Bodyswitch

Что ж, Розали оказалась самой популярной девушкой на Слизерине. К такому выводу пришла Гермиона, стоило ей переступить порог гостиной факультета. К этому времени большая часть студентов уже была тут и, казалось, боролась за ее внимание. Гермионе стало жутко неловко, захотелось сбежать, но, похоже, слизеринцев столь холодный прием только сильнее интриговал. — П... привет, — собрав всю смелость в кулак, подошел к ней рыжеволосый прыщавый парень. — Ага... привет, — неуверенно поздоровалась Гермиона. С робкой улыбкой на лице парень сел рядом на диван, отчего девушка почувствовала себя еще более некомфортно. Что она должна была сделать? Грейнджер нахмурилась, пытаясь придумать фразу, но парень, похоже, привык к такой реакции. Достал из сумки свернутый пергамент и протянул ей. — Вот, — он застенчиво хихикнул. — Все готово. Как обещал. — Э... ну... хорошо?.. Гермиона взяла пергамент, случайно докоснувшись до парня. Тот тут же захихикал и покраснел, от чего его прыщи стали выделяться еще сильнее. В его глазах светилось обожание, когда он посмотрел на Гермиону и кивнул в сторону пергамента. Пришлось его развернуть. Мимолетно брошенного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять, что это эссе по гербологии. — Х-хорошо... — беспомощно сказала она. — Зачем ты мне это даешь? — Ты сказала, что тебе это его нужно сдать профессору Бири на следующей неделе, так ведь? — неуверенно сказал слизеринец. — За это эссе ты получишь как минимум Удовлетворительно. Обещаю. Между бровей Гермионы проявилась морщинка, она все еще смотрела на эссе. Что это? Обман? Что вообще Розали Блэк творила? Позволяла другим делать за нее домашнее задание... Позор. Неверно истолковав взгляд Гермионы, слизеринец тут же в отчаянии пробормотал: — Скорее всего даже лучше, чем «Удовлетворительно». Возможно даже «Выше ожидаемого», — он придвинулся к ней ближе, глядя умоляющим взглядом. — Ты обещала, что позволишь мне сесть с тобой на гербологии, если я принесу тебе это эссе. П-пожалуйста... Гермиона не выдержала и ущипнула себя за переносицу, услышав это. Это было ужасно. Розали Блэк была отвратительным человеком. На самом деле, не удивительно. В конце концов, она была девушкой Волдеморта. Гермиона чувствовала себя раздраженной и, если честно, даже немного грязной. Гневно засунула оскорбительное эссе в сумку и встала. — Р-розали?.. — парень умоляюще посмотрел на нее. — Пожалуйста. Всего один раз. Я больше не побеспокою тебя. Обещаю. Чувствуя себя неуютно, она выдавила: — Как хочешь. Появившаяся на лице парня улыбка вызвала в ней чувство вины. Снова сильно покраснев, он пробормотал: — Х-хорошо. Спасибо. Я... Спасибо! Гермиона решила, что с нее достаточно. Ничего не ответив, она стремительно отправилась в общежитие для семикурсников, но стоило ей переступить порог, тут же появилось желание удивленно протереть глаза. Здесь была огромная комната всего на... один, два, три... четыре кровати. Никаких балдахинов как в гостиной Гриффиндора. Вместо этого в комнате гордо стояли четыре двуспальные кровати с черными шелковыми покрывалами. Также здесь располагались огромные гардеробы из красного дерева, изысканные маленькие столики и удобные кожаные диванчики, расставленные по всей комнате. «Выглядит так, будто здесь пробежала орда снобов-оформителей», усмехнулась Гермиона, чуть прищурив глаза. Она разглядывала кровати и безуспешно пыталась понять, какая из них принадлежит Розали. Ее размышления прервал голос. — Вот ты где. Гермиона перевела взгляд на другую сторону комнаты и только сейчас заметила двух девушек, сидящих — даже скорее развалившихся — там. — Эм... да, — она в смущении почесала голову. Тайком она рассмотрела девушек, обеих можно было назвать красивыми. У одной были длинные сияющие светлые волосы, завитые в сложную прическу. Лицо напоминало фарфоровую куклу: идеальная кожа, пухлые губы, длинные ресницы и яркие голубые глаза. Да, она была очень красива. Неосознанно Гермиона потянулась к