Долг Натаниэля Росси

Мари. Собираюсь домой. На экране ноутбука светится без пяти шесть, за панорамными окнами офисного центра медленно темнел город, а в кабинете пахнет остывшим чаем. Тянусь за сумкой, когда в дверь осторожно стучат. — Мари? — Макаэла заглядывает в кабинет, придерживая дверь рукой. — Уже поздно, но к вам пришел еще один посетитель. Ему не назначено, если вы устали, то я его выпровожу. Но он настаивает на встрече. Говорит, что это связано с благотворительностью. — Пусть входит, - тихонько вздыхаю. Макаэла кивает и открывает дверь шире. Он входит спокойно, будто это не чужой офис, а место, где ему давно всё принадлежит. Высокий. Костюм идеально сидит на широких плечах, чёрные волосы небрежно зачёсаны назад. И лицо… слишком красивое, чтобы не настораживать. Резкие скулы, тёмные глаза с тяжёлым внимательным взглядом, лёгкая щетина. От него исходит спокойная уверенность человека, который привык, что его слушают. — Миссис Мари, — его голос низкий и мягкий. — Благодарю, что приняли меня так поздно. Он протягивает руку. Я отвечаю на рукопожатие автоматически, но в тот же момент чувствую, как его большой палец медленно скользит по внешней стороне моей ладони. Слишком медленно. По коже пробегает неприятный холодок. Я тут же убираю руку, однако заставляю себя улыбнуться так, будто ничего не заметила. — Чем могу помочь? Димитрий садится напротив моего стола, не сводя с меня взгляда. — Я ознакомился с деятельностью вашего фонда, — произносит он. — И хотел бы сделать вклад. Он кладёт на стол тонкую папку. — Триста тысяч долларов. — Простите? — Триста тысяч, — спокойно повторяет он. — На развитие ваших программ. Я открываю папку. Документы выглядят идеально подготовленными. Банковские гарантии, подписи, реквизиты. Всё настоящее. И почему-то именно это пугает меня ещё сильнее. — Это очень щедрое пожертвование, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Димитрий слегка улыбается, откидываясь на спинку кресла. — Ваш фонд заинтересовал меня. Я закрываю папку и откидываюсь на спинку кресла. — И чем именно? Он слегка улыбается. — Люди. Всегда люди. Ответ звучит слишком расплывчато. — Мы занимаемся образовательными и медицинскими программами, — ровно говорю я. — Об этом есть вся информация на сайте. — Я читал, — кивает он. — Но сайты редко рассказывают о человеке, который всё это создал. Его взгляд снова возвращается ко мне — внимательный, изучающий. — Вы довольно молоды для такого фонда. — Это проблема? — Наоборот. Любопытство. Он говорит мягко, но я отчётливо чувствую: он не просто поддерживает разговор. Он собирает информацию. — И давно вы этим занимаетесь? — спрашивает Димитрий. — Нет. — И всё это время справляетесь без серьёзной поддержки? Я чуть улыбаюсь. — Мы научились выживать. — Выживать, — повторяет он, будто пробует слово на вкус. — Хороший навык. Он проводит пальцами по подлокотнику кресла. — Особенно в вашем городе. Я чувствую лёгкое напряжение в плечах. — Вы часто бываете здесь? — Достаточно, чтобы понимать, как устроены некоторые вещи. На секунду между нами повисает тишина. — А что насчёт вас, мистер…? — я намеренно делаю паузу. — Просто Димитрий. — Просто Димитрий, — повторяю я. — Чем вы занимаетесь? Его улыбка становится чуть шире. — Инвестициями. Слишком быстрый ответ. — Успешно, как я понимаю. — Более чем. - Он не сводит с меня глаз. — А вы всегда так осторожны с новыми знакомыми? — Только с теми, кто приходит вечером без предупреждения и предлагает триста тысяч долларов. Димитрий тихо усмехается. — Разумно. Он подаётся чуть вперёд. — Но, думаю, мы ещё узнаем друг друга получше, Мари. Если, конечно, вы позволите мне остаться рядом с вашим фондом немного дольше. Слова звучат вежливо. Почти дружелюбно. И всё же внутри у меня остаётся странное чувство, будто настоящая причина его визита всё ещё не была