Время собирать камни

Всё началось одним осенним вечером и растянулось на несколько жизней.

Кэйа был удивлён и несколько рад, что Розария ещё не ждала его в таверне за их привычным столиком. Удивлён, потому что сам задержался намного больше обычного, время уже перевалило за полночь и скоро, может, где-то через час, Чарльз начнёт выставлять всех задержавшихся допоздна посетителей. Рад, потому что можно было занять самое удобное место за их столом: с видом на весь зал, за спиной никого, выход на улицу и подъём на лестницу просматриваются, а со входа не сразу заметно. На нём Кэйа чувствовал себя спокойнее всего. Как, впрочем, и Розария, поэтому хорошее место занималось первым пришедшим на их обычные вечера с вином. Народа в таверне было не мало, но все уже были хорошенькие, расслабленные и уставшие, хоть сейчас садись и ласково расспрашивай о всех тайнах и грешках, но нет, работу Кэйа на сегодня решил закончить, ему хватило: он с самого утра скакал по окрестностям Мондштадта. — О, капитан, доброй ночи! — поздоровался с ним Хосе и продолжил наигрывать что-то ленивое на лире, пристроившись с кружкой за барной стойкой. — Что пожелаете? — дружелюбно, но устало поинтересовался Чарльз, кивая. — Бутылку моего белого и два бокала, — Кэйа присел за стойку, чтоб дождаться заказа. — Сестра Розария тоже сегодня будет? — с удивлением спросил бармен, выставляя заказ на стойку перед собой. — Или... Просто уже довольно поздно, а я её всё ещё не видел. — Может, будет, может и нет. Пути сестры церкви Барбатоса могут быть поистине неисповедимы, — загадочно улыбнулся Кэйа. — Впрочем, я надеюсь на милости судьбы. Спасибо, Чарльз. Капитан забрал бутылку с бокалами и, насвистывая в такт лире, отправился за стол. Несмотря на то, что они никогда не договаривались о точном времени своих встреч с вином, — ну придут, когда смогут, — Кэйа всё же рассчитывал на компанию сегодня. Выпить он собирался и так, и так: хотелось немного забыться и расслабиться, да и работа, навалившаяся в грандиозных масштабах за последнее время, только усугубляла это желание. А с Розарией потребность ненадолго забыться можно было ещё обсудить и разделить. Поэтому Кэйа очень надеялся на компанию. Ждать ему пришлось недолго. Прошло около получаса и дверь скрипнула. Монахиня оправила рукава, прежде чем кивком поздороваться с Чарльзом и направиться к столику. Розария опустилась напротив Кэйи и сразу подвинула бутылку с вином к себе. — Работа прошла гладко? — с улыбкой поинтересовался капитан, наблюдая за тем, как Розария наполняет свой бокал. Она на мгновение нахмурилась, ведь о своём маленьком задании никому не говорила, но потом кивнула. Это же Кэйа, пора бы привыкнуть. — Славно, — широко улыбнулся он, — а то я успел соскучиться. И получить несколько опечаленных взглядов, мол, что это, капитан Ордо Фавониус пьёт в одиночестве! — А как продвигается твоё расследование? — спросила Розария и слегка наклонила голову, рассматривая бутылку на просвет. Та была почти полной, Кэйа ждал её совсем недолго, и явно лукавил про опечаленные взгляды. Капитан закатил глаза. Лёгкая улыбка сменилась поджатыми губами, и Розария успела усомниться в том, что на столе стоит первая бутылка за вечер. Обычно Кэйа отпускал свои эмоции в гораздо более пьяном состоянии. В трезвом — улыбки и отшучивания всегда и везде. — Морока, — проворчал он и потёр переносицу. — Я только на пару бокалов тебя опередил сегодня. А до этого обыскал почти весь Мондштадт. И вот тут была несостыковка. — Пару бокалов? — подняла брови Розария. — Выглядишь грустным. Как после пары бутылок. Кэйа расхохотался от удивления. В уже стихающей таверне звякнул ложками Чарльз и покосился на их столик. Кэйа смахнул слезу, вылил себе из бутылки остатки вина и качнул бокалом. Маленькие редкие пузырьки, потревоженные движением, поползли вверх. Розария молчала. Кэйа