Хогвартс читает книги ГП

********* После недолго перерыва и занятий, которые никто не отменял, читатели вновь собрались в большом зале. Виктор, взяв книгу, продолжил с того места, где он и остановился. Дамблдор, как ни старался убедить Гарри в том, что именно он должен победить Тёмного Лорда, но у него ничего не вышло, так как парень после возвращения родителей не желал общаться с директором. Директор же был в бешенстве от такого поведения Поттера. Сидя в своем кабинете, старик процедил сквозь зубы: — Этот щенок, Поттер, ещё у меня попляшет. Гермиона Грейнджер как обычно, улыбаясь, села рядом со своим парнем и положила голову ему на плечо. Лили и Джеймс заметили, что их сын и Гермиона довольно мило выглядят вместе. — Лили, они отлично смотрятся, — улыбнулся Джеймс, обняв жену за плечи. — Ты прав, мой дорогой, я с тобой полностью согласна, — сказала Лили, улыбаясь мужу, обняла его в ответ. POV Северус Снейп В это же время Директор Хогвартса, посмотрев на бывшую подругу Лили, лишь тихо вздохнул. «Я очень рад за Лили правда, хоть и раньше мы с Поттером были врагами, но сейчас это уже в прошлом. Как оказалось их сын, Гарри, отлично справляется со своими зельями, если так пойдёт и дальше, то возможно я приму Гарри, как своего ученика, а в будущем – помощника по зельям.» — подумал мужчина, и в этот самый момент он заметил, каким взглядом на Гарри смотрит Альбус Дамблдор. (бывший директор Хогвартса) Мне это совсем не понравилось то, что я увидел, в особенности меня раздражали его глаза, сверкающие в половинках очков. Немного понаблюдав за действиями Альбуса, я заметил, что старик решил применить к Гарри легилименцию, я, посмотрев на Поттера, заметил, что парень не только не схватился за голову, но и судя по всему ответил ему ответным ударом. «Как интересно, значит Поттер природный легилимент. Нужно будет узнать не нужен ли ему преподаватель, а то думаю, что в скором времени ему понадобится все его мастерство, для того чтобы противостоять как Альбусу, так и Тёмному Лорду.» — подумал я. КОНЕЦ POV Северус Снейп Виктор Крам, взяв книгу, продолжил чтение. — Сколько там вам осталось до каникул-то? — поинтересовался Хагрид. — Всего один день, — ответила Гермиона. — Да, я кое-что вспомнила. Гарри, Рон, у нас есть полчаса до обеда, нам нужно зайти в библиотеку. — Ах да, я и забыл, — спохватился Рон, с трудом отводя взгляд от профессора Флитвика. Профессор держал в руках волшебную палочку, из которой появлялись золотые шары. Повинуясь Флитвику они поднимал вверх и оседали на ветках только что принесенного Хагридом дерева. — В библиотеку? — переспросил Хагрид, выходя с ними из зала. — Перед каникулами? Вы прям умники какие-то… — Нет, к занятиям это не имеет никакого отношения, — с улыбкой произнес Гарри. — С тех пор, как ты упомянул имя Николаса Фламеля, мы пытаемся узнать, кто он такой. — Что? — Хагрид был в шоке. — Э-э… слушайте сюда, я ж вам сказал, чтобы вы в это не лезли, да! Нет вам дела до того, что там Пушок охраняет, и вообще! — Мы просто хотим узнать, кто такой Николас Фламель, только и всего, — объяснила Гермиона. — Если, конечно, ты нам сам не расскажешь, чтобы мы не теряли время, — добавил Гарри. — Мы уже просмотрели сотни книг, но ничего так и не нашли. Может быть, ты хотя бы намекнешь, где нам о нем прочитать? Кстати, я ведь уже слышал это имя, ещё до того, как ты его произнес… — Ничего я вам не скажу, — пробурчал Хагрид. — Значит, нам придется все разузнать самим, — заключил Рон, и они, расставшись с явно раздосадованным Хагридом, поспешили в библиотеку. — И, что вы узнали? — усмехнулся Малфой. — То, что узнали мы, тебя не должно касаться, Малфой, никаким боком, — фыркнула Гермиона. — Я не тебя спрашивал, грязнокровка, — огрызнулся Хорёк. Получив за грязное слово подзатыльник от матери. — ДРАКО ЛЮЦИУС