названа. Я осторожно закрываю папку и поднимаю на него взгляд. — Что ж… спасибо за поддержку фонда. — Не стоит, — спокойно отвечает Димитрий. — Мне приятно вкладываться в правильные вещи. Он поднимается с кресла, поправляя рукав пиджака. Слишком уверенный в каждом движении. Я тоже встаю. На секунду между нами повисает тишина. За окнами уже совсем стемнело, и огни города отражаются в стекле позади него. — Был рад познакомиться с вами лично, Мари, — произносит он. — Взаимно. Хотя это не совсем правда. Он слегка улыбается, будто замечает мою осторожность, но никак её не комментирует. — Надеюсь, наш разговор вас не утомил. — Нет. Просто оказался неожиданным. — Иногда самые интересные вещи происходят неожиданно. От его взгляда мне снова становится не по себе. Димитрий направляется к двери, затем вдруг останавливается и оборачивается. — Берегите себя, Мари. Слова звучат совершенно обычно. Почти заботливо. Но почему-то именно после них по коже проходит холод. Он уходит, тихо закрыв за собой дверь. Я ещё несколько секунд стою неподвижно, глядя в пустой кабинет, а потом только замечаю, как крепко сжимаю пальцами край папки. Грег уже ждет меня на парковке. - Сегодня прямо домой. Самой короткой дорогой, - хочу в кратчайший срок вбежать в дом. Грег осторожно смотрит на меня, но быстро кивает. Я сажусь в авто, и он закрывает за мною дверь. – То ли пробок нет, то ли я летаю в облаках, но он довозит нас действительно быстро. – Грег, пожалуйста, остановись у двери. Сегодня у меня нет желания пройтись по подъездной дорожке. Когда я прохожу в глубь дома, то понимаю, что Натаниэля нет еще дома. Чувство опустошения чуть заметно колет в груди. Встряхиваю головою. Мари, возьми себя в руки. Поднимаюсь к себе в комнату. Кладу сумочку на столик и прохожу в ванную. След Димитрия остался на моей кисти, который я отчаянно хочу смыть. Под струей воды я тру свою руку, но как бы я не пыталась смыть, я все еще чувствую то покалывание. А теперь еще в воздухе витает и его запах. Не понимаю, почему я тревожусь. За эти месяцы я работала с таким количеством людей, что и сосчитать не могу. Разные национальности, разные языки, разные темпераменты. Но только Димитрий смог вселить в меня сомнения. И даже… страх. Надеваю на себя брюки и футболку. Мне нужно что-то перекусить. Быстро спускаюсь в кухню. Нажимаю на кнопку старт, чтобы автомат приготовил мне кофе. Надеюсь, он сможет перебить аромат Димитрия. Самый простой сендвич готов, как только кофемашина подает сигнал об окончании работы. Посматриваю на стол в столовой, но выбираю остаться кухне, где за спиною у меня стена. Уже так поздно, что не стоит ждать мужа. Поставив чистую чашку в тумбочку, я обхожу кухонный островок и направляюсь к лестнице. За моей спиной резко хлопает дверь. Я оборачиваюсь и вижу мужа. Натаниэль выглядит уставшим. Когда он замечает меня, легкая улыбка расцветает на его лице. Я иду ему навстречу. Муж делает два шага, но тут же останавливается. Его глаза быстро бегают по моему лицу. Он берет меня за локоть. - Все хорошо? – даже не поздоровался. Интересно, что его на вело на мысль, что у меня что-то плохо? - Конечно, - ведь так и есть. Как я могу выразить словами свои сомнения. Я Димитрия вовсе не знаю. А мои чувства – это всего лишь чувства. Может, мое воображение играет со мною. - Ты уверена, - переспрашивает он. - Уверена. Извини, я сегодня пришла позже обычно и ничего не приготовила. Ты голоден? Я знаю, что ты любишь заказывать себе еду. Но я тоже могу что-то тебе приготовить. - Когда я останавливаюсь, муж смотрит на меня с сомнением. Как будто мои предыдущие ответы чистое вранье. – Ты закажешь ужин или сендвич с индейкой сделать? Что ты хочешь. - Мари… - пауза – Я ужинал, - такое чувство как будто он совсем не это хотел сказать. Странно, что он ни разу не поцеловал меня. А я очень этого