снежные пожелания, поцелуи под омелой.

это самое прелестное время года…

знакомые ноты западной праздничной музыки разносятся в воздухе, добавляя сезонной атмосферы всему открытому ледовому катку. сатору наблюдает, как одинокая снежинка касается его бесконечности. тонкий кристалл задерживается на мгновение, прежде чем отскочить и растаять. он наклоняет голову вверх и наблюдает, как все больше снежинок начинают спускаться с неба. красивые очертания и сезонная красота зимы могут быть полностью оценены глубиной его шести глаз. одна порхает рядом с его рукой, и он опускает бесконечность на один палец, просто чтобы почувствовать, как лед тает на его коже — это едва заметно, ибо погода вокруг холодная, но он не возражает. на самом деле, в последнее время он не возражает против большинства вещей — мир теперь стал немного более розовым, и он почти уверен, что это из-за— — итадори! — эй! кугисаки, что это было за… — ты смеешься надо мной, что-ли?! ты не должен быть в чем-то лучше меня! громкие голоса препирающихся учеников раздаются в воздухе, и яркий смех — смех юджи — заполняет пространство, подтверждая точную мысль сатору. это чистый, беззаботный звук, который всегда заставляет его чувствовать тепло, которое расцветает в его груди и заставляет весь вес на его плечах исчезнуть. «я чувствую это с тех пор, как мы встретились — целебный эффект юджи», предполагает он, улыбаясь про себя. он перестает смотреть на небо и снова сосредотачивается на сцене перед собой, уголки его губ приподнимаются при виде того, как его ученики катаются на коньках. или, ну, по крайней мере, юджи катается на коньках. все остальные, кажется, стоят в стороне и прижимаются к панде, чтобы согреться, в то время как перед ними начинается бесплатное развлечение, когда нобара, едва стоящая на коньках, пытается сбить юджи. она упряма до предела, и сатору усмехается про себя. он рад, что все достаточно энергичны для катания на коньках и зимних игр после утреннего похода по магазинам — позже вечером состоится званый ужин, и, хотя колледж не так много делает во время каникул, сатору просто очень, очень хочет, чтобы его студенты испытали настоящее чувство праздника в этом году. в конце концов, у магов не бывает выходного дня. любое время отпуска должно быть полностью оплачено (но годжо хотел бы, чтобы оно было другим, особенно для молодого поколения). — ай! громкий стон прерывает ход его мыслей, и сатору смотрит в угол катка, где нобара бьется и снова чуть не падает, агрессивно хлопая юджи по руке, когда он катается рядом с ней, чтобы помочь. он усмехается, когда она вместо этого берет маки за руку. ее поведение меняется, она позволяет помочь себе с обожанием и звездами в глазах. «похоже, я не единственный, у кого есть слабость к кому-то», с легким интересом замечает сатору, пожимая плечами после минутного размышления — ему на самом деле все равно, встречаются ли его ученики друг с другом, пока никто не преследует юджи. кстати, о юджи— он… совершенно потрясающий во время катания на коньках. сатору даже не пришлось давать ему (нетрадиционный) урок, который в любом случае был бы просто поводом прикоснуться к нему — спортивные способности юджи есть и всегда будут лучше, чем у других, и сатору в полной мере пожинает плоды, с благодарностью наблюдая за умелыми маневрами его худого, гибкого тела по льду. по сравнению с ним, некоторые из его учеников намного хуже (особенно мегуми, который просто стоит в углу, ибо ненавидит лед с тех пор, как сатору впервые взял его к себе). сатору пока игнорирует его, предпочитая вместо этого с жадным интересом наблюдать, как нобара предлагает соревнование по катанию на коньках между юджи и маки. «о… а это будет весело. они оба являются мощными с точки зрения скорости и силы», думает он. «хотя мои деньги всегда на юджи.» нобара начинает кричать другим посетителям, чтобы они расчищали путь, и люди начинают спешить к краям катка, не желая быть втянутыми во