я нуждаюсь в тебе

Ветер путается в кудрях шатена, когда тот стоит на перроне с чемоданом в руках и пересчитывает детей. —… восемнадцать, девятнадцать, двадцать… Так, никто Попову с Арсением Сергеевичем не видел? — В ответ Шастун слышит только сплошное «нет». Сапсан отправляется через пятнадцать минут и преподаватель с дочкой должны уже быть на месте. Антон слегка напрягается. Поезд не будет ждать этих двоих, а поехать без них кажется неправильным. Вдалеке виднеются два силуэта с заметной разницей в росте. Высокий мужчина и девочка поменьше, которые быстрым шагом направляются к нужному вагону. В них Антон узнает Поповых и облегчённо выдыхает. — Чего стоим, кого ждём? Дети заходим в вагон. — Арсений протягивает двадцать один детский билет проводнице и запускает детей внутрь вагона, пересчитывая — Садимся так, как вы обсудили это с Антоном Андреевичем. — Попов протягивает также свой билет, вслед за физруком и они вместе проходят внутрь. Ещё не всё уселись. Некоторые пытались положить чемоданы на верхние полки, чтобы они не мешались в пути. В основном это делали девочки, а мальчики сидели или стояли рядом, ждя очереди своего чемодана. Антон в силу возраста и роста, протискивается между ребят. — Пацаны, ну что за дела? Нет, чтобы помочь девчонкам. — По случайности рядом оказывается Кьяра, чей чемодан Антон забирает первым, показывая пример парням. Девочка улыбается в благодарность и садится на своё место. Ребята, конечно же, тут же начинают помогать нуждающимся в этом. Рядом Арсений прыскает в кулак с такой воспитательной беседы. После они снова пересчитывают детей, проверяют рассадку и Арсений, наконец убедившись, что Кьяра в полной безопасности и довольна своим местом и соседом, садиться уже сам впереди учеников, рядом с Антоном Андреевичем. — Чего опаздываем, Арсений Сергеич? — задаёт наигранно серьезный вопрос Шастун и сразу смягчает его своей улыбкой. — Да так, нужно было кое-куда заехать и взять одну вещицу. — Брюнет отмахивается, не хотя вскрывать все карты. — На, конфету съешь. — Он переводит тему и протягивает Антону в руки шоколадный батончик. — Спасибо, Арсений Сергеич, премного благодарен. — Говорит с набитым ртом Антон. Сапсан трогается с места. В первый час поездки Арсений читает книгу, которую взял в дорогу и периодически успокаивает детей. Антон, сидящий рядом с ним тоже пытается играть немаловажную роль в воспитании детей, но большинство времени просто залипает на профиль математика и очень сильно надеется, что не палится. Позже шатен впадает в сон, ведь всю ночь нервничал перед поездкой и не выспался. Устраиваясь поудобнее, Шастун разбрасывает свои конечности так, что теперь его голова лежит на плече Арсения Сергеевича. Брюнет пытается максимально не умиляться данной сцене, но голову с своего плеча не убирает. Пусть поспит. Приезжают в город они ближе к двенадцати дня. Санкт-Петербург поражает своей красотой. Пока сапсан едет до вокзала, Арсений Сергеевич рассказывает детям, как бывал здесь в своей молодости. — Антон, — шепотом тянет Попов, тормоша учителя по кудрявой голове, — Антон Андреевич. — Шатен недовольно мычит, не хотя просыпаться и только удобнее устраивается на чужом плече. — Шастун, имей совесть, — Уже громче в шутку твердит Арсений, от чего Антону приходится проснуться. Глаза слипаются, кудри растрепаны, а горло худи сползло настолько сильно, что можно было увидеть ключицы шатена. Шастун понимает где находится, зачем-то кивает Арсению в знак приветствия, от чего у того на лице сияет улыбка, и приводит себя в порядок. О том, как и на чем спал Антон, и почему Арсений его не остановил, они решают промолчать. Дети с преподавателями выходят из сапсана и садятся в заказной автобус, чтобы доехать до отеля и отдохнуть с дороги. — Здравствуйте, мы бронировали у вас номера на три дня. — Девушка на ресепшене сияет белоснежной улыбкой, когда к ней подходит Арсений Сергеевич. У Попова явно был целый вагон очарования и неудивительно, что он подействовал и на работницу отеля. — Так, если не ошибаюсь, то Антон Шастун и Арсений Попов? Семь трёхместных и два одиночных номера, так? — — Дада, так, они уже оплачены. — — Да, все верно. Держите, на браслетах есть ключ-код, с помощью которых открываются номера. — Антон с Арсением раздают браслеты детям и забирают два себе. Поднявшись на нужный этаж, учителя проверяют распределившихся детей по номерам, объявляют, что-то на подобие «сон часа», и все расходятся по номерам. Антон проходит в номер. При входе вдоль стены располагается шкаф-купе с зеркалом. Прихожая выходит в просторную единственную комнату, разделенную с маленькой кухней барной стойкой. Большая кровать сразу же привлекает Антона и тот, прямо в верхней одежде, заваливается на неё.