хочу. - Ты, наверное, устал, - он проводит кончиками пальцев от локтя до кисти и опускает свою руку вдоль своего тела. – Хороших снов. - Спокойной ночи, Мари, - муж прячет свои руку в карманах брюк. А я быстро скрываюсь в своей спальне. Как будто я воровка, которая попалась. Прислоняюсь спиной к двери. Для сна выбираю лёгкую шелковую сорочку на тонких бретельках и надеваю трусики, сама не понимая, зачем так долго стою перед зеркалом. Потом ложусь в кровать. Но сон не приходит. Я переворачиваюсь с боку на бок, смотрю в темноту комнаты и в какой-то момент просто сдаюсь. Тихо выхожу в коридор и подхожу к двери Натаниэля. Стучу. Шаги слышатся почти сразу. Дверь открывается, и Натаниэль несколько секунд просто смотрит на меня. Без рубашки, только в тёмных пижамных штанах, немного растрёпанный и явно удивлённый моим появлением. — Мари… — тихо произносит он. Я неловко пожимаю плечами. — Не могу уснуть. Он будто собирается что-то сказать, но вместо этого отступает в сторону, позволяя мне войти. В его комнате темно, только приглушённый свет ночника падает на кресло у окна и неубранную книгу на кровати. Я останавливаюсь посреди комнаты, внезапно чувствуя себя ужасно неуверенно. Натаниэль закрывает дверь и проводит рукой по затылку. Я скольжу взглядом по каждой мышце, которая напрягается от моего взгяда. — Всё в порядке? Я киваю слишком быстро. — Да. Просто… не хотелось быть одной. После этих слов в комнате становится совсем тихо. И от того, как он на меня смотрит, сердце начинает биться ещё быстрее. Мне не ловко. Мы проводили несколько ночей вместе, но никогда не договаривались делить комнату. Господи, о чем я думаю. Ворвалась в его комнату… Разрушила его уединение… Резко оборачиваюсь. - Прошу прощение, - закрываю глаза, чтобы собраться с мыслями. – Я… - опускаю руки, как будто сдаюсь – Не подумала. Одним рывком он останавливает меня у двери. По инерции врезаюсь в его тело. - Останься, - шепчет он. Приятная нега распространяется по моему телу. Он ничего особенного не сказал, не сделал. Но в данную секунду мне достаточно его присутствия. Такое чувство, что рядом с ним я как за каменной стеной. Поднимаю на него глаза. - Ты уверен? - Более чем, - мгновенно отвечает он. Теперь я ощущаю еще большую неловкость рядом с ним. Делаю шаг назад и чувствую прохладу, а точнее утрату тепла его тела. Смотрю на его кровать. - На какой стороне кровати ты спишь? – он улыбается. - Выбирай первой. - Так не честно. Ты уже выбрал себе сторону. Я обхожу кровать, оценивая преимущества и недостатки правой и левой стороны. Перевожу на него взгляд. Он опирается на стену. Правая нога согнута в колене. Пальцами он трет себе подбородок. - Тебе нравится, что ты видишь, ведь так? – он прикрывает свою улыбку пальцами. – Я знаю, что ты улыбаешься. - Я просто… Просто не знал, что женщина может так загадочно разглядывать место для сна. – Он отрывается от стены. – И на какую же сторону пал твой выбор? - Вот эту, - указываю на сторону, которая ближе к окну. Ложусь на бок. Муж занимается свою сторону. Мы лежим лицом друг к другу. Я медленно закрываю глаза. Чувствую, как он убирает прядь волос с моего лба. Открываю отяжелевшие веки. И тут же опускаю, но замечаю его взгляд. Теплый…комфортный… спокойный. И точно так я чувствую себя сейчас рядом с ним. Когда я открываю глаза, то комната наполнена солнечным светом. Натаниэль смотрит на меня. - Ты спал сегодня? Он пододвигается ко мне, привстает на локоть. Кладет руку на лицо и отводит его в сторону, а затем целует. Так нежно и сексуально, заставляя меня застонать. Углубляет поцелуй. Я кладу руку ему на затылок, зажимая пряди волос между пальцев. От наслаждения запрокидываю голову назад. Пользуясь моментом, он проводит языком вниз по горлу, а затем скользит по грудной клетке, которая не прикрыта тонким шелком. Чувствую его руки, которые