Заткнись, Кевин
27 февраля 2022 г., 15:16
Не бывает чувства лучше облегчения. Оно наступает медленно, высокой волною, и когда оно наконец достигает берега и врезается в тебя... Дыхание перехватывает, и тело наполняется неописуемым ощущением.
Прошло всего двенадцать часов, сказали себе Свотч, упав на колени и подхватив смятённую марионетку на руки, двенадцать часов, но казалось, что это продлилось всю жизнь.
– Ты в порядке, - Свотч громко дышали, их голос ломался, из глаз капали свежие тёплые слёзы, затуманивая очки. Они повторяли эту фразу, проводя рукой по растрёпанным волосам куклы и крепко прижимая её лицо к своей груди.
– Мне так жаль, мне так, так жаль, Спам, - прошептали Свотч, будто это была их вина, что кто-то его похитил. Они уткнулись клювом в волосы Спамтона, пытаясь утешить их обоих. Спамтон издал беспомощный, нуждающийся звук, руки вцепились в рубашку дворецкого, и он захныкал.
Свотч посадили маленького продавца себе на колени, и, как тогда, когда они впервые нашли его, птица заслонила Спамтона от мира руками, пока тот не сорвался.
Пока... они оба не сорвались.
– Я не позволю этому случиться снова. Я обещаю. Я обещаю. Я обещаю, что такое не повторится, - пытались убедить они... они сами не знали, кого именно. Слова казались такими далёкими, что Свотч могли сосредоточиться только на том, чтобы ощупать каждый дюйм тела куклы, чтобы убедиться, что он здесь. Дышит. Живой.
Они остановились только тогда, когда случайно надавили на бок, что привело к наполненному болью шипению.
Свотч застыли, широко раскрыв глаза. Они не могли поверить, что до сих пор не спросили. Они должны были сделать в первую очередь именно это.
– Ты ранен?
Спамтон кивнул, и дворецкий осторожно снял своего спутника с груди.
– Где? Пожалуйста, покажи.
Спамтон, покачивающийся на ногах, удерживаемый руками Свотча, застенчиво теребил край футболки, прежде чем поднять её и обнажить месиво тёмно-синих и фиолетовых синяков. Они особенно выделялись на его белой коже, смутно выступая в форме... подошвы ботинка.
В момент в голове у Свотча что-то щёлкнуло.
Никогда в жизни их так не охватывала ярость и тошнота одновременно. У них возникла внезапная, граничащая с одержимостью потребность уничтожить того, кто посмел сотворить с ним такое.
Это длилось всего секунду, короткую, ошеломляющую секунду. Прежде чем инстинкты Свотча взяли над ними верх, они аккуратно подняли Спамтона обратно на руки и нервно направились к машине... где бы они её ни припарковали.
– Я отвезу тебя в больницу, - заявили Свотч, голосом тяжёлым и глубоким от просачивающегося гнева. Спамтон не протестовал и продолжал тихо сопеть, держась за их костюм так крепко, будто иначе он бы развалился на части.
Свотч бросили один взгляд назад, только сейчас вспомнив об Эддисоне, который так им помог. Джакс исчез, не оставив никаких следов своего присутствия. Он был великодушен, выкроив несколько часов из своего рабочего дня, чтобы помочь им, когда многие проходили мимо, не сказав ни слова. Дворецкий завернул за угол с марионеткой на руках.
Если они когда-нибудь встретят его вновь, то обязательно скажут ему спасибо.
