Bodyswitch

«Ах, коридоры Хогвартса, — с нежностью подумала Гермиона, направляясь утром на первый урок. «Заклинания», подсказывало ей расписание, и Гермиона находилась в приподнятом настроении. Она скучала по старым школьным коридорам, которые, казалось, были пропитаны знаниями. Улыбнувшись, Гермиона прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Это был тот самый уникальный аромат Хогвартса: запах старых книг и магии буквально витал в воздухе, заставляя Гермиону чувствовать волнение. Сумка была забита учебниками, перьями и пергаментом, который вскоре будет наполнен новыми знаниями, и девушка с нетерпением ожидала занятия. Три года она провела в палатке вместе с Гарри и Роном… Гермиона была бы счастлива посетить даже Прорицания. Со счастливой улыбкой она дошла до аудитории. Гермиона бы даже начала танцевать от радости, не заботься она о прикрытии. Так что, войдя внутрь, ей пришлось сохранять хладнокровие. Похоже, занятие было для студентов Слизерина и Гриффиндора. Гермиона немного стушевалась, увидев злобные взгляды гриффиндорцев. Однако, потом вспомнила, что теперь она слизеринка: винить их было не в чем. Оглядев аудиторию в поиске свободного места, Гермиона заметила Бетти, соседку по комнате, сидевшую за партой на последнем ряду и махавшую ей рукой. Между бровями Гермионы пролегла морщинка. Последний ряд? Зачем вообще кому-то сидеть в последнем ряду, если есть свободные места на первом? Пока Гермиона неподвижно стояла у двери, Бетти махала все с большим энтузиазмом, а взгляды гриффиндорцев становились все мрачнее. Наконец, Гермиона неохотно двинулась к последнему ряду. Ей бы понадобился бинокль, чтобы отсюда увидеть доску. Пробормотав что-то гневное себе под нос, она плюхнулась на сидение рядом с Бетти. Девушка раздражающе улыбнулась и прощебетала: — Почему так долго? Ответить Гермиона не успела — в класс зашел профессор. Болтовня тут же стихла, преподаватель приступил к лекции. Гермиона нахмурилась, глядя на профессора. Худая словно скелет женщина с седыми волосами активно жестикулировала в сторону диаграммы, которую нарисовала на доске. Гермионе было интересно, как ее зовут, но спросить этого она не могла. Вероятно, после стольких лет учебы Розали Блэк должна была знать ее имя. И все же Гермиона никак не могла сосредоточиться на занятии. Очевидно, Бетти приняла Заклинания за Прорицания и продолжала с энтузиазмом болтать. Гермиона кинула еще один нервный взгляд на профессора. Либо она не замечала невнимание Бетти, либо же ей просто было все равно, и она просто продолжала свое занятие. — …а потом на дядю Морага все-таки получилось подать в суд, — продолжала шептать Бетти на ухо Гермионы, поглощенная своим рассказом. — Сексуальное домогательство. Тот еще скандал был. Его притащили в суд и сослались на временную невменяемость… что-то вроде: «он был пьян и не может ничего вспомнить». Гермиона стиснула зубы, пытаясь подавить нарастающий внутри гнев. Профессор что-то объясняла, но она абсолютно ничего не могла расслышать из-за бесконечной болтовни Бетти. — Оказалось, ход был неправильный, — продолжала соседка по комнате. — Понимаешь, дядя Мораг аппарировал в тот момент, когда появились авроры. Пьяное аппарирование, — хихикнула она. — В конце концов, его все-таки лишили лицензии, а еще ему пришлось отсидеть в тюрьме полгода. И заплатить парню, до которого он домогался, пятьсот галлеонов. Мерлин, тебе нужно было видеть мою бабушку. Она бы просто убила его, если бы в тот момент он не сел в тюрьму. Это было действительно… Гермиона старалась мысленно приглушить навязчивый голос Бетти. Ее руки, лежавшие на коленях, сжались в кулаки. Все тело немного дрожало, ведь ей постоянно приходилось сдерживать себя, чтобы не упрекнуть Бетти. Как можно болтать во время урока?! — А теперь, будьте любезны, попрактиковаться в заклинании в парах, — неожиданно сказала профессор. Гермиона моргнула, глядя на профессора и чувствуя себя совершенно потерянной. Какие заклинания они практиковали? Она ничего не услышала из лекции. С бушующим волнением наблюдала, как другие ученики размахивали палочкой. Что ж, зато теперь ей не придется