Правда, ложь, правда

      Кафе, о котором говорил Стайлз, оказалось небольшой забегаловкой. Но, к счастью, довольно чистой и уютной. Тони зашел в неё за парнем, оглядываясь. Не снял очков, не желая быть узнанным.       Если его кто-то заметит в Бекин Хиллс в компании парнишки, могут возникнуть вопросы. А он не хотел создавать Пеппер новые проблемы. Именно ей придется пытаться заткнуть рты любопытным стервятникам журналистам.       А официально объявлять Стайлза своим сыном было рано. Это привлечет к нему слишком много внимания. А Тони понимал, что то может быть нежелательным. Он сам рос под постоянным прицелом камер. Сейчас — привык. Но в юности тяжело. Каждая ошибка обговаривается, рассматривается со всех ракурсов.       Стайлз же не испытывал этого на себе. Для него такое внимание будет чем-то ужасающим.       Тони пролез мимо Стайлза, к кассе и прижал свою карту к терминалу, когда заметил, что парень полез к своему кошельку.       Младший Стилински растерянно моргнул, держа в руке несколько купюр, глядя на Тони. После перевел взгляд на чек, который им любезно протянули с натянутой улыбкой. — Все нормально, — неловко сказал Стайлз, засовывая смятые купюры в карман, — я могу заплатить за свою еду.       Потоптался на месте, явно ощущая неловкость от того, что за него заплатили. Пусть Тони и заявил, что он его биологичекий отец — принимать от него деньги было странно. Стайлз не любил брать деньги даже у Джона.       Но Тони лишь схватил бумажные пакеты с их едой, оставляя Стайлзу два больших стакана с трубочками, и приобнял его за плечи, выводя из заведения. Привычно уверенный, с идеальной укладкой и яркой улыбкой. — Расслабься, малыш, — спокойно ответил, шагая к машине, — я миллиардер, помнишь? Знаменитый Тони Старк. Один из богатейших людей. Тем более я тебе за шестнадцать лет столько алиментов задолжал, что если я тебе их переведу, ты легко сможешь купить остров.       Стайлз нахмурился, внимательно глядя на мужчину, а после закатил глаза и ткнул его указательным пальцем под ребра. — Ой, давай без этого дерьма. Свой остров, конечно, здорово. Можно стать его королем и создать закон о том, что все жители обязаны носить костюм принцессы Леи. Но нет.       Так что без этого, — широко махнул рукой на Тони, едва не попав ему по лицу, — тем более, если ты попытаешься дать алименты, — Стайлз показал кавычки пальцами в воздухе на слове «алименты», — то папа воспримет это, как личное оскорбление и точно попытается тебя пристрелить.       Тони вспомнил лицо Джона. То, как он хмурился и настойчиво продолжал обращаться «мистер Старк» и едва не содрогнулся, веря, что тот действительно может так поступить. Тони смело сражался с инопланетянскими существами, совершенно без капли страха. Но вот Джон, защищающий свою честь и честь своей семьи — пугал.       Они запрыгнули обратно в машину и Стайлз поехал в сторону заповедника. — Наверное, это лучшее, что есть в Бекен Хиллс, — пожал плечами, немного улыбаясь, — если не учитывать, все дерьмо, что там происходит. — Что? Пьяные подростки? Качающиеся машины? — фыркнул Тони. — Это есть во всех городах. Даже когда я был подростком мы находили какие-то такие места и они были нашим местом, чтобы уйти из-под родительского носа и выпить ужасное пиво или позажиматься с девушками. — Ага, это само собой, — пожал плечами Стайлз, бросив на Тони лукавый взгляд, немного щурясь и хитро улыбаясь, становясь похожим на Чеширского кота, — только у нас там ещё постоянно бродят дикие животные. Куски тел валяются.       