что-либо, связанное с группой шумных студентов с разумной пандой посреди них. инумаки молча катится вперед и проводит коньками линию на льду, а затем отступает, чтобы продолжить прижиматься к панде, когда маки и юджи выстраиваются вместе. (мегуми все еще дуется в углу катка, но сатору радостно отмечает, что он очень старается выглядеть незаинтересованным в происходящем.) нобара подает сигнал, и сатору свистит, когда маки и юджи бросаются вперед, осколки льда из-под их коньков разлетаюся во все стороны и заставляют других посетителей вздрагивать и разевать рты от безумного уровня скорости, с которой они едут. «шиш. на данный момент они, вероятно, лучше, чем японские спортсмены на зимних олимпийских играх», сатору кивает сам себе. они сейчас сворачивают за угол, сталкиваясь лицом к лицу — в целом, маки не так быстра, как юджи, но она легче, и— свист! мыслительный процесс сатору на мгновение останавливается, когда они вдвоем приближаются к нему, его глаза сразу же останавливаются на юджи, — он выглядит красивым, и сатору может только смотреть. его сердцебиение учащается, когда время замедляется в его сознании, чтобы полностью оценить красоту юджи, вплоть до последней веснушки. обычно он может контролировать себя, но сегодня… у сатору нет ни единого шанса. на лице юджи расплывается широкая улыбка, и его глаза ярко сияют от возбуждения соперничества — они поворачивают за другой угол, оба ускоряются, прежде чем юджи летит вперед с последним приливом энергии, и гордая, буйная, победная улыбка, расцветающая на его лице, делает вид сатору еще более сладким. когда гонка закончилась, и к группе приближаются, похоже, олимпийские разведчики талантов, сатору еще раз улыбается про себя, прежде чем направиться к мегуми. явной реакции молодого человека на его появление не последовало, но сатору все равно заметил легкое напряжение в его плечах. — йоу, — приветствует сатору, отмечая более жесткие, чем обычно, морщины на лице мегуми. он вздыхает, думая, что сказать — у него нет сомнений в том, что мегуми все еще чувствует себя подавленным из-за того, что цумики все еще в коме, и вспышка вины скручивает внутренности сатору. — …это твое первое рождество без нее, да? тебе следует присоединиться к остальным. они будут беспокоиться, если ты будешь продолжать так дуться. — он притворяется усталым и зевает. мегуми ничего не говорит. сатору и не ждет, что он будет отвечать — особенно сегодня, но они оба знают, что на самом деле он имеет в виду, что юджи будет волноваться. он кладет твердую руку на плечо мегуми. — мегуми. иди к ним, — снова говорит сатору, мягко подталкивая его. — цумики хотела бы, чтобы ты повеселился, несмотря ни на что. ты не можешь вечно хандрить и дуться, — он убирает руку. — секо сказала, что она скоро проснется, помнишь? теперь это всего лишь вопрос времени. — да… — в конце концов кивает мегуми тихим голосом. он больше ничего не говорит, но чуть меньшее движение его губ вниз говорит сатору больше, чем ему нужно знать. он отворачивается от мегуми, решив снова сосредоточить свое внимание на других учениках, но все еще чувствует на своем лице пронзительный взгляд. мегуми изучает его, открывая и закрывая рот, прежде чем сделать глубокий вдох. — обычно ты мало что делаешь на каникулах. особенно со всеми нами. но покупки сегодня утром, катание на коньках и вечеринка позже — это все для итадори, не так ли? — спрашивает он, прищурив глаза и наблюдая за малейшей реакцией сатору. он делает паузу, как будто не уверен, стоит ли продолжать, прежде чем снова заговорить более низким, мягким голосом. — ты хочешь, чтобы он был счастлив. сатору моргает, немного застигнутый врасплох наблюдениями. он поворачивается к мегуми и получает в ответ равнодушный, но любопытный взгляд. это правда, что его предыдущие планы на праздники в школе не были такими продуманными или всеобъемлющими — в этом году произошли очевидные изменения, которые подтолкнули его сделать вещи немного более