Copiadora

Знаменательный день

В небольшой комнате, что была украшена различными детскими рисунками на стенах и вмещала в себя лишь три кровати да шкаф для одежды, сидели два ребёнка, мальчик и девочка. Они были совсем маленькими, по 4 года каждому, но именно сегодня одного из них ожидает грандиозное событие — получение дара семьи Мадригаль. Этого ребёнка зовут Рубен, что означает «ослепительный, яркий», что и было правдой — мальчик был самым солнечным ребёнком в их семье, маленьким солнышком, что мог сделать счастливым любого вокруг себя. Вторым же ребёнком была Мирабель, которая была практически такой же чудесной, как и её любимый кузен. — Не бойся, Рубен, у тебя будет прекрасный дар! — малышка задорно махнула кудрями и схватила своего двоюродного брата за ладошки. — Я верю, что ты принесёшь много пользы и счастья в будущем! — Я не боюсь, просто…волнуюсь, — мальчик, у которого были разномастные глаза (что являлось неким феноменом для их семьи), тихо вздохнул, но тут же улыбнулся нежной улыбкой своей сестре. — У тебя через неделю тоже будет церемония, Мира. Я считаю, что она пройдёт хорошо. И…несмотря ни на что, мы будем видеться часто-часто, обещаю. Девочка, растроганная словами своего старшего кузена, крепко обняла его и тихо всхлипнула. Учитывая, что остальные (кроме Камило, конечно) уже имели свои волшебные комнаты и были обременены различными поручениями Абуэлы, самые младшие уже были предоставлены сами себе и не могли общаться так часто со старшими как раньше. Однако дети старались не отчаиваться и находили различные развлечения себе сами. Камило и Рубен, неразлучные братья-близнецы, даже не имея дара, подшучивали над своими родственниками и жителями Энканто, а Мирабель, их маленькая (даже если и ненамного) кузина, прикрывала их как могла и зашивала их пончо кривыми, но старательными стежками, если те упадут с дерева или споткнуться о камень во время побега от разгневанных жертв их детских шалостей. Вдруг в комнату маленьким вихрем врывается ещё один ребёнок, Камило, который, заметив крепкие обнимашки, возмущённо вдохнул и быстро кинулся вперёд, падая на двух детей сверху и прижимая их к кровати. Однако мальчика в основном интересовал его брат, поэтому обхватил руками только его, но и с Мирабель слазить не стал. — Камило, слезь с меня! — мальчишка пытался отпихнуть своего брата от себя на кровать, но можно было бы и на пол, что больше в приоритете. Однако тот отпихиваться совсем не желал. — Я пытаюсь спрятаться от нашей мамы по всему дому, а ты обнимаешься. Нечестно! — Камило профессионально изобразил обиду и выполнил своеобразный приказ — он слез с Миры, что уже устала отбиваться, и лёг рядышком с Рубеном, но не отпустил его из цепких ручонок. — Ты сам виноват! Не нужно было прятать её любимые серёжки, — Рубен, тоже устав, устало выдохнул и обхватил своего брата руками в ответ. — Ты же знаешь, какая она нервная. Почувствовав ответные объятья его горячо любимого брата, шутник семьи Мадригаль расплылся в довольной улыбке и уткнулся носом в кудри, что пахли горьким шоколадом и корицей. Для Камило его брат-близнец имел особое положение в его душе и сердце — тот был выше даже его родителей и старшей сестры, Долорес, что замечали абсолютно все. Его успокоить мог только Рубен, тому хватало лишь положить руку на плечо, и Камило тут же становился послушным мальчиком. Ластился лишь к нему, всегда старательно избегая свою мать во время её неожиданных нежностей в объятьях Рубена, который извинялся перед своей матерью одним взглядом, подставляя свою голову под её ласки, не обращая внимания на ревностный взгляд сиблинга. Тут послышался стук половиц. Касита постучала деревяшками для привлечения внимания и показала детям будильник, молчаливо напоминая про церемонию, что наступит с минуты на минуту. Камило, недовольный таким исходом, отпустил своего брата и спрыгнул на пол, на ходу поправляя белую рубашку. Рубен отправился следом за ним, делая тоже самое, но ещё и поправляя свои кудри, а когда закончил, приступил и к волосам братишки. Если кудряшки Рубена были чуть более послушными и поддавались рукам, то у близнеца совершенно наоборот — волосы этого ребёнка приходилось весьма долго укладывать, а в это время Камило получал внеземное удовольствие, ведь его братишка делал это настолько нежно и аккуратно, что он готов даже замурчать. Однако нежности прекратились уже через минуту, так как время поджимало.

