Наркотик

Когда машина доехала до первого светофора, Лектер первый нарушил образовавшуюся в салоне уютную тишину. — Мне везти тебя домой, Уилл? — Как бы я не хотел побыть с тобой чуть подольше, но сейчас это вряд ли возможно. Моя машина всё ещё находится на платной парковке неподалёку от клуба, поэтому мне надо её забрать и отогнать домой… — Значит, я отвезу тебя туда, — голос Ганнибала сделался очень мягким, можно даже сказать успокаивающим. — У нас будет всё время мира, чтобы насладиться обществом друг друга, не переживай об этом, Уилл. Профайлер чуть видно кивнул и отвернулся к окну, но уже через секунду почувствовал тепло чужой руки на своём бедре чуть выше колена. Это лёгкое прикосновение ощущалось таким правильным, таким необходимым сейчас и таким обжигающим, что Уилл и сам не заметил, как издал достаточно шумный выдох. Увидев такую недвусмысленную ответную реакцию, Ганнибал улыбнулся и сжал пальцы на чужом бедре, послав по телу профайлера очередную волну мурашек. — А ты, кажется, ему понравился. — Кому? Консультанту? — Уилл улыбнулся и удивлённо вскинул брови до образовавшейся морщинки на лбу. — Неужели это ревность, доктор? — Если бы это была ревность, я бы уже выбирал рецепт. — Ну конечно, именно поэтому ты убрал руку и сжал руль так, что он вот-вот треснет, — профайлер тут же смутился, осознав, что он только что проговорился о том, как ему необходимы эти прикосновения. — Да на мне, разве что, именного ошейника с твоими инициалами не было. По-моему, и так было понятно, в каких отношениях мы находимся. — На твоём месте, Уилл, я бы не подкидывал мне таких идей, потому что перспектива надеть на тебя ошейник, с некоторых ракурсов, кажется мне весьма заманчивой, — Ганнибал подмигнул профайлеру, встретившись с его растерянным от такой прямолинейности взглядом, после чего остановил машину на очередном светофоре. — Видите во мне свою собачку, доктор Лектер? — Вижу в тебе того, кого хочу заставить скулить. Сердце Уилла пропустило удар, щёки моментально вспыхнули, а дыхание стало сбивчивым и прерывистым. И он знал, знал абсолютно точно, что буря внутри Ганнибала была ничуть не меньше, даже несмотря на его внешнюю сдержанность и безукоризненный самоконтроль. Уилл прекрасно узнавал этот прожигающий взгляд, новизны ему придавала лишь первобытная и до дрожи сводящая с ума искра в глубине зрачков. Эмпатия профайлера безошибочно точно зафиксировала исходящие от Ганнибала волны наслаждения собственным превосходством и самодовольство. Он забавлялся. Уилл фыркнул и отвернулся к окну прислонившись горящим от стыда лицом к холодному стеклу автомобиля. — Что-то не так, любовь моя? — с откровенно наигранным любопытством поинтересовался Лектер, словно наслаждаясь чужим смущением и лёгкой дрожью возбуждения, которая весьма отчётливо ощущалась во время очередного прикосновения к бедру профайлера. Уилл нашёл в себе силы повернуться и снова встретиться с пронзительным самодовольным взглядом карамельных глаз, после чего попытался спрятать свои истинные эмоции за дерзостью, как, собственно, и привык это делать: — Да нет, всё замечательно, просто мой избранник грёбаный психопатический нарцисс с замашками садиста, а так всё просто прекрасно. Я вот думаю, может мне стоит пожаловаться своему психотерапевту? Ах да, точно… На этот раз Лектер не смог скрыть искренней улыбки, услышав, как Уилл обозначил статус их отношений. Каждый раз, когда Ганнибал ощущал хотя бы маленький шажок от профайлера в сторону принятия их связи, под его рёбрами разливалось огромное чувство эйфории и тепла, которое он просто не мог позволить себе спрятать. Плюс этот запах… Запах чистого и сводящего с ума возбуждения, которое испытывал Уилл, был просто умопомрачителен, как и осознание того, что на этот раз оно точно было вызвано не