особенными, запоминающимися, и он солгал бы, если бы сказал, что это не для юджи. те два месяца, что они провели вместе, когда остальные думали, что юджи мертв… сатору узнал, что нравится и не нравится молодому человеку, его мысли и неуверенность, что делало его счастливым и… что заставляло его улыбаться. (были… и другие вещи, которым он в конечном итоге научился, более интимные, секретные вещи, но это знание предназначено для использования сатору, и только сатору.) по общему признанию, он не ожидал, что они будут настолько совместимы, но где-то по пути юджи тоже узнал все, что касалось его (или, может быть, это было в самом начале, так как юджи всегда, казалось, знал его потребности и желания даже без слов), и сатору… сатору не знает, сможет ли он когда-нибудь вернуться в то время, когда юджи не было рядом с ним. (теперь он полностью понимает, что отдал бы юджи весь мир, если бы юджи попросил — он сделал бы все, что угодно, лишь бы это закончилось улыбкой юджи.) маленькая, аккуратно завернутая коробочка в кармане его пальто кажется тяжелее, чем когда-либо. — ну и ну, — начинает сатору, его голос затихает, когда он поворачивается к мегуми. он понимающе улыбается ему, но не соглашается и не отрицает его слов. — я просто хочу, чтобы все мои ученики были счастливы. включая юджи, так как он мой любимый. это не тот ответ, который ищет мегуми — они оба это знают. — мы не слепые. он больше, чем твой любимый, — бормочет мегуми, закатывая глаза. — знаешь, иногда ты и он… на самом деле, я ничего не собираюсь говорить, так как ему явно нравится проводить с тобой время, но… — он вздыхает, потирая виски, но не настаивает дальше. — только юджи итадори мог бы полюбить кого-то вроде тебя. — конечно, — соглашается сатору, глубокомысленно кивая. — почему бы ему не любить меня? я красивый и сильный. о, и я также могу делать все и вся, и. — хорошо, да, прекрати. мне больше нечего сказать, так что я ухожу, — монотонно произносит мегуми. он балансирует на перилах и начинает делать несколько шагов, слегка покачиваясь на коньках. фушигуро останавливается как раз перед тем, как ступить на лед, его голова слегка повернута в сторону сатору. — это раздражает — делать все это только ради праздника, но… — тихо говорит он, — он счастлив. а затем, прежде чем сатору успевает сказать что-нибудь еще, он поворачивается и катается по льду, прежде чем присоединиться к остальным. годжо еле видимо кивает и наблюдает, как мегуми подходит к остальным — они немедленно оборачиваются к нему, их лица темнеют от озорства, когда их внимание переключается на то, чтобы поддразнить его. сатору хихикает, когда маки щелкает мегуми по лбу — «наверное, это для его же блага», размышляет он. «проводя время со всеми, он отвлечется от мыслей о своей старшей сестре.» вскоре, однако, группа начинает двигаться в другую область, и сатору наблюдает, как юджи что-то говорит им, прежде чем быстро помахать на прощание и уехать. затем он легко обходит площадку, скользя по блестящему белому пространству, как перышко, и в середине еще одного круга поднимает голову к небу, будто погруженный в свои мысли. он что-то бормочет себе под нос и поворачивает голову в сторону, его глаза расширяются, а губы слегка приоткрываются, когда он ловит взгляд сатору. время, кажется, замедляется. в этот момент что-то проходит между ними в воздухе, и юджи моргает, прежде чем ярко улыбнуться и подскочить. — годжо-сенсей! — кричит он, сияя, приближаясь к сатору. он подходит к краю катка и прислоняется к перилам. — юджи-кун, — приветствует сатору, его губы уже складываются в улыбку от того, как взволнован юджи каждый раз, когда они разговаривают, несмотря на то, что они проводят все свое свободное время вместе. несмотря ни на что. — ты, кажется, наслаждаешься собой, — говорит он, тоже подходя ближе. — хех, да, — хихикает юджи, его глаза наполняются весельем. — вы все это время наблюдали за мной, сэнсэй? вы должны присоединиться ко всем, они