Я буду продолжать жить в нём

Месяц спустя. POV Марк Тихо открываю дверь спальни и прокрадываюсь внутрь, стараюсь не шуметь, чтобы не разбудить спящего Кита. Вчера мы довольно поздно легли, можно даже сказать сегодня, так как было уже за полночь. Прикрыв дверь, полностью поворачиваюсь и поднимаю взгляд от пола на кровать. Губы растягиваются в небольшой улыбке при взгляде на любимого омегу. За эти пять минут пока меня не было, малыш успел раскрыться и поменять положение. Он повернулся спиной к окну, слегка притянул колени и обнял плюшевого медведя. Со дня его покупки Кит держит его рядом с собой, обычно игрушка находится возле подушки. Но довольно часто оказывается в объятиях омеги, когда он смотрит что-нибудь в телефоне или в телевизоре. А стоит спящему Киту выбраться из моих объятий и повернуться или, как сейчас, остаться в кровати одному, игрушка оказывается прижатой к груди либо животу. Притом к последнему всегда заметно бережно и осторожно. Недавно я заметил, что плюшевый пропах запахом Кита, впитав его в себя насквозь. Но это неудивительно с учётом перечисленного и прошедшего времени. Плавно опускаюсь на корточки напротив омежки, скользя по нему взглядом. Тоненькие короткие пальцы наполовину утонули в синтетическом мехе, прижав верх тела медведя к груди. Вторая ладонь спокойно прижата к центру живота. Полосатая чёрно-белая майка обтянула животик, ставший чуть больше за этот месяц. Но ткань немного приподнялась после смены положения, открыв обзор на чёрные низкие брифы и светлую нежную кожу низа живота. Манящие, изящные, чуть пышные бёдра не скрыты одеялом, отброшенным и скомканным на моей половине кровати. Пряди цвета чёрного шоколада прелестно разметались в разные стороны, придав парню ещё больше очарования. Ласково улыбаюсь, глядя на слегка выпяченные пухлые губки и пышные веера ресниц, изредка дёргающихся вместе с веками. Ему что-то снится и, возможно, не слишком спокойное, раз подёргиваются веки и даже брови, слегка выглядывающие сквозь пряди чёлки. Наклоняюсь и легко касаюсь губами едва тёплого бедра, а потом колена. Смотрю на кругленький животик и нежно целую незащищённый майкой участок кожи. Медленно поднимаюсь от него ласковыми поцелуями к тыльной стороне ладони, целую пальцы и костяшки. Меня переполняет ласка, пытаюсь вылить часть неё на любимого и такого беззащитного сейчас истинного, стараясь при этом не разбудить его. Привстаю, опираясь руками на край матраса, и продолжаю касаться губами живота, запястья, низа и верха плеча. Замираю на его изгибе и утыкаюсь носом в тёплую гладкую кожу. Увлёкшись, я не заметил, как присел на край кровати, поставив руки по бокам от омеги. Родной лёгкий запах мёда щекочет ноздри, а тихое любящее урчание невольно вырвалось из моей груди. Кит двинул головой и крепче обнял медведя, сместив вторую руку на низ живота. Легонько целую его шею и зарываюсь носом в мягкие волосы, глубоко вдыхаю его запах. Сладкий липовый медовый аромат дарит покой и чувство чего-то слишком родного и домашнего. Его запах самый приятный и успокаивающий, который я когда-либо чуял. Мне кажется, нет ничего приятнее запаха своего омеги, особенно истинного. И я знаю, что Кит любит мой запах: вдыхая его, он часто утыкается носом в мои волосы, мило сопя. Ещё до нашей встречи меня иногда посещало чувство некой неполноценности, и я не мог понять откуда оно бралось. Так было до того момента, пока я впервые не увидел Кита. Он сразу привлёк моё внимание своей внешностью. Кит, никого не замечая, смотрел в конспект, сосредоточенный, милый, миниатюрный омега, сидящий в зоне отдыха. В тот момент наше знакомство не задалось и при каждой новой встрече я лишь раздражал его. Рядом с ним чувство неполноценности исчезало, он казался мне слишком родным. Его энергетика притягивала, а запах так и манил к нему, даря покой и уют, сразу успокаивая. Я быстро убедился, кем Кит являлся для меня, но вот ему времени почувствовать нашу связь понадобилось куда больше. Тогда я всё гадал, почему он никак не поймёт, что я его истинный. Возможно, причина была в его упрямстве, ну, а ещё малышу действительно могло понадобиться больше времени, чем мне. Я до сих пор хорошо помню выражение его лица, когда Кит понял, кто я для него. Он был таким мило-забавным, замерев, перестав дурачиться со мной, и даже моргать перестал. Когда Кит спросил меня об этом, я подтвердил его догадку. Перед сном он наконец отменил тот глупый испытательный срок на звание его парня, в очередной раз порадовав меня за тот день. Мягко легонько целую свою метку на его тонкой шее, уже столько лет красующейся на ней. И чувствую переполняющую гордость альфы внутри меня от того, что этот омега только наш. Его хочется оберегать и лелеять, особенно сильно в эти месяцы, когда инстинкты альфы обострились с беременностью Кита. Я сдерживаю свои порывы, потому что не хочу тревожить любимого. Я прекрасно знаю, как его утомляет моя излишняя забота, активность и болтовня, поэтому стараюсь умеренно дозировать их. Если я вижу, что Киту хочется больше заботы и моего внимания, тогда уже даю немного больше воли своим порывам. Улыбаюсь уголком губ и обвожу кончиком носа едва заметную метку, я помню, как оставил её. Я забеспокоился, когда Кит начал отсутствовать на