наркотическим опьянением. Ганнибал просто не мог позволить себе не воспользоваться его состоянием и скользнул рукой чуть выше по бедру, остановившись в опасной близости от заметного бугорка под ширинкой. — Ты же знаешь, что я могу учуять запах твоего возбуждения, сколько бы ты ни пытался его от меня спрятать, — голос Ганнибала был таким тихим и игривым, что Уилл в очередной раз нервно сглотнул, а потом сорвался на жалобный всхлип, когда вместо необходимого прикосновения к жаждущей эрекции, на которое он так отчаянно рассчитывал, Ганнибал снова убрал руку, вернув её на руль. И опять Уилл уловил волны чужого самодовольства. Безусловно, Лектеру льстила такая власть над его состоянием и Грэм отчётливо это понимал. Ганнибал слишком долго ждал этого, слишком долго жаждал, расплачиваясь чужими жизнями лишь за возможность лицезреть подобное, и именно поэтому его так сильно пьянило всё происходящее сейчас. Но Уилл был бы не Уилл, если бы позволил себе так просто уступить. Он знал, что Лектер далеко не единственный в этой машине, кто обладает подобной властью. — Я-то в твоих способностях не сомневался, Ганнибал, а вот ты, похоже, забыл, что каким бы железным самоконтролем ты не обладал, я тот, кто может увидеть истину под этой маской и знает, как вытащить её наружу. — Уилл встретился глазами с заинтересованным взглядом Лектера и еле заметно облизнул губы. — Уверяю тебя, Уилл, мой самоконтроль продиктован лишь законом выживания, но точно не является способом тебе досадить. «Нет, этот самодовольный ублюдок точно насмехается! Хорошо…» — Закон выживания, говоришь? Ну тогда постарайся не утратить его, чтобы мы точно выжили. — Уилл, что ты… — но договорить Лектер так и не смог, увидев, как профайлер, подарив ему хитрую улыбку и вызывающе заглянув в глаза, нагнулся под руль его машины и начал расстёгивать пряжку кожаного ремня. Сказать, что у Ганнибала перехватило дыхание — не сказать ничего. Он сжал руль до побелевших костяшек, стараясь не закрыть глаза от собственного неверия. То, что сейчас происходило, казалось абсолютно невозможным, но тем не менее всё это было реальным. Уилл был реальным. И в этот самый момент он намеревался свести его с ума, подарив то, о чём Лектер не смел и мечтать, прямо посреди оживленной магистрали. Почувствовав нерешительное прикосновение чужой руки к своим волосам, которая так нежно поглаживала каштановые завитки, то ли побуждая продолжить, то ли давая последний шанс передумать, Уилл дерзко усмехнулся и нарочито грубо расстегнул молнию ширинки, откровенно обозначая тем самым уверенность принятого им решения. Да, с одной стороны, решиться на минет для мужчины, который всю жизнь считал себя натуралом — казалось чем-то унизительным, словно жест максимального подчинения и покорности. Но с другой… С другой стороны, Уилл понимал, что это огромный источник власти над тем, кто никогда и никому не позволял себя контролировать. Расправившись с верхними пуговицами на брюках, профайлер получил окончательный доступ к практически полностью вставшему члену Лектера и, помедлив ещё буквально несколько секунд, избавил его эрекцию от мешающейся лишней материи. Уилл замер и просто смотрел, оценивая масштабы предстоящего бедствия, на которое он минутой ранее добровольно подписался. Член Ганнибала был просто… прекрасен! Широкий, в меру длинный, с извилистой паутинкой венок, в которых чётко виднелась пульсация крови, просвечивающаяся через тонкую бархатистую кожицу. Уилл поймал себя на мысли, что он просто мечтает провести языком по каждой из этих венок, начиная от самого основания и заканчивая на красивой, крупной и четко очерченной головке. Сам того не подозревая, всё это время Уилл совершенно не дышал, а наконец выдохнув, обдал жаждущий член своим горячим дыханием, заставив Лектера первый раз