Огромная проблема

Через три недели в отделе убийств появился новый сотрудник: сержант Уильямс, который словно сошел с агитационного плаката на тему «Записывайтесь в армию» или «Выбирайте службу в полиции». Широкоплечий, в меру накачанный, с голубыми глазами, светлокожий блондин двадцати семи лет. Альфа в самом расцвете сил. Мартин учуял его запах еще на стоянке. Психанув, он поднялся в отдел и увидел, что какой-то мужик зависает у стола Роджера и самым бесстыдным образом заигрывает с улыбающимся омегой. В действительности Уильямс расспрашивал Роджера о работе отдела, а Роджер дежурно улыбался, отвечая на глуповатые вопросы. Ему и невдомек было, что Уильямс уловил запах омеги, потому и пристал с разговором. Сам Роджер несколько дней пользовался мазью для блокировки запахов альфы, потому ничего и не почувствовал. Перед ним был один из новичков, которого следовало научить уму-разуму. И Роджеру немного польстило, что Уильямс выбрал его в качестве наставника. Сегодня утром Мартин принял оставшиеся таблетки, которые должны были успокоить его, как альфу. Он позабыл о них, а когда рылся в карманах куртки, то нашел блистер. Подумав, что это поможет находиться в обществе Роджера, Мартин выдавил пять таблеток и проглотил их. Ударная доза гормонов, конечно же, никоим образом не могла кого-то успокоить, особенно альфу в обществе связанного омеги. Ревность и приступ собственничества вышибли из Мартина способность здраво рассуждать. Он рванул к блондину, сгреб его за воротник пиджака и, протащив за собой к запасному выходу, чуть не спустил по лестнице. За ними помчались коллеги, впереди бежал Роджер. — Сейчас же оставь Уильямса в покое! — потребовал он. Мартин глухо зарычал, встряхивая злосчастного сержанта за шиворот. Уильямс, почувствовав альфу, — не просто старшего по возрасту, а и более сильного, — почти не дышал. Инстинкты вынудили Уильямса затаиться, чтобы не дать повода другому альфе изодрать его в клочья, хотя в ином случае он бы уже дал достойный отпор. — Оставь Уильямса в покое, — повторил Роджер, подходя ближе. — Мартин, прекрати. Попадешь под увольнение, да еще и дисциплинарное взыскание… Он стоял вплотную к альфам, ощущая их смешавшиеся запахи, и внезапная боль, скрутившая внутренности, заставила Роджера протяжно застонать, впившись пальцами в живот. Мартин немедленно уронил Уильямса и кинулся к Роджеру. — Я тебе помогу, — он заискивающе заглядывал другу в глаза, — скажи, что сделать? У Роджера подкосились ноги, волна похоти и боли затопила его сознание. Он едва не грохнулся на пол, но его вовремя подхватил Мартин, который заорал: — Вызовите скорую! Да что вы стоите, как болваны! Звоните девять-один-один! Он оглянулся и увидел Уильямса, который, в свою очередь, не сводил глаз с Роджера. Альфа учуял течного омегу. — Съебись нахуй! — Мартин оскалился, показывая клыки. Уильямс тоже ощерился, только его клыки альфы были, как и полагается, заостренными. Роджер крепко цеплялся за Мартина. Он уткнулся лицом ему в грудь, вдыхая аромат своего альфы. Сейчас Роджеру было абсолютно наплевать, что на него с Мартином таращится с пару десятков сотрудников. — Что происходит? — Сквозь толпу проломился капитан Мерфи. — Риггс? Мерта? Мне кто-то объяснит, что тут творится? Уильямс? Альфы не сводили друг с друга глаз по принципу «кто первый моргнет». С клыков Уильямса стекала слюна, лишь остатки самообладания удерживали молодого альфу от решающего рывка и драки с Мартином, как вдруг он кое-что почувствовал. Сквозь ошеломляющий запах течки уверенно прорывался аромат омеги с нотками альфы. Перед Уильямсом был помеченный омега. Молодого альфу словно окатили ледяной водой, возбуждение спало, а в голове прояснилось. — Прошу прощения, — пробормотал Уильямс и на скорости света убрался из коридора. Мартин показал ему средний палец и переключил внимание на Роджера, и тут до него дошло, что вокруг столпились сотрудники. — У него… — Мартин запнулся, — аппендицит. Ему нужно в больницу. Мерфи понял, что дело не в аппендиците, но во избежание пересудов и волнений в отделе, приказал всем разойтись по местам. Проконтролировав вызов скорой, Мерфи дождался медиков и лично сопроводил Роджера к машине. Мартин следовал за своим омегой, как приклеенный. — Что происходит? — сквозь зубы прошипел Мерфи, хватая Мартина за плечо. — Роджер — мой связанный омега, — коротко ответил тот, отталкивая начальника и запрыгивая в скорую. — Вашу ж мать! — Мерфи покрутил головой. — Что за херня?! Только этого мне и не хватало!

