Kill and bury

— Ты нужна меня. Прошу, открой глазки. — Чон? — в помещение входит Чонхен, явно не ожидая увидеть здесь своего брата. — Хен? Ты что здесь забыл? — Чонгук поднимает свою пятую точку, свирепо глядя на старшего. — В отличие от тебя, я пришёл, чтобы помочь ей. Она из-за тебя могла умереть. Ещё один человек умер бы из-за тебя! Ты хоть понимаешь, что творишь с окружающими тебя людьми? — Ты с ума сошёл? — Заткнись! Ты всем даёшь знать, что тебе все равно на чувства других! Ты думаешь, я не знаю? — Ты о чем? — Зачем ты мучаешь ее? Отпусти. Она тебе ничего плохого не сделала. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? Мы с ней в одной ситуации! Ее ищет Пак так же, как и меня! — Если бы это было так, то вас нашли бы уже. В особенности ее. Она поехала в город, рискуя, чтобы шестерки Пака поймали и убили? Поверь, ты не прав. Ее никто не ищет. Им нужен ты, а она нахрен им не сдалась. Признай это. И отпусти ее. Не мучай. Себе же хуже сделаешь. Ты испортишь ей жизнь. Вот тогда тебя точно поймают и убьют. — Проваливай. Я сказал проваливать! — Отпусти. — Заткнись! Уходи! Немедленно!       Чонхен молча простоял с равнодушными глазами и покинул больницу. Челюсть Чонгука сжималась, зубы сдвигались, кулаки так и просили побыть в действии, но ударить нечего. Чуть под успокоившись, юноша садится к койке и облокачивается о спинку стула. Чон поднял безэмоциональный взгляд на Юонг.       Под утро, чувствуя на себе тяжкую усталость, воспоминания о матери, Чжан Юонг вертится туда-сюда. Она мокрая, дрожит во сне, и просыпается. Девушка стала осматриваться и увидела рядом с собой сонного убийцу. Она не предпринимала каких-либо действий. Юонг пыталась разглядеть мысли парня, зачем он принял эту плохую сторону. — Ты проснулась? — из сна пробуждается Чонгук. — Как себя чувствуешь?       В ответ тишина. Юонг не переставала глядеть на вора. — Что, у меня что-то на лице? Почему ты так смотришь на меня? — Зачем ты убил их? Для чего воруешь? Зачем, Чон Чонгук? Что за цели у тебя? А я тебе зачем? Убить? Обворовать? — Ты уставшая. Ты сильный стресс пережила. Давай-ка я врача позову? Тебя осмотрят и… — его довод перебивают. — Зачем? Зачем ты спас меня? — Чтобы спасти от мафии. Он хочет убить тебя. Я лишь помогаю. Ты умереть хочешь? Ну раз так, то прости. Я не буду мешать твоему желанию, — Чонгук встаёт и направляется к двери. — Чон Чонгук! Нет! Не уходи! — слабым, ангельским голосом умоляет девушка, но она не достучалась. Осталась одна. Значит, это все? Ее поймают. Мафия знает, что Чжан Юонг в больнице. Во всех новостях ее лицо засветилось, а банда хорошенько все просматривает. — Чонгук! Вернись! Ты мне нужен! — наследница не сдержала слёзы и зарыдала. Она постаралась встать, но трубки, воткнутые в тело, мешали. Она их выдернула из себя с болью и поднялась на конечности. Босиком Юонг выходит из реанимационной палаты и ковыляет до конца, до выхода из больницы. Счастье ли то, что служащие госпиталя не на своих местах? Ей удаётся выбраться из больницы и в последнюю секунду она успевает догнать Чонгука; но он проезжает мимо, глядя на зеркало заднего видения. — Чон Чонгук, мать твою, вернись! Забери меня! Прости! Придурок, вернись! — орала на всю улицу она. — Пожалуйста, — себе под нос проговорила наследница Чжан, не надеясь на возвращение спасителя.       Девушка оглянулась на пару секунд, чтобы проверить, нет ли наблюдателей, мафии. Вроде бы как нет. Юонг в истощенном, больничном виде и босиком следует за машиной Чонгука. Хотя неизвестно, куда он отправился. Единственный вариант, где можно спрятаться, это посетить Чон Чонхена. — Хен, а это не Чжан Юонг? — предполагает киллер, рассиживая в машине Пака. — Возможно. Она и так отлично пострадала. Не говорим об этом Чимину. Пускай заживет и тогда уже схватим ее, — предлагает Намджун, осматривая с ног до головы уходящее тело Юонг. — Узнав, он прикончит нас. — Чонгук уже испортил ей жизнь. Они в ссоре. Так что это будет проще простого поймать его, а затем ее.       