Сохранить равновесие

      Темной ночью, когда все уже спали, Гермиона наносила линии ритуала на вход в гостиную факультета, а Гарри соединял результирующую часть с их спальней, которая к этому моменту обратилась в крепость внутри себя самой. Закончив, Гермиона попросила Гарри попытаться обратиться к замку.       — По идее, мы же наследники основательницы, — сказала она. — Должен быть какой-то механизм.       — Знать бы, как его активировать, — вздохнул Гарри, пробуя мысленно позвать. — Не выходит.       — А если корону активировать? — спросила девушка.       — А Альби не узнает? — тактично спросил юноша. — Впрочем, мы это можем сделать в какой-нибудь другой комнате… Завтра?       — Завтра, — кивнула Гермиона. — Спать пошли.       Наутро молодых людей ждал сюрприз. Сюрприз, от которого Гермиона всхлипнула, не веря в первые результаты. Цепи подчинения были на всех, уже вышедших или вошедших в гостиную, только эти цепи контролировали не разум, а… девушка заплакала. Такого она точно не ожидала, ожидала контроля разума, рабства, но вот такого…       — Почему родители не обнаружили? — спросила она Гарри.       — Возможно, родители не знают такого ритуала, — задумчиво произнес юноша, глядя на диаграмму, которая совершенно четко говорила о том, что под контролем находится треть девочек, судя по именам — магглокровки или сироты, а остальные две трети и мальчики имеют контроль половой функции. Как и Гермиона, Гарри понимал, что это значит.       — Как с них снять это подчинение? — заинтересовалась девушка.       — Ну или каждого, или через замок как-нибудь, но если они рабы, то зачем зелья? — хмыкнул юноша. — Пошли кушать, потом пойдем в одно место, где и попытаемся разобраться.       Гермиона кивнула, отправляясь в путь до Большого зала. Ситуация все больше выходила за пределы понимания девушки. Зачем нужны зелья, если есть цепи? Зачем у кого-то цепи контролируют полностью, а у кого-то — только это самое. Неужели кто-то практикует «это самое» в отношении детей? Впрочем, покопавшись в памяти, девушка сникла. Сегодня была суббота, поэтому Гермиона с Гарри спокойно отправились в женский туалет, пока их никто не видел. На этаже по-прежнему не было портретов, поэтому, аккуратно перевесив блок сигнальных чар на стену, Гарри открыл проход.       Их встретила идеально чистая комната, в которой не было ни костей, ничего, и если бы Гарри не помнил свою битву с василиском, он бы сказал, что здесь давно никого не было.       — Это мы где? — поинтересовалась Гермиона.       — В Тайной Комнате, — ответил Гарри. — Только как-то странно… Ладно, давай воззвание читать.       Над поднятыми руками засияли короны, Гарри начал читать текст «воззвания», утверждая эту территорию своей по праву Короны. Пока сухие катрены, древние, как сам род, падали в тишину зала, он менялся — исчезала позолота со стен, пропадали колонны, бассейн стал входом куда-то под землю. И повсюду появлялись символы управляющих контуров.       — А затейники у нас Основатели, — осмотрев зал, произнесла девушка. — Даже инструкцию оставили.       — Ага, — кивнул Гарри. — Разбирайся, а я пока осмотрюсь.

