Check it myself

      Уже дома Антон не может уснуть ещё часа три, хотя приехал в час ночи. Он долго ворочается, думая, во что ввязался на этот раз и как расхлёбывать эту ситуацию. Очевидно только одно: Дима наверняка запомнил этот диалог и завтра чуда с отшибленной памятью не произойдёт. Поэтому чем раньше Шастун придумает либо план-отступление, либо план-выполнение, тем быстрее всё это закончится и он сможет вернуться к обычной жизни.       Ещё час у него уходит на взвешивание всех «за» и «против», и затем рождается более-менее адекватная идея, как убить двух зайцев сразу: и пари с Позовым выполнить, и отношения с Арсом не испортить. Только после Антон расслабляется и практически сразу засыпает.

🪤🪤🪤

      Утром парня будит не будильник и даже не приятный солнечный свет, а звонок от Стаса.       — Шаст, привет, проснулся? — Голос продюсера в семь утра звучит до мерзкого бодро, так что Антон едва сдерживается от мата.       — Твоими усилиями, — отзывается он, садясь на кровати.       — Отлично! Подваливай в офис, нужно обсудить некоторые моменты концерта, который через три дня в Питере, — меньше всего сейчас Шастуну хочется куда-то подваливать, но это его работа, так что приходится только угукнуть и начать собираться.

🪤🪤🪤

      Когда он заходит в зал для совещаний, то там уже находится вся креативная команда и остальные импровизаторы.       — О, я последний что ли, — сконфуженно бормочет Антон и садится рядом с Арсением (сначала без задних мыслей, а уже чуть позже и они подтягиваются).       — Нет, ещё троих ждём, пока можете подумать над доработками импровизаций в концертах, — оповещает Шеминов.       — А с ними что-то не так? — Лениво интересуется Серёжа.       — Ну, наверное мы бы здесь сейчас не сидели, если бы всё было так, — с нажимом отвечает Стас, и многие действительно начинают что-то записывать у себя в блокнотах и усиленно над чем-то думать.       Антон абсолютно не выспался, из-за чего вообще не понимает, что происходит и зачем он здесь.       — Ты в норме? — Звучит справа, и ему приходится поднять глаза. Попов выглядит несколько обеспокоенным, и Антону становится стыдно в миллионный раз. Будь его воля, он бы отмотал время во вчерашний вечер (хотя, Воля вряд ли обладает такой способностью) и не пошёл бы за этими чёртовыми чипсами.       — А? Да, порядок, — кивает Шастун.       — Точно? Вчера так быстро уехал, ничего не случилось? — Спрашивает Арсений, а Антон замечает интерес Позова к их разговору. Нездоровый такой интерес. Кто бы сомневался, всё-таки чуда с отшибленной памятью действительно не произошло.       — Да нет, просто задолбался наверное, — вздыхает он, а затем вспоминает о своём плане действий и, прежде чем Попов открывает рот, перебивает, — точно, Арс, — тот заинтересованно вскидывает брови, а Антон теряет всю свою уверенность. Их, конечно, никто не слышит, кроме, разве что, Димы, который специально подъехал на компьютерном кресле поближе, но это не отменяет того факта, что Шастун начинает стрессовать из-за простого вопроса, который хочет задать.       — Что? Ты чего замолчал? — Нетерпеливо напоминает о себе в этот момент Арсений.       — Эм, да тупо как-то, — уже хочет слиться Антон, желательно из этой комнаты и жизни, однако Попов ненавидит, когда кто-то недоговаривает.       — Да пофигу, о чём ты? Скажи тему, а я скажу, тупо или нет, — как у него всё просто, конечно. Хотя и Антон по сути разводит драму из ничего, как будто на свидание его звать собрался (до чего, кажется, всё равно придётся дойти в какой-то момент этой ПрОвЕрКи).       — Тема твоего Инстаграма, — тем не менее сдаётся Шастун.       — Ого, тогда это не может быть тупо ни при каких обстоятельствах, — наигранно возмущается Попов, пока Дима на заднем плане вопросительно выгибает бровь, явно не понимая, что задумал Антон, — что хочешь предложить? Я всегда за любой кураж!       — «Кураж», — как обычно, сыпется с очередного его словечка Антон. Арсений же снисходительно улыбается, радуясь тому, что наконец рассмешил его, а то серьёзность ему идёт меньше всего. Это немного успокаивает Шастуна и он всё-таки озвучивает свою мысль:       — Да хотел сказать, когда тебе нужны будут новые фотки, если не против, я могу фоткать, когда вместе будем, а то ты Серого уже достал, наверное, — Позов на это едва не наворачивается со стула, а вот лицо Арса как будто начинает сиять.       — Эй, я этого не говорил! — Не отрываясь от телефона, протестует Матвиенко.       — Ну, это так, к слову, а вообще я просто увлекался раньше немного фотографией, вчера пересмотрел альбомы и вот решил предложить, — ещё более неловко, чем до этого, оправдывается Антон.       — Супер! Мне как раз нужен свежий взгляд, — успокаивает его Попов, и Шастун в который раз осознаёт, насколько же он замечательный и необычный человек.       Долго подумать об этом ему не удаётся, так как, наконец, приходят опоздавшие, и Стас начинает собрание.       Во время обсуждения креативщиками разных проблемных нюансов Антон отключается от информационного потока и незаметно переводит взгляд вправо. Первое, что замечает — свою руку на спинке стула Арса. В какой момент он её туда положил, вспомнить не может, но убирать не спешит.       Дальше смотрит на профиль лица Арсения. Странно, конечно, по-гейски, но ему необходимо разобраться, только ли из-за интереса Димы он это всё затевает или же собственный здесь тоже присутствует. Минуты через две приходит к выводу, что да, всё же присутствует. И если быть до конца честным, то появился он с самого первого знакомства, когда вместо обычного рукопожатия Арсений сделал реверанс и почти поцеловал его руку, как даме в средневековье. Тогда это было скорее оскорблением самого Антона, его хрупкого вида и прочего, но факт остаётся фактом.       Следующее, на чём останавливается внимание Антона — фигура и внешность. Очевиднее того, что Арс — красивый, нет ничего в этом мире. Ну, в мире Антона, по крайней мере, точно. Он занимается спортом, атлетичный, всякие трюки делает на съёмках, не курит, ухаживает за собой — идеал, одним словом. Для девушек, естественно. Поэтому какова вообще вероятность, что такой парень — успешный, умный, идеальный — будет обращать внимание на каких-то других парней, большинство из которых дай Бог раз в два дня в душ ходит? У него наверняка супер высокие стандарты своей идеальной пары и именно поэтому он ещё одинок. Даже девушку, соответствующую ему, Антону сложно представить, что уж говорить о парнях.       Он слишком сильно уходит в свои мысли и не сразу понимает, что Арсений уже минуту как смотрит на него в ответ.       — Будешь так пялиться, подумаю, что влюбился, — хихикает он, видимо, отмечая свою шутку очень смешной. Только Антону так не кажется. Он боится огромного количества вещей, но больше всего — утонуть в этих глубоких голубых глазах, в которых видит «снег в океане».