Как-то Лидия, моя подруга, бродила по заповеднику, совершенно голой, три дня. Вокруг него столько легенд, — последнее протянул с каким-то придыханием. Будто наслаждался тем, что Тони напрягся, заинтересованно на него глядел, будто пытался понять шутит Стайлз или же нет. — Куски тел? — скептически спросил. — Ты имеешь в виду настолько пьяных подростков, что по другому не назовешь или…? — Или, — тут же активно закивал Стайлз, — Я со Скоттом как-то искал там часть тела. Нижнюю часть полицейские нашли, а вот верхнюю… — сделал театральную паузу. — Поэтому мы со Скоттом пошли в заповедник и искали верхнюю часть тела. — Звучит очень небезопасно, — восхищенно выдохнул Тони. — Со мной была бита! — будто это сделала ситуацию лучше, искренне возмутился Стайлз. — О, да, конечно, — закивал Тони, — бита точно спасет тебя. Как я мог об этом не подумать? Бита — это лучшее оружие, изобретенное человечеством. Я думал украсть на неё патент и стать единственным производителем бит.       Но со мной связалось правительство и сказали, что это слишком опасно и ни за одной странной не должно стоять такое опасное оружия. — Эй, — возмутился Стайлз, — сарказм — мой конёк, — показал на себя пальцем. — Уверен? — весело приподнял бровь Тони. — Я мастер сарказма. Но ты, конечно, можешь попытаться сразиться со мной. Но знай — я не буду поддаваться. — Так не честно, — притворно оскорбился, — у тебя было больше практики. Столько лет, старик, — ехидно улыбнулся, а Тони расхохотался, откинувшись на спинку сидения. — Я ещё молод. Я до сих пор в топе самых завидных женихов! — Мы все знаем, что ты платишь газетам, чтобы они так писали, потому что у тебя слишком чувствительное эго, — убежденно закивал Стайлз, улыбаясь. Тони же искренне веселился, глядя на парня. — Сейчас только пик моей привлекательности. Я уже прошел этап подростковых прыщей и мне ещё далеко до радикулита. — Знай, твои попытки скрыть радикулит не удались, — указал на Тони пальцем Стайлз, — я давно понял, что ты создал костюм Железного человека, чтобы случайно не демонстрировать свою больную спину. Старик, — последнее выдал с ехидной, но довольной улыбкой. — Знай, что я только что передумал включать тебя в своё завещание. — Чтобы включить меня в завещание, ты должен был хотя бы уметь написать мое имя, — закатил глаза Стайлз. — Какое имя, Мечислав? — с поразительной легкостью протянул Тони. — Блять! — выругался парень, вильнув машиной и резко ударил по тормозам. Повернулся к довольному собой мужчине с широко распахнутыми глазами. Его рот был приоткрыт от удивления и он растерянно показывал пальцем то на себя, то на Тони. — У тебя не должно это так легко получаться! Его может выговорить только папа и я. — А я гений, — самодовольно пожал плечами Тони, мысленно радуясь, что все же решил попрактиковаться в попытках произнести настоящее имя Стайлза, — мне все дается легко. — Так не честно, — вновь поехал и свернул, спустя минуту пути, на небольшую, ухабистую дорогу, — нельзя давать такому самовольному человеку столько талантов, — Стайлз казался ещё моложе, когда так дулся.       Тони едва не рассмеялся. Казалось, парню было не шестнадцать, а лет четырнадцать. И он был само очарование. Мужчина не мог вспомнить, когда в последний раз так наслаждался словесной битвой с кем-то. С гордостью, мысленно, протянул «мой ребенок».       Сарказм, видимо, что-то генетическое.       И Тони был уверен, что он принял правильное решение, когда приехал к Стайлзу. Не хотел забегать вперед, давить, но уже начинал строить совместные планы. Думал о том, какую машину следует купить Стайлзу, а так же о том, что можно пригласить его в Нью-Йорк хотя бы на пару недель.       И, если все пройдет хорошо, то после пригласить ещё на пару недель. В идеальной версии будущего, Стайлз мог бы поступить в колледж в Нью-Йорке. И пока Стайлз присматривал лучшее место, чтобы припарковаться у озера, Тони оставил заметку на телефоне Джарвису, чтобы тот, как Тони вернется обратно в Нью-Йорк, напомнил, что нужно в башне Мстителей выделить Стайлзу этаж.       