***
Они не сочли случай Спамтона чрезвычайной ситуацией. Свотч были не согласны с этим от слова совсем, но успокоились и решили проявить сдержанность, несмотря на то, что ничего больше не хотели, кроме как провести марионетку через эти двери и потребовать исцеления. После краткого описания положения, медбрат с головой-шприцем направил их в приёмную. Спамтон безразлично наблюдал за происходящим в позе эмбриона, когда птица опустилась в одно из удобных кресел. "Он такой крошечный", - думали Свотч; Спамтон был им чуть ниже пояса и прекрасно помещался в их руках. Он казался ещё меньше, сворачиваясь калачиком. На какое-то время в воздухе поселилась безмятежность. Здесь было не так уж много Тёмных, два или три. Ждать придётся недолго. Свотч поёрзали в кресле, устраиваясь поудобнее, и время от времени клевали носом. И снова невероятно длинная ночь. Дни для дворецкого обычно пролетали незаметно, сочетание напряжённой работы и приевшейся рутины заметно ускоряло ход времени. Трудно было поверить, что они провели полдня на улице в несвойственном им безумии. Их Свотчлинги, должно быть, беспокоятся... Кстати, о них. Свотч моргнули, открыли глаза и нащупали свой почти полностью севший телефон. Было немного неудобно со Спамтоном на коленях, но они справились. Свотч добавили всех Свотчлингов, что участвовали в поисках, в групповой чат. Оставалось всего три процента заряда. Телефон мог отключиться в любой момент, поэтому Свотч начали быстро набирать сообщение. Это был длинный текст, заверяющий в том, что Спамтон в безопасности, и указывающий на их местоположение. Свотч горячо поблагодарили своих подчинённых и не поскупились на похвалу. Они извинились за своё поведение и пообещали позаботиться о себе. Как только они отправили сообщение, экран устройства погас. Вздохнув, Свотч помахали телефоном перед Спамтоном. – Нам необходимо купить тебе эту штуку, понял? - даже не спрашивали они. Спамтон не стал возражать и коротко кивнул. Время шло медленно. Секунды казались минутами. Один за другим, ожидающие проходили на осмотр, а новые посетители занимали их места. Они вдвоём погрузились в спокойную, уютную тишину, к которой уже привыкли. После того, как Королева пригласила его в особняк, мысль о том, чтобы провести время со Спамтоном Г. Спамтоном вот так мирно, была... невообразима. Свотч позволили себе закрыть глаза и погрузиться в мысли. Раньше Спамтон был громким и несносным. У него был такой голос, который заставлял потенциальных клиентов обернуться, захватывал всеобщее внимание. Даже с этим глюком голос Спамтона был его фишкой, его приманкой. Заткнуть марионетку хотя бы на мгновение было само по себе трудной задачей. Свотча бесконечно раздражало, когда продавец заявлялся в их кафе в семь утра чуть ли не с восторженными криками. Ещё не войдя в заведение, Эддисон уже вещал о своём предстоящем дне. Проведя три беспокойных дня с самопровозглашённым немым, Свотч не могли не скучать по этому языку без костей. Они гадали, увидят ли когда-нибудь эту его сторону вновь. ... .. . – Спамтон и Свотч? Птица, о которой шла речь, пришла в себя, вскочив на ноги и слегка покачнувшись, прежде чем полностью проснуться от секундного сна. Свотч поспешили за доктором, горя желанием позаботиться об их маленьком художнике. Тогда, и только тогда, они смогут расслабиться. – Здравствуйте, я - медсестра Стёжка, и сегодня я буду ухаживать за мистером Г. Спамтоном. - она повела их по коридору; врачи и медсёстры самых разных видов суетились вокруг. Они видели в основном обычные шприц-наконечники Амбью-лансов, но также встречались Опроводни и пара звероподобных Тёмных. Стёжка с привычной лёгкостью открыла дверь кабинета, и Свотч проскользнули внутрь. Комната выглядела как любая другая комната для медосмотра. Свотч осторожно опустили Спамтона на кровать. Сначала хватка марионетки усилилась, но Свотч уткнулись клювом в его волосы, и она ослабла ровно настолько, чтобы они смогли отойти назад. – О'кей, Спамтон, не могли бы Вы объяснить мне, почему Вы сегодня здесь? - спросила медсестра, повернувшись к растрёпанному Эддисону. В её взгляде не было осуждения, только простой, мягкий профессионализм. Свотч были благодарны за это. Они знали, что репутация Спамтона