терпеть болтовню Бетти и можно будет сосредоточиться на палочке. — …и дело было даже не в алкоголе, — к ужасу Гермионы Бетти просто продолжила свою историю. Даже не попытавшись сделать свой голос хоть немного тише. — Она была просто в ярости, что его поймали. Это не очень хорошо для имиджа семьи. Гермиона сердито прищурилась, переведя взгляд на Бетти. Девушка вытащила палочку и просто взмахнула ей в воздухе, чтобы подчеркнуть свои слова. Она даже не попыталась сотворить заклинание. — Может, нам не стоит… может мы лучше… — Гермиона надавила, — попрактикуемся в заклинаниях? Бетти приподняла аккуратно выщипанную бровь. — Зачем? Эта старая карга смотрит на нас? — она украдкой взглянула на профессора. — Нет, все в порядке. Она там, с Робинс. Мы в безопасности, — повернулась к Гермионе. — Так вот, где я остановилась? Ах да, конечно. Так вот, после того, как дядю Морага посадили в тюрьму… Гермиона взглянула на Бетти с искренним возмущением. И так было каждый раз? Сидела на последнем ряду, болтала во время урока, не слушала слова профессора… Кем вообще была эта Розали Блэк?! «Спокойствие, только спокойствие». Только через полчаса профессор обратилась к ученикам, привлекая их внимание: — Надеюсь, у вас было достаточно времени для практики. Я видела, как у многих из вас замечательно получилось. Некоторые ученики с гордостью улыбнулись, а Гермиона была готова расплакаться. Профессор продолжила: — Итак, кто хочет показать нам свои успехи в заклинании? — ее глаза бродили по всему классу, и, к ужасу Гермионы, остановились именно на ней. — Ах да, мисс Блэк, как насчет вас? Это был просто кошмар. Казалось, что весь класс просто превратился в боггарта. Гермиона почувствовала себя еще хуже, когда все внимание класса стало приковано к ней. Она до сих пор не имела представления, что именно за заклинание они изучали сегодня. Чувствуя себя беспомощной, посмотрела на Бетти, но та только пожала плечами. — Мисс Блэк? — повторила профессор. Мерлин, хуже быть просто не может. Гермиона услышала презрительные смешки со стороны гриффиндорцев. Сильно покраснела и пробормотала: — Эм… извините, профессор, я… я… я забыла свою палочку. Смешки стали еще громче, а профессор нахмурилась, осуждающе глядя на Гермиону. Так бы хотелось провалиться сквозь землю. Это был самый ужасный урок, на котором когда-либо была Гермиона… даже хуже уроков Хагрида с Соплохвостами. — Мисс Блэк, я в вас очень разочарована, — строго сказала профессор. — Учитывая ваше последнее эссе, вам действительно нужно приложить больше стараний к этому предмету. Минус пять баллов со Слизерина. Гермиона опустила лицо, покраснев от стыда. — Да, профессор, мне очень жаль. Профессор бросила на нее еще один взгляд, прежде чем продолжить урок. Гермиона просто смотрела в стол, чувствуя себя абсолютно униженной. — Неплохо, — хохотнула ей Бетти на ухо, — забыла свою палочку. Классика. Теперь и обжигающая ярость присоединилась к унижению, которое испытывала Гермиона, эти чувства скрутились в комок у нее в животе. Она с раздражением посмотрела на Бетти, но та продолжала рисовать бессмысленные рисунки на пергаменте и не обращать никакого внимания на учебу. Гермиона оставалось только кипеть от собственной злости, пока все же через пятнадцать минут профессор, имя которой так и оставалось загадкой, не завершила занятие. Бывшая гриффиндорка сгорала от стыда, засовывая учебник в сумку. Это было совсем не смешно. Глупая Розали. Глупое путешествие во времени. Великолепно. Им удалось совершить невозможное: сделать учебу невеселой. Нахмурившись, Гермиона направилась к двери, оставив Бетти позади. Когда она прошла мимо группы гриффиндорцев, то услышала как одна из девушек прошептала: — Какая же дура. Гнев тут же вспыхнул в ней, Гермиона повернулась к ним и огрызнулась: — Что ты сейчас сказала? Все четверо гриффиндорцев жестко ухмыльнулись. Девушка, которая оскорбила Гермиону, окинула ее взглядом и язвительно добавила: — Когда тратишь больше денег на средства для ухода за волосами, чем на школьные учебники, знай, что ты и есть первоклассная безмозглая кукла. Другие гриффиндорцы хохотнули на замечание