***

Два мальчика стояли рядом друг с другом перед лестницей, что вела на второй этаж их дома к Абуэле, новым комнатам, дарам и волшебству. Если самый весёлый из близнецов был готов вскочить по лестнице на первых порах, то второй не был столь уверен в этом и мялся на месте, не решаясь сдвинуться с места. Заметив настроение своего hermano, Камило уверенно взял того за руку и широко улыбнулся на вопросительный взгляд разных глаз. Помедлив, Рубен улыбнулся ему в ответ своей нежной и тёплой улыбкой, медленно выдыхая и также уверенно сжимая родную ладонь в ответ. Ничего не говоря дети отправились наверх. Речь их бабушки никаким образом не отложилась в их голове, те с яркими звёздами в глазах смотрели на волшебную свечу и ожидали разрешения дотронуться до неё. Альма, заметив их настрой, лишь снисходительно улыбнулась и немного наклонилась вперёд, чтобы детям было легче дотянуться. Мальчики по очереди коснулись яркой, тёплой свечи ладошками и шагнули к дверям, что находились по соседству друг с другом. Они переглянулись, решительно кивнули друг другу и схватились за золотые ручки, крепко сжимая их. Дверные силуэты спустя доли секунды начали ярко светиться, принимая более чёткие черты, а после на дверях из светлого дерева проявились рисунки, что сверкали золотом. Двери близнецов практически ничем не отличались, но отличия всё равно имелись — на двери Камило был изображён он сам с неизменной хитрой улыбкой, а позади него проглядывались нечёткие силуэты безликих людей, а на двери Рубена тоже был изображён хозяин комнаты с лёгкой, тёплой улыбкой и показывал раскрытые ладони, что светились намного ярче, чем вся остальная картина. Дети, даже не пытаясь открывать двери в комнаты и не услышав торжественного «У семьи Мадригаль появились новые дары!», резко посмотрели друг на друга и крепко-крепко обнялись. Братья были настолько счастливы, что совсем-совсем не замечали шума вокруг, но объятья их родителей заметили сразу. Однако те не продлились очень долго из-за нестабильного облака над головой Пепы, что начало сгущаться в тучу. — Ну же, Пепита, наши hijos не могут намокнуть в свой праздник, — Феликс заботливо отстранил свою жену от детей и весело подмигнул им. — Ох, я просто так счастлива за них! — женщина начала часто махать ладонями перед своим лицом, стараясь не пролить слёзы счастья. — Ну, — Рубен, как самый спокойный на данный момент, неуверенно поджал губы и взглянул на двери. — Мы так и не поняли, какие у нас дары, mamá. — О! О! О! А я, кажется, понял, — Камило резво попрыгал на одном месте и, внимательно посмотрев на своего отца, неожиданно обернулся его копией. — Не зря я учился пародировать чужие голоса и поведение! Рубен, что сначала испугался из-за неожиданной метаморфозы своего брата, тихо засмеялся и кивнул. Действительно, его братишка часто стоял перед зеркалом и старался точь-в-точь повторить поведение того или иного человека. Да даже рассказывая истории, он старательно менял тональность голоса для каждого персонажа, чтобы звучало намного интереснее. Мальчик с сомнением посмотрел на свои ладони — дар так или иначе связан именно с ними, он был уверен, но как это использовать. Может быть… На глаза попалась его старшая кузина, Исабелла. Она стояла в одном из своих красивых платьев и с лёгкой улыбкой наблюдала за всем со стороны, а на взгляд своего кузена вопросительно приподняла брови. — Сестрёнка! — он подбежал к девочке и остановился прямо перед ней. — Можешь…помочь мне, пожалуйста? — Конечно, Рубен. Чем я могу помочь тебе? — девочка 11 лет чуть-чуть наклонилась к нему. — Поставь ладони — вот так, — он выставил перед собой ладошки, внешней стороной к себе. Исабелла молча исполнила просьбу и с любопытством наблюдала за действиями своего двоюродного брата, а тот тем временем прижал свои руки к рукам кузины и с радостью смотрел на то, как его ладони ярко засветились сначала золотым светом, а потом нежно-розовым. Девчушка, пару раз моргнув, подняла взгляд на лицо Рубена и ошеломлённо вдохнула — в волосах мальчика были васильки. Средний из Мадригалей взгляд заметил и аккуратно вытащил маленький цветок из кудряшек. — Да! Я так и понял! — ребёнок отдал цветок своей сестре и резво обернулся к своим родителям. — Я подумал, раз уже Камило может копировать любую внешность, то и я могу что-то копировать, раз уже мы близнецы. Только…если ему хватает одного взгляда, то мне нужно прикоснуться. Камило, который жаждал всегда экспериментов, подскочил к нему и с хлопком прижал свои ладони к ладоням Рубена, пока тот продолжал методично сверлить их взглядом. Произошло такое же свечение, но после золотого был в этот раз оранжевый. А васильки теперь сиротливо лежали на деревянном полу. — Давай, прими облик любого, кто здесь находится! — лицедей от эмоционального напряжения и нетерпения прикусил губу — было до ужаса интересно, сможет ли брат сделать тоже самое, что и он. Рубен, который, в принципе, не шибко отличался от своего брата в плане любопытства, выбрал своей «жертвой» Исабеллу. Снова. Обернувшись ей, мальчик неловко переступил с ноги на ноги, ведь те были в туфлях на каблучках, и с непривычки смахнул локон с плеча. Однако через полминуты пришёл в себя и встал ровнее, тут же обращая внимание на кузину. Не отошедшая от прошлого шока девочка, совсем сникла и перестала что-либо понимать уже совсем. И если та была где-то в своих мыслях, то Камило схватил лицо близнеца в ладони и широко-широко улыбнулся. По глазам Рубен понял, что у них будет насыщенная жизнь.