собираются слепить колючего снеговика, похожего на фушигуро. — возможно, — говорит сатору. он удивленно приподнимает бровь. — о? звучит забавно. вам, ребята, тоже следует… — подожди, подожди! — юджи прерывает его, его голос окрашен недоверием. — здесь холодно, сэнсэй! почему на тебе так мало одежды? — он суетится, сдвинув брови, когда оглядывает сатору с ног до головы. —…твои щеки все красные, — хмурится, наклоняясь ближе и протягивая руку, чтобы обхватить лицо сатору голыми руками. — и твоя кожа такая холодная… — бормочет итадори, нежно проводя большим пальцем по веку сатору. несмотря на то, что ранее сатору не ощущал низкой температуры вокруг себя, он непроизвольно вздрагивает от внезапного контакта, прерывисто выдыхая, когда юджи прижимает ладони к его коже — как медленный, разгорающийся огонь, прекрасное тепло разливается по его телу, и он наклоняется к прикосновению юджи. — видишь?! ты весь дрожишь, сэнсэй! — все хорошоооо, — шепчет сатору, наклоняясь, чтобы потянуть юджи за щеку. его рука скользит вниз, чтобы коснуться холодными пальцами теплой линии подбородка. — у меня есть бесконечность, поэтому молекулярная кинетическая энергия вокруг меня остановилась, что влияет на температуру вокруг меня. итак, GLG Gojo Satoru не остынет, из-за физики и других вещей, связанных с моей техникой… — но… сенсей, — тихо говорит ему юджи. его тон нежный — не осуждающий, но заботливый, в нем слышится искреннее беспокойство. — иногда ты понижаешь бесконечность. как сейчас, — говорит он, сминая щеки сатору, чтобы продемонстрировать свою точку зрения. — даже самый сильный колдун в мире может заболеть! ты забыл, что случилось летом, когда ты заснул с мокрыми волосами и оставил дверь открытой, а кондиционер включенным?! — это было всего один раз! — сатору усмехается. — юджи, все в порядке, — успокаивает он его, но какая-то его часть втайне счастлива, что за ним суетятся. это хорошее чувство. оно заставляет его чувствовать себя любимым. заветное сокровище. — даже если бы мне было холодно, у меня есть ты, чтобы согреть меня, верно? — многозначительно говорит он, шевеля бровями, и юджи пронзает его равнодушным взглядом. затем он делает паузу, что-то обдумывая, прежде чем его глаза проясняются. — о, я знаю! здесь… его руки покидают лицо сатору, вместо этого он начинает развязывать свой шарф. он обматывает толстую ткань вокруг шеи сатору, его щеки розовеют, когда он это делает — сатору замечает, что коньки увеличивают юджи на пару дюймов, и что их лица… действительно близко. ему просто нужно немного наклониться, и он сможет поцеловать юджи. так он и делает — слегка наклоняет шею, пока мягкие порывы воздуха из их ртов не смешиваются, и наклоняет свое лицо именно так, и— — вот! — сияет юджи, его руки засовывают концы шарфа в пальто сатору. — я сделал его красивым и обтягивающим—не снимай его, хорошо? — он улыбается, ничего не замечая и двигаясь так, чтобы сатору не мог до него дотянуться — на самом деле, он выглядит таким гордым собой, что сатору даже не может чувствовать разочарования из-за того, что его не поцеловали. — юджиииииии. — он скулит, уткнувшись подбородком в шарф. тепло. ткань пахнет цитрусовыми — она пахнет юджи. — но теперь тебе будет холодно! — эм. извини, если я веду себя слишком властно, — говорит юджи, внезапно смутившись. — дедушка всегда говорил, что согревать шею очень важно… но, о, не волнуйся! мне тепло! просто хочу убедиться, что сэнсэю тоже, — заканчивает он, улыбаясь и смущенно потирая затылок. боже. «он слишком драгоценен» думает сатору, и в его груди внезапно оживает рой бабочек. юджи всегда так на него действует — он слишком искренний. — спасибо тебе, юджи, — тихо говорит сатору, его голос искренен. это тон, который услышит только юджи. — ты не слишком властен — сэнсэй действительно ценит это, — он указывает на шарф, слегка покраснев. (он говорит себе, что это от холода.) юджи моргает, его щеки тоже розовеют от эмоций, которые он в