Просто будь рядом

Роме пришлось ждать довольно долго, пока Антон наконец успокоится и сможет отпустить его. Парню было больно видеть эти слезы, он будто испытывал всю внутреннюю боль Антона на себе. Он понимал, что Петров совсем недавно стал разделять чувства Пятифана, до этого живя и даже не задумываясь об этом. Ему просто пришлось шагнуть в неизвестность, даже не зная, правильно ли это или нет. Сколько бы хулиган не объяснял ему свою точку зрения, его не так просто принять. Все слишком резко и быстро. Даже если любимый человек будет рядом, все равно страшно терять остальных дорогих людей. Именно это заставляло Пятифана беспокоиться. Что, если Антон свернет назад? Захочет сделать вид, что ничего не было, все это глупый сон? От таких мыслей уже Рома прижимал к себе парня, будто если ослабит хватку, тот может навсегда исчезнуть. Сейчас они лежали на одноместной кровати Антона. Было немного тесно лежать вдвоем, но это гораздо лучше, чем быть одному. Петров переплетал свои и Ромины пальцы, изучая костяшки и фаланги другого. Возможно, хотел отвлечься. —Когда этот праздник закончится? — спросил Антон хриплым и уставшим голосом. —Где-то через часа три. —Они могут вернуться раньше. Чем займемся? — Петров отпустил руку Пятифана и сел на кровать, оглядывая спальню, выискивая, чем бы можно было скоротать время. —У тебя же есть кассеты. Батька че нового не подкинул? —Не-а. Можем чего из старых глянуть, или ты хочешь Олины мультики посмотреть? — ехидно спросил Антон, выпрыгивая с кровати. На такой комментарий Рома даже не высказал свое недовольство, ведь у парня наконец поднялось настроение на подобные шутки. —Давай «По прозвищу «Зверь»! — Все, что успел выкрикнуть Пятифан, уже выбежавшему из комнаты Антону. Рома вышел за парнем, обнаруживая, как тот перебирает свою коллекцию фильмов, ища нужный. Пришлось включить свет в зале, чтобы искать было легче. Контраст между освещенным залом и темной комнатой Петрова резал глаза. Довольно быстро Рома получил приказ поставить чай, видимо Антон хотел как следует расслабиться. Обычно, пить и есть во время просмотра телевизора не разрешалось, но сейчас было плевать. Самое запретное, что могло бы произойти, уже спустилось на кухню и набирает воду в чайник. Через время, парни сидели на полу, смотря уже знакомое начало фильма. Антон пил из чашки теплый чай, пока Рома искал удобное положение. Пятифан дождался, пока Антон опустит чашку на пол, чтобы не разлить, и притянул того к себе, уютно устраивая перед собой. Антон не ожидал такого и сначала слегка посопротивлялся, но по итогу расслабился, опускаясь спиной к груди Ромы. В фильме были и крутые и немного забавные моменты. Иногда Пятифан громко выдыхал через нос, так заменяя смешки. При повторном таком действии, он заметил, как раскраснелась шея Антона. Хоть и свет исходил лишь от телевизора, это было отчетливо видно. Такая реакция натолкнула Рому на некоторые мысли, но он не сразу решился проверить свои догадки. Хватило его ненадолго, сам не заметил, как дунул прямо в шею Антона. Тот подпрыгнул и поежился, но лицо свое не показал, даже говорить ничего не стал. Теперь Пятифана все меньше и меньше волновало происходящее на экране. Он аккуратно положил голову на плечо Петрова, пытаясь глазами поймать выражение лица парня, но тот упрямо отвернулся. —Тох, у тебя шея чувствительная? — Ответа не последовало. Парень лишь вжался в себя, стараясь закрыть шею, но большая её часть все равно была видна. Пятифан убрал голову с плеча и заново дунул в одно и то же место. Теперь-то Антон не выдержал, недовольно промычав, он закрыл ладонями шею и подался вперед. —Н-ну и что? Это не значит, что это обязательно нужно как-то проверять. Пятифан оглядел ссутулившегося Антона перед собой. В голову ему пришла ещё одна, казалось бы абсурдная мысль, но он все же решил проверить и это. Быстро и аккуратно просунув руки между талией и руками Петрова, он обнял его и потянул к себе. Тот упрямился и всячески не хотел разгибаться, но стоило ощутить очередное горячее дыхание, он, сам того не ожидая, слегка вытянул ноги. Теперь уже было поздно пытаться скрыть бугорок у паха. Антон залился краской, казалось, его поймали за чем-то постыдным, хотя отчасти так и было. Парень так бы и сидел закоченев, пока не ощутил множественные поцелуи на шее, а чужие руки стали свободно блуждать по телу, изучая его через футболку и забираясь под неё. Поцелуи становились все влажнее и громче, а тело все больше и больше отвечало ласкам. Антон закрывал рот ладонью, чтобы не дать лишним, по его