Джентльмены НЕ ВСЕГДА предпочитают блондинок

Бар утопал в приглушённом свете — яркие отблески ламп дрожали на затёртых столешницах, а в воздухе витал терпкий запах старого дерева и дешёвого виски. Сэм, Дин и Кастиэль праздновали победу над очередным призраком, когда дверь с грохотом распахнулась. Артур Кетч ворвался, словно ураган: глаза горят, кулаки сжаты. Не сказав ни слова, он бросился на Сэма. Удар точно в нос — хруст, горячая кровь на губах. Дин и Кастиэль кинулись разнимать, но англичанин бился с нечеловеческой яростью, будто в него вселился демон. Дин плеснул Кетчу светой воды в лицо. *** Бункер встретил их тишиной. Кастиэль, едва переступив порог, тут же взялся за исцеление: лёгкие прикосновения пальцев — и ссадины начали затягиваться. Но кровавые разводы на рубашке Сэма остались — свидетели недавней стычки. — Приветик, мальчуки! — звонкий голос разрезал тишину. Ровена появилась, как всегда, внезапно. В руках — Чёрный Гремуар, на лице — улыбка, от которой у Сэма ёкнуло сердце. Её тёмно‑синее платье струилось, словно река южной ночью, а рыжие кудри, уложенные по плечам, ловили свет, превращаясь в в пламя. — Отлично выглядишь, — не удержался Сэм, и в его глазах мелькнуло игровое и вместе с тем нежное. Улыбка Ровены растаяла, стоило ей заметить кровь. — Что произошло, Сэмюэль?! — в голосе — сталь, но глаза тревого и не понимание. — Да Кетч нечаянно нагрянул! — Сэм пожал плечами, пытаясь сгладить остроту момента. — Со своим приступом ревности. Не волнуйтесь, миледи. Всё в порядке. Ровена шагнула ближе. Её ладонь, прохладная и невесомая, коснулась его щеки. Сэм наклонился и прижался губами к её запястью — аромат мяты и бергамота окутал его, как заклинание. — Мы слишком далеко зашли, Сэмюэль… — прошептала она, но в её голосе уже не было уверенности. — Как чувствовала, не стоило нам начинать наш… — Миледи, — перебил он мягко, но твёрдо, — мы уже сие обсуждали. То, что между нами, никого не касается. Даже этих двоих. Он кивнул в сторону Дина и Кастиэля, а затем прикоснулся губами к уголку её рта — мимолётно, но так, что у Ровены перехватило дыхание. — До завтра? — её голос дрогнул. — В пять вечера, миледи. — Только не надевай удавку, которую ты зовёшь галстуком. С расстёгнутой пуговицей ты выглядишь намного лучше… — Очешуеть! — выдохнул Дин, закатив глаза. — Согласен с тобой я, — кивнул Кастиэль, но в его взгляде мелькнуло нечто, похожее на улыбку. — Дай мне свой ангельский клинок! — рявкнул Дин. Кастиэль приподнял бровь. — Выколю себе глаза, чтобы не видеть эту мерзость! Сэми, эта же ведьме тебе в глубокие прабабки годится… — Эта глубокая прабабка та ещё та зажигалка —Не будь таким занудой, Дин. Мило же смотрится…– Решил поддержать друга ангел. — Кас, бога ради… *** Ночь в бункере была особенной. Сэм бродил между стеллажами, касаясь корешков древних книг, вдыхая пыль магическую пыль. Здесь, среди артефактов и пожелтевших свитков, он чувствовал себя как рыба в воде. Но сегодня что‑то было иначе. Воздух дрожал, словно натянутая струна. Сэм ощущал это — невидимую нить, связывающую его с чем‑то древним, могущественным. Оно манило, как далёкая звезда, чей свет пробивается сквозь тьму. *** Чёрный Гремуар лежал на столе, словно спящий дракон. Сэм знал: Ровена не отдаст его просто так. Особенно после того, как помогла вытащить людей из Мира Апокалипсиса. «Для начала — пригласить даму на кофе», — подумал он, но тут же усмехнулся. Ровена слишком умна, чтобы не разгадать его замысел. Однако ведьма не стала прибегать к магии. Вместо этого она развернула своё главное оружие — искусство обольщения. И Сэм, несмотря на всю свою выдержку, пал, как осенний лист под порывом ветра. Даже Артур Кетч не устоял — пригласил её на кофе. Ровена лишь улыбнулась в ответ: «Подумаю…» *** Телефон Сэма взорвался трелью на рассвете, опередив будильник. Артур Кетч. Дело в Индиане. В дверях спальни возникла Ровена — в шёлковом халате цвета серого жемчуга . Её силуэт был, словно фея из забытой сказки. Они сидели за столом. Сэм — в серых брюках и рубашке, с улыбкой, которая редко появлялась на его лице. Ровена — с чашкой кофе в руках, её глаза — два тёмных озера, в которых тонули все его мысли. — Как спалось, Сэмюэль? — её голос был мягким, как шёлк. — Отлично, спасибо. А тебе? — Неплохо, — она подмигнула, и в её взгляде вспыхнул озорной огонёк. Сэм усмехнулся: — Не плохо! Я рассчитывала на отлично, миледи. — Извини, сладкий. У меня давно не было чего то такого. Почти забыла. Тишина окутала их, как плед. Они пили кофе, не говоря ни слова, но каждый взгляд, каждое движение говорили больше, чем любые фразы. — Знаешь, Сэм, я… — начала Ровена, но он перебил, накрыв её ладонь своей. — Давай не будем говорить о серьёзном сейчас. Лучше расскажи мне о своих планах на день. Она улыбнулась, сменив тему. Оба понимали: за этой лёгкостью — осторожные шаги по тонкому льду. Что скажут люди? Зрелая дама и молодой мужчина… Но разве любовь подчиняется правилам? — Мне нужно идти, — Сэм поднялся, и в его глазах мелькнула тень сожаления. — Я понимаю. Будь осторожен. Он наклонился, коснулся её губ — нежно, почти невесомо. — Обязательно. До вечера, миледи. — До вечера, Сэмюэль.- Ведьма поцеловала охотника в губы. Дверь закрылась. Ровена осталась одна, глядя на пустую чашку, словно на осколок их утра. Она прошла в спальню открыла шкаф с платья и начала подготовку к сегодняшнему вечеру. Сегодня они с Сэмом идут в тематический клуб джаза пятидесятых. Редко выпадает возможность , вот так по простому провести время. *** — Нет! Не проси! — Сэм схватился за голову, пальцы впились в волосы, будто пытаясь удержать рассудок. — Это единственный выход, Сэмюэль, — её голос звучал твёрдо, но в глубине глаз плескалась боль. — Иначе никак. Моя смерть запечатает ворота ада. Она протянула ему нож — лезвие блеснуло, как ледяная слеза. — Я не смогу! — его голос сорвался. — Сможешь! — Она шагнула ближе, её пальцы сжали его запястье. — Не смей отворачиваться! Шёлк жемчужно‑розового платья потемнел от крови. Время остановилось.