данный момент видит на лице сатору. — это… все в порядке, сэнсэй — он засовывает руки в карманы и отводит взгляд, прежде чем снова посмотреть на сатору. — о, почему ты просто стоишь там все это время? разве ты не хочешь покататься на коньках? даже фушигуро присоединился к нам, — смеется юджи, и сатору тоже улыбается от такой яркости. — я просто хочу убедиться, что всем моим студентам весело. приятно наблюдать, как вы, ребята, занимаетесь своими делами! ты даже участвовал в гонке с маки раньше. — кстати, я знал, что ты выиграешь, — добавляет он, улыбаясь еще шире. — пфф. ну же, сенсей, — усмехается юджи, ласково улыбаясь, его глаза превращаются в красивые полумесяцы. — вы можете посмотреть и присоединиться к нам! ты все время занят, так что… тебе тоже должно это нравится. — он слегка краснеет, прежде чем слегка отвернуться от сатору. — …мне было бы веселее, если бы ты катался со мной— я имею в виду нас, — бормочет юджи, его щеки еще больше порозовели от обмолвки. — тебе не обязательно, но… он немного ерзает, прежде чем перевести свой мягкий золотистый взгляд на сатору. — я…я вроде как остался, потому что хотел провести время с тобой, сенсей. «о», думает Сатору. — о, — произносит он вслух, неуверенно. это своего рода…восхитительно, когда тебя так не хватает — это все еще очень новое чувство, — и он слегка краснеет, чувствуя что-то нежное, а также немного чуждое, глубоко в груди. он прочищает горло, внутренне немного паникуя. — я, конечно, тоже хочу провести время с юджи. но… что, если я не умею кататься на коньках? — спрашивает он, уклоняясь и стараясь говорить небрежно, несмотря на то, как быстро бьется его сердце в груди. юджи на мгновение замолкает, размышляя, прежде чем одарить сатору мягкой улыбкой. — тогда вам следовало сказать об этом раньше, сэнсэй. мне просто придется научить тебя, — говорит он, и возле его глаз появляются нежные морщинки. — но разве ты не должен быть хорош во всем? — ты знаешь, так как ты самый сильный, — добавляет он, голос становится немного дразнящим, и сатору улыбается. — да. на оба вопроса, — смеется он. он наклоняет голову и потягивается, поднимая руки к потолку, прежде чем снова повернуться к юджи. — хорошо, я выйду на лед. только для юджи. — отлично! они катаются бок о бок, медленно кружа по катку. краем глаза сатору видит, как юджи пытается незаметно кидать быстрые, полные любви взгляды. в конце концов, юджи делает глубокий вдох и тянется, чтобы схватить его за руку. «тепло», тут же думает сатору, рефлекторно переплетая их пальцы. чувствуя себя смелее, он поворачивается лицом к юджи, который нерешительно протягивает вторую руку и берет его за обе руки. — сэнсэй? —все хорошо? — тихо спрашивает сатору, крепче сжимая пальцы юджи. — я знаю, ты еще никому не хотел говорить, но… — он замолкает, выжидающе глядя на юджи. официально об их отношениях ничего не было объявлено, но он уверен, что их постоянный флирт уже сделал их близость известной всем. (хотя юджи все еще думает, что они умеют быть скрытными.) — эм, — юджи краснеет от мягкости в его тоне. — да, все в порядке, — решает он тихим голосом, его рука слегка сжимает сатору, прежде чем оглянуться назад в направлении других студентов. — все остальные играют вон там, в снежном логове, так что мы в безопасности, — бормочет он, прежде чем посмотреть на сатору нежными глазами. — мм, тогда нам повезло, — соглашается сатору. он немного раскручивает юджи, позволяя импульсу вести их обоих по небольшому кругу. — да! но, кроме того… — юджи замолкает, краснея, когда сатору снова их раскручивает. — я думаю, что держаться за руки на льду нормально, — говорит он, притягивая сатору ближе, пока их тела не оказываются всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — мы можем просто сказать, что потеряли равновесие, и нам нужно было поддержать друг друга. — о, ты все это продумал, да? — сатору наблюдает, чувствуя некоторое самодовольное удовлетворение от слов юджи. — ты хотел