тоже молчал, сосредоточенно разглядывая золотое вино сквозь прозрачные стенки бокала. Наконец, он сделал пару глотков и вздохнул. — У меня дурное предчувствие. И сил меньше, чем раньше. Наверное, стоит взять себе отпуск и поспать с недельку так, — задумчиво проговорил Кэйа. — Отпуск? — усмехнулась Розария. — Я помню, как ты полгода назад брал отпуск. Уже на второй день вернулся. — Джинн совсем тяжело было, — пожал плечами Кэйа. — Да тогда я был… поживее? Немного. В любом случае, сейчас об отпуске думать рановато. Разберёмся с печатью, а там посмотрим. Первый фрагмент загадочной печати нашла Эмбер чуть меньше недели назад. Немного покорёженный кусок чёрного металла с узорами привлёк внимание девушки, когда та прочёсывала Шепчущий лес. Его сложно было заметить среди узловатых корней деревьев, но металл источал тревожную тёмную энергию, которую и почувствовала Эмбер. Она и принесла непонятный осколок в орден. Утром следующего дня в горах Буревестника патруль нашёл вторую часть. Ещё через день такой же чёрный металл принесли в орден рыбаки. И после этого всё встало. Уже после первого осколка Джинн организовала дополнительные отряды для осмотра окрестностей Мондштадта, но людей не хватало и поиски заканчивались ничем. — Капитан Альбедо приехал? — спросила Розария. Альбедо вызвали с горы вместе с организацией патрулей, но тот очень вежливо ответил, что немного занят и не видит смысла приезжать до того момента, пока все фрагменты не будут собраны. — Нет, ещё нет. Джинн послала ему ещё птицу пару дней назад, когда нашли третью часть. Но их явно больше, и новых пока никто не нашёл. В ордене осталось мало людей с Глазом Бога, а без него искать следы этой печати тяжеловато. — Ты поэтому опередил меня только на пару бокалов? — Розария посмотрела на опустевшую бутылку и перевела взгляд на Чарльза, размышляя, подаст ли он ещё бутылку или уже начнёт ласково выгонять из таверны. — Ага, — Кэйа опрокинул в себя остатки вина и прикрыл зевок рукой. — Иди спать, капитан, — улыбнулась монахиня, — а я, пожалуй, догоню тебя в одиночестве. Она, наверное, думала, что капитана придётся уговаривать, но Кэйа внезапно спокойно поднялся из-за стола и махнул рукой Чарльзу, прощаясь. — Спасибо за наставление, сестра Розария. К нему я прислушаюсь. До следующего раза, — с ровным лицом простился капитан. Перед самой дверью на улицу он поймал взгляд Розарии, провожающий его, и хитро улыбнулся, скосив глаза на Чарльза. Монахиня моргнула, а Кэйа уже закрывал за собой дверь. — Ах ты чёрт, — беззлобно выругалась она. Оплата. Кэйа улыбался. Осень только опускалась на город, но её запах, землистый и немного пряный, уже прочно утвердился в воздухе, особенно в ночном. Кэйа потянулся, вдыхая его полной грудью. Голова немного плыла, но едва-едва, Розария погнала его слишком рано. Зато утром он не будет мучиться от похмелья. Почему-то эта мысль совсем не прельщала. Поздней ночью на улицах Мондштадта было уже тихо. Поэтому мягкий, едва различимый шум хлопанья крупных крыльев Кэйа услышал и мгновенно поднял голову. И удивлённо вскинул брови, быстро отступая в тень здания. На балконе таверны, практически незаметный ночью в своём чёрном пальто, стоял Дилюк. Птица опустилась ему на перчатку и выпустила из клюва подозрительную закорючку, обменяв её на кусочек сырого мяса. Кэйа нахмурился и присмотрелся более внимательно. И помянул архонтов, почувствовав слишком знакомую тёмную энергию, исходящую от ночного улова ястреба. — Не повезло мне, — выдохнул Кэйа, наблюдая из своего укрытия за тем, как Дилюк рассматривал странную добычу своей птицы. Украшенная серебряными узорами, изогнутая полоса чёрного металла отчётливо выделялась на фоне красной кожи перчатки и едва бликовала, отражая свет от фонаря, так что Кэйа не сомневался в том, что это далеко не случайный кусок похожего устройства, а то, что