своим пушистым волосам. Только коснувшись черных волос Розали, вспомнила, что тело Гермионы Грейнджер было в другом месте... возможно, с огромной дырой в спине лежало лицом вниз. Черт! У другой девушки были короткие каштановые волосы. Ее кожа была немного смуглой, что придавало ей здоровый и привлекательный вид. Она выглядела немного меньше блондинки, а еще она широко улыбнулась Гермионе. — Ну чего же ты ждешь? Иди сюда, — дружелюбно сказала брюнетка. Неспешно Гермиона подошла к двум королевам красоты, чувствуя себя неуверенно. — Итак, Розали, где ты была? — лениво спросила блондинка, как только Гермиона села рядом. — Всю ночь... Ты была с Реддлом, не так ли? Как все прошло? Ну же, расскажи. — Ох, Сара, — нехотя упрекнула ее брюнетка, пытаясь скрыть ухмылку. — Нельзя спрашивать леди о таких вещах. После случая в гостиной Гермиона начала задаваться вопросом, а действительно ли Розали была леди. Она подозрительно покосилась на... друзей Розали? Что ж, по крайней мере, теперь у нее было имя. Блондинку, — «Снежную Королеву», как она назвала ее про себя, — звали Сара. Гермиона заметила, что обе девушки все еще ждут ответа. — Да... — нерешительно сказала она, внутренне содрогаясь от мысли о том, что проснулась обнаженной в комнате Волдеморта. — Полагаю... все было нормально?.. Гермиона не была уверена, какой реакции она ожидала после столь безэмоционального отчета дня... или ночи с Волдемортом. Усмешки? Или какого-нибудь скандального восклицания? Гермиона не получила ни того, ни другого. Миниатюрная брюнетка только покачала головой, выглядя так, будто ее лишили пикантного рассказа. Блондинка, Сара, пожала плечами и провела рукой по шелковистым волосам, выглядя невпечатленной. — Как долго ты уже с Реддлом? — равнодушно спросила Сара. — Три месяца? В любом случае это уже очень долго. Может... — Думаю, уже больше года, — сказала брюнетка. Гермиона искренне надеялась, что ее не спросят, потому что она понятия не имела, и, признаться откровенно, даже не хотела знать, сколько ее новое тело крутило роман с Реддлом. К счастью, похоже, Сару интересовало только собственное мнение, и к чужим поправкам она не прислушивалась: — Что я хотела сказать: может, все просто сошло на нет, Розали. Если отношения больше не работают, ты не сможешь уже ничего сделать. Гермиона приподняла брови, увидев приближающуюся возможность. Если ее предполагаемые друзья думают, что в их отношениях с Реддлом что-то не так, значит, она может просто разорвать их и не вызвать лишних подозрений. — О нет, — хныкнула брюнетка, — Розали и Том — идеальная пара. Вы просто не можете расстаться. Сара кинула на подругу такой взгляд, что тот мог бы заморозить белого медведя. — Бетти, хватит вмешиваться. Это полностью решение Розали. Гермиона вздохнула. Это было утомительно. С другой стороны, плюсы тоже были: она выучила несколько новых имен. Сара и Бетти, очевидно, были подругами Розали. Гермиона не была уверена, насколько ей было комфортно с этой новой информацией, но это было хоть что-то. Девушки все еще обсуждали отношения Гермионы с Лордом Волдемортом, когда дверь в общежитие открылась. В комнату вошла еще одна слизеринка. Ни на кого не глядя, она подошла к одной из кроватей и буквально нырнула в нее. Гермиона нахмурилась, став свидетельницей такого странного входа. — Гамп, — надменно ухмыльнулась Сара вошедшей. — Разве у тебя сейчас не урок по игре на лютне? Бетти злобно хихикнула на слове «лютня». Девушка — Гамп — нырнула еще больше в кровать, дрожащим голосом что-то пробормотав в ответ. Гермиона сконфуженно моргнула. — Что такое? — с фальшивым беспокойством спросила Бетти. — Я тебя не расслышала. — Его отменили, — смиренно пробормотала Гамп. — О, интересно почему, — вздохнула Сара, в ее голосе слышен был неприкрытый сарказм. — Кому пришло в голову отменить драгоценные уроки игры на лютне? Бетти злобно ухмыльнулась, и Гамп дернулась в ответ, — или это было пожимание плечами, Гермиона сказать не могла. Девушка сидела на кровати, но голову держала опущенной. Ее темные волосы закрывали лицо, будто она боялась поднять взгляд и встретиться лицом к лицу с соседями по комнате. Гермиона не могла понять, почему она стала мишенью для жестоких нападок двух слизеринок. Она выглядела абсолютно нормальной девушкой, да и игра на лютне вряд ли была самым худшим увлечением, которое можно было представить. Квиддич был гораздо хуже, если бы ее кто-нибудь спросил. ...