занятиях, и отправился к нему. Я шёл с мыслью, что мой омега мог заболеть и совершенно не подумал о том, что у него могла начаться течка. Я понял это уже у двери, а стоило ей осторожно приоткрыться, лишь убедился в этом. Кит был слишком растрёпан, щёки покрывал румянец от жара и возбуждения, кожа была едва заметно влажная, а дыхание неровное. Он сильнее задрожал и потянулся ко мне, я вмиг оказался в прихожей и, не глядя, запер замок. После осторожно, но крепко подхватил любимого желанного омегу, впившегося в мои губы по пути в спальню. По правде говоря, я планировал, что наш первый раз произойдёт не в разгар его течки, но всё обернулось с точностью наоборот. Инстинкты взяли верх перед самым оргазмом, я предвидел это, поэтому успел закрыть шею Кита своей рукой, на которой и сомкнулись мои клыки. Он так возмущался и надавал мне по голове, обрабатывая укус. Хоть Кит и злился, беспокойство слишком хорошо отражалось в его глазах. Я уважительно отношусь к решениям и чувствам своего парня, по этой причине я не хотел ставить метку без его желания и согласия. Хотя, я мог это сделать ещё в начале наших отношений, просто укусить, не дожидаясь твёрдого согласия и близости. Если бы я сделал это, то в ту течку Киту было бы легче, как и мне, инстинкты и либидо поутихли бы. На следующий день в конце его течки уже я обрабатывал укус на его шее, глядя в довольные счастливые глаза Кита. Очередное тихое нежное урчание вырвалось само по себе из моей груди и заставило Кита опять задвигаться. Он немного сменил положение, слегка развернув торс, голова чуть запрокинулась, а пальцы сжали игрушку. Выпрямляюсь и прижимаю ладонь к кругленькому животику, нежно поглаживаю его, вспоминая поездку на обследование. Наш малыш такой же активный, как и я, за ним было очень любопытно наблюдать и рассматривать. Такой маленький, но уже похожий на новорождённого, можно было с лёгкостью рассмотреть черты лица и даже крохотные пальчики. Мне, правда, было всё равно, кем бы он родился и пробудился. А вот Киту, как оказалось, было не всё равно, он столько молчал о том, что хотел сына и даже прослезился от радости. Я весь тот день до самого его сна чувствовал его радость: слабую и сильную. Кит чуть ли не светился от неё и почти весь день улыбался. Мне нравилось видеть его настолько счастливым и ходить по магазинам, выбирая вещи сыну. Прижимаю ладонь к животу, перестав поглаживать, его тепло пробивается сквозь тонкую ткань, гипнотизирующую взгляд своими тоненькими полосками. Наклоняюсь и совсем легонько целую омегу в лоб, задумываясь о сегодняшнем дне. Кит заговорил со мной о подготовке детской вблизи одного из магазинов, которые мы успели посетить в день обследования. Я хотел сказать, что нужно найти ремонтников, но малыш опередил меня с этим. Он загорелся желанием самостоятельно вместе подготовить всё с нуля. Я не был против, просто в таком случае ремонт сразу рискнул затянуться чуть подольше, о чём я сразу сказал. Кит не возражал по этому поводу, он воодушевлённо рассказывал, что хочет сделать и какой видит готовую комнату. В тот день помимо детских вещей мы закупились необходимыми стройматериалами и на следующий день начали подготовку. Сегодня вторая неделя ремонта, мы уделяем ему внимание каждые три дня моих выходных. В моё отсутствие Кит ничего не делает в комнате, терпеливо ждёт, когда мы вместе продолжим ремонт, и из-за него мы и легли спать поздно. Сегодня воскресенье, нужно попытаться закончить с внешним видом помещения, чтобы осталось только обставить его. Выныриваю из этих размышлений, почувствовав пальцы в своих волосах. Кит вздыхает и обнимает меня, утягивая к себе, опираюсь на руки, стараясь не навалиться на него всем весом. Мой медвежонок прижимается своей щекой к моей, лениво потирается о неё и позволяет немного приподняться. Смотрю на совсем сонную мордашку, левый глаз еле разлепляется, а затем и правый. И всё-таки чем-то я всё же разбудил его, потому как не похоже, что Кит проснулся самостоятельно. -Хочу кокосового шоколадного молока, — бормочет с лёгкой хрипотцой после сна, умилив своим видом и желанием, не успев толком проснуться. Хотя, возможно, что из-за этого желания он и проснулся, как по ночам, чтобы что-то схомячить. -Какого именно? — прижимаю ладонь к его волосам над ухом, глядя в полуприкрытые глаза. — То, что я приносил в стеклянной бутылочке с эмблемой Thai coco? -Угу, — кивает и закрывает глаза, издав губами причмок. — Хочу его и холодное, принеси, пожалуйста. -Ты выпил его перед сном, — спокойно напоминаю, поглаживая его по голове и смотря на лицо. Кит недовольно выпячивает губы, промычав что-то нечленораздельное и стиснув плюшевого в объятиях. Ну прямо милый малыш с этим выражением лица и прижатым к груди медведем. Улыбаюсь и коротко целую его в губы, встаю и быстро переодеваюсь, беру телефон. -Просыпайся и вставай, медвежонок, — ласково говорю, бросив пижаму за свою подушку, и поворачиваюсь к двери. — Я пошёл за молоком, вернусь быстро. -Тогда купи ещё пельмешек и чего-нибудь сладкого, — более бодро громче бормочет, шурша постельным бельём, переворачиваясь. -Ладно, — открываю дверь и покидаю спальню. Обуваюсь и выхожу из квартиры. Приобрести всё перечисленное можно в магазине недалеко от дома, пока вернусь, Кит