Я знаю в чём вы нуждаетесь

      – Она никогда не докуривала сантиметр до фильтра – ей не нравился вкус сигареты в конце, поэтому, не жалея окурок, она уже привычным движением пальцев выкидывала его вниз и, не туша каблуком, уходила. Так же она поступила и сейчас – остаток сигареты тлел среди влажной от утренней росы травы, а статная Клэр шла гордой и красивой походкой, слегка двигая бёдрами, в сторону кофейни. Её мысли сконцентрировались лишь на кофе – она хотела выпить карамельный латте и насладиться перерывом как обычно в парке у озера, на её любимом месте с красивым видом. Разглядывая людей, спешащих на работу и учёбу, она с серьёзным лицом шла по площади, дыша полной грудью. Каблуки не приносили ей дискомфорта, Клэр привыкла к ним настолько, что носить обувь без подъёма – ей казалось самым ужасным, даже от тапочек пришлось отказаться.       Сегодня она надела голубое платье без рукавов, прохлада пощипывала её руки – приятно пощипывала. Одной из её странностей была необычайная любовь к холоду. Зима казалась ей самой красивой и уютной порой года, а лето – ненавидела из-за жары, которую Клэр не в состоянии переносить. Она не считает свою любовь к холоду странной, но, рассказывая это другим с самого детства, она заметила, что все смотрят на неё косо, приподнимая бровь, и спрашивают: «Как так можно?», «Зима же такая холодная», «Ты любишь холод?», а её бывший одногруппник из колледжа выделился фразой: «А я знал, что ты гадюка!», само собой, он лишь хотел пошутить, даже улыбнулся подходяще, но Клэр восприняла это слишком всерьёз, настолько, что отомстила ему, впервые в жизни заморочившись над детальным планированием хитрой мести.       Она нашла Работника зоопарка, который имел контакт со змеями в террариуме, с помощью договорённости и своего острого языка смогла уговорить его, чтобы тот стащил несколько страшных но безопасных рептилий. Затем, передав их соседке обидчика и попросив её об услуге подкинуть их в его сумку, она вернулась домой, дожидаясь завтрашнего дня. Парень не пришёл в колледж. Он не появлялся несколько дней, пока все не узнали, что он потерял сознание от испуга и его положили в больницу. Чем же этот план детально спланирован? Да тем, что она ни копейки не потратила, никому и ответных услуг не оказала, так ещё и все сработало так, как она хотела, и больница не была шоком для нее – этого результата она и добивалась. И её ни в чём не заподозрили, хотя виноватых искали, правда, так и не нашли. Родители соседки, которая оказала услугу Клэр, были важными людьми в тогдашнем правительстве, они быстро отвели дочь от подозрения, о Клэр и слова не говорили, а сама девушка всегда была в почёте и у всех складывалось позитивное мнение о ней сразу же после первого разговора. Знали бы они: с какой властной и безжалостной леди они имели дело.       Она приближалась всё ближе к кофейне, лёгкий аромат этого бодрящего напитка уже витал в округе. За это ей так нравилось это место. Заведение находилось на углу большого жилого здания в стиле барокко, тянущегося вдоль всей площади. Оно было всего 5 этажей в высоту: первый этаж был занят различными бутиками, магазинчиками и местами, где готовили уличную еду, а остальные этажи – были застроены квартирами, в которых жили люди, точнее, сливки общества. Это была не главная площадь, но приближённая к центру города. За 15 минут оттуда можно было дойти до центра, где на просторной площади, усыпанной кладкой, располагался базар по выходным, проходили парады, а в центре стоял памятник Патриарху. Поэтому, снять квартиру даже на этой большой и красивой, хоть и главной, улице – стоило недёшево. Только такие люди как политики или Клэр, зарабатывающая на пропаганде большие деньги, могли позволить себе жильё здесь. Тем не менее, здесь часто гуляли и граждане среднего а то и низкого класса. Дизайн кофейни немного выделял её из общего стиля здания, такое чувство, будто это уютное заведение перенесли сюда прямиком из солнечной Италии. Открыв дверь, Клэр прошла к стойке и сделала заказ. Оплатив его и подождав пару минут, девушка забрала свой кофе и вышла на террасу снаружи, чтобы наслаждаться кофе и атмосферой города. Диктатура не помешала этому месту быть уютным, лишь партизаны и бедняки с окраин города и самых глухих деревень страны чувствовали себя неуютно и ущемлено – они, видимо, не слушали столичное радио и особенно Клэр.       