была... не самой хорошей. Это было облегчением, что им не придется беспокоиться о том, что с ним будут плохо обращаться из-за этого. Спамтон молча пронзил Свотча умоляющим взглядом. Похоже, им придётся говорить от его лица. – Он немой, и его способ общения остался в машине. Я буду говорить за него, если это приемлемо...? Медсестра вопросительно наклонила голову. Свотч заметили её недоумение. Она знала, кто такой Спамтон, но, очевидно, решила не задавать вопросов. – Это зависит от обстоятельств. Мистер Спамтон, Вы позволяете? Спамтон скользнул под тонкое одеяло и натянул его на нос. Он кивнул, не сводя глаз со своих ног. Свотч были поражены ещё одним приступом смущённого удивления. Даже по прошествии двух дней эта быстрая перемена в поведении продолжала застигать их врасплох. – Его... похитили. Не знаю, как сказать точнее. Кто бы это ни был, он ранил его в грудь. Там ужасный синяк. Стёжка фыркнула, обогнула медицинскую койку и осторожно сдёрнула одеяло с носа Спамтона. Эддисон пискнул и попытался натянуть его обратно. – Всё в порядке, большая шишка, - промурлыкала Стёжка, словно зная, какой эффект произведет на него это прозвище. - Мне нужно посмотреть, с чем я работаю. Свотч рассмеялись, когда Спамтон оживился после этих слов. Они безуспешно пытались скрыть свою ухмылку. Эддисон, отбросив застенчивость в сторону, отбросил и одеяло и гордо задрал футболку, будто синяк был причудливым шрамом, которым он хотел похвастаться. Свотч отметили эту перемену. Марионетке это понравилось, не так ли? Большая шишка. Они отложили эту информацию на потом. Медсестра осматривала его, время от времени издавая один-два недовольных звука. Закончив, она подняла руку и постучала по устройству на запястье. Спамтона осветило голубым сканером. Он наконец опустил футболку и разгладил её руками. Устройство запищало, и она выжидающе кивнула. – Бедняга, тебе очень больно, не так ли? - рассеянно пробормотала она, прежде чем повернуться к Свотчу, которые всё ещё стояли в стороне. – У него сломано ребро, а также есть несколько трещин на двух других, - Стёжка вновь постучала по устройству. Свотч удивились, как она могла разглядеть что-то на таком крошечном экране. – Его ОЗ низки, тревожно низки. 35%. К сожалению, мы не можем позволить ему уйти, пока они не превысят 75%, так что я предлагаю собрать всё, что понадобится для ночлега. На день, но, возможно, и дольше, - говорила она, расхаживая вокруг и подключая неподвижного Спамтона к аппарату, и ещё пару раз отсканировала его. Когда медсестра закончила, она порылась в ящике стола в поисках больничного халата, бросила его на кровать и бегло глянула на Спамтона. – Хочешь, я начну первый сеанс прямо сейчас, пока твой друг собирает твои вещи? Спамтон нервно переводил взгляд с медсестры на Свотча, что мялись в нескольких дюймах от его кровати. Свотч не хотели оставлять его, они же только воссоединились. Его художественные принадлежности могут подождать. Спамтон нуждался в них самих... Они были удивлены, когда кукла кивнула в знак согласия. Он смотрел на Свотча решительным взглядом, его улыбка казалась слегка натянутой. Он старался. – Ты уверен, Спам? - подчеркнули они в первую очередь для себя. Они не желали покидать продавца, но если он настаивает... Спамтон снова кивнул, на этот раз более решительно. Свотч направились к двери, сдерживая вздох. – Почему бы тебе не переодеться? - спросила медсестра Спамтона, когда Свотч вышли. - Мне нужно собрать кое-какую информацию, я вернусь через минуту, а ты пока можешь поменять одежду. Стёжка вышла вслед за Свотчем. Птица резко остановилась, когда она закрыла дверь. Они решили, что она не пошла бы за ними, если бы ей нечего было сказать. Эта осторожная, профессиональная, нежная аура дала трещину, когда она повернулась к ним лицом. Появившаяся хмурость не соответствовала её характеру; это было как-то неправильно. – Пожалуйста, скажи мне, что о том, кто это сделал, уже позаботились. - заговорила она приглушённым голосом: – Нет. Пока нет. Её хмурый взгляд растаял в гневе, прежде чем она постучала по своему игловидному носу и наконец взяла себя в руки. – Кстати, спасибо тебе, - начали Свотч. – За что? – За то, что не обошлась с ним жестоко, - напомнили они, протянув