должен будет полностью проснуться и встать. Широким активным шагом быстро добираюсь до магазина, беру корзинку и в первую очередь шагаю за молоком. Сразу нахожу взглядом нужные бутылочки в холодильной горке. Ставлю шесть штук шоколадного молока в корзину, взяв ещё четыре с другими любимыми вкусами по одной бутылочке. Из сладкого останавливаю выбор на йогуртовых и кремовых пирожных, взяв ещё и любимое печенье своего омеги. В отделе с готовой едой приобретаю только что приготовленные пельмешки с креветками и шагаю на кассу. Стеклянные бутылочки тихо звякают в пакете, сталкиваясь боками. Спешно добираюсь до дома и сбрасываю обувь в прихожей, прислушиваясь к звукам в квартире. Слышу свист чайника и иду прямиком на кухню, вижу Кита напротив столешницы и довольно говорю, гордо приподняв голову: -А вот и сладкое для моего сладенького и… Кит оглянулся на меня и перебил: -Пельмешки! — он встрепенулся, увидев их в моей правой руке, и живо развернулся. Быстро моргаю, глядя на активного возлюбленного, шустро шагающего ко мне, и резко поднимаю руку вверх. Кит издал непонимающий писк, подняв глаза на пакет и вытянув к нему руку. Он вжимается в меня, подойдя насколько позволяет кругленький животик, и почти подпрыгивает, пытаясь дотянуться до пакета. Озадаченность плещется в глазах, а щёки миленько надуваются от недовольства. -Марк, дай, — жалобно просит, ухватившись за мою вытянутую руку всеми своими пальчиками. Наклоняюсь и целую его в губы, опустив руку, Кит мило прищурился и ответил на поцелуй. Ухватился за прозрачный пакет и отстранился, забрав его и опустив взгляд. Он накалывает шпажкой из пакета пельмешку бочкообразной формы и отправляет в рот. На очаровательном лице отразилось блаженство, а на щеках — ямочки от улыбки. -Ты же так хотел молоко, уже перехотел из-за них? — любознательно смотрю, указав взглядом на пельмешки и приподняв второй пакет. Кит отрицательно закачал головой, мельком глянув на пакет, и протянул мне пельмешку. Пережёвываю её и достаю содержимое пакета. Оставляю одну бутылочку желанного Китом молока на столе, остальные отправляю в холодильник. Кит ставит на стол мою кружку с кофе и тарелку, в которую высыпал пельмешки. Он быстро перекладывает пирожные на тарелку и откручивает крышку, отпивает молоко и удовлетворённо выдыхает. -Спасибо, — благодарит, поставив бутылочку, киваю и протягиваю ему пельмешку. Любуюсь своим истинным, подняв кружку с кофе, отпиваю немного, а после заговариваю: -Можем сразу после завтрака продолжить ремонт, — Кит кивает и обхватывает пальцами бутылочку с молоком. — Я думаю, сегодня закончим с внешним видом, потом соберём мебель. -Будет здорово, если закончим с внешним видом, — легко улыбается, опустив одну ладонь на верх живота, отпивая молоко. Кит съедает почти все пельмешки, у меня аппетита особо не было, поэтому хватило кофе со сладким. Мою посуду, пока омежка заканчивает с молоком, сквозь шум воды слышу, как он закрутил бутылочку и направился ко мне. Бутылочка отправилась в мусорное ведро, а Кит привстал и быстро поцеловал меня в щёку. Он прижимается ко мне сзади, потирается носом о лопатки и вжимается между ними губами. Разворачиваюсь и тяну руку к полотенцу, как вдруг Кит перехватил её и опустил на свой живот. Ткань его просторной футболки моментально впитала воду, открываю рот, но не успеваю ничего сказать, почувствовав движение под ладонью. Лёгкие и почти неощутимые шевеления чувствуются под пальцами. Кит крепче прижимает мою ладонь, немного сдвинув её ниже. Смотрю на наши руки, не сразу заметив, что начал улыбаться. Каждый раз так странно и одновременно здорово чувствовать движения малыша. Тепло Кита пробивается сквозь промокшую ткань. Сам он смотрит на живот и перемещает мою ладонь почти на самый верх, в этот момент кроха толкнулся. Восторженно выдыхаю и начинаю поглаживать это место. -Почти всё время, когда он пинается, удар приходится в это место, — Кит убирает руку от моей, прижав ладонь в самом низу живота. -Здесь же его ножки? — перевожу взгляд на любимого, смотря с интересом и любопытством. -Возможно, — пожимает плечами и мельком смотрит на верх живота. — Размеры малыша пока ещё позволяют ему менять положение как вздумается, так что это мог быть и кулачок. -Неслабый такой удар, если это всё-таки был кулачок, а не ножка, — нежно оглаживаю его живот, перестав ощущать движения сына. Кит наклонил голову вбок, смотрю на него и решаю ещё раз полюбопытствовать, хоть уже и не раз спрашивал об этом. -Тебе точно не больно от его пиханий? — наклоняюсь над омежкой и целую его в макушку. -Пока нет, — Кит спокойно отвечает и обнимает меня за талию. — Но когда он станет ещё чуть больше, тогда, возможно, будет немного больно или дискомфортно. Задумываюсь, смотря в любимые спокойные глаза, Кит тянет мою голову к себе. Наклоняюсь и позволяю поцеловать себя в губы, коротко отвечаю и приседаю. Прижимаю ладони к бокам живота и утыкаюсь в него носом, вдохнув лёгкий запах мёда с примесью моего запаха груши. -Сынок, не пинайся слишком сильно, когда ещё немного подрастёшь, — поучительно достаточно громко говорю и утыкаюсь лбом в тёплый живот. — Не заставляй меня переживать за Кита. Ладно, мой кроха? -Он тебе не ответит, хоть и слышит, — улыбаюсь от бормотания Кита