Одной кровью

      Дьявол смеялся громко, словно юноша. Его голос был вовсе не похож на его собственный и будто бы помолодел. Дайс любил видеть его таким. Он даже не обращал внимания на ситуацию, при которой он так радовался. Дайс наоборот любил то, что эмоции его Босса приобретают новое значение при полном обзоре на ситуацию. Так казалось, что беса что-то рассмешило, будь то шутка или какая-нибудь нелепость, но если посмотреть на Дьявола, то можно точно сказать, что тот упивается их с Дайсом победой. Полностью испивает чашу с наслаждением, а после ещё и грызёт золото, из какого эта чаша сделана. В какой-то момент под ботинком Дьявола что-то неприятно захрустело, а сам чёрт чуть не упал, ведь его нога соскользнула с того, на что он наступил. Дайс быстро подошёл к нему, смотря, на что он случайно ступил. На полу лежал один из многочисленных трупов, голова его была повёрнута на бок. Видимо, его начальник наступил на челюсть, ведь она была вывихнута у мертвеца. Отсюда и хруст.       — Да что ж ты будешь делать! — громко протараторил Дьявол и на последнем слове со всей силы впечатал каблуком по носу умершего, о которого споткнулся.       Нос, как и череп минуту назад, хрустнул. Выдавив смешок, бес посмотрел на Дайса, будто ища на нём эмоции от его действий. Приспешник смотрел на труп оценивающе, будто думая, что с ним можно ещё сделать. Как только он заметил, что Дьявол больше ничего не делает, он поднял взгляд на него и улыбнулся, положительно реагируя на его поступки. Чёрт отступил назад и пошёл дальше по залу, оглядываясь и ища что-нибудь дельное. В воздухе летал железный запах свежей крови и до того он был приторным и тяжёлым, что казалось, скоро оба мафиози сойдут с ума от него. Но пока оба крепко держались на ногах и бродили по помещению. Вдруг Дьявол склонился над каким-то телом, пошерудил по нему руками и достал что-то, чего Дайс изначально не разглядел.       — Дайс, подойди-ка, — подозвал к себе Босс, и Дайс быстро оказался рядом с ним, заинтересованно пялясь на то, что было у того в руках. — Сегодня, конечно, не день Святого Валентина, но я дарю тебе валентинку!       Точно, в руках у Дьявола было ни что иное как человеческое сердце, полностью покрытое кровью. Хоть Дайс его и не касался, но ему казалось, что оно ещё тёплое. Сначала ему стало неловко от такого специфичного подарка, но потом он посмеялся.       — Мне ещё никто не признавался в любви таким способом, — удивился Дайс, заглянув своему валентину в глаза.       Дьявол хмыкнул, закатил глаза и выбросил сердце себе за спину, даже не посмотрев, что с тем стало.       — Когда в ЗАГС? — усмехнулся бес, обернувшись и пойдя дальше, разглядывая трупы, выискивая что-нибудь интересное в них. Он чувствовал себя какой-то сорокой, которая ищет блеск драгоценных камней.       — Да хоть сейчас, — непринуждённо ответил менеджер, пожав плечами. Разговаривают так, будто бы пара каких-то возлюбленных, которая уже давно хочет жениться. — Сначала туда, затем первая брачная ночь, а потом дети, — выдохнув, добавил Дайс и потёр себя по шее.       Дьявол резко остановился и посмотрел на того.       — Всё кроме детей, — кратко согласился на помолвку чёрт. — Терпеть не могу этих маленьких… — объяснил он, но не договорил, не зная, какое слово подобрать, поэтому вместо лишних разговоров пнул ближайший труп в бок.       — Хорошо, без детей, — посмеялся Дайс, смотря на беса и на то, как он был раздражён от упоминания этих мелких отпрысков. — Детей мы пустим на борщи.       — Именно! — воскликнул Дьявол, мигом улыбнувшись. — У меня был знакомый каннибал. Он мне говорил, что человечина примерно похожа на свинину. Поэтому неплохое блюдо получится! — добавил он, помотав пальцем в воздухе. Он качнулся на одной ноге, чуть не упав из-за потери равновесия, но после ступил дальше. — Блин, неужели тут никто не носит серьги… или ожерелья… — печально и тихо проронил Дьявол, но в тот же миг он повеселел, широко улыбнувшись. Он резко наклонился и подвигал руками среди мёртвых тел, аккуратно что-то поднимая, пока Дайс смотрел на него недоумённо, переваривая факт про человеческое мясо. — Нашёл! — воскликнул бес, выпрямившись, держа между указательным и большим пальцами что-то маленькое, что не шло в сравнение с человеческим сердцем, что пару минут назад лежало в руках чёрта. То было размером с кулак начальника, а тут такое, что нельзя разглядеть издалека невооружённым взглядом.       Повернувшись к своему лакею, Дьявол жестом попросил его подойти, но после, быстро глянув на то, что он нашёл, приказал ему стоять на месте, показав внутреннюю сторону ладони. Дайс стоял спокойно, не зная, куда себя деть, лишь ожидая, когда Босс покажет ему это найденное нечто. Осторожно шагая между трупов, Дьявол подошёл к нему и встал напротив, держа в своеобразной коробочке из своих же ладоней этот презент, который сейчас отдаст Дайсу.       — Протяни руку и закрой глаза, — попросил Дьявол, и Дайс послушно выполнил просьбу, отдав правую руку в распоряжение своему Боссу.       Почувствовав, что с его ладони плавно сняли перчатку, а после стали нежно гладить, юноша судорожно выдохнул, ожидая всего, что угодно, но явно не того, что по его безымянному пальцу скользнёт холодный металл, от чего он дрогнул, замерев.       — Да успокойся ты, нет тут ничего такого, — успокоил его бес, проходясь мягкими подушечками пальцев по ладони. В один миг его ласковые касания пропали. — Открывай, — немного погодя, сказал чёрт, и Дайс прямо-таки почувствовал и представил, как же широко улыбается его начальник.       Подняв веки, Дайс тут же приподнял свою правую руку на уровень глаз, ища изменения. Ничего нового, казалось бы, да только теперь на безымянном пальце блистает аккуратное золотое кольцо с маленьким бриллиантом. Юноша почувствовал, как внутри стало жарче. Он опустил руку и посмотрел на Дьявола, который приставил к своему лицу правую ладонь, привлекая к ней внимание. На нём в точности такое же колечко. Теперь сомнений не было — эти кольца обручальные. Странный подарок, ведь Дьявол только что снял эти украшения с трупов. Но это и нравилось Дайсу — ни один нормальный человек не сделает такой подарок, а уж тем более не примет кольцо, которое было только-только снято с мёртвого тела. А Дайс уже привык, полюбил и понял всю суть таких подарков. Он чувствовал себя будто под наркотиками. Казалось, он стал самым мудрым человеком в этом мире, но в тоже время он оставался психом и глупцом.       — Ну-с? — вскинул бровь бес, наклонив голову на бок. Дайс немного замешкался сначала, пытаясь определиться с чувствами, переполнявшими его. Это было какое-то безумие, непонимание и абсурд, но в то же время дикая радость, детский восторг и ощущение, что он непобедим. Дайс вновь взглянул на кольцо на его руке.       — Это чудесно, — улыбнулся в ответ приспешник, задорно взглянув в глаза Дьявола. Тот посмеялся, ступил к нему на шаг и приобнял за талию, продолжая смотреть на него.       — Значит, ты готов выйти за меня? — радостно спросил бес, расширив глаза.       — Да! — так же невозмутимо и счастливо ответил Дайс, потянулся к нему и приобнял за шею, гладя по загривку.       