застонать. От оглушительного спазма, пробежавшего вдоль позвоночника, который был вызван этой незамысловатой лаской, Ганнибал чуть не пропустил знак светофора и резко вдавил в пол педаль тормоза, заставив машину взвизгнуть от грубого торможения. — Ну же, доктор, где же ваш хвалёный самоконтроль? — Уилл откровенно нахальствовал, услышав вместо ответа гортанный рык, когда он всё же обхватил жаждущую головку члена заранее смоченными губами. Тронулся Ганнибал с перекрёстка тоже гораздо резче, чем следовало, вызвав у профайлера очередной самодовольный смешок. Уилл понимал, как опасно то, что он сейчас делает, но при этом был абсолютно уверен, что Ганнибалу под силу справиться с этим испытанием. Единственное, в чём он был НЕ уверен, так это в том, как правильно делать минет, ведь он не знал об этом совершенно ничего, поэтому решил действовать инстинктивно. Ласкать так, как хотел бы, чтобы ласкали его. Он нежно посасывал головку, сдавливал её губами, прижимал языком, позволяя ей тереться о шершавое нёбо, заглатывал член так глубоко, как только мог, и нежно проникал кончиком языка в щёлку уретры сразу после того, как очерчивал контур головки нежными круговыми движениями. Уилл чувствовал, как Лектер напрягся, каким резким, грубым и опасным стало его вождение, чувствовал его прерывистое и шумное дыхание и то, как его хвалёный самоконтроль полетел к чёртовой матери. Это произошло в ту самую секунду, когда Ганнибал в первый раз позволил себе грубо сжать волосы Уилла в кулак, чтобы заставить его взять в рот чуточку глубже, а затем немного развернул его голову, натянув крупной головкой своего члена кожу щеки профайлера изнутри. Уилл взглянул на Лектера и увидел, что тот не мог оторвать взгляда от этого развратного и собственнического действия. — На твоём месте, я бы следил за дорогой, — подколол Уилл, так до конца и не выпустив сочащийся смазкой член из горячего плена своего рта. — Разве тебя не учили, что разговаривать с набитым ртом — это грубо, Уилл? Ты же знаешь, что я делаю с грубиянами? Уилл заглянул Ганнибалу в глаза абсолютно невинным щенячьим взглядом, так, как умел только он, и совершенно не стесняясь, с паузой и нужным акцентом на последнее слово, нахально прошептал: — Ну, так накажи меня… папочка. В ту же секунду Уилл подумал, что пожалеет об этих словах, судя по тому, с какой жадностью его голову насадили на член, заставляя принять его до самого основания. Профайлер закашлял, ощутив, как из глаз хлынули слёзы, и всё что ему оставалось — это лишь стараться расслабить горло. Вскоре Уилл приспособился к темпу и научился делать необходимые вдохи между фрикциями, довольно зажмурившись, когда Ганнибал в очередной раз толкнулся особенно глубоко, на мгновение практически потеряв контроль над собой. От этого знания возбуждение прошило позвоночник профайлера разрядом тока, заставив застонать не только Ганнибала, но и его самого. Несмотря на то, что горло начинало саднить от глубоких резких толчков, Уилл понял, что ни за что не отстранился бы сам и ни на что не променял бы это ощущение — смесь собственной покорности и чувство безграничной власти. Если бы только Ганнибал сам не отстранил его, потянув за волосы и впившись голодным поцелуем в рот. Уилл застонал в чужие губы, почувствовав, как Ганнибал легонько его укусил, а затем отстранился, поняв что их машина уже была припаркована недалеко от необходимой ему стоянки. Положив руку на шею Лектера, он снова притянул его к себе и прошептал в самые губы: — Так сильно не терпится меня съесть, доктор? Шея… Казалось, что у Ганнибала это была самая чувствительная, самая отзывчивая зона на теле и только при правильном и нежном касании можно было заставить Лектера неконтролируемо застонать в голос. Уилл догадывался об этом, но только сейчас позволил себе