над головой и наслаждаюсь поглаживаниями по волосам. — Ты сейчас слишком милый. Вставай, пока мои гормоны не начали скакать из-за тебя. Пошли уже докрашивать стену. -Сначала переоденься, нечего холодить кожу мокрой тканью, — говорю непреклонным тоном, Кит на это показательно закатывает глаза и фыркает. Мягко разворачиваю его и подталкиваю в сторону спальни, несильно шлёпнув по упругому заду. Ухмыляюсь от брошенного на меня угрожающе-предупреждающего взгляда и заворачиваю в детскую. Скрещиваю руки на груди и осматриваю почти готовое помещение. Разбор и выброс некоторой мебели, подготовка стен и пола забрали половину прошедших двух недель. После этого мы начали приводить комнату в подобающий вид. Потолок и три стены были перекрашены в белый цвет. При покупке стройматериалов выбор сразу пал на моющуюся краску, но с её количество мы не рассчитали, из-за этого позже пришлось докупить нужный цвет. Каждому слою краски нужно было дать время для полного высыхания. Покраска потолка была более сложным процессом, чем стен, им занимался я, со стенами же активно помогал Кит. Оставшаяся стена будет другого цвета и нужно постараться покрасить её ровно, не задев белые стены. Подхожу к банкам с краской, приседаю и открываю первую, начинаю подготовку к покраске. Слышу шаги, но не отвлекаюсь от своего занятия, Кит опустил руки на мои плечи и мягко массирует их. -У меня есть идея, как покрасить её не задев потолок и стены, — слышу его голос над головой и слегка поворачиваю её, заинтересованно смотря. — Что, если обклеить стыки тем скотчем, что мы тогда купили, а потом содрать его, будет ровный край. -Можно попробовать, — согласно киваю, выпрямляюсь и поворачиваюсь. — Заодно не придётся кропотливо медленно красить. Этот цвет закрасить белым будет проблемно. Кит кивает и выходит из комнаты, возвращается через минуту с рулоном малярного скотча и протягивает его мне. Подхожу к углу стены со стороны окна, приклеиваю скотч в самом низу и не спеша отматываю ленту, протягивая ровную линию по стыку. Кит держит рулон, забираю его, встав на стремянку, и дотягиваюсь до самого верха. Со стыком стены с потолком пришлось повозиться, несколько раз отрывая ленту, спускаясь и поднимаясь по стремянке. Заканчиваю со вторым боком стены, выпрямляюсь и осматриваю стыки, оценивая, что получилось. Оглядываюсь на Кита и выгибаю бровь, увидев, чем он занят. Малыш держит измазанный в краске валик и почти утыкается в него носом. -Медвежонок, что ты делаешь? — улыбаюсь, направляясь к нему. -Как бы странно это не звучало, но я в восторге от запаха этой краски, — глубоко вдыхает и блаженно закрывает глаза. -Знаешь, я уже не удивляюсь таким твоим странностям, — спокойно честно говорю. Бросаю скотч на подоконник, осматривая парня, Кит опускает руки и открывает глаза. Непонимающе смотрит на меня, пытаясь понять причину моего беззвучного смеха. Вытаскиваю влажную салфетку и подхожу к любимому. Наклоняюсь и, придерживая его голову за подбородок, осторожно стираю краску с кончика носа. Целую его в переносицу и отхожу, бросив салфетку на подоконник. Придвигаю несколько листов на полу вдоль стены ближе к ней и беру второй валик. Кит уже успел прикрутить к своему ручку, удлинив конструкцию, и хорошо обмакнул валик в краску, налитую в кювету. Встаю немного в стороне от омеги, чтобы не мешать друг другу, и веду первую линию от низа к самому верху, окрашивая стену в серовато-синий оттенок. Вдоль этой стены будут стоять манеж и шкаф, которые мы позже соберём и поставим сюда. Повторно обмакиваю валик в краску, продолжаю покраску стены и иногда бросаю взгляды на своего омегу. Кит совсем слегка улыбается и не сводит глаз с валика, успев окрасить приличный участок стены. Ему нравится заниматься ремонтом, я не только вижу это прошедшие недели, но и чувствую. Он почти всегда улыбается, находясь здесь, и старается всё делать идеально. Пока что мне нравится, как преображается комната и, надеюсь, получится всё так, как Кит представляет в своей голове. В моё отсутствие он покупает некоторые вещи, вроде штор и прочих безделушек, чтобы расставить их в готовой комнате. Заканчиваю со своей стороной стены, Кит тоже уже закончил, он смотрит на меня и довольно улыбается, опустив валик в кювету. Прищуриваюсь и хитро ухмыляюсь, медленно иду к омеге. Он пятится назад, поняв, что я задумал, и резко разворачивается, начинает убегать от меня, я же пытаюсь догнать, направив на него валик. -Марк, заляпаешь стены и пол, положи валик! — вскрикивает, шустро уходя в сторону, задорно смеясь и оглядываясь на меня. Отрицательно качаю головой и продолжаю бегать за ним по кругу, смеясь вместе с ним. Вдруг Кит резко замирает на очередном круге, из-за чего я чуть не врезался в него и не испачкал-таки в краске. Слышу его хриплое дыхание и быстро опускаю валик в кювету. Обхожу парня и обеспокоенно осматриваю его. Кит прижимает ладонь на груди, чуть сжав серую ткань майки, и слегка кривится, немного согнувшись. Ощущаю совсем слабые отголоски чужой боли, открываю рот, но не успеваю задать вопрос, малыш ударяет меня в плечо и обнимает живот. -Дурень, я не в том положении, чтобы так бегать от тебя, — возмущается, подняв голову выше, дыша более спокойно. — Открой окно, мне теперь воздуха не