я нуждаюсь в тебе

Что делать, если ты утром вылил кофе на свою единственную чистую рубашку и тебе пришлось идти в школу в футболке? А что делать если эта футболка ещё и с надписью «#лучшийпапа»? Ну и напоследок, конечно же, что делать, если тебе ещё и на очередное собрание учителей именно сегодня надо? Сказать, что Арсению неловко — ни сказать ничего. Брюнет готов умереть от стыда, пока его дочь сидит рядом в автобусе и откровенно смеётся над ситуацией. Арсению же остаётся только молится на лучшее. И молитвы работают. В учительской раздевалке он видит лишь Антона Андреевича, сидящего в кресле и листающего ленту Инстаграмма. Когда математик снимает своё пальто, Антон начинает тихо смеяться. Ну как сказать тихо… — Арсений Сергеич, а чего это вы не пригласили меня на вручение футболок в такой прекрасной номинации? Мы не коллеги что-ли? Я в вас разочарован. — Шатен улыбается во все тридцать два зуба и ждёт ответа от человека напротив. — Пошли, у меня где-то в спортзале должна быть запасная толстовка. — младший направляется к выходу, но старший не двигается с места. По растерянному взгляду, Шаст понимает, что тот выходить из раздевалки в таком виде не собирается, поэтому ускоряет шаг в сторону спортзала, чтобы никто этого дурака не успел увидеть. Через минуту физрук возвращается с нежно-лиловой толстовкой в руках. — Всяко лучше этого. — — Мне вообще-то её Кьяра подарила. — Арсений обиженно надувает губы и все-таки надевает кофту. — Спасибо, Антон. — — Тогда к дочери вопросов нет, футболка топ. — Шастуна выносит с того, какой же Арсений ребёнок. И грех сказать, что это плохо. Об этом ребенке хочется заботиться, дурачиться вместе с ним. Подобные мысли Антон сразу отбрасывает. «Серьезно? У него самого есть ребенок, а если ребенок есть, то и спутница скорее всего.» — проносится в его голове и он тактично прощается, уходя в место проведения планёрки. Арсений остаётся наедине с собой и с лиловой толстовкой в руках. Она сделана из мягкой ткани, с аккуратными швами… «А у Шастуна кожа такая же мягкая? Чушь, это не мое дело.» Брюнет продевает свои конечности в подходящие для этого отверстия и чувствует мужской одеколон. Арсений никогда не любил его запах. Точнее сказать, он пользуется одеколонами, но больше из-за того, что он мужчина и так надо, а не из-за того, что ему доставляет удовольствие такой «мужской» аромат. Но парфюм Шастуна был другим. Да, хоть и основа была самой обычной, но в этом запахе можно было уловить цветочные ноты. «Это лавандой пахнет?» — Мужчина на полном серьезе готов запихнуть этот запах в себя. И он это делает: чуть поднимая ворот толстовки к лицу, он полной грудью вдыхает аромат. Сейчас он понимает, что вещь ещё и пропахла сигаретами. Смешиваясь с цветами, сигареты (которые тоже, скорее всего, были не простые, а с чем то. Это Арсений понял, когда стрелял сигарету у Шастуна) давали ещё больший спектр эмоций. Аромат, которым пользовался Антон был необычным, не таким как все. Когда Арсений возвращает самообладание, которое было потеряно из-за прекрасных духов шатена (а может из-за него самого), он отдергивает себя от бессовестного вынюхивания всех запахов из одежды и наконец выходит из раздевалки.