~~~

— Дети, подъем! — Арсений Сергеевич, заряженный новым городом за прошедший час успел посмотреть окрестности в Гугл картах и готов вытащить всех на прогулку. Все экскурсии у них запланированы с завтрашнего дня, поэтому сегодняшний осенний вечер учитель хочет посвятить приятной Петербургской атмосфере. Математик проходит по этажу стуча в номера учеников. — Арсений Сергеевич, а обязательно прямо сейчас идти? — Сонные голоса некоторых, кто уже вышел из номера, пытаются переубедить учителя. — Я не понимаю, вы в Питер ехали, чтобы в отелях спать? У вас есть пятнадцать минут, чтобы собраться. Встречаемся в холле. — Эту информацию брюнет повторяет в каждый номер учеников и останавливается лишь у одной двери. — Антон Андреевич, не хотите прогуляться по Питеру? Через пятнадцать минут в холле. — В течении заданного времени Арсений сам переодевается, причесывает волосы и со всеми спускается в холл. В холле он пересчитывает детей и не находит только второго преподавателя. Антон Андреевич спускается по ступенькам в солнечных очках, водолазке и черном утеплённом пальто. Сказать, что этот образ ему ужасно идёт — ничего не сказать. Арсений безумно рад, что смог увидеть Антона без безразмерных худи и спортивных костюмов. Черный ему к лицу. — Дети, чего стоим? Вперёд за Арсением Сергеевичем, он у нас сегодня капитан. — Физрук слепит своей улыбкой и заставляет улыбаться всех рядом с ним в радиусе километра. Во время всей прогулки ребята слышат веселые рассказы учителей, касающихся их школьной жизни. В основном говорит Антон, ведь детство Арсения явно не подходит для таких теплых вечеров, но всячески дополняет моментами, которые запомнились для него хорошими. Все проводят прекрасно время и гуляют до самого вечера, встречая закат. Многие дети не привыкли к таким нагрузкам, поэтому Арсений звонит водителю автобуса, чтобы тот их забрал. Пока Попов старший дискутирует с остальными ребятами на отвлеченные темы и отвечает на все интересующие их вопросы, Попова младшая завоёвывает внимание Шастуна. — Чего грустишь, Кьяр? — Антон садится на ступеньки какого-то здания, у которого они остановились, рядом с Кьярой и приобнимает её одной рукой. — Так, подумала о том, что было бы если бы мы с папой и мамой сюда приехали. — Кьяра и вправду сидела с грустной улыбкой, но не хотела грузить отца и одноклассников своими переживаниями. — Можно спросить? — получив кивок, Антон продолжает — А что случилось с твоей мамой? — Шастун очень надеется, что этот вопрос не принесет Кьяре боли. — Ничего. Её просто нет. Папа сказал, что она ушла когда я ещё была совсем малюткой. Мне хорошо с папой, но иногда хочется больше любви, что-ли. — Антон Андреевич был первым, кому Кьяра доверила эту информацию. На подсознательном уровне она знала, что ему можно доверять и ему можно и нужно это знать. Учитель ничего не отвечает на это и крепче обнимает девчушку. — Ой, да ты вся продрогла. Боюсь, что оно будет очень длинным, но ничего кроме него предложить не могу, — отшучивается Антон, отдавая свое пальто Кьяре. Девочка смеётся сквозь слезящиеся глаза, что сразу поднимает настроение и Антону. — Арсений Сергеич, скоро там автобус? У нас тут люди мёрзнут вообще-то! — в шутливо-серьезном тоне возмущается Антон и ребята вокруг, в том числе и Кьяра, заливаются хохотом. Попов, развернувшись в сторону шума, увидел Шастуна в одной водолазке посреди Питера и рядом стоящую Кьяра, которая просто тонула в чужом пальто. — Ой, простите, Антон Андреевич, сейчас будет вам автобус, — также поддерживает эту комедию Арсений, в тот момент когда автобус и подъезжает на парковку к зданию. Все в прекрасном настроении заходят в автобус, чтобы быстрее вернуться в отель и лечь спать.