Кофе почти закончилось, солнце скрылось за не густые пасмурные облака, а ветер развевал волосы Клэр. Её так раздражало, когда что-то или кто-то лезет к её волосам – портит её идеальную причёску. Сжав губы и прищурив глаза, она почувствовала складки на носу. Но в мгновенье она подобрела и расслабила лицо, пусть ветер и растрепал немного её волосы, он оказался столь прохладным и расслабляющим, что принёс ей облегчение и, упёршись об спинку стула, она допила и кофе и задержалась ещё на пару минут, забыв о парке и озере – решила пойти туда в следующий раз, когда встретится с Фрэнсисом.       Вернувшись на работу днём, Клэр пошла в туалет, чтобы ничего не мешало ей продолжать вещать. Моя руки, она смотрела в своё отражение, разглядывая себя с серьёзным взглядом. Её золотистые, словно колоски пшеницы с небольшой примесью меди, волосы – были едва ниже подбородка, она всегда их старательно выпрямляла и укладывала правую часть пробора за ухо. Маленький носик, будто пятачок, подчёркивал небольшие, тонкие губы персикового цвета. Глаза переливались серо-голубым цветом, маленькие морщины у висков показывали её возраст, хотя никто ещё не подумал, что ей 37. Провожая взглядом саму себя в отражении, Клэр вышла из уборной и вошла в студию, где её друзья уже заканчивали обеденную рубрику. Встретил их улыбкой, она села на своё место и одела наушники, пока на шею.       – Как всё прошло? – Поинтересовалась Клэр.       – Отлично. У тебя сегодня задание на рекламу. Приходил один посланник от монополиста, владельца компании «Чистая вода», просит рассказать о их продукции, порекомендовать товары и так далее. Чем лучше ты это сделаешь, тем счастливее будет заказчик. – Ответил Клэр Луис.       – Хорошо, есть текст или наброски?       – Да, список у меня. – Клементина протянула лист подруге.       – Спасибо.       – Минута до эфира – дал команду звукорежиссёр из своей комнаты.       Клэр начала эфир приветствием, затем, как всегда по плану, ведущие обсудили новости, пошутили в рубрике: «анекдоты дня», а после 3 песен Клэр начала рекламировать «Чистую воду».       – Пользуясь случаем, хочу дать своим слушателям хорошую рекомендацию. Я очень серьёзно отношусь к своему здоровью, честно, поэтому пью всегда чистую воду. Я перепробовала множество марок, но уже давно остановилась на известной многим по названию «Чистая вода». Приятный вкус и надёжность этой компании делают меня уверенным покупателем. Они производят не только питьевую воду, но и алкоголь, всё, что вы сможете с уверенностью для своего здоровья пить. – Все чувствовали и понимали, что это реклама, но её голос, как она это говорила – заставляли это хотеть. И она добавила в конце: – Принимайте это как рекламу или дружеский совет, я оставляю за вами выбор, но я выберу «Чистую воду» и ни разу не пожалею. – Всем стало плевать на то, действительно ли эта вода здоровая, им хотелось её. Не важно, как неидеально Клэр всё скрыла, не важно, что она сказала, важно – как она это сказала. А сказала красиво, как всегда с живым радостным и приятно-нежным голосом. Как же красиво она говорила, все восхищались. Вечером эфир закончился. Тяжело выдохнув, дикторы сняли наушники и похвалили друг друга. День прошёл, все устали, Луис даже охрип, так, что почти не разговаривал, он лишь обнял сотрудников на прощание и ушёл домой – пить чай и восстанавливать голос. Клэр возвращалась домой вместе с Клементиной, им было по пути какой-то промежуток дороги. Вечер был прохладнее утра и её серьёзно немного трусило, Клементина была в собственноручно-вязаной серой кофте и ей было всё равно на холод. Они искренне друг другу улыбались и обсуждали всякие девичьи штучки. То ли моду, то ли косметику, договорились пойти на шоппинг вместе, когда появится зимняя коллекция. А также, Клэр позвала Клементину на ужин в честь своего дня рождения, который будет через 3 недели.       – Ты приготовишь только вегетарианские блюда? – Спросила Клементина с улыбкой.       – А ты ожидаешь, что я буду готовить мясо, Клем? – Нежно сократила Клэр имя подруги.       – Хотя-бы для меня. – Она растянула губы в улыбке, показывая белые зубы.       – Ты ещё не пробовала вегетарианскую еду, а уже против.       – Ладно, я не буду так категорична, всё же, интересно попробовать твои блюда.       – Мне будет очень приятно. – Клэр улыбнулась и обняла подругу, прощаясь на перекрёстке. Девушки разошлись по домам. Квартира встречала Клэр своей уютной, домашней атмосферой. Всегда прибранная, пусть и не до идеала, здесь было так спокойно и неприступно. Её крепость, защищающая её от внешнего мира, место, где она снимает маску для общественности и становится самой собой. Переодевшись в домашнее, пройдя на кухню и одев фартук, она разложила продукты, необходимые для приготовления ужина, на стол, поставила сковороду на плиту и зажгла газ. Сначала она приготовила в глубокой сковороде сливочный соус, затем – добавила туда спаржу и оставила тушиться. В кастрюле закипали спагетти из цуккини, и отдельно Клэр обжаривала тофу – без сои или бобовых в её рационе не обойтись, так как они богатый источник протеинов и белков. Выпив небольшую таблетку, вмещающую в себя необходимый витамин В12, она принялась ужинать. Наслаждаясь вкусом растительной еды, она, уже привычно для себя, подавляла холодное, до дрожи ужасное – чувство одиночества, которое вновь и вновь прорастало в ней, когда она оставалась наедине со своими мыслями. Такое случалось только дома, где она была одна и не могла отвлечь себя работой. Там её никогда не пугало одиночество. В руках этой женщины находилась вся страна и своим голосом она была способна управлять каждым слушателем.       Моя посуду, она дольше держала руки под горячей водой, согревая себя. Клэр не замёрзла – горячая вода приносила ей приятное тепло, то душевное, тонкое и тяжело объяснимое тепло, которого ей, всё же, не хватало, пусть она старалась и не думать об этом. Напротив открытого балкона стояло квадратное кресло, обтянутое чёрным кожзаменителем, дорогим, но кожзаменителем – ей было жалко животных. У кресла стоял невысокий, круглый журнальный столик из ореха, на лакированной поверхности стола лежали: одинокая хрустальная пепельница и шкатулка для сигарет, в которой так же была аккуратная зажигалка серебренного цвета.       С комфортом усевшись в кресло, Клэр наконец расслабилась, упёрлась локтями об подлокотники, повернулась через левое плечо и левой рукой, открыв шкатулку, достала сигарету и зажигалку. Подкурив сигарету, она затянулась, задержала дым в лёгких, а затем – выдохнула густое облако, которое устремилось к балкону, но растворилось постепенно, подлетая к проему, оставив за собой лишь лёгкое помутнение висящее в воздухе, сливающиеся со мраком комнаты, виднеющееся лишь из-за лунного света, который сегодня особенно яркий. Любуясь жёлтым светом в окнах некоторых квартир и домов напротив, или звёздным небом, почти не затянутым облаками, она постепенно курила и наслаждалась покоем. Оставшийся сантиметр до фильтра она не стала докуривать – затушила сигарету об хрустальную пепельницу.       Усталость, всё-таки, догнала её: веки стали тяжело опускаться вниз, закрывая глаза. Задрав голову вверх, она выдохнула и, протерев лицо ладонями, собиралась ещё немного подышать прохладным воздухом, а затем отправиться спать в мягкую прохладную кровать, заправленную белым шелковистым бельём.       *Я так часто ловила себя на мысли, что ненавижу сон. Он – подобно самому сильному и подлому сопернику, валит тебя с ног исподтишка. И ты ничего не можешь с этим поделать. От него не убежать, его не перебороть. С ним приходится смириться, иначе умрёшь*.