Цветочный венок

- Наконец-то я нашёл тебя, - резко открывает глаза Сонхун, почувствовав на себе взгляд. А из-за дерева выходит всё тот же светловолосый юноша с венком на голове, который каждый раз пытается сползти куда-то в сторону. Сону ничуть не изменился, будто этих семи лет и не было вовсе. - А я почти и не сомневался, что ты придёшь, - хозяин леса присаживается рядом. - Обещал ведь, - улыбается младший. – Только времени много заняло. Умеешь же ты скрываться. На это Сону ничего не отвечает и прислоняется головой к плечу Хуна. Он вырос и стал довольно крепким. От того мальчишки остался лишь взгляд, да родинка на носу. - И что теперь? – спрашивает, как-бы невзначай обнимая Сону и прижимая к себе. - Ты ведь знаешь, что случается с теми, кто решает провести всю жизнь и даже больше, с кем-то вроде меня? Хун качает головой, мол, не в курсе. Но в глазах можно прочесть: «Ради тебя, всё, что угодно сделаю». - После довольно интересного обряда, - Сону краснеет и отводит взгляд в сторону. – Ты подписываешься на вечную жизнь со мной без возможности вернуться к смертным. Пак молчит несколько секунд. - Когда можем приступить? - Да ты даже не подумал! – пытается отстраниться Сону, но тут же оказывается прижатым к земле. Венок наконец скатывается в головы. - Я уверен в этом, - Хун нависает над старшим, смотря ему прямо в глаза. – Я всё для себя решил. Так, когда мы можем начать? Если ты не передумал, конечно. Светловолосый привстает, опираясь на локти и мягко касается губ Пака своими. - Нужно подготовиться. Думаю, это займет несколько дней. Сонхун кивает и уже сам целует юношу, сплетая их пальцы вместе. На эти несколько дней Пак возвращается в свою деревню. Предварительно с него были сняты мерки и Сону отправил его домой, строго наказав не приходить раньше срока. Только кто вот будет слушать старших? Именно поэтому Сонхун тихо подходит к небольшому домику в лесу. Из приоткрытых окон раздаются тихие стоны. Хун почти срывает дверь с петель, залетая в спальню и почти также быстро покидает её, но уже с красным лицом. А всё дело в Сону, что не в двусмысленной позе стоит на кровати и растягивает себя, постанывая в подушку. Конечно, Пак догадывался, что за обряд их ждёт, но увидеть сейчас в таком виде старшего… Хун почувствовал, как в штанах становится тесно и мысленно дал себе затрещину. Спустя несколько секунд дверь отворилась и не менее красный Сону медленно вышел из дома. - Я ведь просил не приходить рано… Сонхун, пытаясь спрятать эрекцию, лишь вздохнул. - Обряд только завтра, и я не закончил с… Хозяин леса прикусил нижнюю губу, отводя взгляд от младшего. - Может, хочешь помочь? Правда, сейчас можно только пальцами. От такого предложения из легких Пака выбивает весь воздух, и он кивает. Сону тянет его за руку в дом и ведет сразу к кровати, не забыв плотно закрыть дверь. На столике стоит глиняный горшочек, от которого исходит сладкий цветочный аромат. Сонхун нервно сглатывает, вспоминая картину, что видел здесь всего несколько минут назад. Светловолосый забирается на кровать и снова утыкается лицом в подушку. Пак не медлит, тело движется так, словно он знает, что нужно делать. Рубашка задирается, открывая прекрасный вид на нежную светлую кожу ягодиц и чуть покрасневшее колечко мышц. Окунув пальцы в масло, Сонхун не спеша, по одному, вводит их в Сону, оставляя легкие поцелуи на пояснице и бёдрах. Подушка уже не заглушает стоны и те разлетаются по комнате, врезаясь в стены и сводя с ума младшего. Последний стон, после которого на простыне и рубашке появляется белёсая жидкость, буквально врезается в мозг и Хун кончает, даже не прикоснувшись к себе. Оба смущённые, но довольные, приводят в порядок себя и кровать, после чего заваливаются на неё. Пак прижимает к себе Сону и закрывает глаза. - Ты точно хорошо