надо. Однако, если раньше нужно было всего лишь прочесать всю территорию вокруг города, чтоб достать часть загадочной печати, то теперь задача усложнялась: забрать бесполезную с виду дугу из металла и не вызвать подозрений у мистера "защищать Мондштадт ценой всего" было не так просто. Особенно если тот решит посмотреть на неё с помощью Глаза Бога. — Пусть Джинн с этим разбирается, — решил Кэйа и скользнул по теням прочь. Он точно знал, что Дилюк, узнав, чьё это дело и чьё расследование, не сможет остаться в стороне, только станет ещё подозрительнее. В принципе, часть печати можно было отследить по той тёмной энергии, что она испускала, так что Дилюк не должен удивиться, если магистр придёт к нему и попросит отдать занятную вещичку. Дилюк даже может поупираться, но с Джинн точно они придут к соглашению. «В отличие от тебя». Кэйа тряхнул головой. Мысль далеко не новая, но ощущения, которые она приносила с собой были неприятными, а капитану было сейчас не до того. Ночной сон на время откладывался, нужно было забежать в орден и проверить остальные части печати, не начали ли те опять чудить. Такое происходило, когда были найдены первые две детали. Они подрагивали, находясь рядом друг с другом, словно пытались подползти ближе, а у людей вокруг начинала болеть голова. Но одна часть, вдали от остальных, должна была вести себя спокойно, так что у Кэйи ещё был шанс, что Дилюк не заинтересуется этим куском металла. Но, честно говоря, Кэйа даже не надеялся на такой исход. Дилюк всегда был очень цепким. Из ордена ушли не все, капитан понял это ещё на подходе к зданию: окна в кабинете Джинн горели и слегка освещали тёмную улицу. Но, в целом, это было совершенно не удивительно. Магистр часто оставалась работать допоздна, иногда она вообще ночевала в ордене. Уходя с работы, Кэйа частенько заглядывал к ней и напоминал, что для продуктивной работы нужен и продуктивный отдых, но сейчас трудоголизм Джинн был как нельзя кстати, можно было сразу рассказать о Дилюке и очередном осколке печати. Кэйа проскользнул мимо сонных рыцарей перед входом и сразу прошёл к кабинету магистра. Но в кабинете кроме его хозяйки обнаружился ещё один персонаж. Джинн сидела за своим столом, а напротив неё, подвинув себе один из стульев от стола заседаний, устроился Альбедо. Стопки важных бумаг, обычно окружающие девушку, сейчас были сдвинуты немного в сторону, а на столе расположились несколько листов, исписанных мелким почерком, две кружки и ещё один фрагмент печати, а в воздухе переплелись ароматы кофе и чая, дерева и морозной свежести. — А, вот и вы, капитан, — похоже, Джинн совсем не удивилась ночному появлению Кэйи. Либо, что вероятнее, устала настолько сильно, что удивление просто не отразилось ни на лице, ни в голосе. Кэйа заметил несколько кофейных кругов от чашки на столе рядом с магистром — видимо, кофе она начала пить ещё до появления алхимика и не валится от усталости только из-за того, что уже сидит. — Капитан Альбедо приехал в город буквально полчаса назад. — Я нашёл фрагмент и отправился в Мондштадт. — Алхимик кивнул, приветствуя Кэйю, отставил в сторону свой недопитый чай и указал на осколок. — Насколько я могу судить по форме устройства и специфике излучаемой энергии, всего таких частей пять. Конечно, я могу ошибаться, — сразу уточнил алхимик, — но, в целом, я уже сталкивался с похожими устройствами. Магистр сказала мне, что вы нашли три части, так что осталась одна. Потом уже можно поискать, что прячет эта печать. Кэйа усмехнулся и подошёл ближе. Мягкий ворс ковра поглотил звук его шагов, и на мгновение в кабинете из звуков остались лишь тихое тиканье часов и едва различимый гул от осколка. — О, нет, мы нашли все части, — улыбка становилась ещё шире. Джинн удивлённо подняла глаза на подозрительно весёлого капитана, откладывая в сторону листок с рисунком. Скорее всего Альбедо