руку вперёд и предлагая пройтись. По коридору они побрели уже вдвоём. – Ты что, шутишь?! - воскликнула она, плечи Амбью-ланса приподнялись. Она будто просияла. - В детстве мне нравились его рекламные ролики. Это была лучшая часть вечера кино! Свотч рассмеялись, качая головой при мысли о том, что кто-то наслаждается рекламой. – Он оказался даже ниже, но это мило! Видели бы ты меня, когда я услышала, что он здесь, - Стёжка застенчиво прикрыла ухмыляющийся рот тыльной стороной ладони. Они прошли мимо стойки регистрации, где похожий на рептилию секретарь тоже заговорил, только заслышав её слова. – Она мчалась по коридору буквально вспышкой синего и красного! Она преодолела звуковой барьер. Я думал, у меня галлюцинации! – Заткнись, Кевин. - дразнила Стёжка, шлёпая по дереву с игривым взглядом. – О'кей, Карен... – ...В любом случае, моя остановка, - она громко рассмеялась. - Скоро увидимся. Медсестра отмахнулась от Свотча, войдя в отдельную палату, предварительно похлопав "Кевина" по плечу. Свотч постояли несколько мгновений, не в силах отрицать своё изумление. В эти дни вокруг имени Спамтона вращалось так много негатива. Было странно узнать, что некоторые Тёмные всё ещё любили его после катастрофического краха. Но это хорошо. Это было прекрасно. Это как раз то, в чём марионетка сейчас нуждался больше всего. Нынешняя ситуация была тёмной неизвестностью как и для Спамтона, так и для Свотча. Всё менялось. Дворецкий обнаружил, что не хочет отправиться в это путешествие без большой шишки на их стороне. Свотч ушли, приподняв плечи, когда идеи о будущем пронеслись в их голове.***
Линии выглядели неправильно. След карандаша был слишком тёмным, слишком обрывистым. Цвета не сочетались. Они не были такими мягкими, как планировал художник. Спамтон сжал цветной карандаш и с гримасой уставился на альбом. Всё выглядело неправильно. С гортанным, приглушённым рычанием Спамтон яростно перевернул страницу. Он нащупал нужный карандаш в море других, сваленных на койке. Затем он снова сосредоточился на новом, чистом листе бумаги, лежащем перед ним. После пятиминутного разглядывания белой пустоты, за ним раздался тихий голос. – Это было... настолько плохо? Свотч. Марионетка почти забыл, что они здесь. Дворецкий до этого дремал после похода за художественными принадлежностями. Меньше всего Спамтону хотелось их будить. Спамтон пожал плечами, перевернул ещё одну страницу и приподнял альбом, чтобы показать Свотчу свои ужасные рисунки. Дрянное представление воображаемых Небес, поверхность... но всё, что он мог нарисовать - это какая-то трава, искорёженный пень и небо, полное несоответствующих цветов. Выглядело плохо. Даже отвратно. Может, это просто не его. Может, он просто дурак, раз считает, что Эддисон может быть художником... – А что не так? - Свотч задумчиво взял альбом. Птица нахмурилась, осматривая страницы, поворачивая их так и сяк, чтобы рассмотреть под разными углами. – Это прекрасно, Спам. Впрочем, если ты волнуешься... Может быть, стоит посмешивать цвета? Забрав альбом, Спамтон вздохнул и, прищурившись, посмотрел на картину. Небо должно быть ярким: розовым, зелёным, синим и жёлтым... Светлым, похожим на заплатки на одежде Свотча. Нет, не просто похожим. Это был тот самый оттенок. Спамтону не особо нравилось это разнообразие цвета - ему были по душе мрачные, тёмные цвета. Однако что-то в мягкости палитры Свотча наводило на мысли. Смешивание может... сработать. Хотя бы потому, что Свотч так сказали. У него всё равно не было дел до второго сеанса исцеления. Через несколько секунд Свотч снова погрузились в лёгкую дремоту, и Спамтон принялся рисовать. Он так надеялся, что насыщенные, живые краски прогонят тьму, вернувшуюся в его сердце. Он растёр бумагу лёгким прикосновением, создавая эффект размытия над грубыми, темными линиями. Свотч были правы. Это выглядело лучше, но... всё равно выглядело неправильно. Это казалось неправильным. Всё казалось неправильным. Сколько бы он ни смешивал, это всё равно казалось неправильным. Снова неудача. Зачем ты вообще продолжаешь пытаться? Спамтон запустил кулаки в растрёпанные волосы, прикусил чёрный язык и принялся массировать крошечными пальцами кожу головы. Сам ты ни на что не способен. Так