хватает. Спешу выполнить его просьбу, открываю окно нараспашку и возвращаюсь к парню. Успокаиваюсь, видя, что Кит уже пришёл в себя и даже улыбается, но как-то угрожающе. -Ещё раз будешь так за мной гоняться, вылью тебе на голову остатки краски и посмотрим, пойдёт ли тебе такой цвет, — указывает пальцем от моих волос на банку с серо-синей краской. Улыбаюсь, вжав голову в плечи, выставив руки в поражённом жесте. Кит поглаживает живот и тянет к нему мою правую руку, прижимает ладонь к его верху и мило улыбается. Оглаживаю пузик, чувствуя пробивающееся тепло, Кит обвивает руками мою талию и утыкается лбом чуть ниже ключиц. Нежно мягко лохмачу его волосы и поглаживаю по лопаткам, касаюсь шеи и затылка. Засекаю время высыхания первого слоя краски и целую парня в волосы. Предлагаю собрать прикроватный манеж, пока ждём высыхания краски, Кит согласно кивает и тянет меня на выход. Приношу необходимые инструменты в спальню и раскладываю конструкцию манежа. Кит устроился на кровати ближе к краю и протягивает мне необходимые детали, которые я без проблем собираю. Соединяю ножки на колёсиках, протянув между ними синюю плотную ткань, выполняющую роль корзины. Надёжно присоединяю к этой конструкции верх манежа в нужных местах. Он с тремя мягкими плотными стенками, снаружи тот же синий материал, а внутри белый. Внимательно осматриваю манеж и разворачиваю его, соединив с кроватью. -Идеально, даже не нужно регулировать высоту, — Кит довольно осматривает его, наклонившись. Он застёгивает молнии по бокам, создав четвёртую тонкую стенку, а после расстёгивает и опускает материал. Изначально я не понимал, зачем нужен этот манеж, когда в детской будет большой. Но Кит объяснил, что первый месяц лучше, чтобы ребёнок спал рядом, к тому же мой любимый не очень доверяет радио- и видеоняням. А ещё так малыш будет под присмотром в любой из комнат, потому что в отличие от большого манежа, этот можно с лёгкостью перевезти в любую комнату. Мой омега доволен собранным манежем и я тоже, глядя на его улыбку. Приглаживаю его волосы и иду разогревать обед. Кит появляется на кухне спустя пять минут и упрямо помогает мне, пропустив мимо ушей мои слова, не желая спокойно сидеть за столом. Обед проходит за обсуждением ремонта. Пока мою посуду, малыш улизнул из кухни, и я не удивлюсь, если в детскую. И действительно, нахожу его здесь, напротив открытого окна, руки находятся на верху живота. -Кит, простынешь, не стой возле открытого нараспашку окна, — строго говорю, глядя на него. -Не нуди, это моя привычка, — бурчит, полностью развернувшись и отойдя от окна к кювете и валикам. — Краска высохла, продолжим? Проверяю это, коснувшись стены и глянув на время, одобрительно киваю, наливаю краску в кювету и поднимаю валик. Почти синхронно наносим второй слой краски, двигаясь от углов к центру. Этот раз обходится почти без дурачеств в конце покраски. Щекочу Кита, он шустро отбегает от меня и осматривает помещение. С покраской мы закончили, второй слой будет сохнуть немного дольше. Осталось собрать мебель, застелить мягкий бежевый пол поверх паркета, повесить шторы и расставить мелкий декор. -Мне нравится этот контраст белого и синего цветов, — Кит останавливается взглядом на мне, перестав осматривать комнату. — Что будем делать пока ждём? -Можно застелить пол и собрать что-то из мебели, — предлагаю и вижу согласный кивок. Приношу свёрнутое рулоном покрытие на пол, кладу его вдоль боковой белой стены и толкаю в сторону окрашенной, разворачивая, Кит помогает. Понемногу полностью застилаем паркет мягким покрытием, с виду похожим на флис приятного бледно-бежевого цвета. Кит топчется по нему босыми ногами, он слишком явно доволен ощущениями. Притаскиваю сюда инструменты и коробку с пеленальным столиком. Опускаюсь на пол и удовлетворённо покачиваю головой, сидеть на этом покрытии очень даже приятно, словно на мягком ковре. Малышу будет комфортно по нему ползать и делать первые шаги. Омежка устраивается рядом и подключается к разбору деталей, заглядывает в инструкцию, по которой я быстро пробегаюсь глазами. Кит достаёт одну из отвёрток и не спеша собирает ящики, пока я занимаюсь остальной конструкцией. Посматриваю на едва заметно улыбающегося увлечённого любимого. Кит проводит ладонью по животу, придвигая последний ящик, чтобы прикрутить переднюю стенку, у которой ручкой служит круглая прорезь в центре. Заканчиваю с конструкцией, приделав с одной стороны дверцу. Поднимаю матрасик, кладу его на верх столика и задвигаю на места ящики. Кит улыбается, столкнувшись с моим взглядом, и меняет положение, помогаю ему встать с пола. Самостоятельно переношу к нужной стене сбоку от окна и осматриваю бело-коричневый пеленальный столик, идеально вписавшийся в это место и интерьер. Оглядываюсь, услышав шаги и шорох, омежка несёт шторы, направляясь прямиком к стремянке с явным намерением взобраться по ней. -Кит, даже не смей вставать на неё, — строго говорю и ловлю его взгляд. — Положи шторы. -Но я хочу сам повесить их, — прижимает к себе ткань, встав на первую ступень стремянки. -Нет. Это небезопасно для тебя, — ещё строже говорю, стянув его со ступени. — Отдай шторы. Кит отрицательно мотнул головой, крепче вцепившись в ткань, выглядя как ребёнок, не желающий слушаться. Пытаюсь