***

Мартину пришлось выдержать бой с медиками, которые не хотели впускать его в смотровую. — Это мой омега! — Мартин перестал сдерживаться. — Вы не понимаете? На нем моя метка, я его альфа! Вот! — Он достал водительские права, в нижнем правом углу которых чернела греческая буква, означающая вторичный гендер. — Я его альфа и имею право находиться рядом с ним! Во время обучения медработников наставляли, как себя вести в случае, если они сталкивались с альфами или омегами. Особая осторожность требовалась при общении со связанными парами. Но медики зачастую имели скудный опыт в этой области, поэтому сейчас интерны, которых вызвали в смотровую, вообще не понимали, что делать с осатаневшим Мартином, да еще и вооруженным. Больничные охранники отступили перед значком полицейского. — Оставьте его, — наконец сказала одна из медсестер, — пусть сидит рядом. Мы все — беты, и не представляем никакой опасности. Но избегайте резких движений. Напуганные интерны быстро осмотрели пациента — Роджера лихорадило, он бредил, бормотал что-то бессвязное. Взволнованный Мартин мешал медикам, то и дело хватая омегу за руки. Наконец Роджеру ввели седативные и гормональные средства, а затем отправили в палату. Мартина снова попытались прогнать, в ответ он пообещал перегрызть всем глотки и оскалился. Пусть и частично спиленные, клыки альфы отпугнули бет. В палате Мартин уселся на стул, поставленный у кровати, и принялся ждать.

***

Когда в больницу приехала Триш, которой позвонили с работы мужа, то ее ждал неприятный сюрприз. Войдя в палату, она с изумлением увидела, что мужчина, которого она считала лучшим другом своего мужа, бесстыдно обнимает Роджера, словно женщину. — Роджер? — Триш не рискнула подойти поближе. — Мартин? В чем дело? Мартин приподнял голову, уставившись на женщину осоловелыми глазами. Он тоже получил порцию успокоительных, но это лишь наполовину понизило его желание быть со своим омегой. — Что с ним? — Триш указала на Роджера. — Течка, — ответил Мартин. — Что? — Течка, — повторил он. — Разве ты не знаешь, что твой муж — омега? Триш зажала рукой рот, чтобы не закричать от потрясения. — Прости, это я во всем виноват. — Мартин выдавливал из себя слова, которые причиняли ему боль. — Пожалуйста, не ненавидь его. Это я вынудил Роджера… У нас была связь. Из-за течки. И я поставил на нем метку. — Не понимаю, — звенящим от возмущения голосом ответила Триш. — Сделаем вид, что я ничего не слышала, а ты ничего не говорил. Сейчас я пойду, выпью кофе и вернусь. Ты за это время исчезнешь. А потом мы будем общаться как и раньше. Никаких омег и альф. Договорились? Мартин кивнул. После того, как Триш покинула палату, он медленно поднялся. В палате сильно пахло омегой, и альфе казалось, что, оставляя свою пару, он заживо сдирает с себя кожу. Он наклонился к Роджеру, поцеловал его в лоб и покинул палату. Мартин не успел далеко уйти. Он заметил, как в дверь прошмыгнул невысокий полный мужчина в белом халате. Мартин сделал пару шагов по направлению к лифту, но, подчиняясь чутью полицейского, вернулся. Открыв дверь, Мартин увидел, как медик затягивает жгут на левом предплечье Роджера, намереваясь взять кровь. — А вы кто? — грубо спросил Мартин. Медик едва не выронил шприц, выпустил концы жгута. — На милую медсестричку из лаборатории вы не похожи. Обычно там красотки работают, но ты смахиваешь на санитара или водителя скорой. Ты что собрался делать? Полный мужчина побежал к выходу, точнее, попытался это сделать. В следующую секунду он оказался на полу, придавленный Мартином. — Я врач! — пискнул мужчина. — Доктор Смит! Я наблюдаю за здоровьем Роджера! Вы не понимаете! Отпустите! Я вас засужу! — Сейчас мы во всем разберемся, — почти ласково пообещал Мартин, не слезая со Смита. — Мартин, — сонно произнес Роджер, — что ты опять устроил? — Ты сдохнешь, — сказал Смит, обращаясь к Риггсу, — связь угаснет и ты сдохнешь от безысходности. Вы оба — тупиковая ветвь эволюции. Я хотел вам помочь, но вы слишком глупы, чтобы это понять. Он пойдет дальше, а ты — альфа — пустишь себе пулю в лоб. Ты не выдержишь без омеги, не протянешь и… Мартин с удовольствием впечатал его лицо в светлый линолеум.