зачем волноваться... Послышался робкий стук в дверь. Боковым зрением Спамтон заметил, как Свотч беспорядочно приходят в себя. Бедная птица наотмашь стряхнула с клюва собственные очки, и они со звоном упали на пол, когда дверь открылась, и на пороге появилась та же самая медсестра, что и днём, с добрыми глазами и шприцем вместо головы. Спамтон рассмеялся бы, не будь он так занят внутренним моральным самоунижением. – Добрый вечер, вы двое, - поздоровалась медсестра Стёжка и вошла, чтобы сделать обычную проверку статистики и убедиться, что все аппараты работают правильно. Она едва удостоила Свотча взглядом, когда дворецкий устало наклонился над креслом, чтобы поднять их упавшие очки. Однако она заметила беспорядок цветных карандашей на коленях Эддисона. – Как Вы себя чувствуете, мистер Спамтон Г. Спамтон? - её любопытные глаза остановились на рисунке. Марионетка быстро набросил на него одеяло, слишком смущённый своей неудачей, чтобы позволить смотреть на неё кому-то постороннему. Он машет рукой в жесте "так себе", прежде чем позволить своим рукам упасть обратно на колени. – Ваше состояние заметно улучшилось. Жизненные показатели выглядят хорошо, а ОЗ увеличились. Возможно, ещё один или два сеанса исцеления, и Вы свободны, - она отступила назад. Её мягкая улыбка была приятной. – Если Вы готовы, то Диспетчер уже здесь, чтобы поговорить о том, что произошло. Она ждёт снаружи. Диспетчер... здесь? Они позвали её сюда?! Зачем? У Спамтона пересохло в горле. Он потянулся к стоявшей рядом бутылке и сделал большой глоток воды. Он не видел Диспетчера с тех пор, как... Хватка кнута вокруг его ноги была крепкой. Она перебросила его тушку через плечо, словно мешок. Спамтон дёрнулся и захрипел. Его испуганное бормотание становилось тем более тревожным, чем дольше он оставался в подвешенном состоянии. Она не вела его к задней двери, как всегда делали Свотч, нет... Она вела его к... – Спамтон? Нам не обязательно делать это прямо сейчас. Его зрение прояснилось. Свотч сидели прямо рядом с ним, каким-то образом незаметно сжав его руку своей собственной. Он не знал, достаточно ли силён его разум, чтобы сделать это... Несмотря ни на что, он утвердительно покачал головой. Свотч не выглядели убеждёнными, глаза за очками сузились. Дворецкий наклонил голову, словно вопрошая: "Серьёзно?" Спам снова кивнул. – Я позову её, - коротко ответила медсестра. - Просто знай, что здесь всё под твоим контролем, Спамтон, - добавила она чуть тише. - Если в какой-то момент тебе станет не по себе, то, я не сомневаюсь, Диспетчер уважит твоё мнение и уйдёт, если попросишь. Уважит его мнение? Да с каких пор... У Спамтона не было времени закончить эту мысль. После одобрительного кивка медсестры Диспетчер внезапно появилась во всей своей красе, всё такая же высокая, но безоружная, и зашла в палату с робкой улыбкой, как будто она не... С того ракурса он видел только её светло-голубую спину. Открылась дверь, и он замер, как Мыш, столкнувшийся с голодным, бродячим Задачем. – Моя Короле-е-ева, - нарочито распевая, промурлыкала Диспетчер за мгновение до того, как Спамтон упал на твёрдый пол. Его тело было в нескольких дюймах от бассейна яркой неоновой кислоты. – Посмотри, что я тут нашла. Из-за звука приближающегося парящего трона всё его тело оцепенело. Беги. Что 7ы в0общ3 Т30РИШЬ? ВСТ4ВАЙ! Лицо Королевы смотрело на него с нечеловеческой ухмылкой. На её экране появился подмигивающий смайлик. – Оооо?? Правда?! Так Не Пойдёт. – Здравствуй, Спамтон. Тот, к кому обращались, моргнул. Голос Диспетчера был приглушённым и полным вины, хотя то, как она держалась, говорило об обратном. Спамтон убрал цветные карандаши с колен и взял доску, не сводя с неё глаз. Диспетчер вошла в комнату и придвинула один из стульев для посетителей. Когда она аккуратно присела рядом ним, Спамтон понял, что вжался в плечо Свотча. Она заставляла его чувствовать себя некомфортно. Крайне некомфортно. Но сейчас это было необходимо. Спамтон должен был сделать это, не может же он вечно откладывать неотвратимое из-за какого-то там смятения. Постепенно, как будто она знала, что её движения вернут его в... Диспетчер положила свои летающие руки на колени и прочистила горло. – У нас есть видеозапись