Он не тешил себя надеждами, что парень когда-то решит переехать к нему, но тем не менее, считал, что это будет отличным жестом. Покажет Стайлзу, что тот в любой момент может прийти в место сделанное именно для него. И его никто и никогда не прогонит. — Приехали, — заглушив мотор, сказал Стайлз, неуклюже вывалившись из джипа, прихватив с собой еду.       Взобрался на капот, Тони сел рядом с ним.       Озеро было действительно прелестным. Вода практически прозрачная, а со всех сторон его окружали заросли заповедника. Пахло нетронутой природой. Влажной землей, холодной водой, лесом и мхом.       Они зашуршали пакетами с едой. Картошка оказалась действительно поразительно вкусной и Тони ел её одновременно с гамбургером, шумно отпивая колу через трубочку. Прокашлялся, прежде, чем заговорить. Стайлз дернулся от неожиданности и повернулся к нему. Его глаза были широко распахнуты, а со рта свисал завиток картошки. — Какие планы на будущее? Я не особо хорош в таких отцовских разговорах. Но уверен, что родители спрашивают о планах на будущее.       Стайлз закатил глаза и шумно проглотил картошку, засербал своим напитков. — Ещё спроси «Девушка есть?» или «Как оценки? Двойки есть? А если найду?», — фыркнул. — Или ты спрашиваешь, потому что боишься конкуренции? Что во мне сыграют гены Старков и я создам компанию и стану твоим главным соперником. Чувак, нет. У меня таких масштабных планов нет. Так что в ближайшем будущем обойдусь без миллиардов и крупных компаний. Ничего необычного. Хочу поступить в колледж. Может быть программирование или же ФБР. Я пока не выбрал. Знаешь, — неловко пожал плечами, — меня интересует слишком много направлений. Так много всего, что я хотел бы изучать, а программы колледжей ограниченные. Вроде того, что эй, почему если я учу программирование, я не могу изучать ещё литературу двенадцатого века? Почему я должен выбирать?       Тони резко вдохнул и тут же сделал один большой глоток своего напитка. Это было странно. Он видел нервозность и недовольство на лице Стайлза и ему казалось, что он видит своё искаженное отображение. Он понимает это чувство, когда ты хочешь знать много и во всех направлениях.       Тоже думал, что это не справедливо, что колледж не удовлетворяет полностью желание знаний. И теперь парень, в котором было его ДНК, но с которым он не общался прежде, казалось мучался из-за тех же проблем. — О, я помню это, — подсмеиваясь, с ностальгической улыбкой на лице, закивал Тони, — меня как-то вызвал к себе ректор из-за того, что я выбрал так много дополнительных предметов, что он не мог решить по какой-то специальности мне давать диплом.       Стайлз глядел на лицо мужчины с нескрываемым восхищением. И сделав большой глоток воздуха, казалось, чтобы иметь возможность рассказать все, что волнует на одном дыхание, принялся быстро говорить. И вместе с этим как-то успевал закинуть в рот картошку и шумно отпить колу. — Я думаю насчет Беркли, но… — неловко почесал в затылке, вспомнив, что перед ним гений.       У него точно не было проблем с тем, чтобы поступить. Колледжи буквально сражались, чтобы принять Старка. Стайлз же этим похвастаться не мог. Он не отрицал, что был довольно умен, но явно не гений. Колледжи не будут воевать за него.       Перед ним стояла опасность того, что его не примут. И было как-то неловко говорить об этом Тони. Вспомнились его прежние переживания, что Старк поймет, что Стайлз того не стоит. Что он не унаследовал гениальный разум.       