держать меня за руку все это время? — он дразнится. он выключает бесконечность и наклоняется, лицо просто парит над лицом юджи — на этом расстоянии он может видеть пару снежинок, упавших в волосы юджи, а также розовый румянец, покрывающий его щеки и нос, и мягкую часть его губ. «поцелуй его, — кричат ему мысли Сатору. — поцелуй его, обними его, прикоснись к нему—» он сопротивляется и вместо этого запечатлевает видение в памяти. — может быть, — фыркает юджи. он катится немного вперед, таща за собой сатору. — давайте продолжим, сэнсэй? — все, что ты хочешь, юджи. они продолжают кататься вместе, и между ними устанавливается комфортная, уютная атмосфера. юджи рассказывает ему истории о зимах в сендае, а также о местных праздничных традициях, в которых он и его дедушка принимали участие. в ответ сатору рассказывает ему об экстравагантных, но одиноких зимах, которые он провел в поместье годжо, — он рассказывает юджи о том, как время от времени ускользал, убаюкиваемый сладкими запахами соседних пекарен и кондитерских, где продаются рождественские вкусности. они смеются и вспоминают свое прошлое, их руки сжимаются в объятиях друг друга, как бы говоря: «но теперь у меня есть ты». в конце концов, юджи перестает катиться вперед — он поворачивается к сатору, глядя на него с непроницаемым выражением. — хм? в чем дело, юджи? — ничего… сатору бросает на него взгляд. — …ладно, ладно, — немедленно сдается юджи. — я просто подумал, — тихо говорит он, мягкая, довольная улыбка расцветает на его лице, — что… несмотря ни на что, мне все равно больше всего весело, когда я с тобой, сэнсэй… — он прислоняется к боку сатору, его глаза на мгновение закрываются, когда он обвивает руками туловище сатору для нежного объятия. — спасибо, что ты со мной, — говорит юджи очень тихим голосом, и сатору прерывисто вздыхает. этот мальчик — этот яркий, красивый мальчик, который носит свое сердце на рукаве и такой искренний, милый и добрый— сатору так сильно хочет оставить его себе. — юджи, — бормочет он, поворачиваясь всем телом в сторону, чтобы подвинуть юджи ближе к себе. — сэнсэй? — говорит юджи, широко раскрыв глаза. у него раскрасневшиеся щеки и нос, и сатору больше не может сдерживаться. он наклоняется, будь прокляты зрители, и прижимается целомудренным поцелуем ко рту юджи — губы юджи немедленно раздвигаются под его губами, и сатору слегка облизывает этот сладкий, горячий рот. через пару мгновений юджи отрывается, чтобы глотнуть воздуха, и сатору следует за ним, после целуя снова. поцелуй слишком короткий, но все равно милый, и еще более милое выражение лица юджи, когда он отстраняется. — сенсей, — снова говорит юджи, лицо его пылает, когда он тянет сатору за рукав. — ты так несправедлив. что, если кто-то видел? — говорит он, но все равно подходит ближе и наклоняется к сатору. — извини, — сатору улыбается, и в его голосе нет ни капли раскаянья. — ты был просто слишком мил, чтобы не поцеловаться. — тогда, по крайней мере, поцелуй меня там, где люди не могут видеть, или типа того, — тихо говорит юджи, и сатору громко смеется. — хорошо, конечно. пойдем прямо сейчас, — отвечает он, таща их в сторону раздевалок, и на этот раз смеется юджи. (позже на игровой площадке поднимается шум, где другие ученики успешно сделали из снега гигантского морского ежа с сердитым лицом. когда внимание каждого покровителя внезапно сосредоточилось на них, сатору действительно оттаскивает юджи в укромный уголок и целует его снова и снова, и снова, пока жар их ртов не сливается воедино.) — итадори, у тебя такое красное лицо, — комментирует нобара, когда они выходят с катка, чтобы вернуться в школу. — у тебя жар или что-то в этом роде? — спрашивает она, переводя взгляд с шеи юджи на сатору. — надо было просто позволить нашему идиоту-сенсею замерзнуть, вместо того, чтобы отдавать ему свой шарф. юдзи смущенно хихикает, подтягивая воротник немного выше, и нобара поднимает бровь. (сатору понимающе улыбается.)