мнению, звукам вырваться. Рома поглаживал соски, играясь с ними, и краем глаза следя, как бугор становится чуть больше. Ладонь хулигана сама опустилась на стояк, защищенный шортами, и какого было его удивление, когда он чуть сжал руку, а у своего уха услышал еле уловимый стон наслаждения. Он делает все правильно. Петров дышал все громче и чаще, ощущая спиной что-то твердое. Парень прекрасно знал, что это, от этого было и стыдно, и приятно. Было немного радостно осознавать, что Пятифан реагирует на него точно так же. Пока он так думал, Рома время зря не терял, слегка приспуская шорты Антона и беря в руку его возбужденный член, который уже выделял смазку. Рома стал медленно водить рукой по стволу, иногда ускоряясь и замедляясь. Он чувствовал, как тело Антона ему отвечает, возможно, тот сам не замечал, как подмахивает бедрами навстречу. Рома останавливался несколько раз, наслаждаясь недовольным стоном Антона, который будто просил ещё. Пятифан сам не смог вытерпеть, пришлось отпустить Антона, чтобы уделить внимание и себе. Антон похоже набрался смелости или же потерял стыд, ведь ощутив отстранение другой руки, он жалобно глянул в глаза Ромы и быстро развернувшись, утянул того во влажный и вязкий поцелуй. Антон опустил взгляд ниже, исследуя стояк Ромы. Он сначала прикоснулся к нему через ткань, как это делал сам Рома. Петров бесцеремонно сунул руку под штаны и боксеры, доставая почти такой же возбужденный член. В фильме происходила какая-то драка, явно крутая и захватывающая, но парням было не до этого. У них тут своя борьба. Парни целовались и одновременно ласкали друг друга. Антон уже не стеснялся стонать, иногда прямо в ухо и без того разгоряченного Пятифана. Кто бы мог подумать, что Петров сможет так смело себя вести перед Ромой, и это они ещё только начали исследовать друг друга. В комнате смешались звуки из фильма и частые, негромкие стоны. Петров все чаще и чаще подмахивал бедрами, желая большего, из-за чего сам не замечал, как ускорял темп для Пятифана. Тот похоже все так же дразнился, тормозя свою руку, но это не помешало главному. Первым кончил Антон, изливаясь в руку хулигана, сопровождая это очередным, более протяжным стоном. Из-за этого, его рука немного замедлилась на члене Ромы, но быстро спохватившись, он продолжил свое дело. И наконец-то смог почувствовать влажность в ладони, после таких стараний. Петров оперся лбом об плечо Пятифана, стараясь восстановить дыхание. Ему непременно будет стыдно за это. Через некоторое время, Антону уже было неловко смотреть на Рому. Он натянул шорты и пошел смывать руки. Это все началось слишком резко, конечно, было приятно, но сейчас ему очень стыдно. Сидя рядом с Ромой и стараясь сделать вид, что происходящее на экране заняло все его мысли, он мог думать лишь о Пятифане. Что он об этом думает? На экране уже крутили субтитры, и Петров почувствовал, как его нежно поцеловали в щеку. Обернувшись, он столкнулся с обеспокоенным взглядом Ромы: —Ты как? — Антон не спешил с ответом. Сейчас, его не беспокоили проблемы с семьей, его беспокоила такая нелепая ситуация. —Все в порядке. — Петров легко улыбнулся. Сейчас он рядом с тем человеком, который никому не даст его в обиду. Парни вымыли чашки, наконец закрыли окно в комнате Антона, убрали фильм на место, и стали проводить время в комнате Петрова. Они просто сидели и болтали о своем, как в старые добрые. Пока эту идиллию не нарушил звук открывающейся двери. Петров подпрыгнул на месте, сердце ушло в пятки. Что делать? Пятифан встал и на всякий прижался к окну, готовясь открыть его и начать карабкаться вниз по дереву. Антон вышел из комнаты и направился вниз, его встретила уставшая мать и Оля. Оля была веселой, да и мама не казалась злой. Сестренка быстро подбежала и обняла брата, спрашивая того о самочувствии и не было ли ему одиноко. Карина быстро переоделась и легла спать, указав сыну уложить младшую. Антон быстро отправил Олю в свою комнату, а сам зашел к себе. Рома ещё стоял у открытого окна. Петров подошел ближе и обнял его, никто не знал, когда они снова смогут встретиться. Поцеловавшись в последний раз за сегодня, Рома юркнул в окно, аккуратно перелезая на дерево и спускаясь вниз. Антон быстро уложил Олю спать, та немного рассказала ему о том, что происходило на мероприятии. Похоже, ей там понравилось и она даже завела новую подругу своего возраста. Парню оставалось лишь порадоваться за неё. Стоило Петрову упасть на свою кровать, он тут же ощутил, как его разум постепенно охватывает сон. Неужели, он так сильно устал за сегодня?