того, кто гнался за Вами из магазина Тейлор. Она не смотрела на него, он не смотрел на неё - прямо к делу. Диспетчер осторожно взглянула на Свотча, которые улыбнулись в ответ, совершенно не подозревая о содеянном их коллегой. Разве это имеет значение? Да кем вообще он был в глазах этой кошки? Скорее всего, она здесь только для того, чтобы показать лицо, для Свотча. – Мы ещё не установили личность и не начали расследование после Вашего... внезапного исчезновения, - продолжила она. Спамтон услышал, как она нервно постукивала по своей металлической ноге. Кукла уставилась на доску. Свотч молчали. В комнате похолодало. – Ладно. - она медленно вздрогнула, когда Спамтон ничего не ответил. - По сути, я здесь для того, чтобы спросить, не хотите ли Вы выдвинуть против него обвинения за ваши травмы. Физические и... психологические. Он понял, что застрял в противоречии. Конечно, разумным ответом было бы "да". Достаточно разумно просто отправить Джакса в Королевскую тюрьму, чтобы он был в безопасности... Однако Спамтон помнил момент его встречи со Свотчем. Возможно, он неразборчиво бормотал, кричал, выплакивал собственные глаза до сухости, возможно, он не видел ничего в двух шагах перед собой... Но он заметил этого серого Эддисона прямо за Свотчем. Он заметил Джакса краем затуманенного зрения. Он видел сожаление. Он видел слёзы на его лице, когда тот развернулся и зашагал прочь. Они оба были сломленными, повреждёнными душами, достаточно безнадёжными, чтобы уцепиться за первую подвернувшуюся возможность. Спамтон уже настрадался от других, "порядочных" Тёмных. Сломанное ребро и синяк на груди — ничто по сравнению с тем, что сделали с ним Диспетчер Задачей и другие. Он старательно выводил слова, не сводя глаз с колен, и затем поднял доску. – Я не хочу выдвигать обвинения. Свотч наклонились, чтобы перечитать ответ. Их плечи приподнялись в замешательстве. Диспетчер казалась слегка смущённой. Она открыла рот, чтобы спросить, но Свотч опередили её. – Что? Спам, он причинил тебе боль. Он похитил тебя прямо на улице. И он всё ещё на свободе... Спамтон встретился с ними взглядом и подчеркнул уже написанное предложение одним решительным, твёрдым движением. Джакс ушёл. Он определённо был смелее, чем когда-либо был Спамтон. Серый Эддисон всё ещё мог контролировать свою жизнь. Назначив цену за его голову, он лишь заставит Майка сжать свои цепкие лапы вокруг него сильнее. Никто этого не заслуживал. – ...Хорошо. - выдавила Диспетчер нехарактерно низким, скептическим голосом. - Если Вы всё для себя решили, то я не стану посылать за ним своих Задачей. Но если Вы передумаете или что-то случится - пожалуйста, позвоните. Спамтон поднял голову и впервые после Инцидента с кислотой встретился с ней глазами. Он никогда не слышал, чтобы она говорила так... виновато. Пусть даже это было не прямое извинение. Она, казалось, решила сохранить контакт. Её взгляд говорил за неё. Взгляд Спамтона вновь упёрся в ноги. Он не хотел смотреть на Диспетчера, не хотел слышать оправдания её прошлых действий. Он попросту не мог. Она вызывала у него тошноту, раздражение, воспоминания, которые он изо всех сил старался запрятать подальше в подкорках своего сознания. – Ну, это... в значительной степени сводит на нет все остальные мои вопросы, - призналась Диспетчер с неловким, нервным смешком. Он кивнул и опустился на койку, давая понять, что закончил "разговор" с ней. Она пробыла здесь не больше пяти минут, но казалось, что прошла целая вечность. От её присутствия кожу Спамтона покалывало призрачной, но всё также жгущей болью от кислоты. Он кричал, плакал, умолял о помощи, а она наблюдала за ним с края бассейна пустыми глазами, скрестив руки на груди. Прекрати. Прекрати думать об этом. Диспетчер Задачей встала, чтобы уйти, пробормотав что-то на прощание, на что Спамтон не потрудился ответить. Свотч присоединились к ней и проводили до выхода. Бывший продавец не расслышал, о чём они говорят, но он мог интерпретировать голоса и эмоции, стоящие за их тоном. Свотча, казалось, не устроил его выбор. Но это же было решение Спамтона, не так ли? Он всего лишь хотел, чтобы тогда, когда всё стало слишком плохо, когда нити Майка стали толстыми и неразрываемыми, сжимая его руки и ноги, когда Спамтон больше не мог контролировать свои действия, кто-нибудь сделал то же самое и для него. Растянувшись в куче цветных карандашей, кукла набросила на голову чистое белое одеяло и зажмурилась. Он сделал свой выбор. Свотчу придётся с этим смириться.***
