Сезон охоты

      Прошло пара дней с того момента, как Снежа впервые повстречала Лиса. Толком в её жизни почти ничего не изменилось, всё было спокойно, периодически кто-то наведывался к ней чтобы пообщаться, что-то взять, передать или попросить. Но чем дальше она была от того самого дня встречи, тем сильнее разгоралось её любопытство по поводу охотника. Словно наивное дитя, в её голове даже промелькнула мысль — а вдруг она может стать для него тем самым другом, который поможет сплотить его с жителями деревни. Возможно, он просто чувствует себя здесь чужим из-за отношения других или что-то случилось в его прошлом, что он боится с кем-то сближаться. Ситуаций может быть миллион, но хочется узнать именно конкретный ответ.       И теперь, с трепетом, кто бы не постучался в её дом, что-то в глубине её души ждёт, когда сам юноша обратится к ней за помощью.       Но он не являлся. Эльфийка не унывала и лишь продолжала жить своей жизнью, порой фантазируя о ситуациях, в которых она близко общается с ним, узнавая причину такого отношения окружающих. Прямо как сейчас, периодически заглядываясь на окно, за которым была метель. Зима в этому году выдалась суровой, прямо как в день рождения самой Снежки, о чём она знала понаслышке от уже мёртвых родителей. Как и тогда, в этом сезоне почти каждый день шёл снегопад, иногда слабый, иногда настолько сильный, что невольно начинаешь беспокоиться за других, кто мог бы оказаться на улице во время такой непогоды. Однако в то же время можно оставаться спокойной, ведь никто явно не ворвётся в маленький и уютный домик.       Слушая беспокойные завывания под треск теплого, уютного костра камина, Снежка сидела в кресле своей некогда почившей бабушки, под пледом, который связала мать. Она читала одну из книг, которую купила у странствующего торговца. Она была небольшой, но очень аккуратной и элегантной. Судя по всему, это была новелла писателя, о котором лекарь прежде не слышала. Этот факт не портил саму историю, она даже казалась от этого мистичнее, чем быстро затянула одинокую, юную леди.       Страница за страницей, перестав замечать жуткую песнь ветра, альбиноска не отрывалась ни на секунду до того момента, пока глухой удар по черному входу не раздался из другой комнаты. Это была дверь в лес, ведь обычно так удобнее отправляться собирать необходимые травы или ягоды в той или иной период. В этом была некоторая опасность в лице диких зверей, которые могли набрести на домик, но почему-то это никогда не было причиной для волнения маленькой эльфийки. Что не скажешь о ней сейчас.       Сердце словно в одну секунду ушло в пятки, а книга едва не выпала из рук. Вжавшись в кресло, страх поразил всё тело. В руках похолодело. Вслушавшись в мертвую тишину, едва-едва можно было уловить чьё-то дыхание. Либо это человек, либо дикий медведь, пробудившийся со спячки.       Взяв себя под контроль, хозяйка дома спешно поднялась с удобного сидения и отложила всё ненужное. Она двинулась в коридор, в конце которого и был тот самый проход.       Подойдя к нему и прислонив ухо к деревянной двери, дыхание послышалось отчётливее. Оно явно не было похоже на громкие вздохи зверя, что убедило лишь в том, что это человек. Возможно даже житель деревни, либо тот, кто мог пораниться в такую страшную погоду. Поглощенная такими мыслями, Снежка безрассудно открыла дверь и увидела перед собой того самого охотника. Его взгляд ничуть не поменялся, всё такой же холодный, даже грозный. Однако сам парень едва стоял на ногах будучи весь в снегу, он отчаянно держался за руку, сбито дыша.       — Л-лис, это вы! — Опешив прямо как в прошлый раз, девушка поспешила утянуть неожиданного гостя в дом. — Прошу, заходите скорее, с вами всё хорошо? Вы ранены? — Закрыв быстро за собой дверь и заперев, чтобы всё тепло не ушло, беловолосая сразу повела юношу в гостиную.       — Рука... волк, меня ранил волк... — пробормотал тот в ответ, обессиленно опираясь на эльфийку.       — Вероятнее всего рваная рана... Садитесь, сейчас я вам помогу. — протараторила она, посадив его на мягком диване и принявшись снимать верхнюю одежду.       Тело Лиса было однозначно в отличной форме: подтянутым, молодым. Заметно, что ему приходится каждый день переносить немало физической нагрузки, это ощущалось в самой его походке во время первой встречи. Уверенной, твёрдой, будто даже свирепый медведь не сможет совладать с ним, о чём говорили оставшиеся шрамы. Вероятно, ранения для него были не в новинку. Тем не менее эта внешняя грубость очень украшала рельефы эльфа, что слегка блестели из-за влаги, подчеркивая напряженные мышцы, которые будто просят обратить на себя внимание.       