подумал? – после долгого молчания спрашивает светловолосый, водя ладонью по груди Хуна. Младший целует куда-то в лоб, не открывая глаз: - Просто поверь мне. Утро встречает громким пением птиц за окном и каким-то шарканьем возле входной двери. Теплое тело, что прижимал к себе Пак почти сразу исчезает, и он нехотя открывает глаза. Сону цепляет на голову свой неизменный атрибут в виде цветочного венка и выходит из дома. Вскоре все звуки затихают, но Сонхун уже не может уснуть. Медленно поднимается с кровати и идёт следом за юношей и сталкивается с ним в дверях. - Как спалось? – улыбается светловолосый и трётся носом о щёку Пака. А потом сразу тянет его куда-то ещё глубже в лес. Слышится плеск воды и смех. Озеро. На его берегу сидят красивые призрачные девушки и расчёсывают волосы. Завидев хозяина леса, они уважительно кивают. - Стоит хорошенько вымыться перед обрядом, - объясняет Сону, скидывая одежды. Сонхун повторяет за ним и входит в прохладную воду по пояс. Светловолосый юноша разворачивается и замирает на несколько секунд, разглядывая Хуна. Он выше почти на голову, а работа в деревне немного развила мускулатуру. Внезапно младший сокращает то небольшое расстояние между ними и подхватывает Сону на руки, начиная кружить. Хозяин леса крепко цепляется за шею и визжит, громче деревенских девчонок, убегающих от мальчишек. Нимфы не могут пропустить такого веселья, и вскоре присоединяются к парочке, брызгая в них водой. Сонхун счастлив сейчас. Слушая смех и крики старшего, прижимая его к себе. Сону тоже счастлив. Ему пришлось ждать очень долго, но это того стоило. Закончив с купанием, парни возвращаются на берег и вместо своей одежды находят другую, белую как снег, с вышитыми цветочными узорами. Сонхун сразу понимает, для чего снимались мерки и облачается в одеяния. Сону снова ведёт за собой и молчит. Он волнуется. Не каждый день ты скрепляешь узы. А вот Пак спокоен. Он уверен, что всё будет хорошо. Они ведь вместе. Взору открывается цветочная поляна. Запахи кружат голову и Хун не сразу замечает большую белую простынь и уже знакомый глиняный горшочек. Сону оборачивается и смотрит на младшего, после чего опускается на белоснежную поверхность и тянет Пака за собой. Находит такие желанные губы и целует. Сонхун понимает это как сигнал к действию и делает поцелуй более страстным. Его руки блуждают по телу старшего, задирая и стягивая одежды. Возбуждение стягивается тугим узлом внизу живота, а член требует внимания. Сону помогает стянуть с себя остатки одеяний, над которыми и трудился эти несколько дней, и выгибается в спине, как только ладонь младшего проводит по всей длине, чуть сжимая. Сонхун легким движением окунает пальцы, смазывая их. Недолго растягивает старшего, слушая его стоны, уже ничем не приглушённые. Несколько раз проводит ладонью по своему члену, размазывая цветочное масло, чтобы доставить как можно меньше боли. Переплетает их пальцы, заглядывает в глаза и после короткого кивка, медленно входит. Благодаря подготовке боль почти не чувствуется, только лёгкий дискомфорт, который вскоре сменяется сплошным удовольствием. Сону впивается короткими ногтями в плечи и спину младшего, царапая, оставляя красноватые следы. - Быстрее, - шепчет светловолосый, обдавая ухо горячим дыханием и это срывает крышу. Хун уже не сдерживает себя, кусает нежную кожу на шее и ключицах, своеобразно помечая территорию, вколачивается в такое податливое тело. Ещё несколько толчков и Сону протяжно стонет, пачкая их животы, а Пак заполняет старшего горячим семенем, прижимаясь к нему всем телом. Небольшая передышка. Оба восстанавливают дыхание, смотря на небо и плывущие облака. - Мы теперь мужья, получается? – глупый вопрос, но Сонхун его задаёт. - Ага, на ближайшую вечность точно, - улыбается Сону, прижимаясь к плечу своего избранника.