злоупотребить этим знанием. Ганнибал на мгновение отстранился, чтобы вдохнуть, а затем снова добрался до приглашающе приоткрытых губ Грэма и подразнил каждую из них влажным посасыванием. Через минуту этой пленительной ласки, Уилл снова почувствовал укус, но на этот раз уже явно повредивший нежную кожу губ. Ещё через мгновение, рука Лектера накрыла его пах, а затем, сжав изнывающий член через плотную джинсовую ткань, сделала несколько резких и властных движений вверх-вниз, заставляя профайлера призывно захныкать. — На заднее сидение! Живо. Услышав такой недвусмысленный приказ, Уилл вышел из машины, пересев на просторное заднее сидение «Бентли», обтянутое кожей, а потом проследил за тем, как Ганнибал сделал то же самое. Закрыв за собой дверь и окинув оценивающим взглядом раскрасневшегося и растрёпанного профайлера, Лектер заметил довольно крупную каплю крови на его нижней, припухшей от минета губе. Ганнибал нежно провёл по ней большим пальцем, собирая тёплую алую жидкость, и медленно слизнул её с кожи, ни на секунду не разорвав их зрительного контакта. Он наслаждался этим пьянящим пряным вкусом, искушая себя, изводя до предела свой голод. Обхватив пальцами его подбородок, почти что жестким движением, Лектер заставил Уилла приподнять голову, безвольно запрокинув её назад под силой этого властного прикосновения, и подставить истерзанные губы требовательному поцелую. Дождавшись, когда профайлер немного расслабился, он мягко оттолкнул его руки от своей груди, зафиксировав их у него за спиной так, чтобы Уилл не смог вырваться. — Ты хоть понимаешь, глупый мальчишка, какой опасности нас подверг? — Книгу жалоб оставить? — Уилл самодовольно усмехнулся, потянувшись за очередным поцелуем, но Ганнибал тут же пресёк это действие, потянув профайлера назад за зафиксированные руки. — Чего ты добиваешься, Уилл? Хочешь, чтобы я взял тебя? — Нет… Точнее, не так… не здесь, пожалуйста… Я просто хочу довести то, что начал, до конца. Лектер одобрительно хмыкнул, и, отпустив руки профайлера, притянул его обратно к себе, нежно поглаживая по волосам и увлекая в новый поцелуй. Уилл почувствовал, как правая рука Ганнибала снова нашла его пах и, расстегнув ширинку, высвободила изнывающий член из плена тесной одежды. Профайлер издал задушенный стон, протяжно всхлипнув в чужие губы, и, не выдержав приятного прикосновения, несколько раз толкнулся в любезно предоставленный ему кулак. Добравшись дрожащими пальцами до одежды Лектера, Уилл расстегнул пару пуговиц его пиджака, затем справился с его жилеткой, но а на рубашке его сила и выдержка дали сбой. Находясь почти в беспамятстве от переполнявшего его возбуждения, профайлер в неконтролируемом порыве страсти случайно вырвал одну из пуговиц на этой самой рубашке и та с тихим стуком упала вниз на автомобильный коврик, закатившись куда-то под водительское сидение. Уилл тут же прикусил губу, виновато отвёл взгляд и застыл, ожидая в ответ гневную реакцию, но Ганнибал лишь позабавленно хмыкнул и хищно ухмыльнулся. Да, будь это кто-то другой, Лектер наверняка сделал бы из его мяса рагу, а кровь использовал бы для приготовления изысканного малинового сорбета, но ведь это был Уилл… Его Уилл. А значит, что бы профайлер не натворил — всё это будет прощено автоматически. Увидев такой неожиданный и безумно возбуждающий отклик, Уилл, заглянув в карие глаза своему дикому безумию, нарочито медленно принялся отрывать каждую из пуговиц одну за одной до тех пор, пока не открыл себе полный доступ к обнажившемуся желанному телу. — Упс, мне так жаль, — абсолютно неискренне прошептал Уилл, закусив нижнюю губу в жесте явно наигранного сожаления. — Тогда тебе придётся как следует извиниться, — интонация в голосе Ганнибала была такова, что намёк не было необходимости озвучивать вербально. Уилл