подруги. Гермиона вытащила палочку и сделала осторожный шаг вперед. — Следи за словами! Гриффиндорцев это, очевидно, ни капли не впечатлило. Они никак не отреагировали на высунутую палочку, будто совсем не верили, что она может атаковать. Более того, один даже махнул рукой в сторону палочки Гермионы с жалостливым видом. — Будь осторожна, — сказал он Гермионе. — Можешь пораниться. В ответ Гермиона подняла палочку и прошипела: — Сейчас ты увидишь, кто пострадает. Гриффиндорец только хмыкнул, так и не вытащив свою палочку, а одна из девушек откровенно поиздевалась над Гермионой: — Не напрягайся так, Блэк. Мы знаем, что тебя выкинули с ЗОТИ. С Гермионы было достаточно. Все это было слишком по-детски. Она бросила на них испепеляющий взгляд и, развернувшись, ушла прочь. До нее все еще долетали их смешки, но она их просто проигнорировала. «Они издеваются над Розали Блэк. Не надо мной», — попыталась успокоить себя Гермиона. Увы, помогало мало. Она все еще была зла и обижена, когда вошла в Большой зал на обед. Едва ли лучше сложились дела с другими занятиями. В конце дня Гермиона была готова разрыдаться. Она бродила по замку в состоянии шока. Весь день профессора ее то ругали, то высказывали разочарование, а гриффиндорцы продолжали насмехаться. Самое худшее, что другие факультеты относились к ней словно к какой-то знаменитости. Что с этим миром не так? Во время обеда к ней подошел высокий пятикурсник из Когтеврана, президент клуба Плюй-камней, и, запинаясь от стеснения, пригласил на свидание, глядя на нее сияющими и полными надежды глазами. Гермиона почувствовала облегчение и неприязнь одновременно, когда отказала из-за того, что у нее уже есть парень — Том Реддл. Ей так все это надоело, что хотелось просто свернуться калачиком в темном углу и умереть. Гермиона направилась обратно в гостиную Слизерина, сжимая в руке школьную сумку словно защиту. Стоило ей войти, день стал еще хуже. Том Реддл, развалившись на одном из черных диванов, поднял взгляд и критично рассматривал ее своими ледяными голубыми глазами. Гермиона вздрогнула, вовсе не из-за приятных эмоций. К ее ужасу, Реддл махнул ей рукой. Сначала она хотела вести себя так, будто не заметила его, но вскоре поняла бессмысленность этого — ее присутствие заметили уже и другие слизеринцы, собравшиеся вокруг Реддла. Гермиона с большой неохотой подошла к парню. — Розали, — поприветствовал ее Реддл довольно равнодушным тоном. Он потянул ее на диван и притянул к себе. Кожа Гермионы тут же зачесалась в том месте, в котором она соприкоснулась с теплым телом Реддла. Ей удалось сдержаться и не оттолкнуть его. — Где ты была? — ухмыляясь, спросил ее один из слизеринцев. Гермиона нахмурилась, пытаясь вспомнить его имя. Ей казалось, что он был Малфоем — возможно, Абраксас? — но она не была уверена. Все же он был не похож на Люциуса из-за своих черных волос и карих глаз. Впрочем, исходящее от него тщеславие было знакомым. — На уходе за магическими существами, — лаконично ответила Гермиона, не желая больше думать об учебе. Ухмылка Малфоя — вероятно, Абраксаса, — стала еще более снисходительной, когда он деликатно спросил: — Да? Я думал, что ты перестала туда ходить? Это ведь не обязательно. Гермиона открыла рот, чтобы ответить, что для ТРИТОНов вовсе недопустимо обходиться самым минимумом, но вмешался Реддл. Его губы скривились в презрительной ухмылке, он обернулся к Малфою: — Розали уже бросила Историю магии, Астрономию и Прорицания, поэтому у нее был выбор — оставить Защиту от Темных искусств или Уход за магическими существами. Я сказал, ей оставить второе. Это намного проще. Объяснение Реддла заставило Малфоя понимающе кивнуть, а Гермиона чуть не взорвалась от кипящего гнева. В следующую минуту ее охватил ужас. Розали бросила Историю магии, Астрономию и Защиту от Темных Искусств? Э-это вообще возможно? Одна только мысль об этом заставила Гермиону почувствовать себя плохо. Она почти прижалась к человеку рядом с ней в поисках утешения, но потом вспомнила, что это Реддл и с отвращением отпрянула. Мульсибер, сидящий рядом с Абраксасом, ухмыльнулся Гермиона и предложил: — Знаешь, если хочешь, я мог бы тебя поднатаскать. Если бы не присутствие предполагаемого парня рядом, она была уверена, что слизеринец бы ей соблазнительно подмигнул. Абраксас все еще с усмешкой на губах протянул: — Думаешь, Том не пытался это сделать? Все же он лучший ученик нашего курса. На лице Реддла появилась слабо замаскированная ухмылка, вызвавшая в Гермиона очередной приступ раздражения. Он буквально нарывался, чтобы его ударили по лицу, да? Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, стараясь вернуться к невозмутимости. Реддл, не обращая внимания на бушующие в ней эмоции, поцеловал девушку в щеку. — Просто у Розали другая скорость обучения, — успокаивающе сказал он, хотя дьявольские огоньки в глазах противоречили его словам. Абраксас раздраженно ухмыльнулся: — Правда? Жаль, что профессора не могут удовлетворить ее особые потребности. Гермиона чуть не задохнулась от кипящего гнева. Ей приходилось прикладывать большие усилия, чтобы сдержать ярость, когда смотрела на слизеринцев. Малфой вызывающе ухмыльнулся, его лицо излучало самодовольство, а Гермиона сжала руки в кулаки. Она досчитала до десяти и постаралась обуздать бушевавшую внутри магию. К счастью, Реддл сменил тему разговора, и все продолжили игнорировать бывшую гриффиндорку. Они уделили ей столько же внимания, сколько она могла бы получить, если бы была мешком картошки. Гермиона задавалась вопросом, стоит ли ей попробовать ускользнуть, но все мысли вылетели из головы, как только чья-то рука скользнула по ней, нацеливаясь на край блузки. Она напряглась и постаралась скрыть отвращение на лице. Гермиона повернула голову и посмотрела на Реддла. Несмотря на свои действия, внимания на нее он не обращал, вместо этого чуть ухмылялся и общался со своими дружками-Пожирателями. Гермиона вновь пришлось бороться с яростью, а рука Реддла все же скользнул под блузку, лаская обнаженную кожу под ней. Через какое-то время Реддлу надоела болтовня с Пожирателями и, не спрашивая разрешения, он грубо потянул Гермиону за собой, выходя из гостиной и направляясь к общежитию. Гермиона чувствовала себя крайне неловко из-за всей этой ситуации. Вероятно, идея быть наедине с Лордом Волдемортом была не лучшей. Покусывая нижнюю губу, Гермиона нерешительно вошла в комнату. Она была немного похоже на женское общежитие. В последний раз, когда она здесь была, Гермиона проснулась совершенно обнаженной в неправильный временной период с Лордом Волдемортом. Одно воспоминание об этом заставило ее чуть поморщиться. — Ты выглядишь напряженной, — глубоким голосом сказал Реддл. Гермиона вздрогнула, совсем забыв об его присутствии, и обернулась к нему. Слизеринец лег на кровать и с подозрительным блеском в глазах изучал Гермиону. — Все хорошо, — неубедительно соврала Гермиона. На губах Реддла появилась ухмылка, и он ответил: — Возможно, тебе надо немного физических упражнений, чтобы снять стресс. Гермиона нахмурилась, ей совсем не нравилось, куда клонил этот разговор. Реддл же продолжал жадно рассматривать ее. Его взгляд бесстыдно скользил по ее телу, слизеринец потянулся к своей мантии и достал из нее пачку сигарет. Гермиона возмущенно наблюдала за тем, как Реддл закурил. Он выпустил дым в воздух, а Гермиона только поджала губы. Может, этот мерзавец не заметил, но они находились в подземелье, в котором даже не было окон. Кроме того, он вообще слышал о таком явлении как пассивное курение? Гермионе совсем не приглянулась идея умереть от рака легких, спасибо большое. Реддл, не подозревая о гневе Гермионы, промурлыкал пугающе соблазнительным голосом. — Здесь довольно жарко, так ведь? Не хочешь снять свою теплую мантию? Тут же Гермиона поплотнее закуталась в свою школьную одежду и уставилась на Реддла широко раскрытыми глазами. Псих. Только сейчас она поняла, в какой ситуации оказалась: теперь идея прийти в подземелье, даже будучи в теле Розали Блэк, и остаться наедине с Реддлом не казалась ей хорошей. Увидев реакцию девушки, Реддл сощурился и раздраженно спросил: — Что не так с тобой сегодня? — Все нормально, — дрожащим голосом, немного высоким, ответила Гермиона. — А что? Реддл уставился