От Дьявола последовал смешок. Его взгляд перестал быть насмешливым и сменился мягким, нежным. Пусть вся эта женитьба и кольца одна большая шутка, и ни в какой ЗАГС они не пойдут венчаться, всё равно было приятно в груди. Низ живота чёрта горел изнутри, а в глотке будто засел приятный комок, который вышел из горла коротким выдохом. В лёгких будто расцвёл целый сад из прекрасных цветов, где летали бабочки, прерывающие дыхание. От этого было некомфортно, но положительные эмоции всё равно перебивали это навязчивое чувство, что он сейчас задохнётся. Но вновь вздохнув, Дьявол осторожно положил свою голову ему на плечо, провёл руками по его спине, обвивая поясницу своего лакея, таким образом обнимая. Дайс немного удивился тому, как быстро изменилось настроение его начальника, но повиновался, хотя особо и против то не был. Он вытянул руки за спиной беса, разглядывая кольцо. бриллиант, какой должен был быть белым, имел красноватый отлив, видимо, из-за крови, в которой он лежал.       — Я не буду его снимать, — спокойно заявил юноша, слегка повернув голову к шее своего Босса, будто делая попытку взглянуть на него.       — Я тоже не буду, — немного помолчав, ответил Дьявол, улыбаясь.       Можно ли считать, что сейчас они признались друг другу в любви в очередной раз?       Очередной раз. Смотря себе под ноги, Дайс слушал, краем глаза видел Дьявола. Он что-то рассказывал и смеялся, смеялся, смеялся. Его смех не надоедал, а наоборот нравился всё больше и больше. Приподняв голову, юноша посмотрел на своего спутника. Слова влетали в уши, но не могли связаться в единое предложение, из-за чего Дайс не мог понять, о чём же говорит Дьявол. Казалось, он скакал с темы на тему и так быстро, что нельзя было установить связь между тем, что было сказано и предположить, что же ещё будет. Дьявол, словно по зову, повернулся и глянул на него, будто бы застав в расплох. Они немного замедлились. Неловко улыбнувшись, оба сделали вид, что так и нужно, а после посмеялись. Глубоко в душе оба и так знали, что правда, так и нужно.       — Сегодня глупый вечер, — отозвался Дайс, когда те пошли в том же темпе. Он отвернулся.       — И холодный, — добавил Дьявол, отсылаясь к словам Дайса, когда те только шли на миссию. Парень от этого тихо усмехнулся. — Тебе не холодно? — вскинул бровь Дьявол, посмотрев на того.       Дайс в ответ посмотрел на него и пожал плечами.       — Ничуть, — спокойно ответил юноша. — Даже немного жарко, — сказал он, снимая с себя фрак.       Как только тот оказался висеть на локте, то мгновенно стало прохладно. Рубашку продувал ветер, который еле-еле можно было почувствовать. Стало даже как-то свободнее.       — И всё же, от чего он глупый? — вернулся к фразе напарника Дьявол.       — Я чувствую и веду себя словно под чем то, — кратко ответил Дайс.       — Не вижу в этом никакой проблемы, — хмыкнул чёрт, посмотрев в сторону. — Неужто тебе что-то не нравится в своём состоянии.       — Наоборот. Огни такие яркие, звуки громкие, и мне хочется умереть, — важно улыбнулся юноша.       — Меня тошнит от твоих слов, — нахмурился бес.       — А меня тошнит от моего состояния. Самое ужасное это то, что я не могу понять, что же со мной и почему меня то кидает в жар, то в холод, — на этом моменте Дайс обратно надел на себя фрак. — Почему мне то безумно хорошо, то просто отвратно.       — Чисто подсознательный шок от того, что ты недавно убил пару подобных себе, — выдохнув, объяснил Дьявол. — Как сейчас помню, у тебя всегда так.       — Ужасно. Просто ужасно.       Дайс приложил руку ко лбу, сначала набрав в лёгкие воздух, а после выпустив его. Дьявол взглянул на него и вопросительно наклонил голову. Почувствовав на себе взгляд, Дайс отмахнулся, как бы ответив, что всё в порядке. Странно, он не помнил что раньше у него эта неприязнь к убийствам выражалась так чётко. Может всё это просто накапливается, чтобы потом вылиться во что-то большее? Уже представить страшно.       — Разве раньше так было?       Дьявол повернулся к нему, смотря широко раскрытыми глазами прямо в его душу. По его недоумённому лицу так и читалось «Ты не помнишь этого?».       — Ты бледнел у меня на глазах, Дайс, — немного настороженно ответил бес. — Мне казалось, что ты вот-вот упадёшь в обморок. Ещё ты говорил, что у тебя голова кружится.       Посмотрев на него искоса, Дайс недоверительно промычал, после опустил взгляд в асфальт.       — Чушь, — коротко сказал он. — Не может быть такого из-за вида крови и расчленёнки. Не могло быть. И никогда не будет возможным.       — Для людей со слабой психикой может быть.       — У меня она никак не слабая, — быстро проговорил Дайс, помотав головой. — Для своих двадцати восьми я очень стрессоустойчив.       — Ага, видел я этого стрессоустойчивого мальчонку пару часов назад, — фыркнул Дьявол.       — Нашёл что вспомнить.       Дьявол не ответил, лишь посмеялся. Дайс же будто бы засомневался в своём спокойствии. А так ли он стрессоустойчив, как говорит об этом? Конечно, он знал ответ — да, как никогда стрессоустойчив и спокоен. Но так ли о нём думает его начальник? Какая же всё-таки глупость. Просто приторный свинцовый запах крови ударил в голову, вот теперь и ведёт себя как какой-то параноик. Стоит забить. Дайс напряг уголки губ, всё так же смотря в землю, наблюдая, как одна плита, из какой состоит тротуар, сменяет другую. Эта детская игра, что нельзя наступать на щели и трещины на дорожке. Кто наступит — тот проиграл. Дайс всегда выигрывал. Жаль, что играть было не с кем.       — Не подумай, что я не уверен в тебе, — спустя минуту, разбавляя напряжённую тишину своим голосом, начал Дьявол, смотря прямо. — Просто ты меня напугал. У тебя точно всё в порядке? Может ты хочешь что-то сказать? — повернув голову, бес посмотрел на Дайса, но тот будто бы не слушал.       — Нет. Всё хорошо. Это единичный случай, ты же знаешь, — довольно-таки серьёзно отговорился Дайс, немного нахмурившись.       Выпустив воздух из лёгких, Дьявол слаб улыбнулся, разряжая обстановку.       — Знаю.       — За нас, за твою бабку, за…       — Просто за нас!       — Да!       Они чокнулись стаканами, в которое было налито что-то крепкое, но дорогое. Им обоим было не до этого. Это уже не первый бокал. Праздновать нельзя только одним шотом. Когда стаканы звякнули, то со стороны Дайса раздался выдох, прежде чем он выпил содержимое своего фужера до дна. Дьявол повторил за ним, но быстрее, просто влив в себя уже мерзкий напиток, вкус которого ему надоел. Выжав со дна последнюю каплю, те одновременно опустили стаканы на стол, вздохнули и поморщились от крепкости алкоголя. Дайс положил локоть на стол и, сгорбившись, прильнул к своей руке лбом, будто уткнувшись лицом в подушку. Посмотрев на него, чёрт похихикал и, потянув к нему руку, осторожно погладил по макушке. От его лакея послышалось приглушённое, долгое мычание. Благо, потом не стоит выбираться из этого ужасного состояния и долго приводить себя в порядок — смена в казино давно закончилась, как оказалось. Дайс и его Босс пришли к пяти часам утра, когда уже все работники и посетители разошлись. После этого празднования они пойдут спать, а на утро будут мучаться от похмелья. Осталось надеяться, что не такого сильного.       — Бля… — хило послышалось от Дайса, после чего тот приподнял голову, кладя подбородок на своё предплечье. Взгляд уловил образ Дьявола перед ним. — Бабка у меня была прям… классная тётка…       Дьявол посмеялся с него, закинул ногу на ногу и потянулся в ящик за портсигаром.       — Но ты!.. — продолжил слуга, приподнявшись, уперев весь вес в локти. — Ты прям… Прям лучший.       — О-ой, ты льстишь! — помотал рукой Дьявол, всё-таки открыв ящик и достав портсигар, а после достав из него сигару. Он зажал её между губ и поджёг подрагивающим огоньком из большого пальца.       — Если бы! — рассмеялся Дайс. Если бы это всё было иронией, то сейчас, когда обычно трезвое и адекватно соображающее сознание было под пьяной пеленой, он бы не кричал насколько обожает и любит своего начальника, а наоборот полез бы в драку и плевался бы ядом.       Посмотрев на лакея искоса, Дьявол широко улыбнулся, от чего немного прищурился. Придержав сигарету пальцами, он выдохнул дым в сторону.       — Нет! Это всё не так! — всё настаивал Дьявол на своей правоте, чуть ли не стукая себя кулаком по груди. Дайс лишь глупо смеялся, смотря на него. — Ненавижу уже этот коньяк. Пойдём, возьмём что-нибудь ещё.       — Чай, кофе, потанцуем? — Дайс улыбнулся шире, опираясь щекой о свою руку.       Дьявол посмотрел на него, так же расплылся в улыбке и кивнул.       В казино была одна забавная штуковина, которую Дьявол когда-то выхватил с рынка всякого антиквариата. Граммофон! А к нему пару пластинок с джазовой музыкой на них. Дьявол обожал такие вещи. Выглядели они неплохо и подходили к интерьеру казино. Но этот патефон всё же был самой ценной вещью для Дьявола, и только одному ему известно почему. И сейчас, достав одну из пластинок, бес вставляет её в граммофон, устанавливает иглу и заводит, крутя ручку проигрывателя. Патефон начал жалобно стонать, но после появилась музыка. Дьявол развернулся на носочках и посмотрел в дверной проём, где стоял Дайс, оперевшись плечом о косяк. Они оба широко улыбались друг другу, предвкушая пьяную и несуразную вечеринку на двоих. Они выпили всего три стакана, они не были пьяны в стельку, но храбрость и теплота, распирающая их изнутри, добавились. Дьявол быстро пошёл к нему, Дайс же сделал один шаг к нему на встречу, как его будто бы подхватили и оторвали от земли, помогая стоять. Ему показалось, что он взлетел. Это называют эйфорией, да? Рука Дьявола легла на талию юноши, а другая подхватила его ладонь, слегка сжимая в своей. Дайс по инерции положил свободную руку на плечо Дьявола, прижался к нему, смотря в яркие глаза. Всё по правилам вальса. И пусть вальс не танцуют под джазовую музыку, им и на это было без разницы. Сейчас всё удовольствие и блаженство приносил лишь сам процесс, которому они оба отдавались полностью. И уже роли не играло, попадают они в такт или нет, сколько раз они наступили на ноги друг друга и сколько раз расходились в разные стороны. Они всё равно потом сливались в одно целое, сгорая и полыхая словно пожар. Смеясь, радуясь, они не могли оторваться друг от друга.       Они резко остановились, когда в песне стали звучать последние ноты. Дыхание обоих было тяжеловатым, потому то перебивало угасающие всхлипы граммофона. Они смотрели прямо друг на друга, любовались, улыбались и не могли вымолвить ни слова. Их общение стало невербальным, и они всё понимали лишь по одним взглядам. Дьявол чуток наклонился к нему, подавшись вперёд, остановился на секунду прямо у его губ, чтобы выпустить короткий вздох, после прикоснулся, начав нежный и неспешный поцелуй. Дайс на секунду застыл, почувствовав, как стали горячи его щеки, как стали подкашиваться его ноги, как тогда, в ту ночь. Тогда он падал и умирал от холода и дикой усталости, а сейчас всё наоборот. Он умер на мгновение и вновь пришёл в себя из-за жара, распространяющегося по всему телу, и блаженства. Высвободив свою ладонь, Дайс скользнул ею по руке Дьявола, провёл по его шее и завёл за спину, обнимая. Поцелуй был робким и непривычным, но чувствовалось, что обе стороны хотят от этого соприкосновения губами большего. Чувствовался приятный привкус коньяка, какой Дайс и Дьявол недавно пили, и к такому нежному ощущению алкогольного напитка на языке добавлялся всё тот же тонкий вкус крови. Хоть по приходу они и переоделись и отмылись, всё равно эта метка кровожадных убийц имела место быть. И от неё им никогда не избавиться.