забрать у него шторы и прищуриваюсь, услышав тихое рычание. Омеги крайне редко рычат, в основном могут урчать с разной тональностью. Когда Кит рычит, да ещё и так, это значит, что он не отступится и не отдаст без боя то, что держит. Вздыхаю и закрываю глаза на пару секунд, тихо цокнув. -Ладно, — спокойно говорю, уступив упрямому любимому, и серьёзно смотрю договорив. — Но очень, очень осторожно, и я буду страховать. Суровое непреклонное выражение лица Кита вмиг смягчилось, взгляд стал довольным, а губы расплылись в лёгкой улыбке. Целую его в лоб и перестраиваю окно на проветривание. Помогаю парню взобраться по стремянке, внимательно слежу за ним, чтобы поймать или удержать, если понадобится. Кит без особых проблем протягивает широкие петли первой шторы через карниз. Передаю ему вторую штору и придерживаю за ноги, после держу его ещё крепче, помогая спуститься. Он отдёргивает шторы, распределив их по сторонам, и вжимается спиной в мою грудь, когда я бережно обнял его за талию. Полупрозрачные градиентные шторы, светло-серые вверху и перетекающие в серовато-синий цвет внизу, очень даже гармонично вписались в интерьер. Отпускаю омегу и иду за креслом, которое уже можно установить вместе со столиком. Медленно перетаскиваю их по очереди из зала в детскую и ставлю слева, как раз напротив синей стены. Кит сразу устроился в кресле и вытянул ноги, сложив руки на животе, осматриваю его и всё сильнее преображающуюся комнату. Устало выдыхаю и опускаюсь на пол, устроив голову на бедре любимого. Кит запускает пальцы в мои волосы и медленно перебирает их, ласково смотря на меня. Закрываю глаза и наслаждаюсь мягкими прикосновениями, прижав одну ладонь к его животу. Сил делать ещё что-то уже нет, а за окном начинает вечереть. Из мебели осталось собрать шкаф и манеж, но это уже не сегодня, мы и так хорошо потрудились. -Есть хочу, идём на кухню, — тихий голос Кита выводит из мыслей и заставляет открыть глаза. Целую его колено и центр живота, встаю и протягиваю руку, Кит доверчиво сжимает мою ладонь и я помогаю ему встать, осторожно потянув на себя. Провожу пальцами по его лопаткам, когда он проходит мимо меня к выходу. Похоже, что у моего омеги тоже не осталось сил, потому как он не рвётся помогать, развалившись на стуле и опустив голову на руки. Касаюсь его волос, закончив накрывать на стол, и сажусь поближе. Спокойно реагирую на обмен некоторых продуктов, которые Кит подбросил в мою тарелку и утянул приглянувшиеся в свою. Он заканчивает быстрее и принимается мыть посуду, выбросив очередную бутылочку от кокосового шоколадного молока, допиваю своё банановое и встаю. Целую омегу в загривок, обняв за талию и сцепив пальцы над животом. Кит разворачивается, вытерев руки, и проводит носом по моей шее вверх к подбородку, мило муркнув. Тяну его в спальню, переодеваемся и забираемся на кровать. Мой медвежонок подползает ко мне и устраивается на моих бёдрах, ластится и ёрзает, теребя шнурки моих штанов. Я сразу угадываю, чего ему хочется и плавно переворачиваюсь, осторожно нависнув над ним. У меня всегда найдутся силы и желание приласкать его, особенно когда Кит сам просит этого. Неторопливо целую его и понемногу избавляю нас от лишних вещей. Неделю спустя. POV Кит На ходу поправляю низ домашней кофты, проходя в детскую, подхожу к креслу и, поставив на него пакет, тихо шуршу им, доставая содержимое. Разворачиваюсь и бросаю на пол две подушки в чисто-белой и синей вязаных наволочках, с третьей, серой, подхожу к шитой корзине возле манежа и опускаю в неё подушку, уместив с двумя игрушками и одеяльцами. Расставляю в шкафу книжки и прочие милые детские вещи, заглядываю в его ящики и вертикальный отдел с дверцей, глянув на аккуратно сложённую одёжку. Нежно веду пальцами по верху манежа, слегка толкаю мобиль и подхожу к окну, отдёрнув тонкие градиентные шторы, впустив больше солнечного света. Опускаю глаза на подоконник, обратив внимание на цветок, поднимаю лейку и аккуратно поливаю его, а после невесомо касаюсь пальцами тонкого салатового растения, глядя в окно. Слегка улыбаюсь и устраиваюсь в кресле, провожу пальцами по джинсовому светло-синему материалу подлокотников и опускаю руки на живот. Мельком смотрю на высокое пальмовое растение слева от кресла и на овальный коричневый столик справа. Ленивым, но довольным взглядом скольжу по комнате, любуясь результатами ремонта, которой мы полностью закончили вчера. Сегодня я лишь добавляю милые мелочи, приобретённые во время недавней прогулки. Марк ещё на работе, так что я развлекаюсь как могу в его отсутствии, успев снять для него видео и погулять. Сильнее откидываюсь на спинку кресла, начав плавно раскачиваться в нём и поглаживать живот. Смотрю перед собой, взгляд медленно скользит по синей стене с идеально ровными стыками. А всё благодаря той хитрости со скотчем, который без проблем оторвался после полного высыхания второго слоя краски. Яркие цветные флажки висят на тонкой верёвочке вдоль центра стены и хорошо выделяются на её фоне. Опускаю глаза на белый манеж со светло-коричневыми ножками и прутьями. Улыбаюсь, вспоминая, как помогал Марку собирать его, а потом самостоятельно привязывал внутри стёганные бортики и прикреплял деревянный мобиль. С того дня я почти ничего