набросал примерный вид полной печати в дороге — линии были неровными, а сама бумага была немного испачкана и помята. — Я опять вышел из «Доли Ангелов» не с пустыми руками, — Кэйа поиграл бровями, отвернулся от с нетерпением уставившейся на него Джинн и подошёл к столу, на котором устроился пузатый чайник, полный горячего, недавно заваренного чая, — алхимик предпочитал его кофе, особенно вечером. Только наполнив до краёв кружечку из комплекта, который когда-то давно принесла в кабинет магистра Лиза, Кэйа подвинул себе ещё один стул и присел рядом с Альбедо. — Пожалуйста, потом верните стулья на место, — мимоходом попросила Джинн, всё ещё ожидая объяснений от капитана. — Хотя, нет, вру, — улыбаясь, продолжил тот, — фактически, из самой таверны я вышел с пустыми руками, но вот дальше мне очень удачно «не повезло». — Прошу, Кэйа, ближе к делу, — застонала магистр, закатив глаза и откинувшись на спинку стула. Кэйа улыбнулся и поднял руки, молчаливо прося прощения за свою тягу к театральности. — Последняя часть у мастера Рагнвиндра, — пояснил он. — Судя по всему, его птица поймала на ночной охоте. Альбедо хмыкнул, почесал подбородок и провёл пальцами по чёрному металлу. Глаза его немного расфокусировались: алхимик изучал печать на другом уровне. — Да, вполне, — наконец, сказал он. — Тёмная энергия обычно отпугивает животных, но мастер Рагнвиндр вполне мог научить ястреба отыскивать такие вещи. В его духе. Кэйа проглотил смешок и отхлебнул чая. Хоть Альбедо знал Дилюка не так давно, суть людей алхимик схватывал так же быстро, как и суть вещей. — Тогда я могу приступить к работе уже завтра, раз все части есть, — продолжил он. «Быстро, но не полностью». Кэйа поймал взгляд Джинн и ему показалось, что вздохнули они одновременно. — Всё не так просто, — начала магистр и потёрла переносицу. Этот жест весьма позабавил Кэйю, потому что он не мог точно сказать, кто у кого перенял это движение. Альбедо, который уже собрался сложить свои бумаги и уйти, перевёл глаза с Джинн на капитана и недоумённо поднял брови. — Могут возникнуть трудности с тем, чтобы забрать у мастера Рагнвиндра часть печати, — пояснил Кэйа и машинально покачал кружкой с чаем, как обычно качал бокалом. — Ему будет очень сложно оставить такую опасную вещь рыцарям Фавониуса без его личного контроля. — Но это же не разумно, — нахмурился Альбедо, явно не понимая логики, — мастер Рагнвиндр не имеет к этому делу никакого отношения. Я знаю о его недоверии к рыцарям, но он же не думает, что может решить все проблемы города в одиночку? Кэйа усмехнулся, а Джинн тяжело вздохнула, опустив голову. — Может и не думает, — едва слышно произнесла она, — но явно пытается. — Что ж, — выдохнул Кэйа и поднялся со стула, — в любом случае, это всё подождёт до утра, не вламываться же к мастеру Дилюку посреди ночи, он вряд ли оценит такое стремление к истине. А сейчас всем стоит отправиться спать. Верно, магистр? Капитан ехидно улыбнулся, глядя на жалобно поднявшую глаза Джинн. Она явно не закончила с бумагами, когда пришёл Альбедо, но прекрасно понимала, что завтра сил ей понадобится ещё больше, поэтому только вздохнула и не стала спорить, поднимаясь вслед за Кэйей. — Я буду в лаборатории, — алхимик уже собрал со стола все свои записи и с некоторой задумчивостью поглядывал на чайник, — мой режим сна несколько сбился за время последних исследований. Подходите ко мне утром, и я расскажу что-нибудь интересное. — Думаю, магистр разрешит позаимствовать чайник и чашку наверх, — хмыкнул Кэйа, наблюдая за Альбедо. Засыпающая на ходу Джинн встрепенулась, хлопнула глазами, а потом кивнула, добавив: — Только прошу, не забывайте её в лаборатории. — Хорошо. До утра, магистр, капитан, — попрощался алхимик, зажал бумаги подмышкой и, прихватив с собой поднос с чайником, отправился к себе. Однако утром ситуация уже немного изменилась.