плавно опустился вниз и, в очередной раз расправившись со штанами Лектера, обхватил губами его горячее возбуждение, ощутив на языке весьма приличное количество терпкой солоноватой смазки. Ганнибал брал профайлера глубоко в горло, но при этом уже не срываясь на грубый животный темп. Левой рукой он нежно поглаживал голову Уилла, а правой ласкал член профайлера в такт его собственным фрикциям. Почувствовав, что Лектер уже на пределе, Уилл ускорил темп, несмотря на довольно очевидное предупреждение Ганнибала, когда он потянул его за волосы, призывая отстраниться, и всё же довёл своего Дьявола до желанной разрядки, проглотив всё его удовольствие до последней капли. Почувствовав долгожданную вспышку умопомрачительного наслаждения, Ганнибала пробила крупная дрожь, заставив крепко сжать волосы профайлера в собственной руке и утробно зарычать. Притянув этого наглого, самодовольного мальчишку для поцелуя, Лектер вобрал с его губ собственный вкус, а затем издевательским тоном прошептал профайлеру в самые губы: — Ну вот, а ещё меня называешь людоедом. — Ганнибал!!! — Уилл выглядел весьма уязвлённо, когда до него дошёл смысл сказанной фразы, а затем протяжно застонал, почувствовав как правая рука Ганнибала снова нарастила темп на его члене после непродолжительной паузы. Но чувство эйфории длилось недолго, потому что в окно машины кто-то постучал. Слава Богу автомобиль был полностью тонирован и человек, стоящий по ту сторону, не видел как поспешно они приводили себя в более или менее нормальный вид. Приоткрыв окно машины со своей стороны, Ганнибал взглянул на неизвестного мужчину в чёрной форме. — Чем могу быть полезен? Несмотря на всю мягкость и вежливость голоса Ганнибала, Уилл отчётливо услышал в нём нотки раздражения. — Сэр, возможно вы не увидели знак, но если вы ездите на «Бентли», это всё же не даёт вам права парковаться на территории частной собственности. В 20 метрах отсюда есть наша платная парковка, поэтому будьте любезны, либо отгоните машину туда, либо проваливайте нахрен отсюда. Я понимаю, вы не местный, но в этом районе за такое можно и без колёс остаться. Уилл увидел, как на лице Ганнибала заиграли желваки, он явно что-то анализировал, просчитывал варианты. Только какие тут могут быть варианты когда по периметру полно камер… Уилл знал, что ситуация накалялась, а Ганнибал сейчас не вполне мог мыслить здраво, поэтому решил действовать самостоятельно. — Сэр, нам не нужны проблемы «проблемы скоро будут у тебя, идиот», я как раз собирался выходить, моя машина стоит у вас на парковке и я приехал её забрать, — уверенно произнёс Уилл, с опаской поглядывая на Ганнибала, который вышел из салона и демонстративно пересел за водительское кресло, не удосужив охранника даже взглядом. — Мой друг уже уезжает. Дайте нам буквально минуту, пожалуйста. — Только не долго, голубки, и без вас работы хватает, — усмехнулся охранник, вальяжной походкой покинув пределы их видимости. Уилл сел с пассажирской стороны и взял Ганнибала за руку, улавливая эмпатией волны смертельной опасности. — Не надо, Ганнибал, пожалуйста. Слишком опасно. — Я убью его, Уилл, это не обсуждается. — Я знаю. Я имел ввиду не сейчас… У тебя ещё будет возможность накормить меня завтраком из какой-нибудь его части. Уилл почувствовал, как линия плеч Ганнибала немного расслабилась, а на его лице заиграла тёплая и очень нахальная улыбка. — Чтобы я приготовил нам завтрак, для начала тебе нужно остаться у меня ночевать, Уилл. — После пятничного мероприятия. Утро субботы у меня абсолютно свободно. — Я учту. — Тогда до пятницы? — До пятницы, — улыбнулся Ганнибал, наклонившись к Уиллу за коротким целомудренным поцелуем. — Набери, как доедешь. — Обязательно, — Уилл подарил Лектеру ещё один короткий поцелуй и выйдя из машины, отправился на парковку.