на нее своими невероятно-голубыми глазами, из-за чего Гермиона тут же почувствовала озноб. Уголки его рта чуть изогнулись в ухмылке, и он сказал бархатным голосом: — Ну, мы здесь они… никто нас не побеспокоит… и все же… — он бросил на нее взгляд, — я здесь, а ты там совсем одна. Это на тебя не похоже. Хочешь присоединиться ко мне и немного повеселиться? Теперь ухмылка Реддла стала откровенно неприличной, и он похлопал по кровати рядом с ним. Широко раскрыв глаза, Гермиона смотрела за его сомнительным поведением. — Да-а… — протянула она, пытаясь ухватиться за соломинку, — мы могли бы сделать именно так… или, ну знаешь, мы могли бы… поговорить. Мы давно не разговаривали, да? Реддл какое-то время просто смотрел на нее, застывший и слегла обеспокоенный ее поведением. Он чуть нахмурился и Гермиона впервые задалась вопросом, кто был настолько глуп, что поставил в замке блок на аппарацию. Быстрое исчезновение было бы лучшим решением в этот самый момент. — Хорошо, — неожиданно согласился Реддл, хотя в его глазах все еще плясали дьявольские огоньки. — О чем ты хочешь поговорить? Разговор с Волдемортом? Гермиона тут же могла бы задать несколько вопросов, ответ на который ей хотелось бы знать. Какого это, разделить свою душу? Ты жалеешь о том, что убил своего отца? Почему ты не поместил частицу души в ракушку и не выкинул в Атлантический океан? Гермиона не могла задать ни один из этих вопросов, поэтому решила пойти безопасным путем: — Как прошел день? Реддл тихо рассмеялся, и хотя Гермиона понимала, что все это было крайне раздражающе, не могла не отметить, каким красивым он выглядел в своей школьной форме, как притягательно сверкали его глаза опасным светом. — Знаешь, как обычно, — протянул Реддл, не отрывая от нее своего взгляда. — Занятия были скучными. Думаю, мне стоит бросить руны. Пустая трата времени. Гермиона улыбнулась, изображая одобрение, а сама стиснула зубы. Древние руны были одним из самых интересных предметов в Хогвартсе. Как он посмел?! — Правда? — попыталась сохранить хладнокровие Гермиона. Реддл просто посмотрел на нее, Гермиона вздрогнула, когда его взгляд обжег ее и тщательно изучал тело девушки, мысленно раздевая. — Что… что еще было? — пробормотала она, ненавидя себя за то, что яростно краснеет. Глупый слизеринец самодовольно ухмыльнулся, небрежно потушил сигарету и ответил: — У меня было собрание старост, — он снисходительно посмотрел на Гермиону. — Тебе повезло, что у тебя нет никаких обязанностей, Розали. Поверь, это очень утомительно. Гермиона сжала руки в кулаки и подавила желание закатить глаза на слова Реддла. Она сама была старостой. На последнем собрании старост, на котором ей довелось побывать, староста мальчиков, Малкольм Прис, дремал в углу, пуская слюни. Действительно, должность с невероятностью степенью ответственности. Гермиона снова не показала своего сарказма, только кивнула с восхищенным выражением лица. Реддл грациозно встал и подошел к ней. Все тело Гермионы напряглось, стоило ему оказаться так близко. С очаровывающей улыбкой на губах он окинул ее взглядом и нежно провел пальцами по ее руке. И, Мерлин, это должно было быть невероятно жутко, но Гермиона могла лишь чувствовать трепет в животе от этого прикосновения. — Скажи мне, — Реддл прошептал ей на ухо, — как прошел твой день, милая? Гермиона как загипнотизированная смотрела в его невероятно удивительные голубые глаза. Она даже не сопротивлялась, когда пальцы Реддла перестали дотрагиваться до ее руки, скользнув по боку и вызывая в ней приятную дрожь. — Мой день?.. — хриплым голосом отозвалась Гермиона. Реддл ее до ужаса отвлекал, пока она отчаянно пыталась придумать ответ. Ее день был совершенно ужасным, потому что Розали была просто отвратительной ученицей, и Гермионе приходилось весь день мириться с этой новой репутацией. — Я… ну… это… Гермиона не смогла закончить предложение, потому что Реддл осторожно провел пальцами по ее волосам. Другой рукой он обвил ее талию, резко потянув к себе. Дыхание Гермионы сбилось, когда он прижал ее к своей груди и начал водить руками по телу девушки. Его действия вызвали в ней дрожь по совсем