***

Город просыпался вместе с солнцем. Перекрикивались на площади люди, раздавался звон металла из кузницы, от лавки Сары тянуло свежевыпеченным хлебом, а Джинн торопилась на утренний кофе в орден. Она совсем немного проспала, услышала будильник не сразу, и теперь Лиза, наверное, дожидается её в кабинете, поддерживая чайничек горячим. Привычный ритуал — выпить кофе и обсудить планы на день — помогал Джинн окончательно проснуться и настроиться на работу. Она уже гадала, какие сладости на этот раз принесёт Лиза: ведьма любила пробовать что-то новенькое и любила наблюдать за тем, как что-то новое пробует Джинн. — Доброе утро, магистр, — знакомый негромкий голос выдернул девушку из размышлений. Она немного сонно хлопнула глазами и тепло улыбнулась: — Доброе утро, мастер Рагнвиндр. Что-то случилось? Дилюк слегка нахмурился, покосившись на замерших столбом рыцарей на посту, и Джинн проснулась окончательно. Она вспомнила, что говорил ночью Кэйа про последний фрагмент печати, и в голове уже закрутились варианты всего, что могло пойти не так. — Давайте мы пройдём в мой кабинет и там поговорим? — предложила магистр. Рагнвиндр кивнул с благодарностью и последовал за ней. В кабинете Лиза уже разливала кофе по чашкам. Она немного удивилась, заметив Дилюка, зашедшего следом за Джинн, и повернулась к столу, выискивая глазами третью кружку на всякий случай. — Утречка, мои хорошие, — пропела ведьма и качнула кружкой, — ароматный кофе ждёт госпожу магистра, но если мастер Рагнвиндр пожелает присоединиться, то тоже может себе налить чашечку. — Спасибо, — коротко сказал Дилюк и едва улыбнулся. — Оставлю вас, — подмигнула в ответ Лиза и ускользнула к выходу, — меня работа ждёт, не дождётся. Дверь за ведьмой закрылась, и Джинн обеспокоенно поинтересовалась: — Всё хорошо? Твой визит довольно неожиданный. Дилюк вздохнул. — Сегодня ночью мой ястреб принёс подозрительный артефакт, — начал он. — И под утро они оба исчезли. Артефакт испускал неприятную энергию, похожую на энергию Бездны. След этой силы ведёт сюда. Я бы очень хотел узнать, что произошло и почему моя птица прилетела сюда. Рагнвиндр выглядел напряжённым и сосредоточенным. И, кажется, немного злился, но Джинн не могла понять почему. Что-то внутри неё чесалось, призывало расспросить подробнее, но вряд ли Дилюк начнёт откровенничать с ней прямо в здании ордена. — Если я правильно понимаю, то этот артефакт — один из фрагментов печати. В течение этой недели рыцари находили куски в разных местах, и сейчас капитан Альбедо занимается исследованием этой печати. Больше я ничего не знаю. Ты же видел, что я только пришла. — В таком случае я хотел бы поговорить с капитаном Альбедо, — ровно произнёс Дилюк. Джинн потёрла переносицу. Она знала, что Дилюк уже не имел никакого отношения к ордену и его не особо-то можно было приводить в лабораторию, но он всё ещё оставался верным другом и хорошим товарищем. Джинн просто хотела ему помочь. Всем, чем могла. — Пойдём, — кивнула магистр, отхлебнула немного кофе и поднялась из-за стола. В лаборатории уже их ждали.