МАЛФОЙ!!! ЧТО ЗА РАЗГОВОРЫ, — начала кричать Нарцисса, — придётся тебя воспитать по Блэковским манерам. — Мистер Малфой, — Северус грозно посмотрел на крестника, — минус сто баллов со Слизерина, и два месяца отработок. И если я ещё раз услышу из ваших уст данное слово, вы будете исключены из команды. Я ПОНЯТНО ОБЪЯСНЯЮ, МИСТЕР МАЛФОЙ? — Северус был очень зол. — Д-да, с-сэр, — пискнул, как мышь Драко. С того самого дня, как Хагрид упомянул имя Фламеля, ребята действительно пересмотрели кучу книг в его поисках. А как еще они могли узнать, что пытался украсть Снегг? Проблема заключалась в том, что они не представляли, с чего начать, и не знали, чем прославился Фламель, чтобы попасть в книгу. В «Великих волшебниках двадцатого века» он не упоминался, в «Выдающихся именах нашей эпохи» — тоже, равно как и в «Важных магических открытиях последнего времени» и «Новых направлениях магических наук». Еще одной проблемой были сами размеры библиотеки — тысячи полок вытянулись в сотни рядов, а на них стояли десятки тысяч томов. Гермиона вытащила из кармана список книг, которые она запланировала просмотреть, Рон пошел вдоль рядов, время от времени останавливаясь, наугад вытаскивая ту или иную книгу и начиная ее листать. А Гарри побрел по направлению к Особой секции, раздумывая о том, нет ли там чего-нибудь о Николасе Фламеле. К сожалению, для того чтобы попасть в эту секцию, надо было иметь разрешение, подписанное кем-либо из преподавателей. Гарри знал, что никто ему такого разрешения не даст. А придумать что-нибудь очень убедительное ему бы вряд ли удалось. К тому же книги, хранившиеся в этой секции, предназначались вовсе не для первокурсников. Гарри уже знал, что эти книги посвящены высшим разделам Темной магии, которые не изучали в школе. Так что доступ к ним был открыт только преподавателям и еще старшекурсникам, выбравшим в качестве специализации защиту от Темных сил. — Что ты здесь ищешь, мальчик? — Мне вот интересно, а почему Рон Уизли не сказал тебе, кто такой Николас Фламель? Он же в магическом мире живет и должен был слышать об этом человеке. — Задумчиво сказала Лили. — Наверное… это потому, что нашего брата кроме жратвы ничего и не интересует, — сказал Фред, а Рон покраснел. Перед Гарри стояла библиотекарь мадам Пинс, угрожающе размахивая перьевой метелкой, предназначенной для встряхивания пыли с книг. Гарри не нашелся что ответить. — Тебе лучше уйти отсюда, — строго произнесла мадам Пинс. — Давай, уходи, кому сказала! — И это библиотекарь Хогвартса, который орет на детей, уму не постижимо, — фыркнула Лили, со злостью смотря на нее. Библиотекарша вздрогнула от взгляда Лили. — И зачем так орать? Гарри просто может хотел почитать, а вы его выгнали, норм нет? — соглашаясь женой, проговорил Джеймс. — И чем я вам не понравился, Мадам Пинс? Я просто искал книгу, а вы взяли и выгнали меня, при этом даже не поинтересовались, какую книгу я ищу, не предложили помощь, а вы ведь взрослая женщина, — с укором произнес Поттер, а затем добавил: — Видимо, вы не любите детей. Никто не знал, что Гарри Поттер окажется прав. Гарри вышел из библиотеки, жалея о том, что не смог быстро придумать какое-нибудь оправдание. Они с Роном и Гермионой давно решили, что не будут обращаться к мадам Пинс с вопросом, где им найти информацию о Фламеле. Они были уверены, что она знает ответ. Но им не хотелось рисковать — поблизости мог оказаться Снегг, а ему не следовало знать, что именно их интересует. Гарри стоял в коридоре у выхода из библиотеки и ждал, когда появятся его друзья. Особых надежд на то, что они преуспеют в своих поисках, у него не было. Ребята уже две недели пытались что-нибудь найти, но свободного времени, если не считать изредка выпадавших между уроками свободных минут, не было, так что вряд ли стоило удивляться, что они ничего не