Как защитить себя, будучи сестрой главных героев

      Как можно быть такой глупой? Почему я такая глупая и тупая? Спросите об этом ещё раз у меня, и я не смогу ответить. У меня для этого мозгов не хватит…       Я сижу в этом подвале уже неделю, если не ошибаюсь. Про меня все благополучно забыли. Это, кстати, хорошо. Может, я не такая безнадежная, раз додумалась вскрыть замок на оковах с помощью заколки, что все это время была на моей голове, держа в прическе длинные волосы. Ну раз додумалась до этого, значит, и правда, не настолько запущенная, верно?       Я лениво зевнула, сидя на холодном полу. Попа уже давно бы замерзла, но давайте все дружно поблагодарим некоторых дизайнеров среднего века, что смогли придумать платья с несколькими слоями юбок. Потому что попе тепло. И я не отморозила себе почки. Наверное…       Сейчас я думаю над тем, чтобы как-то выбраться из этой ситуации. Буду честна — выбраться из данной камеры крайне трудно. Как я поняла, дверь закрывается на замок. Пусть за дверью никого и нет, но чует моя та самая пятая точка, что это распространяется далеко ни на все подземелье. Ну или где я... Каждые тридцать минут рыцари «Черного» дома совершают обход по коридорам. При этом утром приносят обычную кашу на воде, что отравлена каким-то наркотическим ядовитым веществом. Об этом я узнала, когда в первый раз принесли еду. Я тогда так есть хотела, что чуть было не накинулась на эту миску кашки с сюрпризом. Однако здравый смысл еще не до конца покинул меня, поэтому все обошлось. В конце то концов, я нахожусь в доме Агриче, следовательно чего можно было от них другого ожидать? На этот вопрос отвечать не требуется – он риторический. Так вот. Благо хоть у меня на рукаве платья серебряная булавка была, которая, конечно же, почернела сразу же, стоило мне окунуть её в чудо от местной кухни.       Хотела бы еще отметить тот факт, что я не ела неделю с чем-то, но при этом не ощущаю никаких признаков проблем с желудком; даже тошноты не было от голода. Это странно. Очень. Некоторые раны на моем теле уже затянулись, да так быстро, что я в удивлении пялилась на руку, где, собственно, была целая кровавая полоса от кнута. Теперь там просто розовая тонкая полосочка, словно я поцарапалась об веточку. Удивительно. Но все таки я не стала сильно заострять свое внимание на этом. А зря.       Замок на двери не так трудно взломать, как кажется. Но ещё раз скажу: первое – и самое главное, скорее всего – у меня нет магии. Второе – не умею драться, и я очень ужасно скрываюсь. Меня сразу же засекут, стоит только выйти отсюда. Но ведь и сидеть тут не вариант, поэтому я собираюсь бежать.       Я, опять-таки, сижу сейчас на коленях, опираясь на дверь, и слушаю шаги тех самых рыцарей, совершающих обход. Проход из этой "комнаты" уже давно открыт моей самодельный отмычкой. Дождавшись пока рыцари пройдут этот коридор, я медленно приоткрыла дверь, молясь, чтобы она не скрипела. Пожалуйста, не скрипи! Слава богу, меня услышали святые, и дверь тихо открылась.       Я, как какой-то солдат, служащий в армии, проходивший обучение, поползла через узкий проем двери на коленях, а потом медленно закрыла ее опять на ключ. Вернее, с помощью отмычки вновь закрыла то место, где я была так долго. Просто есть некоторые люди, которые отмычками вскрывают замок, однако ломают его. Я же не повредила сам механизм, а просто открыла и закрыла.       Вобрав побольше воздуха в лёгкие и затем тихо его выдохнув, я посмотрела на свое окружение. Меня окружает небольшой, но длинный коридор, освещаемый лишь масляными лампами, висящими на двух поворотов. Один поворот сразу же слева от моей темницы. Другой в конце коридора.       — Куда идти то? — спрашиваю я у себя, еле шевеля губами. Ответом мне служит, ожидаемо, тишина. Как там?.. — Налево пойдёшь — проституткой станешь, направо пойдёшь — президентом станешь… – бормочу я пословицу. Но я не такая прям тупая – знаю, что если направо пойду, шлюшкой стану. Поэтому идём налево. Трасса меня давно ждала. Ещё с прошлой жизни.       Собрав всю волю и все свои силы в кулак, я пошла налево, проходя мимо висящей лампы на углу. А потом думаю.Светильником можно же кому то голову разбить, она же стеклянная и железная! Да я гений!       Кивнув своим мыслям, я повернулась и сняла с крючка на стене лампу, потушив внутри нее свечку. Ну а теперь у меня есть оружие. Бойтесь меня, Агриче, у меня в руках светилка!       