не добавил в манеж, кроме подушки-зайца, усаженного внутри, и синего вязаного пледа, висящего спереди. Мобиль, состоящий из деревянных звёзд и луны с мягкими белыми барашками, едва заметно покачивается. Мельком смотрю на корзину между манежем и шкафом, начав скользить по нему взглядом. Он и пеленальный столик из одной серии, бело-коричневые с простым дизайном. На самом верху шкафа заброшены подушки в виде звёзд. Перевожу взгляд на солнечный луч, растянувшийся по мягкому бежевому полу, и пробегаюсь глазами по пеленальному столику и урне сбоку от него. Устраиваюсь в полулежащем положении, вытянув ноги и сцепив пальцы в замок на верху живота. Я доволен получившейся детской и рад, что смог активно поучаствовать в её подготовке вместе с Марком как того и хотел. Я немного боялся, что ремонт растянется слишком надолго, но мы вполне быстро справились, потратив на него всего три недели. Я получал огромное удовольствие, занимаясь всей этой подготовкой и проводя время со своим альфой. Вообще прошедший месяц был вполне активным и насыщенным не только из-за подготовки детской. Я успел почти всё выполнить из списка желаний, занимаясь им в отсутствии Марка, осталось всего пара пунктов. Продолжал снимать для него и сына видео, общался с друзьями и семьёй, чаще с младшим братом. Расслаблялся и отвлекался от тоски и скуки, гуляя и покупая вещи для малыша. Большая часть всех вещей в этой комнате была куплена мною в такие прогулки, остальная часть была приобретена вместе с Марком. Мне нравилось ходить с ним по магазинам, выбирая самые разные вещи и необходимые стройматериалы. Помимо всего этого я получил обменную карту и сдавал необходимые анализы, пару раз переписывался с врачом. Болезнь с каждым месяцем всё чаще даёт о себе знать, и я ничего не могу с этим сделать. Кроме как продолжать надеяться, что удастся выносить сына полный срок, чтобы он не родился раньше времени из-за меня. Вздыхаю и опускаю взгляд на живот, нежно оглаживаю его, он стал больше за прошедшие дни. И хоть сейчас только половина седьмого месяца, кажется, будто бы уже полные семь, я думаю, что это связано с размерами малыша. Кроха за этот месяц стал вести себя немного активнее, каждый раз радуя меня своими движениями, а ещё заставляет дёргаться от толчков, становящихся всё сильнее. Марк всё чаще прижимается ухом к моему животу и всегда улыбается или удивляется, когда удаётся услышать сына и ощутить его шевеления. Я люблю наблюдать за своим истинным в такие моменты и ощущать его эмоции. Улыбка становится шире от воспоминаний дурачеств во время ремонта, но она быстро пропадает, стоило вспомнить резкую боль. Я не думал, что сердце прихватит во время "догонялок" с Марком, гоняющимся за мной с валиком. Я с трудом сдержал болезненный стон, вцепившись пальцами в майку, было больно даже дышать, из-за чего дыхание было хриплое. Марк ожидаемо заволновался, но мне удалось частично скрыть своё состояние за наигранным возмущением. Когда Марк вернулся ко мне, открыв окно, я уже нормально себя чувствовал и шуточно пригрозил ему, благодаря этому он перестал волноваться. Это был первый раз, когда меня прихватила болезнь при нём и хорошо, что удалось скрыть истинную причину моего состояния. У меня остаётся всё меньше времени, и хоть я и смирился со своей участью, страх и тоска продолжают сжимать и сковывать всё внутри, и особенно сильно в такие моменты, когда я остро чувствую проявления прогрессирующей болезни. Я боюсь того, что могу не дотянуть не то что до конца девятого месяца, а до его начала. Я стараюсь всегда быстро брать себя в руки, продолжать радоваться жизни и не думать об этом. Вот только полностью избавиться от мрачных мыслей и чувств никогда всецело не удаётся. Дёргаюсь от толчка под рёбрами с правой стороны, заставившего вернуться в реальность и тихо охнуть. Счастливо легко улыбаюсь, почувствовав резкий прилив спокойствия и позитива. Накрываю ладонью пострадавший бок и коротко поглаживаю его, проведя второй рукой сверху вниз, огладив живот. В месте удара спустя полминуты начинают ощущаться движения. Смотрю на живот, погрузившись в ощущения и общение с двигающимся с заминкой сыном, отвечающим так на мои прикосновения. Я знаю, что он чувствует, когда я касаюсь живота. Не всегда, но он толкается или шевелится в тех местах, которые я поглаживаю и по которым легонько постукиваю или осторожно надавливаю пальцами. -Я обеспокоил тебя своим мрачным настроением из-за непрошенных мыслей? — мягко спрашиваю, продолжая водить пальцами по животу, улыбаюсь уголком губ от мысли и озвучиваю её. — А ты также хорошо умеешь успокаивать и отвлекать меня от плохого, как и Марк. Они и правда похожи в этом. Достаточно лишь почувствовать их присутствие, как сразу становится спокойно. -Прости, что всё чаще беспокою тебя своим поведением и не всегда хорошим настроением и самочувствием, — виновато смотрю на верх живота, крепче прижав к нему ладони. — Я бы хотел всё время оставаться спокойным и счастливым, но не получается. Бережно обнимаю живот и медленно поднимаю глаза, плавно скольжу ими, осматривая комнату. Останавливаюсь взглядом на манеже и сдвигаю руки на самый низ живота. -Мне очень нравится твоя комната, получилось всё так, как я и представлял, — опускаю голову и ласково