неправильным причинам. Казалось, что в комнате стало совсем жарко, когда Гермиона почувствовала, как Реддл приподнял ее лицо и заставил посмотреть на него. В его голубых глазах сияла похоть, и он требовательно впился в нее этим взглядом. В этот момент Реддл наклонился к Гермионе, чтобы поцеловать. — Ой, — пискнула Гермиона и тут же отвернулась. Волдеморта не так легко было отвлечь, он положил свои руки на талию девушки и решительно толкнул на кровать. Гермиона нахмурилась. Она даже не заметила, как они оказались возле его спального места. Реддл прилег рядом с ней и вновь начал лапать ее. Одна рука удерживала сзади за шею, а другая с интересом изучала все тело. Реддл был так близко, что его запах отвлекал Гермиону от происходящего, ей внезапно захотелось просто прижаться к нему. Волдеморт воспользовался моментом и снова продолжил свои действия, на этот раз чуть более требовательно. Гермионе удалось повернуть голову, чтобы вместо губ поцелуй Реддла пришелся на щеку. Ей не нравилось, как по ее телу пробежала дрожь от этих прикосновений. Тихий предательский стон сорвался с губ, когда Реддл несколько раз поцеловал ее в подбородок. Его руки, тем временем, продолжали свои исследования. Гермиона чувствовала, как его пальцы массируют обратную сторону ее шеи, а другая рука скользит по животу и намеревается расстегнуть юбку. Его горячие прикосновения пронзали словно электрические, странное чувство росло в животе Гермионы. Мягкие губы Реддла осыпали требовательными поцелуями шею девушки, время от времени покусывая ее кожу. Поддавшись эмоциям, Гермиона подняла руку и даже хотела провести ей по его шелковистым черным волосам. Было очевидно, что ситуация выходит из-под контроля. Прежде чем она успела натворить то, о чем потом точно пожалеет, Гермиона подняла обе руки и с силой оттолкнула Реддла. — Ох, — в этот раз он издал протестующий звук. Гермиона проигнорировала это и лихорадочно спрыгнула с кровати. Быстро побежала к двери, пытаясь выскочить наружу. Только захлопнув за собой дверь, поняла, что ошиблась дверью и попала в ванную комнату, а не в коридор. Черт! Ее глаза метались по комнате. Ни окна, ни чего-либо другого, чтобы сбежать. Это был тупик. Гермиона тихо выругалась, но дверь заперла. — Розали? Какого черта ты делаешь? — с другой стороны послышался раздраженный голос Реддла. Черт, черт, черт! Что ей теперь делать? Гермиона тревожно заломила руки. Испуганно подпрыгнула, когда Реддл повернул дверную ручку. — Открой дверь, — огрызнулся он. Теперь в его голосе отчетливо слышался гнев. Ох, Мерлин, ей нужно было убираться отсюда. Чувствуя всепоглощающую панику, Гермиона была готова буквально рвать на себе волосы. На глазах выступили слезы, но тут ее осенила идея. Поспешила воплотить ее в жизнь и начала шуметь в ванной, открыла кран. Затем театрально кашлянула и добавила громкие удушающие звуки, которые нельзя было не услышать даже с обратной стороны двери. Кроме всего прочего, Гермиона спустила воду в унитазе, мысленно усмехаясь, и потерла глаза, из-за чего они покраснели и немного опухли. Схватила пустую корзину для мусора и все-таки открыла дверь. Реддл смотрел прямо на нее, нахмурившись. — Что ты делаешь? — громко спросил он. — Ох, Том, — жалобно простонала Гермиона. — Я не очень хорошо себя чувствую. Будто желая подкрепить свои слова действиями, она сильнее прижала мусорную корзину к своей груди и неуверенно посмотрела на него. Реддл с подозрением посмотрел на нее, а Гермиона заверила его: — Ничего серьезного, я в этом уверена, — она улыбнулась ему. — Давай продолжим. Я готова… Она быстро засунула голову в корзину, изобразив несколько характерных звуков, а потом взглянула на Реддла. Тот теперь смотрел на нее с неприкрытым отвращением. — Нет… Нет, ложная тревога, — дрожащим голосом произнесла Гермиона. — Я в порядке… скорее всего. Все еще прижимая к себе корзину для мусора, она потянулась к Реддл и поджала губы, издавая звук поцелуя. — Пойдем ко мне, — кокетливо сказала она и закончила предложение стратегически удачным кашлем. Гермиона не успела бы сказать «ипохондрик», так быстро ее выставили из общежития Реддла.