~~~

Антон долго стоит у двери Арсения, продумывая что сказать. Сегодняшний диалог с Кьярой и его недавние загоны по поводу занятости Арсения, сподвигли его на то, чтобы поговорить об этом с самим Поповым. Дверь номера открывается прямо перед носом Шастуна. На пороге стоит негодующий Попов, который скорее всего хотел зайти к Кьяре перед сном, но был остановлен Антоном. — Эээа… Шоколадку? — Антон достает из заднего кармана откуда-то взявшуюся плитку шоколада и протягивает Арсению. Брюнет вместо тысячи слов забирает из рук Шаста шоколад и пропускает того внутрь. В номере образовывается тишина. — Ну, ты хотел чего-то сказать? — Арсений занимает руки электрическим чайником, набирая в него воду. Антон снова неосознанно сравнивает руки Арсения и Эда, который точно также набирал воду в чайник на кухне Антона. — Я? А да, я. — Шастун мог бы стать талантливым спортсменов или художником, например. Но по ходу его единственный прирожденный талант — это профессионально тупить. — Как дела? — — Шастун, ты явно не как дела пришел спросить. Давай ближе к делу, хорошо? — Номер Попова по планировке был точно такой же. Арсений облокотился локтями о барную стойку, а Антон сидел на краю кровати. — Мне Кьяра рассказала, что её мама ушла от вас. Что случилось? — Этот вопрос от Антона, как выстрел в голову. Арсений так не любил ворошить прошлое. А тут появляется человек, который переворачивает твою жизнь с ног на голову, так ещё и просит рассказать о травматичном прошлом. Арсений решает раз и навсегда закончить эту тему, все-таки рассказав правду. — Мы познакомились, когда мне было четырнадцать. Я пережил тяжёлое расставание, — пол человека Арсений считает нужным не называть, — и попал в не очень хорошую компанию ребят. Там была Алёна. Мы встречались, а потом по глупости она забеременела от меня. Нам по пятнадцать лет, родители кричат, все дела, но ребенка решили оставить. Я работаю на всех работах, куда берут, пытаюсь учиться, благо родители Алёны помогали. Потом рождается Кьяра, ещё больше забот. Я все-таки покупаю квартиру и все должно быть хорошо, но она, Алёна, как я понял, не была готова к взрослой жизни. Она периодически ходила в клубы с подружками, когда я сидел с Кьярой, работал и пытался получать образование. А после она забеременела по пьяни от другого. — Последняя фраза даётся сложнее всего. — Больше мы не виделись ни-ко-гда. — Все это Арсений высказал так бесчувственно и стеклянно. Было видно, какую огромную боль приносило ему каждое слово его прошлого. Антон даже пожалел о том, что спросил, но он должен был знать. — Прости, я наверно не должен был… — Антон не знает, как себя вести. Он крутит кольца и браслеты на руках, нервничая. — Перестань, когда нибудь я бы все равно рассказал. Главное, что Кьяра сейчас со мной и все хорошо… — Арсений явно хотел продолжит свой монолог, но Антон резко обнимает его, пытаясь утешить. Дыхание перехватывает, когда в нос ударяет тот самый ягодный аромат, а на душе становиться в сто раз спокойней. С Антоном было спокойнее.