***

      Гермиона нашла библиотеку, как она поначалу подумала. При более внимательном рассмотрении тома, обнаруженные на полках, были причиной и историей создания Хогвартса. С трудом разбираясь в староанглийском, девушка со все возрастающим ужасом вчитывалась в сухие строки.       — Гарри! Гарри! — вдруг закричала она. — Смотри…       Гарри подбежал к Гермионе, дрожащей рукой показывавшей что-то в книге. Это была старинная гравюра, на которой была изображена девочка, с которой делали то же, что сделали с ней самой. Точнее, с телом девочки, в которую она попала, но эта гравюра означала очень неприятные вещи, и молодые люди погрузились в текст.       Хогвартс был создан исключительно для магглорожденных, чтобы «из животных, подобных свиньям», создать «прислужников, достойных истинных магов». Рабские цепи устанавливались при поступлении в это место и были пресловутыми «чарами Основателей». По мнению всех четырех Основателей, магглокровки не являлись ровней чистокровным магам и обязаны были с радостью прислуживать им всю свою жизнь. Управляющие контуры цепей устанавливали правила, по которым магглокровок могли «использовать» другие. Именно эта ломка и была частью «воспитания».       — Значит, школа — это своеобразный питомник? — ошарашенно спросил Гарри.       — Получается так, — со слезами на глазах ответила Гермиона, перед глазами которой стояли гравюры.       — Ее надо утилизировать, — заявил юноша. — Такое место не должно существовать.       — Поэтому здесь и расплодились странные светлые, — вздохнула девушка, принимая произошедшее. — Нормальные люди не выживут в таких условиях.       — Мы кое-что можем сделать, — злобно усмехнулся Гарри, рассматривая управляющий контур. — Мы можем полностью отключить цепи и заблокировать их применение, как правители этих земель.       — Чем это для нас грозит? — несмело спросила Гермиона.       — Ничем, судя по тому, что здесь написано, — ответил юноша. — Кроме того, что многим может стать не по себе, ведь с исчезновением цепей исчезнет и управляющий контур.       — Да, теперь понятно, почему зелья… — вздохнула девушка. — Вырубай все тут.       Злобно оскалившись, Гарри скользил руками по символам, которые гасли один за другим. Он отключал подчиняющие артефакты, систему наказаний и поощрений, приоритет магов в защите, приоритет директора в школе, даже управляющие элементы ученических контрактов, подписываемых с замком.

***

      Сью весело болтала с подругой, когда из-под ее юбки что-то со звоном упало на пол. Девушка умолкла на полуслове, присев, чтобы рассмотреть, что это было. Когда она подняла глаза, они были полны слез. Племянница главы ДМП очень быстро поняла, что это такое. Она не поняла, почему это могло на ней оказаться, и сначала подумала о тете… Во всем замке раздавался звон. Кто-то понял, что это выпало, кто-то нет, кому-то объяснили другие, над кем-то посмеялись.       А в директорской башне сидел директор Дамблдор, с ужасом смотря на артефакты, прекратившие работу. Если верить им, то абсолютно все ученики, особенно магглокровки, были мертвы. Но его никто не звал, никто не врывался в панике, значит, именно артефакты и прекратили работу. Обездвижив магглокровку, в это время присутствовавшую в кабинете, и наложив на неё заклинание забвения, директор смотрел на расстегнувшуюся цепь подчинения. То, что артефакт самих Основателей прекратил работу, было очень плохой новостью, ведь слетевшие артефакты поддерживали порядок в школе, по мнению Великого Светлого.       Теперь же, судя по всему, привычные развлечения ему были более недоступны, что, несомненно, удручало. Поэтому следовало заняться тем, чтобы восстановить контроль: либо оживив артефакты, либо добавив зелья в трапезу. Впрочем, почему «или»?       Амелия Боунс читала наполненное детской обидой письмо племянницы на тему: «тетя, как ты могла?» И не понимала, о чем пишет девочка, поэтому глава ДМП, прихватив сослуживцев, направилась в замок. Достаточно быстро найдя племянницу, Амелия в жесткой форме, угрожая наказанием, потребовала ответа, на что Сьюзан устроила форменную истерику.       — Я тебе так верила, так доверяла, а ты на меня артефакт надела! — кричала в слезах девушка. Вынув откуда-то цепь, она кинула ее в оторопевшую тетю.       — Клянусь, что не надевала на тебя подобной мерзости! — воскликнула Амелия, рассматривая причудливое, но явно древнее изделие.       — Не надевала? — удивилась Сьюзан. — Тогда кто?       — Мы выясним, — оскалилась мадам Боунс и, прихватив девушку, покинула учебное заведение.

***

      Сотрудники Отдела Тайн очень обрадовались и самой Сьюзан, и артефакту. Приглашенные из Мунго целители долго смущали девушку, всесторонне обследуя ее. Установив, что насилию она не подвергалась, целители уступили место менталисту, сумевшему определить, что сделали с девушкой еще на первом курсе и как эта цепь попала к ней.       А Отдел Тайн установил, что артефакт является не менее, чем тысячелетним по возрасту и манере исполнения. Что это значит, было абсолютно непонятно, но Амелия перевела племянницу во Францию. Началось тайное расследование ДМП совместно с Отделом Тайн. Такую возможность прихватить Дамблдора за бороду никто упускать не хотел. Результаты появились сразу же, но они были до невозможности странными…