нашли. Все, что им было нужно — это несколько часов в библиотеке, и обязательно в отсутствие мадам Пинс, чтобы она не присматривалась они делают. Через пять минут из библиотеки вышли Рон и Гермиона, при виде Гарри сразу замотавшие головами. И все вместе пошли на обед. — Вы ведь будете продолжать искать, когда я уеду на каникулы? — с надеждой спросила Гермиона. И если что-то найдете, сразу присылайте мне сову. — Между прочим, ты вполне можешь поинтересоваться у своих родителей, не знают ли они, кто такой этот Фламель, — заметил Рон. —Это ведь родители — так что риска никакого… — Абсолютно никакого, — согласилась Гермиона. — Особенно если учесть, что мои родители — стоматологи… — Но тем не менее спросить было можно, ведь взрослые наверняка знали ответы на ваши вопросы, мисс Грейнджер, — сказала Минерва, (бывший декан Гриффиндора) а Гермиона усмехнулась и спросила: — Сколько раз за все эти годы учебы мы с ребятами подходили к вам с вопросами, и что вы делали, профессор? Вы отмахивались от нас, словно мы – назойливые мухи. Минерва покраснела, но не ответила, а Драко Малфой что-то буркнул себе под нос, надеясь, что его не услышат, ошибся. — Вы что-то сказали, Мистер Малфой? — строго спросил Северус, смотря чёрными глазами на своего крестника. — Н-нет, н-ничего с-сэр, — буркнул он. * * * Когда каникулы наконец начались, Гарри и Рон слишком весело проводили время для того, чтобы думать о Фламеле. В спальне их осталось только двое, да и в Общей гостиной было куда меньше народа, чем во время учебы. Поэтому они придвигали кресла как можно ближе к камину и сидели там часами, нанизывая на длинную металлическую вилку принесенные из Большого зала кусочки хлеба, лепешки и кругляши зефира, поджаривая их на открытом огне и с аппетитом поедая. Разумеется, они ни на секунду не умолкали даже с набитым ртом — ведь им было о чем поговорить. Главной темой, разумеется, был Малфой. Они изобретали десятки планов, как подставить Малфоя и добиться его исключения из школы. И неважно, что эти планы были явно неосуществимы, — об этом все равно приятно было поговорить. Еще они играли в волшебные шахматы, которым Рон начал обучать Гарри. Это были практически те же самые шахматы, в которые играли маглы. Разница заключалась лишь в том, что фигурки были живые, и игрок ощущал себя полководцем, направляющим свои войска на противника. Шахматы Рона были очень старыми и потрепанными временем. Как и все его вещи, они когда-то принадлежали кому-то из его родственников, в данном случае дедушке. Однако тот факт, что фигурки были древними, вовсе не мешал ему хорошо играть. Рон так отлично их изучил, что у него никогда не было проблем с тем, чтобы заставить их выполнить то, что он хочет. Гарри играл фигурками, которые ему одолжил Симус Финниган, и они очень плохо его слушались, абсолютно не доверяя временному хозяину. К тому же Гарри был не слишком хорошим игроком, и фигурки постоянно давали ему советы, сбивая его с толку: «Не посылай меня туда, разве ты не видишь вражеского коня? Лучше пошли вон того, его потеря не будет иметь никакого значения». В канун Рождества Гарри лег спать, предвкушая праздничный завтрак и веселье, но, естественно, не рассчитывая ни какие подарки. Однако, проснувшись наутро, он первым делом заметил свертки и коробочки у своей кровати. — Мистер Уизли, если вы так хорошо разбираетесь в шахматах, почему тогда так ужасно учитесь? — удивилась Минерва, но Рон ей не ответил. —Доброе утро, — сонно произнес Рон, когда Гарри выбрался из постели и накинул на пижаму халат. — И тебе того же, — автоматически ответил Гар-Ри, уставившись на то, что лежало у его кровати. — Ты только посмотри— это же подарки! — А я-то думал, что это тыквы, — пошутил Рон, свешиваясь со своей кровати. Подарков около нее стояло больше, чем у Гарри. Гарри быстро распаковал