говорю. — Надеюсь, тебе будет нравиться находиться здесь. Я приложил много сил и любви, подготавливая всё здесь для тебя, как в одиночку, так и вместе с твоим отцом. Я понимаю, что когда малыш подрастёт, комната претерпит изменения, но я всё равно рад, что смог поучаствовать хотя бы в этом её обустройстве. Марку будет тяжело потом что-то менять здесь, но это нужно будет сделать и не раз по мере взросления нашего сына. Со временем ничего из того, что мы сделали за эти недели не останется. Меня не расстраивает эта мысль, но огорчает то, что я не смогу поучаствовать в новых изменениях интерьера. Но это мелочь, намного большую тоску я чувствую от того, что не смогу уложить сына в этот манеж, укачав его на своих руках. Не смогу понаблюдать за ним спящим и успокоить, когда он проснётся, не смогу покормить его и приласкать. Это всё придётся делать моему альфе, самостоятельно справляться со всем, особенно по ночам, недосыпая, и как-то совмещать работу и заботу о сыне. Я слишком хорошо знаю, что Марку будет очень тяжело, особенно первое время. Ему придётся справляться не только с нашим малышом, но и горем, и я даже не знаю, через какое время ему станет легче. Осторожно встаю с кресла, держа одну ладонь на животе, достаю телефон и решаю записать небольшое видео в этой комнате. Брожу по ней, мягко спокойно разговаривая, показывая на некоторые вещи и периодически посматривая в камеру. Это занятие помогает вернуть полный позитив мыслей и покой на душе. Помимо съёмки помогает и сынишка, легко пинающий меня чуть ли не во все стороны живота, слишком уж оживившись из-за чего-то. Улыбаюсь и тихо посмеиваюсь, разговаривая с ним и продолжая снимать видео, получившееся длиннее, чем я планировал. Сохраняю его и перемещаю в папку, после убираю телефон в карман и забираю пустой пакет, по пути на кухню сворачиваю его и убираю в ящик. Опираюсь поясницей на столешницу, задумавшись, голод дал о себе знать резко и неожиданно. -Это ты такой голодный или я? — весело спрашиваю, тихо побарабанив пальцем по верху живота. — Марк бы снова назвал нас обжорами. Ведь времени с прошлого приёма пищи прошло немного. Ну, ничего не поделаешь, да? Нужно же из чего-то получать энергию, особенно тебе. Не спеша перемещаюсь по кухне, занимаясь перекусом и продолжая разговаривать с сыном почти обо всём о чём только можно. Я очень много разговариваю с ним, особенно часто с его первых ощутимых движений. Можно сказать, что с того момента я редко молчу и то только потому, что обдумываю слова. Я стараюсь говорить так, чтобы он лучше слышал, потому как мой голос заглушают прочие звуки внутри. То, что детям в утробе нравится слушать голос и смех родителя доказанный факт. Надеюсь, малышу нравится мой голос, и я не слишком утомляю его своей болтовнёй эти недели. Вообще, в такие моменты я напоминаю себе Марка, который если разойдётся, потом трудно заставить его молчать. Легко пританцовываю в такт музыке из телефона, расставляя тарелки и кружку на столе. Устраиваюсь на стуле и придвигаю поближе к себе некоторую посуду. Макаю кусочек курицы в кисло-сладкий соус и довольно пережёвываю его. Незаметно для себя начинаю сочетать несочетаемые ингредиенты, от вида которых Марк бы уже скривился. Когда он застаёт меня за такими экспериментами, то старательно улыбается и пытается не кривиться, но получается так себе. Переписываюсь со своим парнем, написавшим именно сейчас, отвлекая нас с сыном от трапезы. Отправляю ему фото и получаю скривившийся зелёный смайлик, которого вот-вот вырвет, смеюсь и откладываю телефон. Продолжаю спокойно наслаждаться едой, от которой уже никто не отвлекает. Немного тяжело вздыхаю, наевшись и откинувшись на спинку стула, поставив кружку на верх живота, сжимая её всеми десятью пальцами. Тепло греет кожу и согревает изнутри при небольших глотках. Смотрю на время и закрываю глаза, откинув голову чуть назад, погрузившись в спокойные мысли и чувства. Одно из оставшихся желаний я пытаюсь выполнить с того дня, когда мы с Марком были на УЗИ. Я упоминал, что теперь смогу исполнить ещё одно важное желание, но пока сделать это не удалось. С того дня я активно, кропотливо и придирчиво подбираю сыну имя. Это желание можно считать самым важным из всех и к его выполнению я подхожу с особым рвением и серьёзностью. Я не хочу останавливать выбор на обычном имени, я изначально хотел, чтобы оно было особенным и с хорошим значением. Больше месяца я изучаю всевозможные варианты и тайские были отметены в сторону в первые недели. Потому что среди них мне ничего не понравилось, нет такого имени, которое подходило бы под мои суровые требования. Так что мне пришлось переключиться на иностранные, и уже есть несколько приглянувшихся вариантов, но я хочу поискать ещё немного. Думаю, что в ближайшее время сделаю твёрдый окончательный выбор и буду надеяться, что Марк одобрит его. Я не спрашивал у него, думал ли он над выбором имени. Марк в эти недели более занятой и сильнее устаёт, наверное, он ещё не задумывался над именем. Заканчиваю убирать на кухне и шагаю в спальню. Создаю подобие уютного гнезда из пледа и подушек на кровати, устраиваюсь в нём и сжимаю телефон. Решаю продолжить поиски и других вариантов имён, чуть позже из приглянувшихся выберу подходящее.