***

Кэйа ощущал напряжение в воздухе с того момента, как проснулся, то самое дурное предчувствие, о котором он говорил прошлой ночью Розарии, усилилось и засело неприятным комком где-то посередине груди. Ещё и ночь выдалась какая-то мутная, сон то наваливался тяжёлым одеялом, то отступал обратно, оставляя Кэйю лежать и смотреть в потолок. Окончательно он заснул ближе к рассвету, и теперь голова побаливала, добавляя неприятных ощущений и ожиданий. «Что-то случилось», — подумал Кэйа, когда заметил нервные и немного настороженные переглядывания рыцарей перед орденом. В холле его встретила Лиза. — О, мой дорогой, доброе утро, — ласково поприветствовала она и махнула рукой в сторону лестницы. — Ты сегодня ровно к началу рабочего дня, тяжёлая ночка выдалась? — Ещё какая, — улыбнулся в ответ Кэйа, — магистр у себя? — У себя, милый, но она пока занята, — в глазах ведьмы мелькнула озорная искорка, — но у Альбедо есть отличные новости, поэтому поспеши сейчас к нему. Джинн присоединится позднее. Отличные новости Альбедо никак не вязались с чувством надвигающейся бури. Кэйа прищурился. — Мне что-то нужно знать? — с лёгкой улыбкой поинтересовался он. Лиза ехидно заулыбалась и покачала головой. — Не переживай, это знание само тебя найдёт. Иди к Альбедо, — отмахнулась она, — а мне нужно поработать. Кэйа очень сильно любил Лизу за её острый ум и тонкий юмор, и сейчас, несмотря на внутреннюю тревогу, просто последовал её совету и не стал выпытывать информацию. Лиза сказала, что он всё узнает, значит, он всё узнает. Значит, эту проблему можно пока отложить и не думать о ней, а занять свой разум чем-нибудь более полезным. Кэйе было интересно, перешёл ли Альбедо за прошедшую ночь с чая на кофе. Дверь в лабораторию закрывалась очень плотно, Альбедо настоял на этом практически сразу, как получил кабинет в своё распоряжение. Он вообще провёл большую работу по улучшению лаборатории, в первую очередь заменив старые вытяжки, и теперь Лиза иногда шутливо возмущалась тем, что устройства алхимика портят внешний вид здания ордена, хотя сама участвовала в преображении кабинета. Из лаборатории навстречу Кэйе выскочила Сахароза, чуть не врезалась в него, ойкнула, поправила очки и только потом подняла глаза. — Ой, прошу прощения, — быстро заговорила она. — Капитан Альбедо ждёт вас, проходите! И убежала вниз по лестнице. Кэйа заглянул в кабинет, прежде чем зайти. Пахло кофе. — Всё-таки не настолько сбитый режим сна? — усмехнулся капитан. Чайник и чашки обнаружились на невысоком столике в углу кабинета, под большим окном, там же, вдали от основного рабочего пространства, стояла пара кресел и стол с разложенными записями. И там внезапно обнаружился ястреб Дилюка, спокойно сидящий на перекладине весов, устроившихся на столике рядом с чайником. На голову птицы был надет небольшой кожаный клобучок, довольно простой, Кэйа не помнил такого у Дилюка. «О, это уже интересно». Альбедо оторвался от зарисовки полной печати и потёр глаза. — Я немного переоценил себя, — кивнул он. — Присаживайтесь, капитан, сейчас должна подойти Джинн и мастер Рагнвиндр, и я объясню, что случилось за эту ночь. «Ох, Лиза, это ты имела в виду, когда говорила, что информация сама меня найдёт?» Но хотя бы он узнал это до того, как встретился с Дилюком лично. «И вот кем занята магистр. Лиза, Лиза, что ж ты сразу не сказала. Вдруг наш огненный друг ворчит на Джинн? Я бы мог тогда сразу отвлечь его». Кэйа опустился в кресло рядом с ястребом. Алхимик снова принялся за рисунок, повернувшись спиной к двери и к капитану, и Кэйа осторожно, едва касаясь перьев, почесал живот птицы. «Ну привет. Давно не виделись», с лёгкой грустью подумал капитан. Ястреб встрепенулся и