Свотч вернулись через некоторое время. Спамтон не открывал глаз, притворяясь спящим для того, чтобы избежать дальнейшего разговора на эту тему. Дворецкий сел на своё место и снова задремал. Некоторое время Спамтон хандрил в одиночестве, погружённый в свои мысли. Что-то едкое закралось в его душу. Свотч мило болтали с ней, словно ничего не произошло. Спамтон ненавидел это. Как они могли вообще находиться рядом с ней? Знал ли дворецкий о кислоте? Они должны хотя бы догадываться, а то как бы иначе раньше довольно высокий Эддисон уменьшился до трёх футов? Или для них это просто шутка? Разве они не знают, что это вина Диспетчера? Вина Королевы? Она могла запросто вышвырнуть его вон или запереть в своей клетке. Разве они не знают, как сильно это повредило его? Разве они не знают, что эта кислота проела его кожу и оставила множество ожогов как физических, так и душевных? Или то, как мучительно было чувствовать, как сжимается его тело? Давление, удушение, измельчение, смятие, постоянное жжение, нехватка воздуха... ...Разве они не знают? Его ноги не достигали дна. Спамтон понял, что брыкается, барахтается среди кислотных волн, пытаясь удержаться на плаву вместо того, чтобы пойти ко дну, в то время как его магия мучительно поглощала сама себя... Разве они не знают? Он слабел с каждой секундой, его горло саднило от крика и мольбы, в его лёгкие попадала кислота, пока она стояла и смотрела с пустым лицом... Разве они не знают?! Отчаянно борясь за жизнь, он не дотягивался до бортиков, ухватиться было не за что. Он здесь умрёт, он здесь умрёт, ОН ЗДЕСЬ УМИРАЕТ... Разве они... Разве они... Разве они... Прекрати. Прекрати думать об этом. Вскочив и приняв сидячее положение (в тревоге нечаянно сбросив с края кровати несколько цветных карандашей), Спамтон лихорадочно схватился за альбом для рисования. Капля пота скатилась по его щеке, смешавшись с тихими слезами. Его руки дрожали, когда он шарил по одеялу в поисках цвета - любого цвета - того, что под руку попадётся. Сердце Спамтона колотилось в груди с явными признаками начинающейся панической атаки. Не думай об этом. Свотч не знали о кислоте. Диспетчер ушла. Здесь он был в безопасности. Не думай об этом. Свотч заботились о нём. Они не знали. Здесь он был в безопасности. Не думай об этом. Он не хотел думать об этом. И он этого не делал. Вместо этого он рисовал.***
Он снова потерялся. Потерялся в своих чувствах. Потерялся в осторожных движениях запястья, в лёгких прикосновениях карандаша к бумаге, в аккуратных, почти идеальных линиях, что шли следом за инструментом. Его дыхание пришло в норму, глаза полуприкрылись, очки слегка соскальзывали с носа. Спамтон был совершенно очарован. Он жевал язык, наблюдая, как ранее испорченный рисунок оживает у него на глазах. Его инструмент танцевал по странице, перескакивая от детали к детали, никогда не задерживаясь на одном месте и на пару секунд. Чем дольше это продолжалось, тем лучше он себя чувствовал. Понятие времени для него было утрачено. Он не знал, сколько времени так просидел: часы, минуты, секунды или только мгновения... – Ох... ничего себе. – [@#!$]! - Спамтон замахал руками, радуга цветных карандашей посыпалась на пол. Это снова была медсестра. Как там её звали? Мисс... Стёжка (?) усмехнулась и почтительно поклонилась, не отрывая глаз от рисунка. Он не слышал, как она вошла. Как долго она здесь? – Не думаю, что когда-либо видела что-то настолько прекрасное, - проворковала она, заворожённо потянувшись к альбому. Спамтон схватил его прежде, чем Тёмная успела до него добраться. Он прижал его к груди, смущённо покраснев. На слишком долгое мгновение воцарилась тишина. Она медленно убрала руку. Медсестра Стёжка с улыбкой покачала головой. Она нагнулась, чтобы поднять его упавшие инструменты. Единственными звуками было мягкое трение дерева о дерево и прерывистый храп Свотча (полностью выпавших из этого мира). Собрав карандаши, Стёжка не положила их обратно на одеяло, как