сжимают груди – две одновременно. Он акцентирует свое внимание на сосках, вытягивая их. Его ладони скользят по шелковой сорочке все ниже и ниже. Я так одурманена его прикосновениями, что не могу открыть глаз. Функционирую только на чувствах. Натаниэль касается губами моей щиколотке, прокладывает дорожку мелких поцелуев до от колена до внутренний части бедра. А затем одним рывком снимает с меня трусики. Разводит мои бедра, вдавливая кончики пальцев в плоть, от этого еще больший уровень адреналина вливается в мою кровь. Теперь он уделяет внимание другой ноге, легонько сжимает плоть и целует. Но больше я не чувствую его, как будто ничего и не было. Открываю глаза и поднимаю голову, чтобы убедиться, что все это было наяву, а не во сне. Голова Натаниэля в предельной близости у развилки ног, а выражение лица – хищника. Правый уголок рта приподнят в ухмылке. Не понимаю, что произошло. Наши взгляды встречаются и в замедленной съемке вижу, как его лицо приближается к… моей промежности. У меня вырывается крик, но он тут же застревает в груди. Его губы смыкаются на моем наслаждении. Чувствую, как все тело пробирает дрожь. Языком он обводит клитор, и я умираю… Падаю на подушку и то ли кричу, то ли стону, то ли оду пою. Прикрываю рот рукою, чтобы приглушить эти странные звуки. Он вновь прекрасно терзает мое естество. - Убери руки с рта. Я хочу слышать тебя, - я умерла и попала в ад. Его требование молнией отдается в центре внизу живота. Что-то там скручивается. Ноги дрожать. Я вся извиваюсь в желании. Сжимаю простыни, как будто они помогут мне выжить от этой пытки. Он засасывает мои половые губы, и я хнычу от разочарования. Отчаянно хочу, достигнуть оргазма, но он мучает меня, каждый раз отодвигая этот момент дальше. Он вновь возвращает свой язык туда, где он жизненно нужен. Одно движение. И я взрываюсь фейерверком эмоций. Когда я прихожу в себя, чувствую, как мои щеки начинают гореть. Но я быстро с этим справляюсь. Зажмуриваю слегка глаза. - Это было с добрым утром? – кокетливо спрашиваю его. Он знает, что это у меня впервые. И я не хочу притворятся, что знаю о сексе и оральных ласках больше, чем он. Но в эту секунду я чувствую себя такой уверенной и страстной. – Я не против просыпаться так каждое утро. - Вместе с мною или с моим ртом между твоих ног? - Господи Боже мой! - Не думала, что вопрос может довести меня до оргазма. Снова, – шепчу я удивленно, тщеславному выражению лица моего мужа. Обдумываю ответ. - Мне понравилось делить с тобою кровать, - признаюсь я ему честно. От чего он затаивает дыхание. - Если тебе понравилась эта кровать, то можем остаться в ней. В доме есть еще комнаты. Можешь выбрать любую, - кажется, его голос дрожит? Я легонько пихаю его в плечо и седлаю его. - Мне нравится эта кровать. Я скольжу своей промежностью по коже его живота пока не чувствую, что упираюсь в член. Натаниэль замирает. - Мари, - предупредительно рычит муж. Придавая мне еще больше уверенности в том, что я хочу сделать. Я такая мокрая, что небольшой толчок и он входит в меня. - Бляяядь, - протягивает он. Как только я его полностью вбираю, то выпрямляюсь и начинаю двигаться вверх-вниз. Он охватывает мои бедра твердой хваткой. Немного направляя и создавая ритм. Чудесно. Я откидываю голову назад, наслаждаясь чувствами, которое создает наше трение. В какой-то момент наши взгляды встречаются. Натаниэль спускает мою сорочку по плечам, оголяя грудь. Он охватывает твердые соски пальцами и начинает тереть, вытягивать и крутить. От долгого трения легкая боль смешивается с возбуждением. Я двигаюсь все быстрее и быстрее. Натаниэль не сбавляет интенсивности. Он двигает бедрами в такт моим и также стонет в тон моим. В один момент я вновь взрываюсь бурей. Без сил падаю на грудь мужа и тяжело дышу. - Что ты делает со мною, Мари? - шепчет Натаниэль, лаская мою спину.