негромко заклокотал в ответ на осторожное касание. — Значит, не только птичка, но и мастер Дилюк здесь? — Кэйа позволил себе поднять бровь от удивления, не убирая с лица улыбки. Альбедо кивнул: — В этом причина того, что печать завершена. — Неужели Дилюк принёс фрагмент? — удивился Кэйа. — О, нет, — алхимик хмыкнул, — всё немного сложнее. Раздался короткий стук в дверь. — Вот и они. Джинн прошла в лабораторию первая, а следом за ней с идеально ровной спиной вошёл Дилюк. — Доброе утро, мастер Дилюк, — растянув губы в улыбке, сладко протянул Кэйа и помахал рукой, удобно развалившись в кресле. — Сэр Кэйа, капитан Альбедо, — коротко кивнул Рагнвиндр и вежливо попросил, глядя на алхимика: — Капитан, у меня довольно много дел, поэтому я очень прошу вас рассказать всё коротко. Кэйа продолжал улыбаться. Альбедо развернулся к гостям лицом, Джинн присела рядом с капитаном, а Дилюк остался стоять столбом у стены, сложив руки на груди. — Я так понял, мастер Рагнвиндр, что это ваш ястреб? — спросил алхимик, показав на птицу. — У неё на опутенках ваше клеймо, но на всякий случай уточняю. Дилюк молча кивнул и пересадил птицу себе на руку, внимательно осматривая. — Она постучала мне в окно под утро, только светало. Я к тому моменту уже некоторое время изучал поведение энергии при совмещении фрагментов печати, поэтому могу предположить, что ваша птица попала под влияние энергии, исходящей от того осколка, что был у вас, — увидев, как Дилюк нахмурился, Альбедо уточнил: — Я осмотрел птицу сразу, как она ко мне прилетела, и утром её ещё раз осмотрела Сахароза, всё в порядке. Птица успокоилась не сразу, но Сахароза подсказала, что стоит сделать ей колпачок для глаз, чтобы движения её не беспокоили. «Так вот почему клобучок выглядел незнакомо. Его создавал Альбедо». — Почему она оказалась здесь? — спросил Рагнвиндр, переводя взгляд с птицы на алхимика. — Из наблюдений, которые мне дала магистр, можно понять, что печать хочет быть законченной, для неё это состояние требует меньше энергии, а всё в мире стремится к равновесию и к положению с наименьшей энергией. Возможно, как раз эта энергия и повлияла на вашу питомицу, заставив её помочь завершению печати. На самом деле, проводилось мало исследований на тему взаимодействия животных и энергии Бездны, включая некоторые типы похожих энергий, так что сложно сказать, что произошло конкретно. Мы с Сахарозой можем провести более детальный анализ произошедшего, если вы оставите ястреба, но думаю, это всё равно не даст полной картины. Кэйа заулыбался ещё шире, заметив быстро промелькнувшие на лице Дилюка несогласие и возмущение. — Хорошо, в целом, я понял, что произошло. Благодарю за рассказ. До свидания, — тот немного поклонился всем и спешно вышел из лаборатории. Два капитана и магистр проводили взглядом тёмную спину Дилюка, Джинн обеспокоенно, Альбедо равнодушно, а Кэйа мысленно вздохнул. «Ничего необычного, просто игнорирование и вежливость». — Я немного не понял, зачем он приходил, — честно признался алхимик. — Думаю, мастер Дилюк просто очень беспокоился за своего ястреба, — улыбка Кэйи на мгновение стала более мягкой, а потом опять переросла в ухмылку. — Что ж, теперь у нас есть полная печать. Капитан Альбедо, ночью вы обещали рассказать нам что-нибудь интересное. Я весь внимание. Дилюк точно приходил, чтобы узнать больше про печать. Потенциально опасный для Мондштадта артефакт? О, нет, мастер Рагнвиндр точно не пройдёт спокойно мимо этого. — А ещё вы ночью говорили, что забрать фрагмент у мастера Рагнвиндра будет сложно, — ухмыльнулся алхимик, — а как удачно получилось. — Удачно, — согласился Кэйа. «Но удача редко бывает на моей стороне в действительно важных моментах».