ожидал Спамтон, а протянула ему прямо в руки. – Я пришла, чтобы провести твой второй сеанс исцеления. Постучала, но никто не ответил. Спамтон уставился на её перчатки цвета морской волны, не решаясь и пошевелиться, как будто, приняв инструменты, он заключил бы какую-то негласную, тёмную сделку. – Да ладно тебе, не надо смущаться. Это действительно здорово, что ты так хорошо рисуешь. - Спамтон взял цветные карандаши и положил их обратно в стопку. - Можно я, взгляну? Пожа-а-алуйста! Спамтон хмыкнул, демонстративно отводя взгляд и скрестив руки на груди. ... .. – Пожалуйста, мистер Спамтон. ... ... – Я принесу тебе булочку из кафетерия. ... Она была очень настойчива. ... – Две булочки из кафетерия? ... Спамтон фыркнул, борясь с широкой улыбкой. Она хочет платить двумя булками только за то, чтобы увидеть его чёртовы каракули? И всё же он стоял на своём и продолжал молчать. ... – Две булочки из кафетерия и... - щёлк! - И моя ручка. Пишет очень красиво и чётко, доктора одобряют! Ручка? Что ж... он мог бы использовать её для контура. Спамтон робко повернулся, чтобы посмотреть на Амбью-ланса, которая добро улыбалась ему, сидя напротив. Спамтон перевёл взгляд на ручку. Это был толстый, несомненно дорогой кусок металла с синим покрытием, блестящим золотым клипом и выгравированным именем медсестры. Две булочки и модная ручка? Только за то, чтобы посмотреть его рисунки? Он махнул рукой, и ухмылка расползлась по её лицу. Стёжка нетерпеливо пожала его руку, затем протянула обещанную ручку. Марионетка протянул ей альбом, выполняя свою часть сделки. Она разглядывала его страницы также, как и Свотч в первый раз. Её глаза сияли звёздами, когда она всматривалась в отдельные детали. Спамтон уже начал думать, что её улыбка безлимитна. – Можно мне взять вот этот? Вопрос застал его врасплох. Он открыл рот, и из него вырвалась пара помех. Его мозг пытался переварить эту просьбу. Она... хотела забрать один рисунок себе? Но... почему? Он действительно настолько хорош? Заметив его нерешительность, медсестра продолжила. – Я заплачу. - прежде чем он успел возразить, она отложила альбом в сторону и порылась в карманах. - Как насчёт 50Т$? Из его рта с шипением вырвался пар, челюсть отвисла, глаза широко раскрылись. – >[[ чтоооооо? ]]< Она резко подняла голову, и глаза её всё также сияли, когда его глюк заговорил за него. Она протянула ему небольшую пачку тёмных долларов. Немного шокированный последствиями сделки, Спамтон вспыхнул. Он нерешительно забрал предложенные деньги и начал осторожно выдирать страницу. – А ещё ты должен его подписать! - воскликнула она, почти что вибрируя от возбуждения. Весь её профессионализм канул в лету, возраст медсестры себя показал. Спамтон грубо расписался в углу своей новой ручкой. Едва он успел закончить, как Амбью-ланс схватила рисунок, бросилась к двери и с силой распахнула. – Благодарю! Скоро вернусь, чтобы начать исцеление, одну секунду... КЕВИН! От её крика и хлопнувшей двери Свотча мигом выдернуло из дрёмы, и они ударились затылком о стену позади. Спамтон смотрел ей вслед, приоткрыв рот. – Что... это было? - пробормотали Свотч, потирая больное место. Спамтон приподнял сжатые в руке тёмные доллары, будто это действие могло всё объяснить. Неужели он только что... продал свой дерьмовый рисунок? Его охватило неудержимое возбуждение. Он повернулся лицом к Свотчу, продолжая размахивать деньгами и указывая на альбом для рисования, сияя от счастья. Больше всего ему хотелось забраться к дворецкому на колени и хвастаться своим новым достижением. Слова крутились на языке, не желая собираться в цельные предложения, но его счастье было очевидным и заразительным. Свотч прижались к нему, почти мгновенно переняв эмоции Спамтона. Они улыбались. Той искренней, чистой улыбкой, которую он не надеялся больше увидеть ещё совсем недавно. Он любил эту улыбку. – Я же говорили, что у тебя прекрасно выходит! - они взъерошили ему волосы, вызвав довольное мурлыканье у куклы, которая схватила Свотча за руку и сжала её. - Мы ещё сделаем из тебя великого художника. Дворецкий осторожно обнял его, посмеиваясь и полностью открываясь ему. Да, Спамтон любил эту улыбку. И может быть, только может быть, он также любил её обладателя.