И как бы Стайлз не был умен, из-за постойных попыток спасти свою жизнь, жизни близкий и просто мирных жителей, его оценки не были идеальны. Размахивание битой в ночи и попытки прогнать очередное что-то опасное и зубастое не способствовали хорошей успеваемости.       Часто случалось, что ему приходилось выбирать между выполнением домашнего задания или подготовки к контрольной и поиском информации о чем-то, что явно сверхъестественное и решило, что Бекин Хиллс отличный шведский стол. Разумеется, когда перед Стайлзом стоял такой выбор, он не выбирал школьные задания. — Я бы хотел поступить в один колледж с Лидией. Она моя близкая подруга. Но она гений и я не уверен, что смогу поступить туда же, — пожал плечами, шумно выпив через соломинку напиток. — Ты всегда можешь воспользоваться связями папочки, — пошутил Тони, поиграв бровями.       Стайлз подавился и закашлялся. Радовало, что кола не пошла носом. Едва не свалился с капота, неловко взмахнув ногами и руками. Наконец-то откашлялся и принялся хрипловато, немного каркающе смеяться. — Эй, не смейся над таким щедрым предложением! — весело возмутился Старк, но после посерьезнел и заговорил не так игриво. — А по правде, я не думаю, что ты не поступишь. Судя по всему, ты довольно умный парень. Ты точно гений, если тебя так много интересует. — У меня просто СДВГ, — небрежно махнул рукой Стайлз. Принижать свои заслуги было привычно, — так что я не гений, я просто не могу усидеть. Делаю домашку по экономике, а потом оп и изучаю историю обрезания.       Тони расхохотался и позволил Стайлзу перевести тему в другое, более комфортное для него русло. Могло показаться, что он не знает состояния робости. Многие в этом мире, если у них попросят вспомнить человека, который олицетворяет уверенность, вспомнят Тони Старка. Но он рос под прицелом камер и общественным порицанием. За каждым его шагом внимательно следили и он не мог побороть чувство, что должен заслужить любовь отца. А если не заслужил — значит недостаточно хорош.       Прекрасно знал это чувство. От того послушно поддержал другую тему. Разглядывал вместе со Стайлзом фотографии на его телефоне. Старые фотографии с отцом и Скоттом. С Мелиссой и Лидией. И радовался, что у него фотографическая память и не сделает ошибку перепутав всех друзей Стайлза.       Удивленно уставился на совместную фотографию Стайлза и какого-то парня убийственной наружности. Тот выглядел одновременно, как модель нижнего белья и серийный убийца. Накачанный, с хмурыми бровями, четкими скулами и желанием убивать во взгляде. Явно старше самого Стайлза, судя по густой щетине. — А это кто? — любопытно спросил Тони, вырвав телефон из рук Стайлза, чтобы лучше рассмотреть парня. — Эй, личное пространство, чувак, — возмутился Стайлз, пытаясь вернуть телефон обратно, — это Дерек. Он мой друг. — Друг или дилер? Черт, он выглядит так, будто толкает отличную дурь. Если бы я выбирал дилера — выбрал бы его. — Фу, — все же вырвав свой телефон обратно и прижав его к груди, ответил, — он законопослушный гражданин. Только несколько раз обвинялся! В убийстве. Но, эй, его оправдали. Он хороший парень. Правда его словарный диапазон это «Стайлз» и «заткнись», но он компенсирует это бровями. — Как ты вообще с ним познакомился? — скептически поинтересовался Тони. — Ты пытался найти киллера и подумал, что он отличный вариант? — приподнял брови и поиграв ними. — Возможно, я влез на его собственность, а потом обвинил в убийстве за что его арестовал папа. А после влез в патрульную машину, чтобы поболтать с ним, — легко ответил Стайлз, будто это была типичная и милая история знакомства. Ещё и усмехнулся, а взгляд говорил «можешь верить, а можешь нет. Ты никогда не узнаешь, правда ли это». — Ты такое маленькое дерьмо, — с восхищением выдохнул Тони. — В этом моё очарование! — воскликнул, будто в тосте, подняв стакан.