Спустя месяц

Скандал с доктором Смитом удалось оставить вне поля зрения журналистов. Омеги, находившиеся под наблюдением этого врача, потребовали, чтобы заседания суда проходили за закрытыми дверями. В ходе следствия выяснилось, что Смит много лет испытывал на своих пациентах различные гормональные средства, действуя в сговоре с крупной фармацевтической компанией, юристы которой предоставили убедительные свидетельства того, что доктор Смит обманывал представителей компании, обещая им испытания на животных. Смит утверждал, что это наглая ложь и что с самого начала его сотрудничества с компанией речь шла именно о людях, а не о крысах или морских свинках. Вдобавок он, надеясь хоть как-то смягчить приговор, сообщил, что за омегами, которых консультировал, ненавязчиво наблюдали их коллеги по работе. (Смиту позвонила психолог из департамента и сообщила о том, что сержанта якобы с симптомами аппендицита отправили в больницу. Узнать адрес для Смита не составило никакого труда, равно как и узнать, что именно случилось с Роджером. И Смит помчался к нему, намереваясь взять кровь для анализа, пока в омеге бушевала гормональная буря.) Роджер прошел курс лечения от последствий влияния экспериментальных средств, которые вместо того, чтобы подавлять сущность омеги, произвели обратный эффект. Потому на Роджера подействовали феромоны альфы, на которые омега никогда не реагировал. После терапии Роджер продолжал улавливать запах альфы, но оставался равнодушным к нему. Мартина тоже обследовали, все анализы свидетельствовали о том, что эффект действия таблеток был кратковременным и никакого вреда здоровью не причинил. Что на самом деле произошло с Роджером Мерта знали руководство департамента в общем, и начальник отдела в частности, но непосредственные коллеги Роджера думали, что у него случился приступ аппендицита.

***

Мартин допивал пятую банку пива, сидя перед трейлером, когда увидел машину Роджера. — Привет, — с нервной улыбкой произнес тот, выходя из автомобиля. — Я ненадолго. Надо поговорить. — Говори. — Мартин с показным равнодушием взглянул на друга. — Хочешь пива? — Нет. — Роджер остановился напротив него. — Триш сказала, что ты можешь приезжать к нам домой. Никаких проблем. Все закончилось. Она, конечно, была вне себя от негодования, но ведь всему виной чертов доктор Смит с его долбаными таблетками, не так ли? Если бы не он… — Я приеду к вам завтра, — перебил Мартин. — Мы по-прежнему друзья? — Поезжай домой, пора есть кулинарные шедевры Триш, — улыбнулся Мартин. Роджер рассмеялся с видимым облегчением. — Значит, все как и раньше? — спросил он. Мартин присвистнул, указывая пустой банкой на машину друга. — Отлично. Когда Роджер уехал, Мартин взял очередное пиво и пролил на ноги, потому что у него сильно тряслись руки. — Да чтоб тебе! — проорал Мартин, отшвыривая банку. — Чтоб вам всем! К нему подбежал Сэм и уселся перед хозяином, виляя хвостом. — Иди сюда, вот так, хороший мальчик. Проголодался? Сэм облизал ему щеку. Мартин наполнил собачью миску кормом, достал из холодильника упаковку пива и отправился к Доку. Они неторопливо заканчивали бутылку с виски, уже нацелившись на вторую, и беспрерывно курили. — Ты же не собираешься играть в русскую рулетку? — спросил Док, когда полностью потемнело. — Зачем? — ответил Мартин. — Все закончилось. — Ну если тебе проще жить с такой мыслью, то вперед. — Да, мне проще жить с такой мыслью. После второй бутылки виски и нескольких банок пива Док сказал: — Ничего для тебя не закончилось и никогда не закончится, Мартин Риггс. Ты можешь только смириться, но не забыть. Если планируешь выжить, то поезжай к какому-нибудь мозгоправу, пусть выдаст антидепрессанты. Иначе ты в течение года, а то и раньше, сдохнешь от тоски. Я же сказал — омегам проще. Альфы получают билет в один конец. Я в свое время из-за депрессии лицензию потерял. — Ты — альфа? — Пей пиво, Мартин. Пока еще хочется это делать. Вернувшись в свой трейлер, Мартин уселся на кровать и достал особую пулю. — Прости, Виктория Линн. — Он глянул на снимок. — Я облажался. Спустя пару минут прозвучал оглушительный выстрел, перепуганный Сэм выскочил из трейлера, беспрерывно лая. В трейлере дымился безнадежно испорченный телевизор, а Мартин дико хохотал, прижимая к груди пистолет. — Проблема, — хриплым голосом произнес он, — у меня, как всегда, огромная проблема. Ничего нового. Мне не привыкать. Выберусь и из этой засады. Но в голове на повторе звучал голос Дока: «Альфа был разбит вдребезги. Альфы получают билет в один конец».