Кхм! Подавив в себе злобный смех, что так сильно просился на ружу из моей груди, я пошла дальше, проходя разные повороты. Теперь то куда идти? Тут, блин, лабиринт какой-то!       Как там Куплинов говорил? Есть правила «ПЛППЛ». Спасибо, Куплинов! А мама мне говорила, что компьютерные игры и просмотры прохождения игр в жизни не пригодятся! Пригодилось же!       Сначала идём прямо, потом сворачиваем налево, потом идём и сворачиваем направо, прямо и снова налево.       — Чёрт! — я оказалась на том же месте, откуда и пришла! Ненавижу чёртовы лабиринты! Чтоб вас! Дайте мне архитектора этого поместья, я ему ебальник сломаю за планировку и строительство такого запутанного здания и подвала!       Вздохнув и выдохнув, я постаралась успокоиться, держа в руке эту несчастную лампу. У меня в запасе есть ещё двадцать минут. Значит, время ещё есть.       Я направилась прямо по коридору, чтобы потом свернуть налево. Но мне стало не по себе, когла я свернула в тот коридор. Было тихо. Слишком. Но почему-то мне к горлу подкатил неприятный комок тревоги, а по виску скатилась капля холодного пота. Руки вспотели. Неожиданно в этой тишине я услышала шаги троих человек. Черт, они шли в моем направлении!       Я резко свернула обратно, побежав к камере, в которой я сидела. Шаги приближались. Я отчётливо это слышала одновременно со своим сильно бьющимся сердцем. Добежав до двери, я дёрнула ручку. Емае, я забыла, что она заперта! В панике я стала искать отмычку в корманах одежды, но её не было! О Господи, что мне делать?! Видимо я её выронила, пока была там! Со страху я села на корточки, чтобы меня точно не заметили.       Я замерла, когда услышала такой сейчас страшный звук рядом с углом, где было сначала мое недооружие. Я зажала свой рот, чтобы не издать ни единого звука, пока я сидела на корточках в темноте.       — Почему тут так темно? —раздался мужской голос на том конце коридора. О черт, вот же влипла!       — Наверное, свечу надо заменить, — отдалённо услышала я ответ, тяжело сглотнув ком. Судя по отдаляющимся шагам они ушли. Я облегчающе выдохнула, поднявшись.       Но меня резко прижали к стене. Я от страха и неожиданности не смогла издать и шороха, ударившись головой, спиной и плечами об каменную стенку. Перед глазами аж все замерцало вокруг. Я хотела присесть, дабы прийти в себя. Но только потом заметила, что меня несильно держат за шею, однако душат.       Я подняла взгляд на того, кто меня толкнул к этой долбанной преграде из камня, и застонала от разочарования в сучке-судьбе. Судьба — карма. Передо мной стоял обладатель алых глаз, тёмных волос и фамилии Агриче. Деон. Его лицо как обычно ничего не вырожало. Удивительно: как я смогла в такой темноте разглядеть его физиономию? Ну каким-то образом все таки смогла.              — Как ты оказалась за дверью камеры? — спрашивает он у меня. В его голосе не было вообще никаких эмоций. Что очень необычно… — Отвечай. — приказывает мне Агриче младший. Я ему что собачка, я не пойму? Словно увидев в моем лице возмущение, Деон сжал мою шею сильнее, перекрывая мне доступ к кислороду.       — Кха! — я попыталась одной рукой его отцепить от своего горла, а потом ко мне пришло озарение.       Светилка! Она все ещё в моей руке. Как же я так крепко то её держала, что она ни разу не упала? Я быстро ударяю лампой по его голове, зажмурив глаза. Послышался звук разбитого стекла, хватка на моей шее ослабла.       Не испытывая свое счастье, я резко отталкиваю Деона от себя, наступив на острые осколки стекла, рассыпанного по полу, и бегу в правый коридор. Бежать, бежать, ещё раз бежать! Я не знаю как, но я добежала до лестницы и уже поднималась по ступенькам, как кто-то схватил меня за ногу, потянув вниз.       — Пошёл на хуй! — кричу в панике я, ударив этого "кого-то" конечностью, а после дальше поднимаясь по лестнице. Там, на выходе, стоял охранник, широко раставив ноги. Благо, он высокий. Я подбегаю к нему, а потом резко припадаю на пол и скольжу между ног этого паренька, сразу поднимаясь, и толкаю его в спину. Выбежав за дверь, я закрываю ее.       — О Господь Бог ... — это единственное, что я выдавила из себя, облокотившись об что то. — Кья! — кричу, когда это что то позади меня открывается в другую сторону, и я падаю.