или, например, раскалывание своей души и размещение в крестражи, тоже не самое лучшее хобби. Эта промелькнувшая в голове мысль вернула Гермиону к насущной проблеме. Внезапно она встала с дивана. Гамп вздрогнула от резкого движения, а Гермиона постаралась это проигнорировать. — Что ты задумала? — любопытно спросила Сара, едкость пропала из ее голоса. — Хм? — повернулась к блондинке Гермиона. — О... Мы с Томом хотели сходить в Хогсмид. — Ого, идешь на свидание с Реддлом? — многозначительно прокомментировала Бетти, а потом взглянула на Сару. — Видишь, эти двое просто созданы друг для друга. Сара окинула ее пронизывающим взглядом, затем улыбнулась Гермионе. Ее голос был неестественно приторным: — Уверена, что вам двоим будет весело. — А-ага, — пробормотала Гермиона, чтобы хоть что-то ответить. И ускользнула от девушек. К счастью, она заметила герб Блэков на одном из покрывал. Что ж, похоже, однажды проведенное лето за уборкой в старом доме Сириуса на Гриммолд-плейс все-таки окупилось. Герб Блэков был повсюду. Гермиона едва подавила желание закатить глаза и подошла к кровати Розали. Гамп снова нервно дернулась, но Гермиона и это проигнорировала. Слова Реддла о том, чтобы «не смущать его» испуганным взглядом пронеслись в голове. Она бы и это проигнорировала, но нужно было не спалиться, значит, придется подыгрывать. В мрачном настроении Гермиона открыла гардероб Розали и была встречена изобилием шелка, кружева и тюля. Шкаф был переполнен юбками, платьями, блузками и мантиями всех цветов, которые только можно было представить. Ради Бога, большую часть времени они носили школьную форму. Гермиона покачала головой и потянулась за первым платьем, которое попалось ей в руки. Краем глаза заметила, как Сара и Бетти начали смеяться над четвертой девушкой в их комнате. Гермиона точно бы что-нибудь сказала, но Розали вряд ли. Поэтому она просто скрылась в ванной, чтобы переодеться. Ей не потребовалось много времени, чтобы собраться, и Гермиона покинула общежитие. Чувствовала она себя крайне глупо. В желтом платье было некомфортно, она даже не знала, куда деть палочку. Пришлось засунуть в маленькую сумочку. Однако, все проблемы о том, куда что положить тут же выпали из головы, когда она пришла в гостиную и увидела своего… спутника. Реддл вальяжно развалился в одном из кресел и нетерпеливо постукивал пальцами по подлокотнику. Гермиона содрогнулась. Может, ей стоит пойти к Дамблдору и спросить, может ли она пожить в его кабинете, пока ее не отправят обратно. Она может спать на полу. Без проблем. — Ты опоздала, — ледяным голосом проинформировал ее Реддл, вставая со стула. Гермиона посмотрела на него и героически сражалась с желанием проклясть его на месте. Похоже, в ближайшем будущем ее ожидало еще много моментов такой внутренней борьбы. — Извини, — выдавила из себя Гермиона. Реддл ничего не ответил, только нахмурился, заставив Гермиону все-таки приподнять бровь. Он долго молчал, а потом все же ответил: — Ты набрала вес? Поднял свои руки и положил на ее талию. Гермиона была слишком возмущена, чтобы оттолкнуть его. — Да, я думаю, что ты действительно набрала, — бессердечно сказал Реддл, продолжая ее лапать. — Тебе нужно следить за этим. Его голубые глаза встретились с ее глазами и он с мерзкой ухмылочкой добавил: — Мне не нравятся жирные задницы. Гермиона уставилась на него, шокированная его словами. Ради всего святого, Розали Блэк была ростом сантиметров 160, а весила вероятно меньше 45 килограмм. Гермиона взглянула на высокомерное лицо Реддла