха в грудь. Вот и всё.       — Ниган.       Тишина была оглушительной. Даже собака перестала принюхиваться и вилять хвостом. Подняв голову, она смотрела умными карими глазами на собравшихся людей.       Не сказав ни слова Дэрил развернулся и пошёл прочь. Крис побледнела, но с места не сдвинулась. Алекс закрыла рот ладонью.       — Ниган, — повторила Крис медленно. — Тот самый Ниган.       — Да.       — И у вас… семья?       — Вроде того.       Крис молчала долго, изучая мальчика. Форрест крепче прижался к маминому плечу, почувствовав напряжение.       — Ты изменилась, — сказала Крис наконец. — Раньше ты была… безрассудной. Дикой. А сейчас…       — Сейчас у меня есть сын, — ответила Николь просто. — Это меняет приоритеты.       — Где Ниган сейчас? — вмешалась Алекс, и в голосе слышалось напряжение.       — В Александрии. Работает, живёт тихо. Люди его не принимают, но… мы справляемся.       — Он хороший отец? — неожиданно спросила Крис.       Николь кивнула.       — Удивительно хороший. Терпеливый, заботливый. Читает ему сказки, учит резать по дереву. — Она улыбнулась грустно. — Кто бы мог подумать.       — Не я, — сухо сказала Крис. — Но времена меняют людей.       — Всех нас, — согласилась Николь.       Они стояли в неловкой тишине, пока Форрест не заёрзал на руках.       — Мам, мне пить хочется.       — Конечно, малыш. — Николь посмотрела на подруг. — Можно…?       — Идём, — решительно сказала Алекс. — Пол будет в шоке, но место найдём.       Крис медленно кивнула.       — Я не знаю, что чувствую, — призналась она. — Радость, что ты жива. Гнев, что исчезла. Непонимание… всего этого.       — Я знаю.       — Но ты была нашей семьёй. Остаёшься семьёй. — Крис сделала шаг ближе. — Даже если твои выборы мне непонятны.       — Спасибо, — прошептала Николь.       — Только… его сюда не приводи. Ниган здесь не пройдёт. Слишком много людей его помнят.       — Понимаю.       Алекс взяла её под руку.       — Пойдём. Расскажешь, где была, что видела. А мы расскажем, как тут жили без тебя.       Они шли к дому, и Николь чувствовала, как что-то внутри встаёт на место. Не всё, не сразу — но хотя бы частично. Она убежала от этих людей, считая себя недостойной их прощения. Сейчас вернулась другой — не искупленной полностью, но достаточно сильной, чтобы принять последствия своего выбора.       — А как его зовут полностью? — спросила Крис, глядя на мальчика.       — Форрест Смит, — ответила Николь. — По отцу.       — Хорошее имя, — сказала Алекс мягко. — Форрест был бы горд.       Николь кивнула, не доверяя голосу. Мальчик на её руках сонно мурлыкал русскую колыбельную, которую она пела ему каждый вечер. И впервые за годы она почувствовала, что, может быть, действительно можно вернуться домой. Не к тому дому, что был раньше — того уже не существовало. Но к новому. К тому, что ещё можно построить из осколков старого мира и надежд на будущее.       За спиной раздался лай — рыжая собака бежала следом, а значит, и Дэрил где-то рядом. Может быть, и он со временем простит. Или, по крайней мере, примет. Им всем не раз приходилось принимать многое из того, что раньше казалось невозможным.       — Мам, — пробормотал Форрест, — а теперь мы останемся здесь?       — На какое-то время, малыш. — Николь поцеловала сына в лоб. — На какое-то время.