Юонг подходит к двери и нажимает на звонок. Зафиксировав камеру на лице девушки, замок разблокировался и она входит внутрь. Аккуратно поднявшись по лестнице на второй этаж, девушка падает замертво. Чонхен поднимает на руки истощенное женское тело и относит в свою спальню. Накрыв ее одеялом, юноша оставляет отдохнуть.       Спустя несколько часов Юонг пробуждается с болью в голове. Затылок так сильно ныл, что вот-вот она упадёт в обморок снова. Но счастье, Чонхен останавливает подружку брата встать с постели и предотвращает ещё одно падение. Молодой человек поставил на прикроватный столик кружку горячего ромашкового чая. — Он успокаивает.       Девушка обхватывает тоненькими пальчиками кружку и делает глоток. — Вкусно, — с фальшивой улыбкой бросила наследница. Она вернула кружку на стеклянную поверхность и попросила чего-нибудь покрепче обычного чая. Чон Чонхен пытался показать равнодушие, но выразил удивление. — Ты ещё больна. Для начала поправься. — Прошу, мне это жизненно необходимо. Чонхен, — большими глазками полными грусти смотрела Юонг. Юноша громко вздохнул и покинул помещение. Вернулся он с двумя банками пива. Парень кивнул на напиток, протягивая его больной, интересуясь, подойдёт ли. — Спасибо… Чонхен.       Наследница присела на пятую точку и, взяв открытую банку, отпила большой глоток. — Почему ты не в больнице? — А… Меня выписали, — она повторила глоток. — Врешь же. — Да нет же-е! Правду твержу! Честное пионерское!       Попивая пиво, Чонхен чуть ли не захлебнулся от смеха. — Ты была в составе пионеров? — А как же! Всех богатых детишек заставляют задуматься о своей жизни вообще-то, — сделав глоток, продолжила довод. — Поэтому не стоит говорить, что мы такие бездари. — «Мы»? — юноша продолжил употреблять алкоголь. — Богатенькие, дети влиятельных особ.       Чонхен просто кивнул, закончив тему. — Ты, кстати, не разговаривал с братом? Он был в городе недавно. — Правда? Не знал. Да и мне как-то все равно. Сама же знаешь, — умело применил актерские навыки молодой человек. — Ну да. Но… почему вы не поговорите? Вы должны разобраться в своих отношениях. Может быть, я чего-то не понимаю, так как у меня нет ни братьев, ни сестёр, но все же. Я психолог. — Психолог? Откуда? — А вот так получилось. Моя мама… — Юонг опустила банку пива и начала пальцами ощущать ее на ощупь, вдумчиво следя за своими движениями, — имела огромный комплекс в трёх городах, Кореи и Японии. Но незадолго до своей смерти она прикрыла своё «увлечение». Мама не рассказывала нам с отцом о своей болезни. У неё был рак лёгких. По секрету, между нами, она употребляла табак разных сортов. Наркотики. Мы с отцом об этом узнали в заявлении врача, которое нашли в бардачке машины матери. Третья степень. Ей недолго оставалось; хранила все в себе. Мы думали, что она уезжала в командировку, но в больницу на обследование на пару месяцев. И вот как раз это был последний раз, когда я ее видела, до отъезда в Германию. Как все знают, лечение в этой стране существенно и дорогое. До всего этого мама поучала меня психологии. Меня учила и в одном смысле, и в другом. Теперь моя цель — стать психологом как мама. Если бы не отец, с этой свадьбой, я бы успела уехать за границу и обучаться психологии, но он опередил. Теперь я в ловушке. — Что мешает? Собирайся и уезжай. Пак тебя не найдёт. — А Чонгук? — Послушай меня. Очень внимательно слушай. Во второй раз предупреждать не стану. Чон Чонгук не тот, за кого себя выдаёт. Ты с ним впервые в жизни встретилась и уже думаешь, что он ангел-хранитель. При любой ситуации он выдаст тебя, а не себя. Чонгук запросто отдаст тебя Паку. Не надейся на этого придурка. — Он продаст меня? — Не совсем, но да. Если будут деньги, продаст любому без обдумываний. Решать, конечно, тебе, но прислушайся к моим не пустым словам. Хорошо?       Ночь Чжан Юонг провела у брата Чонгука. Это было ошибкой. Надо было оставаться в больнице. Но если бы не Чон Чонгук, она не узнала бы правду о семье Чон. — Немедленно откройте дверь! Либо мы выломаем ее! — слышны голоса из магнитофона в соседней комнате. Девушка осторожно, без каких-либо резких движений, встаёт и подходит к двери. Она прислоняется к ней ухом. — Вы арестованы за нелегальную продажу наркотиками.