~~~

В кабинете уже собрались многие учителя. Наталья Владимировна кивает в знак приветствия зашедшему Попову и продолжает ждать звонка, чтобы начать собрание. На удивление на задней парте не сидит одинокий шатен. Точнее сидит, но не одинокий, а в компании той самой Оксаны — классной руководительницы параллели Шастуна. Они звонко смеются, из-за чего получают замечание директрисы, но Попова так и не замечают. Арсению приходится искать глазами свободное место. Он его находит рядом с девушкой, приносившей ему кофе. «Её вроде Ира зовут. Ирина Александровна? Нет. А, точно, Алексеевна, вроде.» — после произведенного рассуждения в голове, брюнет шагает в сторону девушки. Глаза молодой учительницы сразу загораются. — Доброе утро, Ирина. Позволите? — ему достаточно указать на стул, как Ира начинает кивать, принимая предложение. — Доброе, Арсений Сергеевич! Да, конечно, можете присесть. — шатенка в ту же секунду начинает заметно нервничать, поправлять волосы и теребить подол платья одной рукой. — Мне очень нравится ваша толстовка. — — Она не совсем моя, но мне она тоже нравится. Спасибо, Ира. — с улыбкой на лице проговаривает брюнет, после чего звенит звонок, оповещающий о начале собрания. На задней парте тоже начинается собрание, но не совсем на учебную тему. — Ну и нормально ему там сидится, а? Столько мест свободных, а он к этой Кузнецовой сел. — Шастун сидел за партой, откинувшись на спинку и сложив руки на груди крестом. — Шаст, ты его ревнуешь что-ли? Сам говорил же: «У него есть жена». Он же кольцо не носит наверняка из-за того, что потерял или не расписались просто, — иронично отзывается Фролова, показывая пальцами кавычки в воздухе. — Ну ты смотри, а! Улыбается он там! — выпрямляется Антон и с силой сжимает карандаш в руке, что тот чуть ли не ломается. — Ну да, ему же улыбаться вообще нельзя. — Оксана уже привыкла, что дружит с не очень умным человеком. Да, он закончил одиннадцать классов, педагогический институт, но мозгов будто не прибавилось. — Я видела, как он нашу парту оглядел. Наверняка к тебе хотел сесть, а у тебя занято. Он поэтому к Ире пошел, может знакомы уже. — Антон переводит удивленный и в тоже время обиженный взгляд на подругу. — Если ты скажешь, что-то вроде того, что я помешала твоим любовным делам, то я тебе врежу.— Оксана угрожающе пригрозила указательным пальцем. — Хочешь себе мужика? Действуй. — —Антон Андреевич, Оксана Александровна, я могу продолжать? Не мешаю? — перебивает девушку директриса, но через секунду сама позволяет себе продолжить. В куче глаз обернувшихся Антон замечает голубые. На лице Арсения запечатлена безобидная насмешка. Если бы люди общались с помощью улыбок, то эта бы значила: «Дурачина ты, Антон, но прикольный». — Итак, коллеги, в начале октября планируется поездка для седьмых классов на экскурсию в другой город. К сожалению, Оксана Александровна в эти сроки не может сопроводить детей, — Оксана подтверждает слова Натальи Владимировны кивком — поэтому сопровождать их будут Антон Андреевич, как классный руководитель одного из седьмых классов, и…— директриса оглядывает кабинет в поисках заинтересованных учителей — Желающие поехать? — Антон также пытается найти поднятые руки или хотя бы предположить с кем придется ехать. Впереди слышится знакомый голос. — Наталья Владимировна, а я могу поехать? — на брюнета устремляются множество взглядом, сопровождаемые облегченными вздохами. Никому не хотелось бы выходить из зоны комфорта и ехать с детьми в другой город. Арсений же видел возможность дать дочке повидать Россию, так ещё и присмотреть за ней. Про то, что он поедет с Антоном брюнет старается не думать. Они просто коллеги, он делает это ради дочери. — Да, конечно, Арсений Сергеевич. Подробности тогда обсудим позже. — директриса меняет тему и продолжает рассказывать новости школы, кого-то отчитывать и ТД.

~~~

— Па-а-ап — Кьяра с отцом только минут пятнадцать назад зашли домой после учебного дня. Арсений возится у плиты, думая что приготовить. Крики дочки он слышит только со второго раза. — Ну пап! — — Чего, волчонок? — Кьяра ворочается на диване, ища что посмотреть по телевизору. Когда Арсений поворачивается лицом к дивану, то видит ее, лежащей головой вниз и задрав ноги на душку дивана. —Кьяра, сядь нормально. — — Так голова кислородом лучше обогащается. — Но положение все равно меняет. — Пап, а ты долго будешь ходить в толстовке Антона Андреевича? —Голос Кьяры звучит максимально буднично и совершенно невозмутимо, будто данное в порядке вещей. Арсений же краснеет, понимая, что забыл её отдать Антону. — Я её постираю и верну, обязательно. — Арсений обещает не столько Кьяре или Антону, сколько себе и возвращается к пустому холодильнику, будто за короткое время там что-то появилось. — Вы в поездку едете с классом, ты же не против если я с Антоном Андреевичем сопровождающим буду? — — Да, пап, я знаю, он нам сказал уже. Нет, не буду. Тебе, кстати, толстовка очень идёт. — Арсений слегка подвисает на этой мысли. «Почему это, когда я в своей одежде мне никто комплиментов