Так же думала и беловолосая, что не могла не заметить зрелище перед глазами. Хотя ей не стоит тратить много времени на то, чтобы разглядывать раненного, она отметила, насколько он скорее всего выносливый и сильный, не обделенный явной красотой, заставляющей робеть любых неопытных молодых эльфов. Предположительно и не только их. Девушка была в их числе, ведь от такого в голову только и лезут странные мысли о том, как он мог бы ненароком прижать к стене, создавая давление одним лишь взглядом, или жадно сжать в объятиях поближе к себе, с чем ты ничего не сможешь поделать, будучи словно беспомощным кроликом в руках охотника.       После такого, она быстро постаралась переключиться на что-то более важное в данный момент.       Обратив внимание на руку, перед глазами действительно предстала рваная, сильно окровавленная рана, вероятнее всего с волчьим укусом, который неплохо потрепал охотника из-за голода. Не растерявшись, девушка первым делом взяла все необходимые средства для обработки и села рядом с пострадавшим. Хотя ей и не приходилось слишком часто иметь дело с таким типом повреждений, она четко знала, что стоит делать, а после нескольких подобных травм всякое волнение в ней пропало. Полностью позабыв о фантазиях, что некогда занимали её голову, лекарь была полностью погружена в свою работу, когда как сам Лис неподвижно сидел рядом.       Ему казалось, что боль стала пронизывать всё его тело. Он уже не понимал, то ли рука уже онемела, то ли он сам привык к этому дискомфорту, что мучал его на протяжении нескольких часов. Метель, что началась совсем невовремя, чудом не добила его, это понимала даже сама девушка.       Закончив обрабатывать рану, альбиноска убедилась, что в ней не осталось никакой грязи или слюны зверя, она перевязала руку, оставив её в покое. Выбрав наименее грязную одежду, Снежа надела её обратно на парня, пока тот лишь послушно поддавался её действиям, и укутала в плед, чтобы ему наверняка не стало холодно.       — Всё, я закончила. Можете отдыхать... А, я могу вам дать обезболивающее, чтобы было проще уснуть, погодите. — Собрав всё, что только принесла, маленькая эльфийка ринулась куда-то на кухню.       Стоило ей после вернуться со стаканом в руке, а Лис уже лежал на диване, тихо сопев.       — Так утомился, что аж уснул даже с такой болью. — прошептала девушка, поставив на тумбочку отвар.       Задумавшись на секунду, она в очередной раз куда-то удалилась, на сей раз уже на второй этаж, где была небольшая спальня. Забрав оттуда мягкую подушку и одеяло, которые неспешно спустила в руках, она укрыла своего “больного” и подложила под его тяжелую голову подушку. В этот момент наконец пришло осознание, что прямо сейчас именно он оказался в её доме. Хотя причина этому была очень нехорошая, это всё равно заставило бледное лицо немного покраснеть, когда как сама беловолосая не совсем поняла, от чего.       Всмотревшись в его лицо, перед собой она увидела достаточно молодое лицо, усыпанное веснушками на щеках. Нос был вздёрнут, а черты лица непривычно мягкие для молодого человека такого рода занятия.       В деревне многие парни имели грубые черты, либо наоборот, были круглые и можно сказать немного пухлые. Прежне никто из живущих здесь не привлекал её, но причина тому была не во внешности потенциальных кавалеров. Не со всеми получалось сложить интересную девушке беседу, а кто-то выглядел настолько ненадёжно, что ни о каких романтических чувствах даже речи не шло. Снежку это порой слегка волновало, ведь некоторые её друзья влюблялись и заводили отношения, а другие мучали вопросами о том, когда же “Белоснежка” представит своего суженого, на что ей было немного не до того. И именно это заставляло побеспокоиться — почему же ей так было всё равно?       Однако сейчас внутри словно что-то дрогнуло. Возможно, это связано с бесчисленными мыслями, которыми была занята голова эльфийки все эти дни, или ей просто приглянулась внешность, однако он точно стал ей только больше интересен. Убрав русые, немного рыжеватые волосы с его лица и нежно погладив, девушка устроилась обратно в своё кресло, погрузившись в мысли. Ей не хотелось оставлять этого юношу одного в гостиной, потому вскоре она сама уснула на том же месте, где сидела.