и не нашла там ничего, кроме неодобрения. Яростная магия бушевала внутри нее, словно торнадо, и она еле справлялась с ее подавлением. Левый глаз слегка дернулся, когда она посмотрела на Реддл, в голове промелькнула мысль, взрывался ли кто-нибудь из-за магии, которую пытался удержать в себе. В голове проносились возможные заклинания и последствия, если она все-таки кинет что-нибудь в Реддла. — Это отвратительно, — жестоко заметил волшебник. — Может, тебе стоит хоть немного убавить свой жир. Может, тебе стоит взять свой совет и засунуть его себе в задницу! Гермиона гневно крикнула у себя в голове. Внешне ей удавалось сохранять хладнокровие. Ей потребовалось немало усилий, чтобы все-таки подавить гордость и прошептать напряженным голосом: — Ты прав, Том. Я прошу прощения. Господи, однажды я наверно лопну от гнева, кипящего внутри, подумала Гермиона, взглянув на тщеславное лицо Реддла. Она была рада, что у нее никогда не было романтических иллюзий по поводу этого свидания, потому что оно даже началось ужасно. Спустя два часа Гермиона обнаружила, что сидит в таверне «Кабанья голова», окруженная Волдемортом и его Пожирателями Смерти. Даже если бы она приложила усилия, не смогла бы придумать свидание хуже. Ярость обжигала внутри, стоило только посмотреть на Реддла. С сигаретой во рту Волдеморт сидел рядом с Гермионой, лениво приобняв ее за талию и разговаривая со своими приспешниками. Это было просто отвратительно. Его прикосновения были такими же отвратительными как дым в воздухе, его мерзкие друзья и сливочное пиво в грязных стаканах. Но худшей частью были странные девушки, сидевшие рядом с Пожирателями. Девушки явно не принимали участие в этой встрече, Гермиона подозревала, что их единственная здесь задача — выглядеть красиво. Однако, жаловаться Гермиона не могла, потому что было очевидно, что она здесь с такими же целями. Судя по завистливым взглядам, которые на нее иногда кидали, тот факт, что она была девушкой Реддла, сделало ее их королевой. Борясь со скукой, Гермиона посмотрела на дверь в туалет. Может, ей стоило бы попытаться вылезти из окна в уборной и наконец ощутить вкус свободы. — …его спину. И оказалось, что давать крововосстанавливающее зелье человеку с сильно кровоточащей раной — плохая идея, — сказал один из Пожирателей Смерти, Мульсибер, как узнала Гермиона, и громко захохотал. Остальные присоединились, фыркая от смеха. Даже губы Реддла слегка дрогнули, а глаза сверкнули садистским блеском, когда он, очевидно, представил себе литры крови и умирающих жертв. Гермиона стало плохо, ей хотелось просто кого-нибудь ударить. Прежде чем окончательно потерять самообладание, она дернула Реддла за рукав. — Том, — тихо шепнула она, — я только что вспомнила, что мне надо идти. Надеюсь, ты не против. Как и следовало ожидать, Реддл уставился на нее своими голубыми глазами. — Что может быть важнее этого? «Практически все на свете,» — мысленно ответила Гермиона. Вслух же она сказала другое: — Мне нужно пойти в библиотеку. Эта фраза заставила Реддла лишь издевательски ухмыльнуться. Даже некоторые из его друзей захихикали, услышав слова Гермионы. — И что ты бы делала в библиотеке? — покровительственно спросил Реддл. «…дерьмо», — Гермиона осознала слишком поздно. Это старое оправдание больше не срабатывало, учитывая, что она превратилась в слизеринку. Очень жаль. Гарри и Рон каждый раз попадались на эту удочку. — А теперь перестань шутить, — снисходительно приказал Реддл и оставил на щеке Гермионы легкий поцелуй. — Вот, выпей еще. С этими словами он поставил перед ней на стол стакан огневиски. Затем снова проигнорировал ее и продолжил разговор со своими последователями-Пожирателями. Гермиона содрогнулась от отвращения, чувствуя его обжигающий поцелуй на своей щеке. Не видя другого выхода, она просто смирилась со своей судьбой и откинулась на спинку сидения. Реддл все еще приобнимал ее талию одной рукой. Она потянулась к стакану с огневиски и за один раз опустошила его.