не делает? А как только Антон, то сразу. " — обиженно подмечает Арсений. — Волчонок, давай лучше в центр за продуктами съездим, может там и перекусим. — сдается брюнет, когда не находит ничего съестного. — Может в поездку купим чего. — Кьяра любила ходить по магазинам, а при последней фразе сразу же соскочила с дивана и побежала собираться. Арсений усмехается такому поведению дочери и мысленно благодарит все возможное просто за то, что у него есть Кьяра. Спустя пару секунд сам идёт переодеваться. Они, как отец и обещал, доезжают до большого торгового центра. Девочка сразу же тащит папу в косметический магазин, чтобы закупиться масками для лица и новыми духами (пока дочь выбирала их в женском отделе, то мужчина присматривал аромат, похожий на запах антоновой толстовки), также они берут пару антисептиков, влажных и сухих салфеток и две макси для сна (чего только нет на кассах) в дорогу. После, они заходят в магазин одежды и покупают Арсению несколько однотонных футболок нейтральных цветов и две черных толстовки на двоих (после долгих уговоров, конечно же). Кьяра также берет себе набор дешёвых украшений на кассе (цитата: «мне понравились украшения Антона Андреевича»), а Арсения она заставляет взять крутые носки. Отцу все что остаётся, так это оплатить покупки и поцеловать её в родинки на щеках. Закончив с одеждой, они спускаются на первый этаж с большим продуктовым магазином и набирают небольшую корзину продуктов (во-первых они уезжают скоро, а во-вторых они живут вдвоем, им некого откармливать). В корзине оказываются несколько фруктов, яйца, хлеб, две литровых бутылки воды и т.д. Они оба устали, поэтому решают позволить себе взять что-то в Макдональдсе и ели как довозят огромные пакеты на общественном транспорте домой. Заваливаются домой они совершенно лишенными сил. Как назло завтра будний день и в таком состоянии Кьяре нужно доделать уроки (благо их задали не очень много и рядом сидит отец-математик). Спустя два часа Кьяра без сил валится в кровать. Арсений целует её в лоб и выходит из комнаты, выключая свет. Сам же он направляется на кухню. Он моет посуду, которая накопилась за сегодняшний день и разбирает пакеты. Помещение наполняется всем известной мелодией звонка. Арсений берет телефон в руки и улыбается имени, всплывшему на экране. — Привет, Сюш! — родной голос разливается по всему телу Попова приятным теплом. — Прости, если вас с Кьярой разбудила. — — Добрачева! Солнце ты мое! — в трубке слышится мягкий женский смех. — Я то уже думал, как ты там. — — Да ну тебя! Во-первых, я больше тринадцати лет, как Позова, а во-вторых, Арсений, я неделю назад тебе звонила. — — Ладно, ладно, сдаюсь. Просто привык слышать твой ангельский голосок чаще. Чего звонишь то так поздно? — — Сюш, Савина упросила меня на кино, я и купила три билета, чтобы пойти всей семьёй. — солнечный голос слегка погрустнел — Ну ты же знаешь Димку, у него работа. Кьяра не хочет с нами сходить? Они давно с Савиной не виделись из-за школы, небось тоже скучают. — — Кать, я всегда за. Кьяра спит, к сожалению, но не думаю, что она будет против. Я завтра тебе позвоню, скажу точно. Или Кьяра сама напишет Савине. Давай лучше рассказывай, как жизнь. — Арсению четырнадцать. Он сложно переживает разлуку с Левой. Как он мог так с ним поступить! Попову ничего не остаётся, как продолжать жить своей жизнью. Пытаясь забыться и оправдать ожидания родителей, он не забивает на учебу. В очередной раз его отправляют на городскую олимпиаду по математике. Они едут в автобусе с преподавателем и несколькими другими школьниками. От нечего делать Арсений достает небольшую игровую приставку из кармана. Услышав звуки тетриса, девчушка, сидящая рядом, оборачивается к брюнету. — О, тетрис, прикольно. У меня у брата приставка есть. Дашь погонять? — — Ну на, гоняй. — брюнет передает устройство блондинке и рассматривает, как она ловко ставит кирпичики. — А ты на какую олимпиаду едешь? Я тебя не видел в математическом классе на подготовке. — — А я и не на математику. Нам в одну сторону. Я из сто первой гимназии и еду на олимпиаду по ИЗО. — — Рисуешь, что-ли? — с усмешкой спросил Арсений, за что получил щелк по носу-кнопке. — Ага. — блондинка отдает тетрис в руки брюнета и идёт на выход из автобуса. Через секунду парень понимает, что вместе с приставкой, в его руках был листочек с номером телефона и билетик с счастливыми цифрами. Через месяц общения по телефону и многочисленных встреч, ребята очень сдружились. Они вели себя так, будто знали друг друга тысячу лет. Так получилось, что Катя всегда была рядом, помогала. А под рукой Кати всегда был такой же хороший друг — Арсений. Спустя столько лет друзья до сих пор общаются. Если вам говорят, что дружбы между мужчиной и женщиной не существует, то покажите им их. Катя знает про Арсения всё, всегда поддерживала его, защищала перед отцом (Катя была единственным другом Арсения, кого Попов старший уважал) Арсений видел в Кате силу характера. Она сама прошла через многое, поэтому все эти годы они служили друг для друга поддержкой.