верхний сверток Подарок был завернут в толстую коричневую оберточную бумагу, на которой неровными буквами было написано: «Гарри от Хагрида». Внутри была флейта грубой работы — скорее всего, Хагрид сам вырезал ее из дерева. Гарри поднес ее к губам и извлек из нее звук, похожий на уханье совы. Следующий подарок лежал в тонком конверте и представлял собой лист плотной бумаги. «Получили твои поздравления, посылаем тебе рождественский подарок Дядя Вернон и тетя Петунья», — было написано на листе. К бумаге скотчем была приклеена мелкая монетка. Дурсли остались верны себе — более щедрый подарок придумать было сложно. — Очень приятно, — прокомментировал Гарри. Рону, однако, этот подарок понравился — он во все глаза рассматривал монету. — Вот ведь нелепая штуковина! — наконец выдохнул он. — И это деньги? Такой формы? — Возьми себе. — Гарри засмеялся, увидев, как обрадовался Рон. — Интересно, кто еще мог прислать мне подарок кроме Дурслей и Хагрида? — Кажется, я знаю, от кого это. — Рон слегка покраснел, тыча пальцем в объемистый сверток — Это от моей мамы. Я написал ей, что некому будет сделать тебе подарок и… Рон вдруг густо залился красной краской. — О-о-о, — простонал он. — Как же я раньше не подумал. Она связала тебе фирменный свитер Уизли… — Молли, ты случайно не послала моему сыну, сладости с зельем? — спросила Лили сверкая на женщину своими зелёными глазами, в которых можно увидеть вспышку «Авады Кедарвы» Миссис Уизли молчала. — Можешь не отвечать, я уже поняла, отныне твои подарки Гарри и сладости буду проверять я или Северус, — прошипела Лили, Северус кивнул. — И если я узнаю, что ты поишь моего сына зельями, то я обещаю, что ты даже не успеешь пискнуть, как окажешься в Азкабане, я понятно объясняю? — молчание Миссис Уизли стало для Лили ответом. — Учти, Молли я тебя предупредила, — рыкнула на неё Лили. — Лили девочка моя… — начал было Дамблдор, но получил в бубен. — Я замужем Альбус, и уж точно не ваша девочка и никогда не стану ею, — фыркнула Лили. — НИКОГДА НЕ ГОВОРИ НИКОГДА! — усмехнулся Альбус Дамблдор. — ТЫ, ПОГОВОРИ У МЕНЯ ЕЩЁ АЛЬБУС, МЫ ЗНАЕМ ТВОЙ МАЛЕНЬКИЙ СЕКРЕТ. ЕСЛИ ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ВСЕ УЗНАЛИ, ДЕРЖИСЬ ПОДАЛЬШЕ ОТ НАШЕЙ СЕМЬИ, — угрожающи предупредил Альбуса Джеймс, а его друзья: Сириус, Римус и новый друг Северус – лишь подтвердили слова друга. — Она каждый год к Рождеству вяжет нам всем свитеры, — недовольно бормотал Рон, разворачивая подарок от матери. — И мне вечно достается темно-бордовый. — Твоя мама просто молодец, — заметил Гарри, пробуя сладости, которые оказались очень вкусными. В следующем подарке тоже было сладкое — большая коробка «шоколадных лягушек», присланная Гермионой. Оставался еще один сверток Гарри поднял его с пола, отметив, что он очень легкий, почти невесомый. И неторопливо развернул его. Нечто воздушное, серебристо-серое выпало из свертка и, шурша, мягко опустилось на пол, поблескивая складками. Рон широко раскрыл рот от изумления. — Я слышал о таком, — произнес он сдавленным голосом, роняя на пол присланную Гермионой коробочку с леденцами и даже не замечая этого. — Если это то, что я думаю, — это очень редкая вещь, и очень ценная. — А что это? Гарри подобрал с пола сияющую серебристую ткань Она была очень странной на ощупь, как будто частично состояла из воды. —Это мантия-невидимка, — прошептал Рон с благоговейным восторгом. — Не сомневаюсь, что это она, попробуй сам. — Теперь понятно, почему у тебя, Альбус была мантия невидимка, ты хотел чтобы нас убили, да? А нашего сына вырастить марионеткой? — злобно прорычал Джеймс. Альбус молчал, но и без его ответа все всё поняли… Минерва схватилась за сердце, а Джеймс спросил: — Сын, надеюсь мантия у тебя? — Да, отец. — ответил Гарри, а Джеймс кивнул. На этом чтение книги приостановилось.